Рецепты с биографией: блюда, носящие имена реальных людей
Среди тысяч блюд мировой кухни есть особая категория — те, что носят чьё-то конкретное имя. За каждым таким названием стоит история: порой документально подтверждённая, порой легендарная, а порой откровенно спорная. Повар, аристократ, оперная дива или балерина — все они оставили след не в мемуарах, а в меню.
Это редкий случай, когда авторство популярного блюда установлено точно. Чезаре Кардини — уроженец Пьемонта, эмигрировавший в Америку, — держал бар в Тихуане, на мексиканско-американской границе. В 1924 году, по легенде, на кухне заканчивались продукты, и он собрал салат буквально из того, что нашлось: листья ромэна, яйцо, пармезан, лимонный сок, вустерский соус, гренки. Имя «Цезарь» — это просто имя владельца, Чезаре по-итальянски. К римскому диктатору блюдо не имеет никакого отношения.
Позже салат дорос до ресторанного уровня путем прибавления в рецептуру курицы или креветок, а в заправку — анчоусов. Кардини же перебрался в Лос-Анджелес, открыл шикарный ресторан-палас, запатентовал свой счастливый рецепт как «Подлинный и неповторимый салат «Цезарь»» и всю жизнь стриг с него купоны.
В сериале «Аббатство Даунтон» весь дом приходит в волнение от предстоящего визита оперной певицы Нелли Мельбы — кухарка штудирует кулинарные книги в поисках рецепта, носящего её имя. История блюда не менее эффектна, чем сцена из сериала.
Огюст Эскофье, работавший в лондонском Savoy Hotel, создал этот десерт в 1892–1893 годах специально для австралийской певицы. Мельба опасалась холодного мороженого — оно могло повредить голосу. Эскофье нашёл компромисс: персик, слегка подогретый, малиновый соус и ванильное мороженое. Блюдо стало классикой французской ресторанной кухни и символом того, как шеф может угодить капризному гостю.
В 1892 году 26-летняя домохозяйка из Мельбурна Хелен Портер Митчел взяла псевдоним в честь родного города, став Нелли Мельбой, и впервые вышла на сцену. Ее ждала оглушительная слава: Нелли пела во всех знаменитых театрах мира и дружила со всеми монархами Европы. Увы, записей ее божественного голоса не сохранилось, зато остались два блюда — тост «Мельба» и персик «Мельба», — созданные специально для Нелли великим поваром Огюстом Эскофье, ее поклонником. В благодарность за приглашение на «Лоэнгрина» Вагнера, где Нелли исполняла партию Эльзы, повар придумал десерт из ванильного мороженого, персика и малинового мусса, украсив его вырезанным изо льда лебединым хвостом. Хвост со временем из рецепта отпал, а сам персик вошел в мировую копилку сладких шедевров.
Анна Павлова, прима-балерина эпохи Дягилева, в 1914 году собрала собственную труппу и начала гастроли по всему миру. Именно во время турне по Австралии и Новой Зеландии в 1920-х годах и появился воздушный десерт из безе со взбитыми сливками и фруктами, получивший её имя.
Здесь, однако, история приобретает неожиданный поворот: Австралия и Новая Зеландия до сих пор не могут договориться, кто именно придумал «Павлову» первым. Кулинарные историки обеих стран регулярно предъявляют архивные свидетельства, и спор остаётся открытым. Балерина, судя по всему, об этом соперничестве так и не узнала.
Ирония ситуации в том, что, по воспоминаниям современников, Анна Павлова вообще не ела сладкого — берегла фигуру. Хотя в разгар ее славы одним десертом, ставшим визитной карточкой Зеленого континента, дело не ограничилось. В честь Павловой называли духи, фасоны шляп, способ выщипывания бровей, два корабля и один самолет. Из гастрономических меморий известны как минимум две: во-первых, фруктовый клубничный лед, а во-вторых... лягушачьи лапки под белым соусом (вот тут поэтические сравнения еды с ножками балерины в белом газовом платье звучат уже не так романтично).
В 1826 году Александр Пушкин написал своему другу Соболевскому о путешествии через Торжок:
На досуге отобедай
У Пожарского в Торжке,
Жареных котлет отведай
И отправься налегке
Трактир семьи Пожарских был в то время известен далеко за пределами города.
По свидетельствам современников, трактир был наибогатейший — с хрустальными бокалами, фарфором, крахмальными скатертями и даже бальным залом. А вот как выглядели котлеты пушкинских времен, до конца не ясно — скорее всего, они были телячьими, но рецептура канула в Лету. Примерно в том виде, что и сегодня, котлеты из курицы с изрядной дозой сливочного масла в сухарной панировке впервые появляются под названием «Пожарские» в классическом сборнике рецептур Пелагеи Александровой-Игнатьевой только в конце XIX века.
Любопытно, что поэтическая рекомендация Пушкина превратила обычное трактирное блюдо в гастрономическую достопримечательность — и имя владельцев заведения закрепилось за рецептом навсегда.
Жан Антельм Брийа-Саварен — автор «Физиологии вкуса», книги, которую по сей день цитируют кулинары и гурманы, — сам кулинарным мастерством не отличался.
Классика французской кухни, этот влажный, пропитанный сиропом кекс с пышным сливочным кремом был придуман парижскими кондитерами братьями Жульен и назван в честь Жана Антельма Брийа-Саварена, великого исследователя вкуса. Для мировой гастрономии Брийа-Саварен сделал то же самое, что для мировой истории Великая Французская революция, свидетелем которой он являлся. Его монументальный труд «Физиология вкуса» впервые представил еду не как физиологическую потребность, а как наслаждение, чревоугодие — как движущую силу развития цивилизации, а под формированием вкуса как такового он подвел научный базис из химии и медицины.
Известно, что сам Саварен саварена не пробовал, но имя его у современников было настолько на слуху, что приехавшие из Польши братья-кондитеры решили слегка переделать привезенный с собой десерт ромовой бабы, заменили ром на апельсиновую пропитку, добавили декора и в результате благодаря удачному неймингу стали подавать свои саварены ко двору Наполеона III.
История о том, как сёстры Стефани и Каролин Татен якобы передержали яблоки на огне и в панике накрыли их тестом сверху, а пирог перевернули уже готовым, — одна из самых любимых легенд кулинарной литературы. Отель Hôtel Tatin в Ламот-Бёврон, в 169 километрах к югу от Парижа, действительно существовал, и сёстры там работали в 1880-е годы.
Дело происходило в 1888 году в Ламот-Бевроне, захолустном городке в ста лье от Парижа. Но такие ли уж сестры были неумехи? Скорее, наоборот, эффектный ход с пирогом-перевертышем был продуман заранее, чтобы яблоки получились особенно карамельными, а тесто осталось нежным. Талант сестричек Татен доказывает тот факт, что старшую из них — Стефани — владелец знаменитого парижского ресторана Maxim's Луи Водабль пригласил на должность шеф-кондитера. А младшая осталась дома и превратила тарт татен в главную городскую достопримечательность: в их заботливо реконструированной исторической гостинице и сегодня пекут перевертыши с дюжиной разных начинок.
Но вот что интересно: кондитер Антонен Карем описывал концепцию перевёрнутого пирога ещё в 1841 году. Сёстры Татен при жизни никогда не публиковали рецепт и не называли блюдо своим именем — название закрепилось посмертно, благодаря писателю Курнонски и парижскому ресторану Maxim's. История о том, как владелец Maxim's лично выведал у сестёр секрет, и вовсе хронологически невозможна: семья Водабль купила ресторан в 1932 году, тогда как обе сестры умерли в 1911 и 1917 годах.
Технология, впрочем, вполне реальна: яблоки карамелизируются в масле и сахаре прямо в форме, тесто кладётся сверху, а после запекания пирог переворачивается. Работает и с грушами.
Любимый торт нескольких поколений — слоёное тесто с заварным кремом — восходит к французскому мильфею, буквально «торту из тысячи слоёв». Русская дворянская кухня долго ориентировалась на французский опыт, и мильфей прижился в России, постепенно обретя собственное имя и характерный облик. Связь с Наполеоном Бонапартом остаётся скорее романтической ассоциацией, чем задокументированным фактом.
Корни рецепта любимого торта уходят в те времена, когда русская дворянская кухня ориентировалась на французский опыт. Его предтеча — многоярусный французский мильфей, торт из тысячи слоев тонкого теста. По самой популярной версии слоеный торт под псевдонимом «Наполеон» появился в Зимнем дворце в 1912 году на приеме в честь столетнего юбилея изгнания французской армии из России. В тот день было сервировано немало блюд, названных именами тех или иных персонажей кампании 1812 года, но в историю вошел только многослойный торт треугольной формы, напоминавший треуголку полководца.
Правда, со временем коржи стали выпекать в форме прямоугольника просто ради удобства. Но подлинным королем праздничных тортов «Наполеон» стал в советское время, поскольку требовал не столько дорогих или редких продуктов, сколько сноровки в приготовлении.
Раздел Торт «Наполеон»
Шоколадный торт с абрикосовым джемом и шоколадной глазурью стал настолько знаменитым, что кафе Café Sacher превратилось в символ светской Вены. Торт и сейчас выпускается по оригинальному рецепту — и служит предметом нескольких судебных споров об авторстве между кондитерскими домами.
Торт носит имя Франца Захера, шеф-кондитера при дворе австрийского министра Меттерниха, чье кафе Café Sacher стало символом светской Вены.
В 1954 году за право выпекать настоящий Sachertorte разразился судебный процесс между соседями — владельцами Café Sacher и венской кондитерской Demel, которой наследник династии Эдуард Захер продал еще в начале прошлого века часть семейного рецепта. Победила дружба: австрийский суд постановил, что отныне пользоваться торговой маркой могут только эти два заведения. Все остальные подражания, таким образом, признавались копией или подделкой, в том числе и советский торт «Прага», которому «Захер» послужил прототипом.
Артур Уэлсли, первый герцог Веллингтон, победил Наполеона при Ватерлоо в 1815 году. Его именем названы резиновые сапоги и мясное блюдо — говяжья вырезка, запечённая в слоёном тесте с паштетом и грибным дюкселем. Вот только прямой связи между герцогом и рецептом никто так и не установил. Одна из версий — блюдо назвали из-за внешнего сходства с сапогом-веллингтоном. Достоверных архивных свидетельств нет ни в пользу одной, ни в пользу другой версии.
Но предположить связь резонно: дело в том, что английский парадный ростбиф из говяжьей вырезки, обернутой в слоеное тесто с прокладкой из грибного фарша и паштета, практически дословно повторяет французское блюдо filet de boeuf en croute — мясо в тесте. Так что рецепт можно оценивать как законный трофей победителей.
Первый известный печатный рецепт бефстроганова появился в 1871 году в книге Елены Молоховец «Подарок молодым хозяйкам». Блюдо носит имя семьи Строгановых, хотя историки спорят, в честь кого именно — дипломата Павла или политика Александра. Оригинальный состав строг и лаконичен: кубики говядины, горчица, сметана, бульон — без лука, грибов и алкоголя, которые появились в рецепте позже.
В 1891 году французский шеф Шарль Бриер подал рецепт бефстроганова на конкурс кулинарного журнала L'Art culinaire, что привело к курьёзу: авторитетный Larousse Gastronomique долгое время ошибочно приписывал авторство именно ему, а не русской традиции.
Граф Джакомо Орсини был блестящим прожигателем жизни и щедрым покровителем парижской богемы. Но потомки ничего бы о нем не узнали, если бы однажды, приехав в гости к художнику Клоду Моне, он не поделился с ним рецептом яичницы. Моне был в восторге, он вообще считал еду одним из проявлений искусства — рисовал эскизы сервизов для семейной столовой, выращивал на грядках редкую фиолетовую морковь, сам частенько вставал у плиты, а тем, кто не разделял его страсти, отказывал от дома. Яйца Орсини пришлись художнику по душе: два взбитых в пену белка с желтками посредине под нежной сырной корочкой напоминали знаменитые кувшинки в имении Живерни, которые Моне писал на протяжении всей жизни.
Некоторые именные блюда появились совсем без торжественных поводов.
Все эти истории объединяет одно: имя человека пережило его биографию, перейдя в меню. Иногда это было намеренным жестом признания, иногда — случайностью, иногда — маркетинговым ходом, о котором сам «именинник» так никогда и не узнал.
Среди тысяч блюд мировой кухни есть особая категория — те, что носят чьё-то конкретное имя. За каждым таким названием стоит история: порой документально подтверждённая, порой легендарная, а порой откровенно спорная. Повар, аристократ, оперная дива или балерина — все они оставили след не в мемуарах, а в меню.
Салат «Цезарь» — и никакого Юлия
Это редкий случай, когда авторство популярного блюда установлено точно. Чезаре Кардини — уроженец Пьемонта, эмигрировавший в Америку, — держал бар в Тихуане, на мексиканско-американской границе. В 1924 году, по легенде, на кухне заканчивались продукты, и он собрал салат буквально из того, что нашлось: листья ромэна, яйцо, пармезан, лимонный сок, вустерский соус, гренки. Имя «Цезарь» — это просто имя владельца, Чезаре по-итальянски. К римскому диктатору блюдо не имеет никакого отношения.
Позже салат дорос до ресторанного уровня путем прибавления в рецептуру курицы или креветок, а в заправку — анчоусов. Кардини же перебрался в Лос-Анджелес, открыл шикарный ресторан-палас, запатентовал свой счастливый рецепт как «Подлинный и неповторимый салат «Цезарь»» и всю жизнь стриг с него купоны.
Персик «Мельба» и страх простуды
В сериале «Аббатство Даунтон» весь дом приходит в волнение от предстоящего визита оперной певицы Нелли Мельбы — кухарка штудирует кулинарные книги в поисках рецепта, носящего её имя. История блюда не менее эффектна, чем сцена из сериала.
Огюст Эскофье, работавший в лондонском Savoy Hotel, создал этот десерт в 1892–1893 годах специально для австралийской певицы. Мельба опасалась холодного мороженого — оно могло повредить голосу. Эскофье нашёл компромисс: персик, слегка подогретый, малиновый соус и ванильное мороженое. Блюдо стало классикой французской ресторанной кухни и символом того, как шеф может угодить капризному гостю.
В 1892 году 26-летняя домохозяйка из Мельбурна Хелен Портер Митчел взяла псевдоним в честь родного города, став Нелли Мельбой, и впервые вышла на сцену. Ее ждала оглушительная слава: Нелли пела во всех знаменитых театрах мира и дружила со всеми монархами Европы. Увы, записей ее божественного голоса не сохранилось, зато остались два блюда — тост «Мельба» и персик «Мельба», — созданные специально для Нелли великим поваром Огюстом Эскофье, ее поклонником. В благодарность за приглашение на «Лоэнгрина» Вагнера, где Нелли исполняла партию Эльзы, повар придумал десерт из ванильного мороженого, персика и малинового мусса, украсив его вырезанным изо льда лебединым хвостом. Хвост со временем из рецепта отпал, а сам персик вошел в мировую копилку сладких шедевров.
Десерт «Павлова» и спор двух континентов
Анна Павлова, прима-балерина эпохи Дягилева, в 1914 году собрала собственную труппу и начала гастроли по всему миру. Именно во время турне по Австралии и Новой Зеландии в 1920-х годах и появился воздушный десерт из безе со взбитыми сливками и фруктами, получивший её имя.
Здесь, однако, история приобретает неожиданный поворот: Австралия и Новая Зеландия до сих пор не могут договориться, кто именно придумал «Павлову» первым. Кулинарные историки обеих стран регулярно предъявляют архивные свидетельства, и спор остаётся открытым. Балерина, судя по всему, об этом соперничестве так и не узнала.
Ирония ситуации в том, что, по воспоминаниям современников, Анна Павлова вообще не ела сладкого — берегла фигуру. Хотя в разгар ее славы одним десертом, ставшим визитной карточкой Зеленого континента, дело не ограничилось. В честь Павловой называли духи, фасоны шляп, способ выщипывания бровей, два корабля и один самолет. Из гастрономических меморий известны как минимум две: во-первых, фруктовый клубничный лед, а во-вторых... лягушачьи лапки под белым соусом (вот тут поэтические сравнения еды с ножками балерины в белом газовом платье звучат уже не так романтично).
Пожарские котлеты и письмо Пушкина
В 1826 году Александр Пушкин написал своему другу Соболевскому о путешествии через Торжок:
На досуге отобедай
У Пожарского в Торжке,
Жареных котлет отведай
И отправься налегке
Трактир семьи Пожарских был в то время известен далеко за пределами города.
По свидетельствам современников, трактир был наибогатейший — с хрустальными бокалами, фарфором, крахмальными скатертями и даже бальным залом. А вот как выглядели котлеты пушкинских времен, до конца не ясно — скорее всего, они были телячьими, но рецептура канула в Лету. Примерно в том виде, что и сегодня, котлеты из курицы с изрядной дозой сливочного масла в сухарной панировке впервые появляются под названием «Пожарские» в классическом сборнике рецептур Пелагеи Александровой-Игнатьевой только в конце XIX века.
Любопытно, что поэтическая рекомендация Пушкина превратила обычное трактирное блюдо в гастрономическую достопримечательность — и имя владельцев заведения закрепилось за рецептом навсегда.
Кекс «Саварен» как памятник гастрономической философии
Жан Антельм Брийа-Саварен — автор «Физиологии вкуса», книги, которую по сей день цитируют кулинары и гурманы, — сам кулинарным мастерством не отличался.
Классика французской кухни, этот влажный, пропитанный сиропом кекс с пышным сливочным кремом был придуман парижскими кондитерами братьями Жульен и назван в честь Жана Антельма Брийа-Саварена, великого исследователя вкуса. Для мировой гастрономии Брийа-Саварен сделал то же самое, что для мировой истории Великая Французская революция, свидетелем которой он являлся. Его монументальный труд «Физиология вкуса» впервые представил еду не как физиологическую потребность, а как наслаждение, чревоугодие — как движущую силу развития цивилизации, а под формированием вкуса как такового он подвел научный базис из химии и медицины.
Известно, что сам Саварен саварена не пробовал, но имя его у современников было настолько на слуху, что приехавшие из Польши братья-кондитеры решили слегка переделать привезенный с собой десерт ромовой бабы, заменили ром на апельсиновую пропитку, добавили декора и в результате благодаря удачному неймингу стали подавать свои саварены ко двору Наполеона III.
Тарт Татен — легенда про забытое тесто
История о том, как сёстры Стефани и Каролин Татен якобы передержали яблоки на огне и в панике накрыли их тестом сверху, а пирог перевернули уже готовым, — одна из самых любимых легенд кулинарной литературы. Отель Hôtel Tatin в Ламот-Бёврон, в 169 километрах к югу от Парижа, действительно существовал, и сёстры там работали в 1880-е годы.
Дело происходило в 1888 году в Ламот-Бевроне, захолустном городке в ста лье от Парижа. Но такие ли уж сестры были неумехи? Скорее, наоборот, эффектный ход с пирогом-перевертышем был продуман заранее, чтобы яблоки получились особенно карамельными, а тесто осталось нежным. Талант сестричек Татен доказывает тот факт, что старшую из них — Стефани — владелец знаменитого парижского ресторана Maxim's Луи Водабль пригласил на должность шеф-кондитера. А младшая осталась дома и превратила тарт татен в главную городскую достопримечательность: в их заботливо реконструированной исторической гостинице и сегодня пекут перевертыши с дюжиной разных начинок.
Но вот что интересно: кондитер Антонен Карем описывал концепцию перевёрнутого пирога ещё в 1841 году. Сёстры Татен при жизни никогда не публиковали рецепт и не называли блюдо своим именем — название закрепилось посмертно, благодаря писателю Курнонски и парижскому ресторану Maxim's. История о том, как владелец Maxim's лично выведал у сестёр секрет, и вовсе хронологически невозможна: семья Водабль купила ресторан в 1932 году, тогда как обе сестры умерли в 1911 и 1917 годах.
Технология, впрочем, вполне реальна: яблоки карамелизируются в масле и сахаре прямо в форме, тесто кладётся сверху, а после запекания пирог переворачивается. Работает и с грушами.
Торт «Наполеон» и его французские корни
Любимый торт нескольких поколений — слоёное тесто с заварным кремом — восходит к французскому мильфею, буквально «торту из тысячи слоёв». Русская дворянская кухня долго ориентировалась на французский опыт, и мильфей прижился в России, постепенно обретя собственное имя и характерный облик. Связь с Наполеоном Бонапартом остаётся скорее романтической ассоциацией, чем задокументированным фактом.
Корни рецепта любимого торта уходят в те времена, когда русская дворянская кухня ориентировалась на французский опыт. Его предтеча — многоярусный французский мильфей, торт из тысячи слоев тонкого теста. По самой популярной версии слоеный торт под псевдонимом «Наполеон» появился в Зимнем дворце в 1912 году на приеме в честь столетнего юбилея изгнания французской армии из России. В тот день было сервировано немало блюд, названных именами тех или иных персонажей кампании 1812 года, но в историю вошел только многослойный торт треугольной формы, напоминавший треуголку полководца.
Правда, со временем коржи стали выпекать в форме прямоугольника просто ради удобства. Но подлинным королем праздничных тортов «Наполеон» стал в советское время, поскольку требовал не столько дорогих или редких продуктов, сколько сноровки в приготовлении.
Раздел Торт «Наполеон»
Торт «Захер» и венская элегантность
Шоколадный торт с абрикосовым джемом и шоколадной глазурью стал настолько знаменитым, что кафе Café Sacher превратилось в символ светской Вены. Торт и сейчас выпускается по оригинальному рецепту — и служит предметом нескольких судебных споров об авторстве между кондитерскими домами.
Торт носит имя Франца Захера, шеф-кондитера при дворе австрийского министра Меттерниха, чье кафе Café Sacher стало символом светской Вены.
В 1954 году за право выпекать настоящий Sachertorte разразился судебный процесс между соседями — владельцами Café Sacher и венской кондитерской Demel, которой наследник династии Эдуард Захер продал еще в начале прошлого века часть семейного рецепта. Победила дружба: австрийский суд постановил, что отныне пользоваться торговой маркой могут только эти два заведения. Все остальные подражания, таким образом, признавались копией или подделкой, в том числе и советский торт «Прага», которому «Захер» послужил прототипом.
Говядина «Веллингтон» — имя без биографии
Артур Уэлсли, первый герцог Веллингтон, победил Наполеона при Ватерлоо в 1815 году. Его именем названы резиновые сапоги и мясное блюдо — говяжья вырезка, запечённая в слоёном тесте с паштетом и грибным дюкселем. Вот только прямой связи между герцогом и рецептом никто так и не установил. Одна из версий — блюдо назвали из-за внешнего сходства с сапогом-веллингтоном. Достоверных архивных свидетельств нет ни в пользу одной, ни в пользу другой версии.
Но предположить связь резонно: дело в том, что английский парадный ростбиф из говяжьей вырезки, обернутой в слоеное тесто с прокладкой из грибного фарша и паштета, практически дословно повторяет французское блюдо filet de boeuf en croute — мясо в тесте. Так что рецепт можно оценивать как законный трофей победителей.
Бефстроганов — семейное имя на международной кухне
Первый известный печатный рецепт бефстроганова появился в 1871 году в книге Елены Молоховец «Подарок молодым хозяйкам». Блюдо носит имя семьи Строгановых, хотя историки спорят, в честь кого именно — дипломата Павла или политика Александра. Оригинальный состав строг и лаконичен: кубики говядины, горчица, сметана, бульон — без лука, грибов и алкоголя, которые появились в рецепте позже.
В 1891 году французский шеф Шарль Бриер подал рецепт бефстроганова на конкурс кулинарного журнала L'Art culinaire, что привело к курьёзу: авторитетный Larousse Gastronomique долгое время ошибочно приписывал авторство именно ему, а не русской традиции.
Яйца Орсини
Граф Джакомо Орсини был блестящим прожигателем жизни и щедрым покровителем парижской богемы. Но потомки ничего бы о нем не узнали, если бы однажды, приехав в гости к художнику Клоду Моне, он не поделился с ним рецептом яичницы. Моне был в восторге, он вообще считал еду одним из проявлений искусства — рисовал эскизы сервизов для семейной столовой, выращивал на грядках редкую фиолетовую морковь, сам частенько вставал у плиты, а тем, кто не разделял его страсти, отказывал от дома. Яйца Орсини пришлись художнику по душе: два взбитых в пену белка с желтками посредине под нежной сырной корочкой напоминали знаменитые кувшинки в имении Живерни, которые Моне писал на протяжении всей жизни.
Блюда, рождённые случаем или дружбой
Некоторые именные блюда появились совсем без торжественных поводов.
- Салат Кобб — Боб Кобб, владелец голливудского ресторана «Браун Дерби», в 1930-е годы собрал его из остатков продуктов в холодильнике: курица, бекон, авокадо, помидоры, яйца, сыр — всё нарезано полосками.
Автором салата считают Боба Кобба, владельца лос-анджелесского ресторана «Браун Дерби». Ресторан был назван в честь скачек, и оригинальная подача салата, в котором ингредиенты не смешивались, а выкладывались на тарелки полосками, по мысли автора олицетворяла гонку с препятствиями. Среди поклонников кобба-салата и Кобба-ресторатора числились многие звезды Голливуда, в том числе Кларк Гейбл, Кэрол Ломбард, Эррол Флинн и Бетт Дэвис. Стена знаменитостей в «Браун Дерби», на которой художник Джек Лейн запечатлел всех кинозавсегдатаев заведения, стала прообразом знаменитой голливудской «Аллеи славы». - Фетучини Альфредо — Альфредо Ди Лелио придумал блюдо в Риме в 1914 году для жены, которая плохо ела после родов. Оригинал — только масло и пармезан, никаких сливок. Сливки появились уже в американской версии рецепта.
- Начос — в 1943 году Игнасио Анайя Гарсия по прозвищу «Начо» в мексиканском городе Пьедрас-Неграс накормил группу американских военных жён, когда на кухне почти ничего не осталось: чипсы, тёртый сыр, перец халапеньо. Google в 2019 году посвятил ему дудл.
- Пицца «Маргарита» — в 1889 году неаполитанский шеф Эспозито приготовил пиццу для королевы Маргариты Савойской. Томаты, моцарелла и базилик повторяли цвета итальянского флага — красный, белый и зелёный.
- Курица Тетраццини — паста с птицей в сливочном соусе с хересом, названная в честь оперной певицы Луизы Тетраццини. Авторство оспаривают сразу несколько заведений — отель Palace в Сан-Франциско и нью-йоркский Knickerbocker.
Все эти истории объединяет одно: имя человека пережило его биографию, перейдя в меню. Иногда это было намеренным жестом признания, иногда — случайностью, иногда — маркетинговым ходом, о котором сам «именинник» так никогда и не узнал.
Пасха
Куличи творожные
Куличи на шоколаде
Другое пасхальное
Пасхи творожные
Итальянские куличи
Куличи пасхальные
Куличи в хлебопечке
Заварные куличи
