Самуил Воронов — реальный прототип профессора Преображенского
ПРОТОТИП ПРЕОБРАЖЕНСКОГОУ профессора Преображенского из булгаковского романа « Собачье Сердце» был реальный прототип – французский хирург русского происхождения Самуил Абрамович Воронов.
Этот человек в начале 20-го века произвёл настоящий фурор в Европе, пересаживая железы обезьяны человеку для омоложения организма.
Первые операции эффект продемонстрировали просто поразительный: у пожилых пациентов наблюдалось возобновление половой жизни, улучшение памяти и зрения, легкость передвижений, а дети, отстающие в умственном развитии, обретали живость ума.
Лечение в Воронова прошли тысячи людей, а сам врач открыл собственный обезьяний питомник на Французской Ривьере. Но прошло совсем немного времени пациенты чудо-врача начинали чувствовать себя хуже.
Появились слухи, что результат лечения всего лишь самовнушение, а Воронова назвали шарлатаном....
ПОИСК ПРИЧИН СТАРЕНИЯ
Профессор Преображенский, как известно, вживлял стареющим состоятельным господам обезьяньи половые железы, давая им возможность пережить вторую молодость.
Литераторы сходятся во мнении, что у булгаковского доктора был реальный прообраз – Самуил Воронов.
Мировую известность он получил, зарабатывая баснословные деньги примерно так же, как и Филипп Филиппович.
Воронова считали гением, возвращавшим людям молодость.
Самуил родился в тамбовской семье работника винокуренного производства.
С ранних лет мальчик тянулся к медицине, но прежде всего мечтал о славе и богатстве.
В ту эпоху в России не жаловали евреев, поэтому в 18 лет Воронов эмигрировал во Францию.
Там его звали Серж Воронофф и приняли с распростертыми объятиями на медицинский факультет.
Еще студентом Самуила пригласили ассистентом в лабораторию именитого ученого Шарля Броун-Секара.
Последний прославился методикой подкожных впрыскиваний человеку водного настоя половых желез морских свинок и собак.
Но сам Воронов называл своим учителем Алексиса Карреля, удостоенного Нобелевской премии за трансплантацию кровеносных сосудов и органов.
Защитив диплом доктора медицины и получив французский паспорт, перспективный медик стал личным врачом египетского вице-султана.
В далеком краю Воронов имел большой доход и массу времени для научной деятельности.
Он наблюдал за последствиями кастрации среди евнухов, исследовал происходящие в мужском организме изменения. Воронов сделал вывод, что трансплантация людям желез животных будет способствовать резкому омоложению.
Когда в 1910-м египетский контракт завершился, ученый вернулся во Францию заведующим лабораторией экспериментальной хирургии и физиологии.
АВТОРСКИЕ ОПЕРАЦИИ
За короткое время исследований Воронов пришёл к окончательному выводу, что залогом молодости являются именно половые железы.
А значит активность и бодрость реально искусственно продлить, пересадив пожилым мужчинам железы молодых... животных.
Это была пока теория, срочно требовавшая практического подтверждения. Первые эксперименты проводились на баранах: после пересадки старое животное обретало все черты молодого и даже давало потомство. Тогда Воронов понял, что пора приступать к людям.
В 1912-м он провел первую операцию на человеке по пересадке щитовидной железы шимпанзе.
Процесс завершился успешно, и уже совсем скоро пациент ощутил прилив сил и энергии.
К доктору потянулись очереди желающих омолодиться, разумеется, не бесплатно.
Через год Воронов оперировал 14-летнего подростка, страдавшего задержкой в развитии.
После пересадки парню желез павиана он стал быстро догонять сверстников как физически, так и умственно.
В последующие годы к Воронову стекались множество богачей, желающих вернуться в молодость.
Об одном из таких вмешательств писал журнал «Огонёк»:
«Редкий случай чрезвычайно быстрого омоложения после пересадки профессором Вороновым половой железы павиана 1 февраля 1921 года. Оперированный Е. Л., 74 года, через восемь месяцев помолодел на 15–20 лет, свободно взбирался на лестницу, перепрыгивая через четыре ступеньки, поднимая тяжести, фехтовал и получил все способности и инстинкты молодого человека. За всё время после операции Е. Л. чувствовал беспримерный приток сил».
Воронов стал знаменитым.
О нём писала каждая газета, его научные работы раскупались со скоростью света, за границей у него появились десятки последователей.
А хирург продолжал трудиться, поставив цель победить старость и продлить человеческую жизнь до 140 лет.
К середине 20-х, когда Булгаков творил «Собачье сердце», Самуил Воронов прооперировал свыше 230 человек, и в подавляющем большинстве случаев результат казался блестящим.
Правда, эффект от пересадки был непродолжительным – до двух лет.
Но это не останавливало учуявших запах молодости пациентов, рисковавших здоровьем да еще и за большие деньги.
ОТ СЛАВЫ К ЗАБВЕНИЮ
К хирургу съезжались коллеги со всей планеты.
Кто-то из них планировал экспериментировать с людьми, другие внедряли методы Воронова с целью повышения качества поголовья скота.
В архивах сохранились записи о том, что на Международном хирургическом конгрессе-1923 в Лондоне Воронову аплодировали семьсот лучших хирургов мира.
Знал ли об этом Михаил Булгаков?
Писатель действительно был осведомлен об успехах хирурга, что и положено в основу «Собачьего сердца».
К слову, в повесть попал и другой факт из биографии Воронова.
В книге упоминается, как советские газетчики опубликовали утку, основанную на сплетнях.
Автор статьи писал о рождении в Обуховом переулке ребенка, играющего на скрипке.
Похожий казус случался и с Вороновым.
«Огонёк», ссылаясь на иностранную прессу, напечатал заметку о том, что знаменитый доктор Воронов собрался лабораторным путем скрестить человека с обезьяной.
Вторая публикация даже сообщила, что опыт удался.
Правда, в реальной биографии врача таких опытов не зафиксировано.
Когда наука шагнула вперед, учёные поняли, что содержавшееся в яичках животных вещество – это тестостерон.
Отсюда и столь быстротечный эффект.
Научное сообщество потеряло интерес к Воронову, а ближе к 1990-м его и вовсе обвинили в занесении вируса СПИДа человеку.
Но было это уже через много лет после того, как ученого не стало.
Старенький хирург умер в 1951-м в Швейцарии, не восстановившись после неудачного падения.
В процессе лечения перелома ноги у него, скорее всего, оторвался тромб.
В некоторых источниках указывают развитие пневмонии. Немногочисленные некрологи с налетом иронии сделали акцент на экспериментах по омоложению.
Булгаков уловил в истории Воронова куда больше, чем просто экзотический медицинский эксперимент.
Его интересовал не тестостерон, не обезьяний материал и не эффект омоложения — а сама человеческая вера в то, что старость, биология и характер можно «переписать хирургически».
Воронова в 1920-е считали почти волшебником, а чуть позже — шарлатаном, но Булгакова интересовал не сам герой, а эпоха, готовая поверить в быстрые механические способы исправления человека.
«Собачье сердце» оказалось точнее любой газетной заметки: молодость и «вторая жизнь» не вернутся через железу, а внутренние качества — не меняются трансплантацией.
Со временем наука разобралась и в Воронове, и в тестостероне, и в природе старения, но булгаковская ирония пережила всех: эксперименты коллапсируют, когда игнорируют человека. Именно поэтому прототип профессора Преображенского так прочно вошёл в культурный код — не как курьёз, а как предупреждение.










