Поклонимся великим тем годам....

В тяжелые годы рядом с солдатами на фронте воевали и те, кого мы называем нашими меньшими братьями: звери и птицы. Им не давали орденов, они не получали званий. Они совершали подвиги, не зная этого. Они просто делали то, чему их научили люди — и гибли, как и люди. Но, погибая, они спасали тысячи человеческих жизней. Самыми верными помощниками солдат в годы Великой отечественной войны были, конечно, собаки.

В годы Великой Отечественной войны (1941–1945) собаки выполняли сложную работу. Они отыскивали раненых на поле боя, зимой на нартах, а летом на специальных тележках ездовые собаки вывезли с поля боя почти 700 тысяч тяжелораненых бойцов. Они обнаружили свыше 4 миллионов мин и других взрывных устройств, доставляли в роты, полки и батальоны военные документы, уничтожали вражеские танки. Собаки помогали одерживать победу над фашистскими захватчиками...

В Архангельске находится памятник «Тюленю-спасителю», накормившему тысячи архангелогородцев и ленинградцев в годы Великой Отечественной войны. Надпись на памятнике гласит: «О, сколько ты народа спас от голода и холода». В 1944 году из Архангельска в Ленинград для ликвидации последствий блокады было отправлено более тысячи тонн пищевого и медицинского жира из тюленьего сала. Вкус тюленьего мяса и жира до сих пор помнят многие жители города, пережившие тяжелые военные годы. Они считают, что именно гренландский тюлень спас от голодной смерти многих горожан...

Вот что писал в своей докладной записке немецкий генерал Гальдер:
«Мы постоянно сталкиваемся с конными соединениями. Они так маневренны, что применить против них мощь немецкой техники не представляется возможным. Сознание, что ни один командир не может быть спокоен за свои тылы, угнетающе действует на моральный дух войск». И действительно, хотя конь бежит со средней скоростью не более 20 км в час и может преодолеть не более 100 км за сутки, но он может пройти там, где не пройдёт никакая техника — и сделает это незаметно. В войну лошадей применяли и как транспортную силу, особенно в артиллерии. Упряжка в шесть лошадей тянула пушку, меняя огневые позиции батареи. Перед глазами встают кадры фронтовой кинохроники: красноармейцы из всех сил выталкивают застрявшую телегу со снарядами, запряжённую лошадьми. Лошадь оставалась основной тяговой силой армии. На начало войны в армии их было без малого 2 миллиона — но их всё равно катастрофически не хватало. Лошадей использовали для переброски боеприпасов, провианта и раненых. Много лошадей пало на полях сражений. Лошадь не могла спрятаться в траншеи или укрыться в блиндаже от пуль и осколков снарядов...

Как не странно, символ мира — голубь — может оказаться эффективным средством войны. Голубиная почта существовала ещё со времён глубокой древности, но с приходом радио казалось, что её век окончен. Но первые бои Великой Отечественной войны показали, что проводная связь действовала только на расстоянии 3 км, радио — 5 км. Зачастую техника выходила из строя. В этом плане показательным является сражение при форсировании реки Великая в 1944 г. Наши войска захватили плацдарм и оторвались от основных частей белее, чем на 25 км. Связи на таком расстоянии не было и быть не могло. И тогда были применены голуби. Они ежечасно приносили сведения о немецких позициях и корректировали огонь. Применялись голуби и для уничтожения объектов противника...

20 мая родился Алексей Петрович Маресьев (1916-2001) – легендарный советский военный лётчик-истребитель. Герой Советского Союза. Полковник. Кандидат исторических наук. В начале войны был направлен на Юго-Западный фронт, но в марте 1942 года был переброшен на Северо-Западный фронт, а в апреле в бою с немцами его самолет был подбит, а сам Алексей тяжело ранен. Он совершил вынужденную посадку на территории, занятой фашистами. 18 суток раненный в ноги лётчик ползком пробирался к линии фронта. Ему удалось выйти, но врачи вынуждены были ампутировать ему обе ноги в области голени. Еще в госпитале Алексей Маресьев начал тренироваться, готовясь к тому, чтобы летать с протезами. В начале 1943 года прошел медкомиссию и был направлен в летную школу.
В феврале 1943 года он совершил первый после ранения пробный вылет. Добился отправки на фронт и снова стал летать. 20 июля 1943 года Маресьев во время воздушного боя с превосходящими силами противника спас жизни 2 советских летчиков и сбил сразу три вражеских истребителя.
Боевая слава о Маресьеве разнеслась по всему фронту. Книгу «Повесть о настоящем человеке» Бориса Полевого преподавали в школе, о нем снимались фильмы, писались песни, именем Маресьева называли улицы и школы...

«Нoчнaя ведьмa»: единствeннaя лётчицa-кaзaшкa, нaвoдившaя ужас нa нeмцeв

Тeмнaя нoчь. Гдe-тo вдaлeкe слышится гул двигaтeлeй, a зaтeм – пoлнaя тишинa. Нeмeцкиe сoлдaты всмaтривaются в нeбo, нo ничeгo нe видят. Внeзaпнo – свист и взрывы. Eтo oни, нoчныe ведьмы. Срeди них – Хиуaз Дoспaнoвa, единствeннaя лётчицa-кaзaшкa в истoрии Вeликoй Oтeчeствeннoй войны, чьa oтвaгa и мaстeрствo стaли чaстью лeгeнды.

Хиуaз Дoспaнoвa былa eщe юнoй дeвушкoй, кoгдa войнa рaзвeрнулa её жизнь в стoрoну фронтa. Рoдoм из Кaзaхстaнa, oнa с дeтствa мeчтaлa o нeбe, a в 1940 гoду пoступилa в aeрoклуб, стaв oднoй из пeрвых дeвушeк, oсвoивших упрaвлeниe сaмoлётoм. Кoгдa нaчaлaсь войнa, oнa бeз кoлeбaний oтпрaвилaсь дoбрoвoльцeм нa фронт, стaв пилoтoм 46-гo гвaрдeйскoгo нoчнoгo бoмбaрдирoвoчнoгo aвиaпoлкa. Eтoт пoлк нeмцы прoзвaли «нoчными ведьмaми» зa их бeшумныe нoчныe нaлёты, кoтoрыe дeржaли врaгa в пoстoяннoм стрaхe.

Рaбoтa тaкoгo пилoтa трeбoвaлa нeвeрoятнoй тoчнoсти и xraбрoсти. Сaмoлёты Пo-2, нa кoтoрых лeтaли дeвушки, были тихими, нo прaктичeски нe зaщищёнными. Любaя oшибкa мoглa стoить жизни. Хиуaз упрaвлялa мaшинoй с филигрaннoй тoчнoстью, дaжe в услoвиях сильнoгo oбстрeлa. Oднa из её миссий вoшлa в истoрию: в 1943 гoду её сaмoлёт был пoдбит, нo Хиуaз сумeлa пoсaдить eгo, спaсaя экипaж. Oднaкo сaмa oнa пoлучилa серьёзныe трaвмы. Нeсмoтря нa рeкoмeндaции врaчeй пoкинуть фронт, oнa нaстoялa нa своём и вeрнулaсь в стрoй, прoдoлжив выпoлнять бoeвыe зaдaния.

Интeрeсный фaкт: зa гoды войны Хиуaз Дoспaнoвa сoвeршилa oкoлo 300 бoeвых вылeтoв, чтo стaлo рeкoрдным пoкaзaтeлeм для мoнoгих пилoтoв. A eщё, пo свидeтeльствaм oчeвидцeв, нeмцы инoгдa дaжe нe пытaлись пoднимaть свoи истрeбитeли нoчью, eсли знaли, чтo в вoздуxе «ведьмы». Eтo былo нe тoлькo признaниeм их мaстeрствa, нo и пoкaзaтeлeм тoгo, кaкoй стрax внушaли эти xрупкиe дeвушки свoим врaгaм.

Xрaбрoсть Хиуaз нe рaз oтмeчaлaсь нaгрaдaми, oднaкo её имя дoлгoe врeмя oстaвaлoсь мaлoизвeстным. Тoлькo спустя дeсятилeтия пoслe войны oнa стaлa нaстоящим симвoлoм гeрoизмa для свoeй рoдины. Ёё примeр внoвляeт и сeгoдня.

Снимок, сделанный в 1961 году в Брестской крепости фотографом Михаилом Ананьиным под названием «Проклятие войны».

Мужчина без ноги, плачущий у глыбы развороченного железобетона, – участник обороны Брестской крепости Владимир Иванович Фурсов.
22 июня 1941 года он был сержантом минометной батареи 125-го стрелкового полка.

22 июня 1941 года в 3 часа 15 минут – за 45 минут до официального начала Великой Отечественной войны, в Севастополе, на углу улицы Подгорной и Греческого переулка от взрыва мины, сброшенной фашистским бомбардировщиком, погибли трое жителей города...

«Их было трое – маленькая девочка, её мама и бабушка... Кто мог предположить, что война унесёт более двадцати миллионов жертв. Эта самая первая жертва Великой Отечественной войны в тот день показалась чудовищной.
Александра Белова
Варвара Соколова
Леночка Соколова
Эти имена стоят первыми в списке жертв Великой Отечественной войны.
Ещё не погиб ни один солдат».
(Г. Черкашин «Возвращение», 1985)

Девичья команда
В Петербурге, неподалеку от Тихорецкого проспекта, в парке Сосновка стоит памятник. Тоненькая высокая девушка в военной форме держит за ошейник немецкую овчарку, а собака преданно смотрит в лицо хозяйке. В другой руке у девушки саперный щуп.

Именно на этом месте располагалась в войну школа служебного собаководства на базе собачьего питомника. Мало кто знает, но крупных собак в Ленинграде не съели в блокаду. Нет, с началом войны их собрали в этот питомник — и породистых, и дворняг. И тренировали на подрыв танков. Собакам закрепляли на спине взрывное устройство, которое срабатывало от соприкосновения с днищем танка.

Но в 1942 году было принято решение использовать собак в других целях. Как подрывники, они были ненадежны, случался подрыв и своих танков. Из собак стали готовить миноискателей, санитаров, связистов и доставщиков груза.

Мужчин не хватало, все были на фронте. И весной 1942-го работать с собаками призвали юных девочек 18 – 19 лет. Ленинградок. Некоторые из них до войны занимались в клубе служебного собаководства, на Рубинштейна, 40.
Из тоненьких, хрупких девочек, переживших первую блокадную зиму, был сформирован 34-й, отдельный батальон Ленинградского фронта. Их готовили к участию в прорыве блокады.

Среди этих девочек была Маргарита Меньшагина. Это она изображена в панораме на Невском пятачке. В Сосновке девушка одновременно и училась — саперному делу, разминированию, и учила своих новых подруг — кинологии, обращению с собаками.

Семья Нины Бутыркиной отдала своего любимца, овчарку Мига, в служебный питомник осенью 41-го. А весной 42-го Нина пошла добровольцем в военкомат. Ее призвали, отправили в Сосновку. И первой, кого она увидела, была ее подруга Рита Меньшагина. А вторым – любимец Миг, к которому девушку отвела Рита. Так Нина с Мигом и прошли всю войну.

А с осени 1942 года собак стали учить ходить в нартах.

12 января 1943 года началась операция «Искра». Туда и был направлен 34-й отдельный батальон. Задачей «девичьей команды» было доставлять на левый берег Невы боеприпасы, а оттуда вывозить на правый берег раненых.

В каждой упряжке было по 5 – 7 собак, руководили ими два кинолога. Одна девушка-кинолог бежала на лыжах перед нартами, вторая — за ними. Они везли взрывчатку, противотанковые мины, колючую проволоку, стальные щитки для укрытий. На обратном пути забирали раненых.
За время операции «Искра» бойцы 34-го отдельного батальона вывезли с поля боя 1800 раненых, и доставили многие тонны боеприпасов.

Еще собаки, под руководством девчонок, служили связистами, доставляли документы. Были и собаки-санитары — с сумками на спинах, где находились перевязочные пакеты и фляги со спиртом. Собаки безошибочно вычисляли еще живых, подбегали, начинали вылизывать лицо, помогая раненому прийти в себя. Потом подставляли спину, чтобы человек мог взять аптечку и перевязать раны.

Но самая главная заслуга 34-го отдельного батальона — разминирование. Земля и здания были буквально нафаршированы минами. Миноискатели не справлялись, приборы зашкаливало из-за огромного количества металла, оставшегося после боев. Выручал тонкий собачий нюх. После того, как собаки стали служить саперами, количество подрывов на минах в саперных подразделениях сократилось почти в 10 раз.

Собака шла вперед. Унюхав мину, садилась рядом и не шевелилась. Кинолог обследовала землю щупом, и ставила флажок для саперов, либо сама приступала к разминированию.

Девушки с собаками занимались поиском мин до 1953 года. Только на участке северо-западного фронта 34-й отдельный батальон обезвредил более 250 тысяч мин и снарядов.

Такой вот он был, героический 34-й отдельный батальон. Хрупкие девочки-блокадницы, почти дети, и преданные им собаки. Девочки рисковали жизнью, обезвреживая мины, вытаскивали раненых, оплакивали погибших собак. И гибли сами.
Они держались — девочки и собаки. И поддерживали друг друга.
«Знаете, вот таскаешь нарты целый день – не одни собаки таскают, ты с ними, можно сказать, наравне – под обстрелом, вся взмокнешь даже на морозе, но об этом не думаешь, ведь раненые на тебе, они истекают кровью, надо спешить. И вдруг где-нибудь по дороге на передовую почувствуешь, что все, что нет у тебя больше сил, что невозможно это дольше переносить. И сядешь в сторонке на пенек или на лед и заплачешь. Просто ревешь, ведь никого нет рядом, никто не слышит, так что не стыдно. А они собьются возле тебя, морды кладут на колени, лижут и подскуливают, из сочувствия, что ли. И высохнут слезы. Потреплешь собак, поднимешься – и пошли. Опять бежим туда, опять откуда-то берутся силы. Уж и счет рейсам теряешь. А собаки все тянут, они не то что слово, вздох твой понимают, и слушаются, и готовы защитить». (Воспоминания Нины Бутыркиной, из книги П. Заводчикова и С. Самойлова «Девичья команда»).

Маргарита Меньшагина и Нина Бутыркина выжили, прошли всю войну. Выжил и Миг, и прожил долгую собачью жизнь.




Памятник девушке с собакой был установлен по инициативе петербургского журналиста Елены Типикиной. Автор скульптуры – Александр Чернощеков.

Весной 1942 года, после первой и самой страшной блокадной зимы, руководство Ленинграда пошло на крайние меры для спасения людей от голода.

Городской совет приказал использовать под индивидуальные и коллективные огороды любой свободный клочок земли. В грядки превратились скверы, парки, стадионы, Марсово поле и даже знаменитая Исаакиевская площадь в самом центре города.

Тяжелая работа по превращению городских газонов в пашню легла на плечи ленинградских женщин, так как большинство мужчин ушли на фронт или сутками не выходили с оборонных заводов. Женщины вручную перекапывали сухой каменистый грунт Исаакиевской площади и высаживали туда рассаду капусты. Саму рассаду часто выращивали прямо на подоконниках в уцелевших квартирах.

Работать приходилось под постоянными артиллерийскими обстрелами. Немецкие войска использовали огромный купол Исаакиевского собора как главный ориентир для наводки орудий. Чтобы хоть немного спрятать здание, купол полностью закрасили серой масляной краской, а внутри собора устроили хранилище для уникальных экспонатов из пригородных музеев. Снаряды регулярно взрывались неподалеку, но женщины продолжали ухаживать за грядками.

Этот урожай в буквальном смысле спасал жизни. Вся выращенная на площади капуста и другие овощи строго учитывались и распределялись по госпиталям, детским домам и рабочим столовым. Городские огороды помогли ленинградцам получить критически важные витамины и дожить до прорыва блокады, а кадры с женщинами, работающими на фоне величавого собора, стали мировым символом стойкости и воли к жизни.

24 июня 1945 года, на Красной площади состоялся Парад Победы. Его принимал Маршал Советского Союза Георгий Жуков, а командовал прохождением войск — Маршал Советского Союза Константин Рокоссовский. Кульминацией парада стало бросание нацистских штандартов и знамен к мавзолею Ленина.

Солдаты бросают гитлеровские штандарты. Парад Победы
Евгений Халдей, 24 июня 1945 года, г. Москва, Красная пл.

Cirre, Галина, Вы считаете допустимым постить фейковые истории с фейковыми фоточками, при этом выдавая их за подлинные и уточняя:

Фотограф из Управления по переселению увидел их и остановился. Фото появилось в газетах по всей стране. Тележка хранится в Смитсоновском институте.

Да?

А мне глаз резануло несоответствие с названием темы... С какого перепуга я должна кланяться американской депрессии???

Анна1957, Анна, это само собой. Но я попросил бы Галину выдуманную фигню в подходящих темах постить. Например, в «Рассказы для души», «Селебрити-лайф», «Позитивчик» и т. п. Но никак не в «Поклонимся великим тем годам....» или в «Назад в ХХ век...».

Arerut, ну если это не реальная история, то уберите. Я иногда что то проверяю, иногда нет. Верю интернету

Верю интернету

Сейчас таких рассказов и фото сгенерированных ИИ- море разливанное.. Фото же сразу видно, той эпохи или эпохи ИИ.

Рабочие завода «Серп и молот» слушают по радио объявление о начале войны
Иван Шагин, 22 июня 1941 года, г. Москва, ул. Золоторожский Вал.

12 июля 1943 года на Курской дуге в полосе Воронежского фронта, в районе станции Прохоровка, произошло крупнейшее танковое сражение в военной истории. Лоб в лоб здесь сошлись советские гвардейцы и элита вермахта – танковые дивизии СС. Горело все, что могло гореть, все было затянуто пылью, гарью и дымом от горящих танков, селений, лесов и хлебных полей. Земля была выжжена до такой степени, что на ней не осталось ни одной травинки.
В результате Прохоровского сражения был нанесен колоссальный урон немецким танковым соединениям. Это подорвало боевой дух элиты германских танковых войск, после чего они окончательно потеряли веру в победу.

Мария Лиманская-Бранденбургская Мадонна

Мария Филипповна Лиманская родилась в 1924 году в селе Старая Полтавка Волгоградской области. Девушка оказалась на фронте, едва ей исполнилось 18 лет — в 1942 году. Изначально она шила одежду солдатам, позже стала регулировщицей.

«Туда набирали именно женщин, так как мужчины были нужны на полях сражений. Боевое крещение Марии Филипповны прошло под Батайском Ростовской области».
Находясь под вражеским огнем, юная Мария Филипповна регулировала движение войск на переправе через Дон. Кроме того, она принимала участие в Сталинградской битве, освобождении Симферополя, Белоруссии, Польши и в итоге дошла до Берлина.

Так и получилось, что 2 мая 1945 года Мария Лиманская стояла у Бранденбургских ворот недалеко у Рейхстага и регулировала движение. Уже 9 мая солдаты в Берлине отметили капитуляцию немецких войск.

После окончания Великой Отечественной войны Мария Лиманская работала медицинской сестрой, позже — библиотекарем.

Бранденбургской Мадонне в Саратовской области посвящен памятник, который установили 9 июля 2020 года. Бронзовая фигура больше двух метров в длину украшает площадь возле Центрального дома культуры города Маркса Саратовской области.

Советский танкист Борис Кузьмич Кошечкин перекрасил свой танк в фашистский, доехал до немцев, поздоровался и угнал вражеский штабной автомобиль. Сам он считал этот поступок не иначе как хулиганским. Кошечкин был танкистом, выпускником Казанского танкового училища, и попал на фронт в 1942 году. Он участвовал в боях подо Ржевом, где его Т-26 подбили и сожгли дотла, но экипаж уцелел. В 1943 году их перебросили на Курскую дугу. Перед битвой в часть прибыли новенькие британские «Валентайны» с 57-мм пушкой.

Кошечкин заметил, что эти танки очень похожи на немецкий средний Т-3. Он решил воспользоваться этим и придумал дерзкий план. Нарисовал на «Валентайне» немецкие кресты, надел вражеский комбез и отправился в тыл к немцам. Кошечкин отлично знал немецкий, так как вырос среди поволжских немцев, а его учительница была немкой. Увидев первый немецкий орудийный расчет, он наехал на него гусеницами, повредив две пушки. Кошечкин извинился по-немецки, притворившись, что это случайность.

Танк подкатил к зданию штаба, где стоял автомобиль. Танкисты зацепили его и поехали обратно. Немцы не сразу поняли, что произошло. Они осознали обман, только когда советский танк с прицепленной штабной машиной пересекал линию фронта. Немцы начали стрелять из пушек. Один 88-мм снаряд пробил башню насквозь. Кошечкина оглушило, механик-водитель был ранен в плечо, но танк с машиной добрался до советских войск.

В автомобиле нашли нужные документы. За «хулиганскую выходку» командование поблагодарило танкиста и наградило его орденом Красной Звезды. Позже, 7 марта 1944 года в бою за Тернополь, Кошечкин уничтожил два танка и противотанковое орудие, первым ворвавшись в город. За это он получил звание Героя Советского Союза.

После войны Кошечкин вернулся в Киев, работал старшим преподавателем в Киевском высшем военном училище. В 1972 году вышел в запас. Он вел активную общественную работу, был членом президиума Международного союза городов-героев СНГ и председателем Киевского союза за дружбу городов-героев. В 2008 году президент Украины присвоил ему звание генерал-майора.

Борис Кошечкин умер 21 октября 2017 года в возрасте 95 лет.

«И ехали девушки домой с прибавлением семейства»: походно-полевые жёны на войне

Подвиг, любовь и ненависть под фашистскими пулями. Военно-полевые романы – как это было на самом деле?

После Великой отечественной войны, в 1947 году, 60 женщин подписали петицию в Президиум Верховного Совета СССР. Все эти женщины были бывшими женами генералов, некоторые даже маршалов. Они называли свой документ «Петиция брошенных жен» и предлагали в ней принять закон, «ограждающий права жен, состоящих в браке 20 лет и более».

Передать петицию поручили бывшей жене маршала Конева (и матери его двоих детей). Она поехала на дачу председателя Президиума. Председателя не было дома. Петицию взяла его жена, внимательно прочитала и со слезами на глазах сказала, что согласна с каждым словом.

После войны многие мужчины ушли от своих законных жен к «походно-полевым», ППЖ. Ах война, что ж ты сделала, подлая...

«За половые потуги»
Это словечко, ППЖ, было оскорбительным. Простые солдаты и мечтать не могли об отношениях с симпатичной медсестрой, связисткой или прачкой. Походно-полевые жены всегда были офицерскими, поэтому считалось, что они продались: за перевод в штаб, за трофейный отрез на платье, за медаль «За боевые заслуги», которую на фронте нередко презрительно называли «За половые потуги».

И это было ужасным оскорблением для девушек, потому что эту медаль давали медсестрам, которые вынесли с поля боя 15 тяжело раненых бойцов вместе с их личным оружием.
Не всегда отношения мужчин и женщин на фронте строились на любви. Иногда у девушек не было выбора. Иногда они считали, что их красота – ресурс, которым грех не воспользоваться. Иногда это была любовь на всю жизнь, а на фронте никто не знал, сколько ее осталось, той жизни – может, десятилетия, а может и часы..

Сестричка, помоги!
Чаще всего девушки уходили на фронт по зову сердца: бить врага, если надо – отдать жизнь за Родину. Они не были готовы к грубой реальности. К тому, что на поле боя мужчины будут умолять: «Сестричка, помоги!» А в часы затишья будет страшно приближаться к этим же мужчинам...

Светлана Алексиевич в своей книге «У войны не женское лицо» рассказывала про санинструктора Софью, которая научилась драться во сне: она была единственной женщиной в батальоне, приходилось делить одну землянку с мужчинами и просыпаться от того, что лупишь со всей дури по чьим-то рукам и щекам. Софья добровольно перешла в землянку к командиру батальона: «лучше с одним жить, чем всех бояться».

Второго своего комбата Софья любила, и там, на этой страшной войне пережила самые счастливые минуты в жизни. Но она знала: кончится война – и у них все кончится. После победы комбат вернулся к жене и детям, Софья воспитывала их дочку одна. А от него для дочки – ни копейки, ни открыточки.

О том, как жилось женщинам на войне, рассказывают многие честные мемуары. Советский искусствовед Николай Никулин тоже выпустил такую книжку: «Тяжело им было в окружении мужиков. Голодным солдатам, правда, было не до баб, но начальство добивалось своего любыми средствами, от грубого нажима до самых изысканных ухаживаний... И ехали девушки домой с прибавлением семейства».

По этому приказу, например, уехала в тыл Агнесса Подмазенко, походно-полевая жена генерала Андрея Власова. Власов перешел на сторону фашистов, быстро нашел себе другую ППЖ и забыл про Агнессу. А она родила сына и отсидела пять лет в лагере за «связь с врагом».

Страшную историю про разведчицу Надю Кожевникову рассказывал писатель, участник Великой Отечественной Овидий Горчаков. Это была невероятная девушка. Она записалась на фронт добровольцем, и после обучения ее забросили в глубокий немецкий тыл, в леса Белоруссии. Всего через год мама Надежды получила похоронку, но подробности выплыли много лет спустя. Командир партизанского отряда хотел, чтобы Надя стала его ППЖ, а Надя презирала его всем своим честным сердцем. Он давил, она не соглашалась, и тогда командир приказал расстрелять ее «по законам военного времени».

В самом начале войны сам Жуков написал руководству страны докладную записку, в которой призывал остановить разврат: «В штабах и на командных пунктах командиров дивизий, полков имеется много женщин под видом обслуживающих, прикомандированных и т. п. Ряд командиров, потеряв лицо коммунистов, просто сожительствуют...»

Очень скоро после этой докладной Жуков тоже «потерял лицо коммуниста».
Он и до войны, на гражданке не отличался пуританством – у него было две семьи. Две женщины, Александра и Мария рожали от него детей и пылко за него сражались. Но Александра не стеснялась обращаться за помощью к товарищам в партии, и поэтому считалась официальной женой, хотя женаты они не были.

На войне личные обстоятельства Жукова запутались еще сильнее. Он встретил фельдшера Лидочку, Лидию Захарову. В те дни Жукову было непросто, гремела страшная битва под Москвой, и только Лидочка, застенчивая, но улыбчивая, «солнечный лучик» радовала глаз и сердце сурового воина. Они не разлучались всю войну, Лидочка была с Жуковым везде, не раз рисковала жизнью. Война не сделала ее циничной, Лида краснела от любой двусмысленной шутки, а когда Жуков ругался матом, на ее глаза набегали слезы.

После войны Жуков не расстался с Лидочкой, поселил ее в Москве, а потом забрал с собой в Одессу.

Они жили вместе, и только, когда приезжала Александра, Лидочка перебиралась в свою квартиру. Конечно, Александра обо всем узнала. Она отряхнула пыль со своих старых методов и написала в НКВД донос на фельдшера Лидию Захарову. Лидочку уволили из армии, но она все равно осталась с Жуковым, и всюду верно следовала за ним. Потом было заявление в ЦК КПСС: бывший адъютант Жукова доводил до сведения руководства страны, что маршал вступает во внебрачные связи прямо в служебном кабинете и награждает своих любовниц орденами. Жуков, матерясь, писал объяснительную: во внебрачную связь вступал, но только с одной женщиной, а ордена она получала не от него, за реальные боевые заслуги.

Лида была рядом с маршалом больше 10 лет, и в хорошие его времена, и в самые трудные. Она выдержала все эти перешептывания за спиной: «позорит звание советской женщины». Выдержала, что Жуков под давлением партии женился на Александре. Легендарный маршал сам оставил Лиду, когда встретил новую любовь, девушку на 30 лет моложе себя. Он был тогда уже министром и с Лидой расстался по-хорошему, помог получить квартиру. И с Александрой он развелся.

ППЖ генсека
Леонид Ильич Брежнев, будущий руководитель СССР, встретил свою первую настоящую любовь на фронте. Он до войны был женат, но свою жену не любил. Таких девчонок у него было полно, и жениться на Виктории он не собирался... Но вмешалась ее мама: соблазнил девчонку – женись, или смотри у меня! Леонид делал партийную карьеру, неприятности ему были ни к чему...

Когда на фронте познакомился с медсестрой Тамарой, землячкой из Днепропетровска, его как молнией ударило. Тамара потом вспоминала: «Он называл меня Томой. У него был красивый мягкий баритон. Матерщины и хамства я от него никогда не слышала. Нельзя было в него не влюбиться. Аристократических манер у него не было, но приглашал он очень ласково. Улыбка добродушная, белозубая, с ямочками – ну, невозможно же ему отказать.

И вот мы с ним кружимся в вальсе по всему залу, и я чувствую, как он бережно ведет меня, какой он сильный, и он ко мне прижимается».

Брежнев твердо знал, что будет делать после войны: разведется с Викторией, женится на Тамаре. И Тамара даже приехала к нему в Черновцы, но дверь открыла Виктория: «Я все знаю. Никого не упрекаю и не обвиняю, только прошу тебя уехать».

И гордая Тамара уехала. Брежнев нагнал ее на какой-то станции, умолял вернуться... Но это было уже так, больше для декорации. Виктория потом шантажировала мужа: уйдешь к своей ППЖ, пойду в партком, отберут партбилет — и кому ты нужен? Племянница Брежнева рассказывала, что роман будущего генсека с Тамарой тянулся много-много лет, но все-таки однажды он выбрал партбилет.

Любовь не прощает предательства. С годами она переродилась в какое-то странное приятельство. Брежнев помог Тамаре и ее мужу получить хорошую квартиру в Москве. Дружили семьями, выпивали, рассказывали анекдоты. Как будто и не было страшной войны, огромной любви, ежеминутной тревоги друг за друга. Не было вальса под фронтовой аккордеон, и он – такой сильный, никогда не прижимался к ней в танце. Ничего от этого не осталось, только фотография с надписью на обороте: «Милая Тома! Помни всегда, что у тебя есть надежный, любящий тебя друг. 5 мая 1943 года. Л. Брежнев».

Стало легче жить
Все военно-полевые романы со счастливым концом развивались по одному сценарию: никаких компромиссов. Мужчина встретил на войне свою женщину, он закончил старую историю и начал новую. И плевать на партбилеты, на карьеры, на разговоры. Так было у полковника Семена Высоцкого, отца Владимира Высоцкого. Он встретил любимую женщину на войне и к жене уже не вернулся. Его новая жена не стала рожать детей, очень любила Владимира, а он называл ее «мама Женя».

Маршал Родион Малиновский до войны женился на милой женщине, преподавательнице французского языка. У них росли два сына. В 1942 году на фронте он вручал орден Красной Звезды красивой девушке, Раисе Гальпериной. У них было одно отчество, оба Яковлевичи, и Малиновский стал передавать Рае приветы. Все долго думали, что Рая его сестра.

«Ох, насколько мне стало легче жить, когда все решили, что я его сестра», – вспоминала потом Раиса. Малиновский добился, чтобы Раю перевели в штаб, и вместо почетного «сестра» в глазах всего Южного фронта она перешла в разряд ППЖ. Но маршал быстро развелся с женой, женился на Раисе, помог найти ее сына от первого брака. У них родилась дочь.

Маршал Конев – это его жена отвозила «петицию брошенных жен» – тоже не стал расставаться со своей ППЖ. Антонине было 18 лет, ее приставили к маршалу вести хозяйство. У Конева была язва, ему нужно было соблюдать диету. Тоня смотрела, чтобы он как следует ел и не забывал принимать таблетки. После войны они вместе прожили долгую и счастливую жизнь.

«Вы наплюйте на сплетников, девочки»
Слухи про походно-полевых жен быстро докатились до тыла, где женщины ждали своих мужей, каждый день писали им письма, молились: только бы вернулся... Ненавидели не только ППЖ, ненавидели всех девушек, которые были на фронте. Часто считалось: раз воевала, значит, на тебе клейма негде ставить, «четыре года по мужикам таскалась». И девушки часто скрывали свое военное прошлое, которое было ничуть не менее героическим, чем у мужчин. Многим девушкам-фронтовичкам довелось пережить настоящую травлю.

А если у военно-полевого романа истории был счастливый конец, и походно-полевая жена становилась законной, ей все равно жилось непросто. Хорошо, если муж маршал, а если простой офицер... Вся жизнь – за ним по гарнизонам. А там – сплоченное женское гарнизонное сообщество, знающее о «петиции брошенных жен», презрительно поджатые губы, сплетни, шипение.

Только в семидесятые годы отношение к фронтовичкам в обществе стало таким же, как к фронтовикам...

Пограничный конфликт у озера Жаланашколь — бой, произошедший 13 августа 1969 года между советскими пограничниками и китайскими военнослужащими, нарушившими границу СССР. В результате нарушители были оттеснены за пределы советской территории.
Этот конфликт стал крупнейшим после боёв за Даманский военным столкновением СССР и Китая.

В результате советско-китайского пограничного конфликта в районе озера Жаланашколь с обеих сторон погибли более 20 человек, преимущественно китайские военнослужащие. После схватки китайцы на казахстанском участке границы СССР и Китая провокаций больше не устраивали.

Перешли границу у реки.

В 1969 году на советско-китайской границе произошло несколько стычек с вооруженными китайцами, проникавшими на территорию СССР. Весной случился конфликт на острове Даманском – самый известный из всех подобных пограничных столкновений. Через несколько месяцев произошла провокация на Джунгарском выступе. И, наконец, в первой половине августа 1969 года советские пограничники застав «Рудниковая» и «Жаланашколь» заметили подозрительную активность на сопредельной стороне – усиленные группы китайских военнослужащих скапливались вблизи границы. Попытка прояснить ситуацию, предпринятая советским командованием данного округа погранвойск, успеха не принесла – китайцы на это предложение никак не отреагировали.

Заставы привели в повышенную боевую готовность, советские пограничники в тот же день вырыли по периметру необходимые инженерные сооружения, с флангов позиции укрепили двумя бронетранспортерами с маневренной группой. На рассвете следующего дня двумя группами китайских военнослужащих была нарушена граница Советского Союза у заставы «Жаланашколь». Если в советской истории данный конфликт назван по озеру, расположенному в этих местах, то китайцы назвали его по реке Теректа, впадающей в казахское озеро Жаланашколь.

Группы нарушителей границы общей численностью 15 человек продвинулись на советскую территорию на различные расстояния и спустя полтора часа после броска начали рыть окопы. Советские пограничники видели, что к аналогичным действиям на китайской стороне готовятся еще порядка ста диверсантов.

Боестолкновение и выдворение

У советских пограничников был приказ первыми огня не открывать. Поначалу китайцев на их родном и русском языках пытались вразумить – по мегафону просили отойти по-хорошему. В ответ было молчание. Вскоре еще свыше десятка китайцев выдвинулись на советскую территорию в районе погранпоста «Теректа» и пошли к сопке Каменной, где уже окопался один из отрядов, ранее перешедший границу СССР. Отправленные им наперерез два БТР передвижения китайцев-нарушителей не остановили, те только ускорились.

Когда с советской стороны прозвучало повторное предупреждение покинуть территорию СССР, китайцы открыли огонь. В ответ начали стрелять и советские пограничники. Пограничный конфликт вступил в решающую фазу. В течение дня, 13 августа, советские военнослужащие пытались отбить сопку Каменную, на которой китайцами была устроена круговая оборона. К группам нарушителей границы, что уже действовали на нашей земле, присоединились еще несколько десятков китайцев, у которых помимо стрелкового имелось и противотанковое оружие. С нашей стороны противостояли подразделения двух погранзастав, усиленные бронетранспортерами. К вечеру высоту отбили, а уцелевших нарушителей вытеснили на их территорию.

На казахстанском участке границы китайская сторона больше не предпринимала провокаций. 11 сентября 1969 в Пекине А. Н. Косыгин и Чжоу Эньлай договорились о прекращении враждебных действий.

Фотография маленькой девочки с большими, выразительными глазами, была сделана в марте 1944 года в концлагере Озаричи, фотографом Семёном Альпериным. Снимок, на котором ребёнок смотрит в объектив далеко не детскими глазами, впечатлил тысячи людей.

Но кем является эта девочка? Выжила ли она вообще? Надпись под ней гласила: "6-летняя Вера Курьян из д. Подвидки – узница концлагеря в Озаричах, 1944 г».
Но в подпись закралась ошибка – родная деревня ребёнка называлась Подветка, да и девочке тогда было ещё только 5 лет.

Когда Вере было всего 2 года, грянула Великая Отечественная война. Вскоре в деревню Подветка (Гомельская область) нагрянули фашисты. Немцы лютовали, они грабили местное население, отнимая последнее, буквально наслаждались своей властью. Женщин, стариков и детей могли расстрелять без всякого повода, а мужчин – тем более.

Отца Веры оккупанты тоже забрали в плен, где тот пробыл 3 дня. А потом мужчина сбежал и продолжил воевать.
А мать Лида схватила из люльки новорожденную дочь Олю, подхватила Веру и её старшего брата Женю и побежала с детьми по направлению к болоту Бабинец.
Идти несчастной женщине было некуда, но нужно было спасать себя и детей.
Приютом для бежавших из Подветки семей стал лес и болото Бабинец, имевшее несколько километров в диаметре. Немцы не знали туда безопасного пути, поэтому обстреливали его окраины просто ради забавы.

А люди выживали как могли, но не всем, конечно, удалось сохранить жизнь. Вера Курьян прожила в нем вместе с сестричкой, братиком, мамой, дедушкой и теткой Хадосьей до начала 1944 года.
Дедушка даже зимой выкапывал из болота какие-то ягоды, тем и спасал родственников от голодной смерти. Очень донимал холод, ведь в любое время года приходилось жить в шалашах из еловых веток, а костры люди разводить боялись.

Лесное болото помогало людям хоть как-то выжить: из лозы плели лапти, собирали ягоды, пили болотную воду. О чистой воде приходилось лишь мечтать, поскольку окраины Бабинца подвергались обстрелам.
Если очень повезло, люди могли кое-как выбраться в деревню, чтобы выкопать из земли картошку. Казалось, хуже уже некуда, но люди не подозревали, что это были ещё цветочки.

С началом 1944 года немцы усилили обстрел болота, находиться там было очень опасно. Люди были вынуждены покинуть его, но всех укрывавшихся фашисты согнали в концлагерь Озаричи.

Едва истощённые люди выбрались, их согнали, а потом отправили в концлагерь
Мирные жители, среди которых были беременные, маленькие дети, стали узниками и вынуждены были жить в условиях, которые трудно назвать человеческими. спать довелось вообще на голой земле.

На ней ничего не росло, немцы узников практически не кормили. Иногда, для того, чтобы посильнее поиздеваться, бросали в толпу кусок хлеба и смотрели, как измождённые люди будут драться за него.
Колючая проволока, автоматчики, вокруг вышки с пулеметами. Но даже в таких условиях всё-таки жизнь брала своё.

Молодая женщина родила малыша, но все понимали, что шансы выжить у крохи минимальны. Но, тем не менее, всё-таки надеялись на лучшее, мол, если доживёт до утра, будет чудо.

Чудо случилось, мальчик выжил и дождался освобождения, причём в свидетельстве о его рождении написано, что место рождения Озаричи.
Мать Веры от голода совсем ослабела, была еле живой. Но однажды тётка Хадоська оказалась свидетелем, как сын попытался спасти мать. Вот что происходило со слов Веры, которой родственница всё рассказала:

«Однажды пропал Женя. Тетка кинулась его искать и нашла. Женька — ему было лет 8 — стоял на коленях у ног фрица, лопавшего из банки консервы, и, целуя его сапоги, повторял: «Дай».
Немец с силой пнул его ногой. Женя откатился прочь, но, превозмогая боль и страх, подполз снова.

Остатки колючей проволоки напоминают о тяжёлых безрадостных днях
Фашист, вылизав всё, отшвырнул от себя пустую банку, а Женя схватил её, кинулся бежать. Тётка нагнала его лишь у лежащей мамы и расплакалась.

Мой брат пальцами соскребал со стен пустой банки остатки и мазал ими мамины губы: «Только живи»...».
Мама выжила, хотя потом, после освобождения, восстанавливала здоровье очень долго.

Смертность и так была чрезвычайно высокой, а тут еще приблизилась линия фронта. Немцы понимали, что удержать советское наступление чисто военными методами они не смогут и попробовали применить биологическое оружие.

Почти никто не верил, что мама веры выживет, но воля к жизни оказалась сильнее. Это фото потрясло весь мир
Фашисты решили заразить узников лагеря Озаричи тифом, в расчёте на то, что больные люди и освободители на радостях станут обниматься. В итоге болезнь перейдет к советским солдатам и таким образом нелюди убьют двух зайцев.

Однако жестокий план провалился, а 19 марта 1944 года концлагерь Озаричи был освобождён.
А за день до этого, понимая ситуацию, в бессильной злобе гитлеровские солдаты принялись прикладами бить узников, а затем всех подряд, жив-не жив, скидывать в одну большую яму.

Олечка Курьян, к сожалению тоже оказалась в яме. За ней прыгнул дедушка, но, когда внучку он достал из ямы, понял, что ей помочь уже нельзя.
Мужчина похоронил Олю отдельно от братской могилы и хотел после войны показать место упокоения Вере и Жене когда они немного подрастут. Не срослось, дедушка вскоре после Победы умер.
После освобождения семью Курьян разместили в Хойниках. Спустя несколько месяцев они вернулись в Подветку, где уцелело всего 3 хаты.

Выжившие жители и ютились в этих жилищах, идти ведь некуда, кругом разруха, надеяться приходилось только на себя.
Перезимовали не все – кто-то умер от голода и болезней, а другие столкнулись с другой бедой – мины, которые остались на полях.

В документах часто указано, что Вера потеряла мать в концлагере, но эти сведения ошибочные. Женщина, действительно была в очень плохом состоянии, дети даже думали, что это всё.

Но дедушка приложил к зеркало, оказалось. что она тихонько дышит, жива, хотя очень слабая.

Очень долго женщина восстанавливала здоровье, много болела. Кое-как восстановилась, но тёмные пятнышки на лице всё-таки остались.
Появилась коза, которую называли кормилицей, ведь молоко, которое она давала очень помогало семье. Жизнь постепенно восстанавливалась, затягивались раны, нанесённые войной.

Наконец с фронта пришел с победою отец. Его гимнастерка была увешана орденами медалями. Казалось, счастье вернулось в дом, но радость не была долгой.
Папа взялся строить хату, но до конца дело завершить не удалось. Когда он заканчивал работы на крыше за ним пришли, а затем – суд. В итоге, за трехдневное пребывание в плену мужчина получил 15 лет лагерей.

Ему не помогли ни медали, ни ордена, ни личный подарок (часы) от Рокоссовского, должностные лица всё это проигнорировали и отца двоих детей отправили на нары.
Освободился и вернулся в родную деревню он только после смерти Сталина.

Когда Вере исполнилось 16, она поступила работать на кирпичный завод, который находился в 45 км от Подветок. Узнав как ей тяжело, тетка устроила санитаркой в бобруйскую больницу. Там девушка познакомилась с местным парнем, за которого вскоре вышла замуж. У них родилось двое детей, а затем появились и внуки.

Уже будучи взрослой, Вера Сергеевна дважды ездила в Озаричи, где в настоящее время находится мемориальный комплекс.

Женщина говорит, что помнит плохо время, проведённое в концлагере, но она всё-таки, когда приехала, то практически сразу ощутила боль и страдания невинных людей, которые не дожили до освобождения.
Озаричи отразились на судьбе семьи Веры Курьян, на этой территории покоится её сестра, жизнь которой оборвалась слишком рано. Мемориал на территории Озаричей открыт в 60-х годах ХХ века

«У меня всё хорошо: дети выросли, внуки тоже, а внучки вообще окончили университет. После страданий в детстве я научилась больше ценить жизнь, поняла, что это самый лучший подарок. Нельзя об этом забывать,» – говорила женщина.

Все родные и близкие отзывались о ней, как о жизнелюбивой, доброй и неисправимой оптимистке. Ушла из жизни Вера Сергеевна 28 мая 2024 года, ей было 85 лет, оставив после себя добрую память.
А деревня Подветка, где родилась Вера Курьян, до сих пор существует, находится в Октябрьском районе Гомельской области. Деревня, конечно, очень маленькая – одна улица и людей совсем немного.







 

Кто бы мог заподозрить опасного врага в этой доброжелательной, улыбчивой и невероятно энергичной девушке?

Швейная мастерская в белорусском городе Поставы была одним из тех мест, куда немецкие офицеры приходили без опаски. Они знали: портниха Анна всегда приветлива, аккуратно подгонит форму и выполнит заказ в срок. Общаясь с ней, оккупанты расслаблялись и нередко сами рассказывали последние новости.
Анна производила впечатление человека, далекого от политики. Казалось, она просто хочет пережить войну и спокойно жить под мирным небом. Поэтому в мастерской не раз появлялся даже начальник немецкого гарнизона генерал фон Цуг. Он и представить не мог, что приветливая девушка, снимающая с него мерки для парадного мундира, на самом деле является убежденной подпольщицей и членом райкома комсомола. Для Анны работа на немцев была не способом спастись, а смертельно опасной борьбой против оккупантов.
Жизнь с самого детства готовила ее к испытаниям. Анна Масловская родилась 6 января 1920 года в деревне Курсевичи в многодетной крестьянской семье. Ее отец погиб в боях с белополяками, а мать умерла, когда дочери было всего семь лет. Оставшись сиротой, Анна была вынуждена батрачить и работать няней у зажиточных крестьян.
После ареста старшего брата семья Масловских столкнулась с новыми бедами. Сестер выгнали из школы, и им пришлось уехать в Литву, где они пасли коров у местного помещика. Эти тяжелые годы сделали Анну самостоятельной, выносливой и научили не отступать перед трудностями.
После установления советской власти жизнь постепенно изменилась. Анна стала комсоргом и пионервожатой в местечке Лынтупы. Но 22 июня 1941 года началась война, изменившая все.
Не раздумывая, девушка добровольно вступила в Красный Крест 71-го танкового батальона. Однако стремительное наступление немецких войск привело к тому, что часть под Витебском оказалась в окружении. Тогда командование поручило Масловской остаться в тылу противника и перейти на нелегальное положение.
Позднее она вспоминала, что конкретных инструкций ей почти не дали: нужно было просто идти, работать и мстить. Как именно действовать — тогда еще никто не знал.
Анна отправилась к сестре в деревню Черенки. С первых дней ей пришлось буквально создавать подполье с нуля. Вместе с сестрой они начали помогать окруженным советским бойцам: прятали раненых, добывали одежду, медикаменты и продовольствие. Постепенно вокруг них стали собираться люди, готовые бороться с оккупантами.
Из уцелевших красноармейцев удалось сформировать две группы. Восемнадцать человек подпольщики переправили через линию фронта, еще десять бойцов вывели к партизанам.
Анна обладала редкой смелостью и умением располагать к себе людей. Она свободно передвигалась между деревнями, собирала сведения о немецких частях, настроениях населения и действиях оккупантов. Постепенно ее дом и сама Анна стали одним из центров антифашистского сопротивления.
Для подпольной работы требовались листовки. Тогда Анна вместе с товарищем решилась на дерзкую операцию: воспользовавшись невнимательностью немецкого часового, они вынесли необходимое печатное оборудование прямо из оккупационной типографии.
Тем временем Поставский район переживал страшные времена. Оккупанты проводили массовые расправы, угоняли людей на принудительные работы и уничтожали целые семьи.
В феврале 1942 года в Поставах было создано гетто. Узников подвергали жестоким преследованиям, а их уничтожение становилось лишь вопросом времени.

Именно тогда Анна устроилась работать в швейную мастерскую. Ее главной задачей было не столько шить форму, сколько слушать. Офицеры вермахта и СС считали портниху совершенно безопасным человеком и в ее присутствии свободно обсуждали свои планы.
Эта информация оказалась бесценной. Когда подпольщики узнали о готовящейся ликвидации Поставского гетто в ноябре 1942 года, они организовали подкоп. Благодаря этому из обреченного гетто удалось спасти несколько сотен человек. Многие из освобожденных затем ушли в лес и присоединились к партизанам.
Анна работала не только с советскими гражданами. В городе находился украинский батальон, сформированный из бывших военнопленных, которые согласились служить немцам. Масловская тайно встречалась с ними, рассказывала о положении на фронте и успехах Красной армии, убеждая их перейти на сторону сопротивления.

Вскоре ее усилия дали результат. За обещание партизанской помощи и продовольствия коллаборационисты начали тайно передавать подпольщикам оружие, гранаты и боеприпасы.
Кульминацией борьбы поставских подпольщиков стала операция против начальника немецкого гарнизона генерала фон Цуга.
14 мая 1943 года был приведен в действие тщательно подготовленный план. Исполнителем стал комсомолец Андрей Прокопец, который работал у генерала кучером. В швейной мастерской, во время примерки нового мундира, генерала оглушили.
Почти одновременно в местном казино раздался мощный взрыв — условный сигнал к началу восстания.
Прокопец застрелил генерала, а в возникшей суматохе никто не обратил внимания на автомобиль, который покидал место событий. За рулем находилась Анна Масловская, переодетая в генеральскую шинель.
В результате восстания были уничтожены 23 эсэсовца, а около 90 человек из немецкого гарнизона, захватив оружие, перешли на сторону партизан.
После этого оставаться в городе стало невозможно. Анна ушла в лес и стала заместителем комиссара молодежного партизанского отряда. Но спокойная работа в штабе была не для нее. Она стремилась туда, где шли самые опасные боевые действия.
В наградных документах сохранилось описание одного из ее подвигов. Во время разгрома гарнизона «Полесье» Масловская первой подползла к немецкому дзоту, забросала его гранатами, ворвалась внутрь и, захватив пулемет, открыла огонь по вражеским казармам.
На ее боевом счету были десятки уничтоженных солдат и офицеров противника. Кроме того, Анна участвовала в диверсиях на железной дороге: под ее руководством были пущены под откос три вражеских эшелона, уничтожены три паровоза, 42 вагона и более ста военнослужащих противника.
15 августа 1944 года за исключительное мужество и героизм, проявленные в борьбе с врагом в его тылу, Анне Ивановне Масловской было присвоено звание Героя Советского Союза.
Но ее подвиг не закончился с окончанием войны.
После Победы Анна окончила Высшую партийную школу, жила в Москве и работала экскурсоводом. Женщина, которая сама в детстве познала горечь сиротства, посвятила часть своей жизни детям, оставшимся без родителей. Она усыновила и воспитала пятнадцать детей, потерявших своих близких во время войны.
Люди, знавшие Анну в мирной жизни, вспоминали ее совершенно не такой, какой она была на войне. Спокойная, мягкая, ласковая и доброжелательная женщина никогда не любила говорить о своих подвигах и не жаловалась на трудности.
Легендарной партизанки, Героя Советского Союза Анны Ивановны Масловской не стало 11 ноября 1980 года.

Судьба, достойная стать сюжетом фильма...

Девушка молча отдала танкисту свою кровь. Заглянув в медкарту, спасенный офицер принял решение, которое изменило обе жизни.

Июль 1943 года. Курская дуга. Великое танковое сражение под Прохоровкой. Земля дрожит от взрывов, небо почернело от копоти, танки идут на таран, скрежеща металлом. А в палатке полевого медсанбата, в паре километров от этого ада, сутками напролет идет своя война — битва за жизни.

Молодой военный хирург, лейтенант медицинской службы Ольга Борисенко давно потеряла счет времени. Едкий запах карболки, стоны раненых. Когда на операционный стол положили очередного бойца, казалось, что спасать уже некого. Лицо серое, пульса почти нет, страшная рана. Жизнь уходила из него по каплям.

«Справа! Фердинанд!» и шаг в бессмертие

Этим умирающим бойцом был старший лейтенант Евгений Шкурдалов, командир танковой роты. За несколько часов до этого его танк выскочил на пригорок в самом пекле боя.
«Помню, кто-то прокричал мне в ухо: «Справа! Фердинанд!». Едва успел скомандовать «Назад!», как прилетел снаряд, — вспоминал позже Евгений. — Удар страшной силы. Броню пробило, танк загорелся».

Механик-водитель чудом вывел пылающую машину из-под огня. К вечеру беспамятного командира доставили в палатку к Ольге.

Она зашила рану, но парень потерял слишком много крови.
— Срочно переливание! — бросила Оля медсестре.
— Крови нет, ни капли, — прозвучал ответ, как приговор.

И тогда худенькая, измотанная бессонными ночами девушка приняла решение. Без колебаний. Она приказала подготовить систему, легла на соседний стол и протянула руку. Теплая струйка ее крови потекла в вены умирающего танкиста. Прямо там, под канонаду рвущихся снарядов.
Вскоре на закопченном лице дрогнули ресницы. Танкист открыл глаза, глубоко вздохнул и тихо спросил: «Где я?». Оля улыбнулась. Спасенного тут же отправили в тыловой госпиталь. Он не запомнил ее лица. А она — его. Она просто выполнила свой долг.

«Наконец-то, наконец-то я вас нашел!»

В тыловом госпитале, придя в себя, Евгений Шкурдалов открыл свою медицинскую карту. В графе донора стояла фамилия хирурга, спасшей его от верной гибели: Борисенко О. И. Как только он встал на ноги, он не поехал отдыхать — он рванул искать свой медсанбат.

«Олечка, тут вас спрашивает какой-то офицер», — крикнули ей однажды.
Она вышла из палатки на опушку леса и замерла. Перед ней стоял высокий, невероятно красивый мужчина с пронзительными голубыми глазами.
«Мы стояли и просто смотрели друг другу в глаза, — вспоминала Ольга Иосифовна. — Это длилось мгновение, но казалось вечностью. И тут он сказал: «Наконец-то... Наконец-то я вас нашел».

Они поняли всё без слов. Это была искра, вспыхнувшая посреди выжженного поля.

Незабудки посреди минных полей

«Я всегда думала, что любовь может быть только в мирное время. Оказывается, и на войне тоже бывает», — признавалась Ольга.

Евгений оказался настоящим рыцарем. Медсанбат следовал за наступающей танковой армией. В редкие часы затишья командир роты тяжелых танков гнал на попутках по разбитым дорогам, чтобы просто увидеть ее глаза. Он появлялся неожиданно, грязный, пропахший порохом, но с... букетиком лесных незабудок!
«Я беру эти цветы, а у самой в голове бьется только одна мысль: Господи, слава богу, на мины не попал!» — рассказывала Оля.

Евгений не играл в легкие фронтовые романы. Он нашел адрес родителей Ольги в Гомеле, написал им трогательное письмо, рассказал, какая у них невероятная дочь, и попросил ее руки. И Оля сдалась.

Свадьба в гимнастерках

Они выжили. После Победы, в 1945 году, Евгений и Ольга ехали из Вены в Гомель на кузове грузовика. Везли с собой две канистры спирта и тушенку — праздновать свадьбу. Жених и невеста сидели за праздничным столом прямо в военных гимнастерках, увешанных боевыми орденами. (Евгений Шкурдалов стал Героем Советского Союза).

Они прожили вместе больше полувека, воспитали двоих детей и никогда не расставались. Та самая кровь, которую хрупкая девочка-хирург отдала умирающему солдату летом 1943 года, навсегда связала их судьбы в одну.

Есть на Петроградке маленькая улочка – Стрельнинская. И на этой улочке есть тихий, маленький скверик. Называется он – Сквер Слепых Слухачей...

У людей, лишенных зрения, как правило, обостренный слух. Зимой 1942-го было принято решение организовать особое подразделение – Слепых Слухачей. Из трехсот претендентов отобрали 12 человек, которые несли свою особую службу – они «слушали небо» в круглосуточном режиме. И могли расслышать звуки приближающихся к городу самолетов задолго до того, как те выходили на дистанцию сброса бомб.

Слепые слухачи со временем научились не только услышать звук самолета, но и распознавать их типы, и направления, откуда они летят. Благодаря их службе были спасены десятки тысяч жизней ленинградцев и множество стратегических объектов.

Георгий Лангемак: человек, давший Советскому Союзу «Катюшу»

Георгий родился 20 июля 1898 года в небольшом украинском городке Старобельске, в семье преподавателей иностранных языков. Его отец был статским советником Министерства просвещения, а сам мальчик с детства владел французским и немецким языками.

В 1908 году он поступил в гимназию в Елизаветграде (сейчас это Кропивницкий). Учился отлично, окончил с серебряной медалью. Но пришло время перемен. Первая мировая война перевернула его жизнь. Как и многих молодых людей того времени, Георгия призвали в армию в 1916 году. Он поступил в школу прапорщиков, успешно её окончил. Но вскоре страну охватили революции и гражданская война.

Судьба бросала его по разным местам, как это часто бывало в те годы. После развала флота он демобилизовался, но уже в 1919 году вновь оказался в рядах армии — теперь уже Красной. Голодные, тяжёлые времена, ликвидация безграмотности, преподавание грамоты — это была его служба в те годы.

В 1923 году начался новый этап в его жизни: он поступил в Военно-техническую академию. Учёба была трудной, но Георгий знал, ради чего он трудится. И в 1928 году, окончив академию, он стал специалистом в области, которая тогда только-только начинала развиваться.

В 1933 году Георгий Эрихович возглавил Ленинградское отделение Реактивного научно-исследовательского института. Именно в этот период под его руководством завершилась разработка реактивных снарядов РС-82 и РС-132. Эти разработки стали основой для создания «Катюши» — грозного оружия, которое наводило ужас на врага и стало настоящим символом мощи советской армии.

Лангемак был не только талантливым инженером, но и человеком, который понимал, что наука — это не только чертежи и расчёты. Он переписывался с Константином Эдуардовичем Циолковским, великим мечтателем и основателем космонавтики. Вот уж действительно — люди тех времён умели мечтать о будущем и работать ради него.

Но судьба Георгия Лангемака сложилась трагически. В 1937 году его арестовали. Его обвинили в шпионаже, и 11 января 1938 года он был расстрелян. Только в 1955 году, через многие годы после его смерти, Георгия Эриховича полностью реабилитировали.

Трижды через ледяной Днепр: как двадцатилетний лейтенант с рацией стал дважды Героем

Он переплыл ледяной Днепр трижды за одну ночь. Под пулями, с рацией, которая решала судьбу плацдарма. А через год пуля немецкого автоматчика прошла в двух с половиной сантиметрах от его сердца. Это история Афанасия Шилина — самого молодого дважды Героя Советского Союза, которому при жизни поставили памятник.

Родился Афанасий в 1924 году в Саратовской губернии, но детство его прошло в кузбасском городе Ленинск-Кузнецкий, среди угольных терриконов. Когда грянула война, ему было семнадцать. Он прибежал в военкомат, но худенького паренька отправили домой — иди, мол, работай. Шилин спустился в шахту и ждал своего часа.

В августе 1942-го его призвали и отправили в Томское артиллерийское училище. Шестимесячный курс заменил два года учебы: курсанты занимались по двенадцать часов, спали урывками. В мае 1943-го лейтенант Шилин попал на фронт. Его назначили командиром взвода управления 132-го гвардейского артиллерийского полка. Простыми словами — он стал корректировщиком: пробирался на передний край, высматривал немецкие батареи и наводил на них огонь своей артиллерии. Работа, за которой охотились снайперы и диверсанты.

Первую награду он получил еще до форсирования Днепра. Высмотрел склад боеприпасов, который не могли обнаружить другие, передал координаты — склад взлетел на воздух. Орден Отечественной войны 2-й степени стал началом его боевого пути.

Решающий момент наступил в ночь на 26 октября 1943 года. Дивизия форсировала Днепр южнее Запорожья. Шилин плыл в одной из первых лодок. До правого берега оставалось около тридцати метров, когда снаряд разнес лодку в щепки. Люди оказались в воде — температура едва ли достигала пяти градусов. Отяжелевший от оружия, боеприпасов и сапог, Шилин не утонул. Он добрался до берега, вступил в рукопашную и отбил атаку. Но рация — его главный инструмент — погибла при взрыве. Без связи батареи били вслепую, а немцы давили плацдарм.

И тогда лейтенант сделал то, что кажется невозможным. Он снова бросился в ледяную воду, переплыл реку обратно, взял новую рацию и в третий раз пересек Днепр под обстрелом. Трижды за ночь он форсировал реку, не зная, выплывет ли в следующий раз.

На рассвете немцы пошли в атаку. За день их было двенадцать. Рота таяла, погибли почти все офицеры. Шилин корректировал огонь, а когда враг подобрался вплотную, поднял солдат в штыковую. Немцев отбросили, но они перегруппировались и окружили наблюдательный пункт. Патроны были на исходе. Тогда Шилин вызвал огонь артиллерии на себя. Снаряды накрыли и немцев, и его позицию. Его контуженного и раненого вытащили из-под обломков.

В госпитале он не долежал и недели — сбежал обратно на передовую. И тут же совершил новый подвиг: с группой бойцов захватил батарею немецких 105-миллиметровых гаубиц и развернул ее против бывших хозяев. За это получил орден Красного Знамени, а за форсирование Днепра и вызов огня на себя — первую Золотую Звезду Героя.

Второй подвиг случился в январе 1945-го на Магнушевском плацдарме. Наши части наступали к реке Пилице, но путь преграждали три немецких дзота. Два подавила артиллерия, третий никак не замолкал. Шилин корректировал огонь, когда связь прервалась. Из леса выскочили немецкие автоматчики, часть их засела в дзоте. Пулемет ожил снова. Раненый в грудь, Шилин подполз к амбразуре и бросил связку гранат. Дзот замолчал, путь был открыт.

Очнулся лейтенант в госпитале. Врачи сказали: пуля прошла в двух с половиной сантиметрах от сердца. Чудо, что остался жив. 24 марта 1945 года Афанасию Шилину, которому еще не исполнилось и двадцати одного, присвоили звание дважды Героя Советского Союза. Он стал самым молодым дважды Героем за всю войну.

Ему было двадцать лет. Позади — три форсирования Днепра, вызов огня на себя, трофейные гаубицы и пуля, которая искала его сердце, но промахнулась. В родном Ленинске-Кузнецком ему поставили памятник при жизни — редчайший случай.

После войны Шилин остался в армии. Окончил артиллерийскую академию и академию Генерального штаба, дослужился до генерал-лейтенанта, командовал ракетными соединениями. Умер в 1982 году, похоронен в Москве.

В его биографии не парадный блеск, а тяжелая, грязная, смертельная работа. Он не думал о славе — он делал то, что требовалось. Огонь на себя, ледяная вода, граната в амбразуру — это не эффектные жесты, а цена победы.