По краешку
Борис оскальзывался на подтаявшем снегу, редкие прохожие сторонились, пропуская его — неряшливо одетого мужчину лет сорока с недельной щетиной, несвежим лицом и мутными глазами.
Голова работала с трудом, тошнота подкатывала к горлу и еще этот запах... Словно кто-то чиркнул спичкой перед его носом, а та шипит, испуская дым, и никак не может разгореться.
Борис наклонился, погладил кота: «Откуда ты взялся такой? Жди меня, Черныш. Сейчас возьму чего, покормлю тебя...».
Покупка Бориса не отличалась оригинальностью: две бутылки водки и упаковка сосисок. Уже неделю он не изменял себе, но сегодня к покупкам добавились несколько пакетиков влажного корма — для кота.
Борис сунул их в карман зимней куртки, выдавил один перед носом кота на ступеньку лестницы, упаковку выбросил в урну и двинулся в гостиницу...
Кот, не притронувшись к угощению, увязался за ним. Незаметно для Бориса и работников гостиницы он проскользнул в двери, пересек фойе и метнулся вверх по лестнице – на шестой этаж.
Борис вышел из лифта на своем этаже – кот уже ждал его у дверей комнаты с номером 666.
За время его отсутствия в номере успели навести порядок и проветрить. Не снимая верхней одежды, Борис свинтил пробку с одной из бутылок, плеснул в пустой стакан и, пересиливая тошноту, влил в себя содержимое...
На столе перед котом стояло чайное блюдце, наполненное кормом из пакетика.
«Ты знаешь, кто я? Я — сварщик высочайшей квалификации в знаменитой фирме — газопровод тянем! Ехал с вахты домой, а тут погода нелетная, будь она неладна, застрял в гостинице! И черт меня дернул взять водки – думал: вечерок скоротаю. Вот и коротаю уже неделю...».
Борис плеснул в стакан остатки первой бутылки, опрокинул содержимое в рот и занюхал сосиской. «Я ведь десять лет — ни капли. Доктор тогда сказал: выбирай, мол. Или счастливая жизнь с семьей, с любимой женой, с детьми, или с водкой – но недолго.
Нельзя мне пить — предрасположенность у меня к этому. Вот я и выбрал жизнь! Десять лет счастливой жизни, Черныш. Но сейчас вот чего-то... Не надо было начинать, теперь не остановлюсь...».
Борис уронил голову на стол, щекой на очистки сосисок и крошки хлеба. Мыслей не было, только ощущение взлета на гребень огромной волны, потом – падение вниз в ожидании следующей волны.
Опять этот запах жженых спичек! И недовольное урчание кота, который перебрался к нему, прижавшись к ногам.
Борис открыл глаза, глянул под стол, пытаясь отыскать кота, но увидел... козлиные ноги с раздвоенными копытами, покрытые черной шерстью!..
— А чего тебя бояться? — Борису и впрямь было не страшно, хотя он уже понял, с кем ведет беседу. — Не нравится мне только, что ты копытами своими пол тут топчешь. И пахнет от тебя, как от спичечной фабрики.
— Какими копытами? — удивился посетитель и продемонстрировал ноги, обутые в шикарные туфли. — А насчет запаха — всё относительно. Мне вот тоже не нравится зловоние духов и туалетной воды. Ничего — терплю.
— Выпьешь со мной, раз уж пришел в гости? — неожиданно для себя предложил Борис.
— Я? К тебе в гости? — изумился посетитель. — Ты, вероятно, забыл, какие цифры начертаны на дверях этого номера? Так что, еще неизвестно — кто к кому пришел в гости и, к тому же, привел кота!
Честно признаюсь: я их терпеть не могу, особенно, этого, и тому есть веские причины! А насчет выпить — это я могу, только не в коня корм. А вот тебя угощу с удовольствием! Кстати, как ты его назвал? Черныш? Выставь это хвостатое недоразумение за дверь!
Кот вздыбил шерсть, распушил хвост, глаза его сверкнули изумрудным огнем, и утробное урчание перешло в шипение.
— Выставь сам, попробуй, — предложил Борис.
Посетитель на мгновение утратил ироничный тон, лицо его исказила злоба, но только на мгновение:
— К сожалению, я не могу этого сделать в силу некоторых причин... — он распечатал вторую бутылку, плеснул в стакан и поставил его перед Борисом. — Ну, за знакомство!
Черныш неожиданно вспрыгнул на колени Бориса, незнакомец резко отдернул руку.
— Тварь шерстяная! — прошипел он, с ненавистью поглядывая на кота. Но через секунду лицо его вновь светилось улыбкой. — Выпей, Боря, и перейдем к обсуждению насущных дел.
— Какие у меня могут быть с тобой дела? — вялым языком выдавил Борис.
— Да ты пей, пей! Потом поговорим, — посетитель настойчиво подталкивал стакан к руке Бориса, опасливо поглядывая на кота.
— Сначала дело! — уперся Борис. — Выпить я всегда успею!
— Всегда! — радостно подтвердил посетитель. — И сегодня, и завтра – всегда! И я обещаю, что у тебя всегда будет, что выпить, до самого твоего конца! Не каждому я это предлагаю, но вот увидел тебя и понял, ты — достоин!
Но, сам понимаешь, профессию придется оставить, и семью – тоже, и детей... В общем – всё! Но взамен: вечное блаженство во хмелю, отсутствие глупых забот и ответственности, а семья и работа — это же ответственность! Так вот, я тебя освобождаю от этой ответственности!
— И душу заберешь?
— Душу?! — захохотал посетитель. — В тебе души осталось только на этот стакан водки! Выпей его и забудь про душу навсегда! Ну, давай!
— Нет, — колеблясь, Борис всё же нашел в себе силы отодвинуть наполненный стакан.
— Пей, я сказал! — незнакомец вскочил с места, схватил стакан и, с силой обхватив голову Бориса, запрокинул ее, попытавшись влить содержимое ему в открытый рот.
Дикий визг кота иглами пронзил мозг Бориса, Черныш вцепился когтями в руку незнакомца, полыхнуло пламя, стакан упал, выплеснув содержимое на коврик.
Незнакомец с воплями метнулся к двери так быстро, что с него слетела шляпа, обнажая витые рожки по обе стороны головы. Борис, падая, ударился о стол...
— Поморозил, — согласился Борис, не желая вдаваться в объяснения.
Аккуратно выбритый, в отутюженной одежде, он не походил на себя вчерашнего. Он поглаживал кота с забинтованными обожженными передними лапами.
— Билетов на самолет нет. Поездом уезжаю. И кота с собой заберу.
— Ну и правильно, — одобрила та, закрывая за собой дверь...
— Черныш, а ведь это он ее придумал, водку, — Борис укладывал баул с вещами и беседовал с котом. — Чтобы сеять зло и беду на земле! Сколько же он душ забрал, сколько семей погубил, детей сделал несчастными, и всего то — за стакан водки! Если б не ты, то и мне – туда дорога. Спасибо тебе, дружище, а лапки мы тебе вылечим.
— Да ладно, — мурлыкал кот. — А лапы — это не в первый раз, были тут и до тебя люди. Обойдется. Я эту нечисть терпеть не могу, гнал и гнать буду от хороших людей!
Весело заиграл мобильный. Борис взял трубку: «Алло, Надюша? Уже собрался. Через два часа поезд, послезавтра встречайте! С другом четырехлапым! Как дети, как сама? — он, улыбаясь, слушал трубку и вдруг посерьезнел, но ответил, не меняя голоса: — Не верь ты этим снам! Приснится же... Воображение у тебя чересчур разыгралось. Ну, всё, собираться надо», – и отключился.
Постоял, глядя в пустоту, потом обернулся к коту: «Приснилось ей, что я выезжаю со двора на черном козле, нагишом и с бокалом в руке... Так-то, Черныш! Женщины – они сердцем чувствуют. А ведь мог бы и уехать с этим козлом... — он помолчал. — По краешку прошел... Не будем ей ничего рассказывать, есть вещи, о которых должны знать только мужики — ты и я. Ну, давай я тебе помогу в переноску залезть. Такси уже на подходе.
Автор: Тагир Нурмухаметов

Борис оскальзывался на подтаявшем снегу, редкие прохожие сторонились, пропуская его — неряшливо одетого мужчину лет сорока с недельной щетиной, несвежим лицом и мутными глазами.
Голова работала с трудом, тошнота подкатывала к горлу и еще этот запах... Словно кто-то чиркнул спичкой перед его носом, а та шипит, испуская дым, и никак не может разгореться.
Вот и дверь в знакомый магазин. На пороге сидит кот: пушистый, черного окраса. Люди заходят и выходят из магазина, но кот смотрит только на него — внимательно, не мигая.
Борис наклонился, погладил кота: «Откуда ты взялся такой? Жди меня, Черныш. Сейчас возьму чего, покормлю тебя...».
Покупка Бориса не отличалась оригинальностью: две бутылки водки и упаковка сосисок. Уже неделю он не изменял себе, но сегодня к покупкам добавились несколько пакетиков влажного корма — для кота.
Борис сунул их в карман зимней куртки, выдавил один перед носом кота на ступеньку лестницы, упаковку выбросил в урну и двинулся в гостиницу...
Кот, не притронувшись к угощению, увязался за ним. Незаметно для Бориса и работников гостиницы он проскользнул в двери, пересек фойе и метнулся вверх по лестнице – на шестой этаж.
Борис вышел из лифта на своем этаже – кот уже ждал его у дверей комнаты с номером 666.
За время его отсутствия в номере успели навести порядок и проветрить. Не снимая верхней одежды, Борис свинтил пробку с одной из бутылок, плеснул в пустой стакан и, пересиливая тошноту, влил в себя содержимое...
*
«Ты не осуждай меня, Черныш... — Борис сидел за столом. Напротив – тот самый черный кот, который шел за ним от магазина. — Ну, сорвался. Впервые за десять лет. Так получилось... Ты ешь, ешь, захочешь – еще угощу».На столе перед котом стояло чайное блюдце, наполненное кормом из пакетика.
«Ты знаешь, кто я? Я — сварщик высочайшей квалификации в знаменитой фирме — газопровод тянем! Ехал с вахты домой, а тут погода нелетная, будь она неладна, застрял в гостинице! И черт меня дернул взять водки – думал: вечерок скоротаю. Вот и коротаю уже неделю...».
Борис плеснул в стакан остатки первой бутылки, опрокинул содержимое в рот и занюхал сосиской. «Я ведь десять лет — ни капли. Доктор тогда сказал: выбирай, мол. Или счастливая жизнь с семьей, с любимой женой, с детьми, или с водкой – но недолго.
Нельзя мне пить — предрасположенность у меня к этому. Вот я и выбрал жизнь! Десять лет счастливой жизни, Черныш. Но сейчас вот чего-то... Не надо было начинать, теперь не остановлюсь...».
Борис уронил голову на стол, щекой на очистки сосисок и крошки хлеба. Мыслей не было, только ощущение взлета на гребень огромной волны, потом – падение вниз в ожидании следующей волны.
Опять этот запах жженых спичек! И недовольное урчание кота, который перебрался к нему, прижавшись к ногам.
Борис открыл глаза, глянул под стол, пытаясь отыскать кота, но увидел... козлиные ноги с раздвоенными копытами, покрытые черной шерстью!..
*
— А ты молодец, хорошо держишься! — незнакомец, если можно его так назвать, с одобрением поглядывал на Бориса. Лицо его, выбритое до синевы, выражало благожелательность, но черные холодные глаза смотрели из-под широкой тульи шляпы, как два ствола заряженного ружья: — Некоторые поднимают визг, как дети. Один даже из окна сиганул! И что, спасло его это? А ты ведешь себя прилично, не боишься.— А чего тебя бояться? — Борису и впрямь было не страшно, хотя он уже понял, с кем ведет беседу. — Не нравится мне только, что ты копытами своими пол тут топчешь. И пахнет от тебя, как от спичечной фабрики.
— Какими копытами? — удивился посетитель и продемонстрировал ноги, обутые в шикарные туфли. — А насчет запаха — всё относительно. Мне вот тоже не нравится зловоние духов и туалетной воды. Ничего — терплю.
— Выпьешь со мной, раз уж пришел в гости? — неожиданно для себя предложил Борис.
— Я? К тебе в гости? — изумился посетитель. — Ты, вероятно, забыл, какие цифры начертаны на дверях этого номера? Так что, еще неизвестно — кто к кому пришел в гости и, к тому же, привел кота!
Честно признаюсь: я их терпеть не могу, особенно, этого, и тому есть веские причины! А насчет выпить — это я могу, только не в коня корм. А вот тебя угощу с удовольствием! Кстати, как ты его назвал? Черныш? Выставь это хвостатое недоразумение за дверь!
Кот вздыбил шерсть, распушил хвост, глаза его сверкнули изумрудным огнем, и утробное урчание перешло в шипение.
— Выставь сам, попробуй, — предложил Борис.
Посетитель на мгновение утратил ироничный тон, лицо его исказила злоба, но только на мгновение:
— К сожалению, я не могу этого сделать в силу некоторых причин... — он распечатал вторую бутылку, плеснул в стакан и поставил его перед Борисом. — Ну, за знакомство!
Черныш неожиданно вспрыгнул на колени Бориса, незнакомец резко отдернул руку.
— Тварь шерстяная! — прошипел он, с ненавистью поглядывая на кота. Но через секунду лицо его вновь светилось улыбкой. — Выпей, Боря, и перейдем к обсуждению насущных дел.
— Какие у меня могут быть с тобой дела? — вялым языком выдавил Борис.
— Да ты пей, пей! Потом поговорим, — посетитель настойчиво подталкивал стакан к руке Бориса, опасливо поглядывая на кота.
— Сначала дело! — уперся Борис. — Выпить я всегда успею!
— Всегда! — радостно подтвердил посетитель. — И сегодня, и завтра – всегда! И я обещаю, что у тебя всегда будет, что выпить, до самого твоего конца! Не каждому я это предлагаю, но вот увидел тебя и понял, ты — достоин!
Но, сам понимаешь, профессию придется оставить, и семью – тоже, и детей... В общем – всё! Но взамен: вечное блаженство во хмелю, отсутствие глупых забот и ответственности, а семья и работа — это же ответственность! Так вот, я тебя освобождаю от этой ответственности!
— И душу заберешь?
— Душу?! — захохотал посетитель. — В тебе души осталось только на этот стакан водки! Выпей его и забудь про душу навсегда! Ну, давай!
— Нет, — колеблясь, Борис всё же нашел в себе силы отодвинуть наполненный стакан.
— Пей, я сказал! — незнакомец вскочил с места, схватил стакан и, с силой обхватив голову Бориса, запрокинул ее, попытавшись влить содержимое ему в открытый рот.
Дикий визг кота иглами пронзил мозг Бориса, Черныш вцепился когтями в руку незнакомца, полыхнуло пламя, стакан упал, выплеснув содержимое на коврик.
Незнакомец с воплями метнулся к двери так быстро, что с него слетела шляпа, обнажая витые рожки по обе стороны головы. Борис, падая, ударился о стол...
*
— Спички ты тут жёг, что ли? Серой так и воняет! — пожилая уборщица наводила порядок в номере Бориса. — Хватит уже пьянствовать! Что за номер такой? Кто в него заселится — обязательно пить! — ворчала она. — Аэропорт открыли – лети домой! Там, наверное, жена, дети ждут, а ты тут... Кота еще откуда-то приволок. Что у него с лапами, поморозил, что ли?— Поморозил, — согласился Борис, не желая вдаваться в объяснения.
Аккуратно выбритый, в отутюженной одежде, он не походил на себя вчерашнего. Он поглаживал кота с забинтованными обожженными передними лапами.
— Билетов на самолет нет. Поездом уезжаю. И кота с собой заберу.
— Ну и правильно, — одобрила та, закрывая за собой дверь...
— Черныш, а ведь это он ее придумал, водку, — Борис укладывал баул с вещами и беседовал с котом. — Чтобы сеять зло и беду на земле! Сколько же он душ забрал, сколько семей погубил, детей сделал несчастными, и всего то — за стакан водки! Если б не ты, то и мне – туда дорога. Спасибо тебе, дружище, а лапки мы тебе вылечим.
— Да ладно, — мурлыкал кот. — А лапы — это не в первый раз, были тут и до тебя люди. Обойдется. Я эту нечисть терпеть не могу, гнал и гнать буду от хороших людей!
Весело заиграл мобильный. Борис взял трубку: «Алло, Надюша? Уже собрался. Через два часа поезд, послезавтра встречайте! С другом четырехлапым! Как дети, как сама? — он, улыбаясь, слушал трубку и вдруг посерьезнел, но ответил, не меняя голоса: — Не верь ты этим снам! Приснится же... Воображение у тебя чересчур разыгралось. Ну, всё, собираться надо», – и отключился.
Постоял, глядя в пустоту, потом обернулся к коту: «Приснилось ей, что я выезжаю со двора на черном козле, нагишом и с бокалом в руке... Так-то, Черныш! Женщины – они сердцем чувствуют. А ведь мог бы и уехать с этим козлом... — он помолчал. — По краешку прошел... Не будем ей ничего рассказывать, есть вещи, о которых должны знать только мужики — ты и я. Ну, давай я тебе помогу в переноску залезть. Такси уже на подходе.
Автор: Тагир Нурмухаметов


































