Рассказы для души (страница 13)

Cirre
Деревенская дура и полоумный старый очкарик
Во дворе старой пятиэтажке было неспокойно. А дело в том, что многоуважаемая старушка Мария Сергеевна на всю округу собачилась со своим соседом с первого этажа Эммануилом Ивановичем.
— Не может моя Маруся, — кричала бабушка на старика, — по ночам орать под Вашим окном. Наговариваете Вы на мою кошку.
— А Вы думаете, что я вру? — не сдавался Эммануил Иванович. — Истинный крест! Ваша облезлая животина не только орет под окном, но еще и гадит. А на ее зов собираются все коты округи. Мало того, что она эстетически неприглядная, еще и поведение Вашей кошки очень аморальное.

— Какое? — баба Маша захлопала глазами. — Конечно, Вы — бывший декан бывшего университета, это каждый малец знает. Кошка она и есть кошка. И ведет она себя как кошка, а не собака. — Мария Сергеевна презрительно посмотрела на маленькую собачонку соседа и фыркнула. — Хочу Вам заметить, Ваша псина также не эталон собачьей красоты. А еще, Маруся пять дней назад родила котят. И как настоящая мама, а не кобелина какая-то, — бабушка пальцем указала на собаку старика, — сидит с детьми дома. За всё это время она только один раз выходила на улицу.

Эта склока продолжалась еще некоторое время. Закончилась она тем, что Эммануил Иванович обозвал старушку «деревенской дурой». В ответ от Марии Сергеевны он был наречен «полоумным старым очкариком».

*

Бабушка в расстроенных чувствах зашла домой и присела возле кошки с котятами.
— Устала? — она ласково погладила животное. — Замучили тебя твои котятки? Вон как присосались.
Маруся промурлыкала в ответ, осторожно поднялась и быстро подскочила к входной двери.
— Ну, иди, прогуляйся, — старушка открыла дверь. — Только недолго. Вдруг запищат. Что я буду делать тогда?
Кошка юркнула в подъезд и помчалась вниз, на улицу.

*

Витя и Таня сидели на скамейке возле подъезда и целовались.
— Мне пора домой, — прошептала девушка. — Поздно. Мама будет ругаться.
— Давай еще посидим, — уговаривал ее парень. — Еще не стемнело.
— Нет! Нет! Нет! — Таня была непреклонна. — Мама сказала, что если я не приду вовремя, она меня накажет и интернет отключит.
— Ладно, — поднявшись, вздохнул Витя. — Я провожу тебя.

— Ой, смотри, какая красивая кошка возле подъезда. Я такую же хочу.
Парень приманил животное, осторожно взял на руки и протянул девушке.
— Раз хочешь, дарю.
Маруся, ощутив ласковые руки, податливо замурлыкала. Таня с нежностью прижала ее к себе и улыбнулась:
— А может, это чья-то кошка?
— Она уличная, — твердо ответил Витя. — Бери себе, раз нравится.

С кошкой на руках ребята обогнули дом и запрыгнули в подошедший троллейбус. Маруся забеспокоилась и заерзала на руках.
— Тише! Тише, милая, — сюсюкалась девушка. — Теперь у тебя будет дом. Я назову тебя Пушистиком. Мы будем играть с тобой. Вместе спать.
Кошка занервничала с бóльшей силой. Она пыталась вырваться из крепких людских рук, мяукала и царапалась.
— Она, наверное, бешеная, — предположил Витя. — Смотри как неадекватно ведет себя.
— Ой! — испугалась девушка и выпустила кошку.
На остановке двери троллейбуса открылись, Маруся выскочила на улицу.

Местность, где оказалась кошка, была незнакома. Всё, что окружало животное — запахи, проносившиеся рядом машины, толпа незнакомых людей — очень пугало ее. Маруся, непрерывно оглядываясь, добежала до ближайшего дерева и вскарабкалась на него. Но усиливающееся беспокойство за котят всё нарастало. Кошка вначале тихо, затем громче, жалобно замяукала.
— Чего орешь? — к дереву подошел мужчина. — Голодная? — он достал из пакета кусок колбасы. — Кыс-кыс-кыс! Иди, покормлю.
Маруся от страха еще выше забралась на дерево.
Мужчина пожал плечами, оставил под деревом угощение и ушел.

*

Котята жалобно пищали. Мария Сергеевна покачала головой и вышла во двор.
— Маруся! Детка моя, где ты? — звала старушка кошку. — Кыс-кыс-кыс! Марусенька, котята голодные. Возвращайся.
Но из темноты на зов Марии Сергеевны выглядывали только незнакомые коты. Расстроенная бабушка присела на лавочку. Сердце от беспокойства защемило.

— Не только твоя кошка, теперь и ты орешь, — в окно высунулась голова Эммануила Ивановича. — Совсем сдурели. Никакого покоя.
— Маруся пропала, — тихо заплакала старушка. — Я зову, зову, а она не идет. А там, — бабушка взмахнула рукой, — котята. Они слепые еще. Пищат. Маму зовут. Что делать-то? Куда она делась?
— Собаки сожрали, — проворчал сосед. — Хорошо, что пропала. Блох меньше будет.

Мария Сергеевна охнула, схватилась за сердце и стала заваливаться на лавку.
— Ты чего? — перепугался Эммануил Иванович и выскочил во двор.
Не теряя времени, он вызвал «скорую помощь» и до ее приезда сидел возле старушки.
— Погибнут без матери котятки, — пробормотала Мария Сергеевна, — Марусю очень жалко. Что с ней?
— Не беспокойся, Маша. Ты лечись. В больнице тебе помогут, — взволнованно успокаивал ее старик. — Кошка вернется. И с котятами всё хорошо будет. Я тебе обещаю.

Когда «скорая» скрылась за поворотом, Эммануил Иванович поднялся в квартиру соседки. В комнате старушки стоял ор из голодных голосов. Старик тяжело вздохнул, зашел на кухню и открыл холодильник. Достав пакет молока, он долго искал пипетку. Не найдя, Эммануил Иванович достал из ванной тазик, переложил орущих детенышей в него и укрыл полотенцем. Затем позвонил сыну:
— Миш, приезжай скорей. Тут бабу Машу в больницу положили. Сердце. А у нее кошка пропала. Остались слепые котята. Надо их в ветеринарку отвезти. Пусть накормят и скажут, что с ними делать дальше. Жалко. Живые.

*

Маруся, просидев день на дереве, проголодалась и осмелела. Ночью она тихонько спустилась на землю и, почуяв запах пиши, оглядываясь и приседая от каждого звука, побрела в сторону рынка. Местные собаки, завидев чужака, налетели на нее. Но кошка смогла увернуться и запрыгнула на крышу ларька.
— Что вы разорались? — на лай собак вышел сторож и заметил шипящую кошку. — А ты откуда здесь взялась?

Он отогнал собак, приставил лестницу к ларьку и залез на крышу.
— Тише! Тише! — сторож погладил кошку. — Не шипи. Сейчас я тебя сниму и отнесу в сторожку. Там накормлю. — он осторожно взял Марусю на руки. — Ой! Да ты кормящая! Где ж твои дети? Собаки растерзали? Ну, ничего. Сейчас накормлю и ты немного успокоишься.

В сторожке Маруся немного поела и стала проситься на улицу. Она отчаянно мяукала и царапала дверь.
— Не пущу я тебя, — вздыхал сторож. — Им ты уже не поможешь, а вот себя загубишь. Немного поживешь здесь, как молоко пропадет, я тебя выпущу. Хотя, — сторож задумался, — кажется, оно у тебя долго еще будет.

*

Через три дня Эммануил Иванович обессилел. Уход за слепыми котятами занимал всё его время днем и ночью. Он тщательно и педантично выполнял все рекомендации врача. Старик очень боялся оставить малышей даже ненадолго. Прогулку с любимой собакой свел до минимума.
— Миша, — как-то он позвонил сыну, — мне надо отлучиться на рынок. Собаке мяса купить. Ты посидишь с малышами? Я боюсь их без присмотра оставлять. И собаку с собой взять не могу. Далеко ехать. А вдруг, пока меня не будет, она их обидит.
— Еду, — согласился сын.

Эммануил Иванович, не спеша, обходил прилавки, приценивался. Дойдя до конца рынка, старик услышал знакомый дикий кошачий крик. Немного потоптавшись, он подошел к сторожке. Из-за двери слышалось громкое мяуканье.
— Маруся, это ты? — старик не поверил своим ушам, но постучался в дверь.
Кошачьи вопли усилились.

Эммануил Иванович решительно приоткрыл дверь. Маруся с вытаращенными глазами радостно бросилась на руки мужчины.
— Узнала, — старик довольно гладил кошку. — Узнала, кто тебя по ночам гонял. Идем домой, зараза блохастая. Там тебя детки дожидаются.

*

Мария Сергеевна на больничной койке, отвернувшись к стене, жалобно вздыхала. Скрипнула дверь. Бабушка не шелохнулась.
— Маш! Мария Сергеевна, — услышала она голос соседа, — ты спишь, что ли?
— Нет, — она повернулась к посетителю. — Маруся нашлась? — первое, что она спросила у старика. — Котята живы?
— Ну, кто о чем, а вшивый о бане, — взмахнул руками Эммануил Иванович. — Никуда она не терялась. Как только увезли тебя, сразу же притащилась. Не беспокойся. Сидит себе с блохотрясами. Я кормлю ее. Выгуливаю. Глаза у них открылись. Орут как оглашенные. Ползают уже.

— Спасибо тебе, — старушка улыбнулась. — И прости ты меня.
— За что? — удивился Эммануил Иванович.
— За всё. И еще, ты не «полоумный старый очкарик», а очень хороший добрый человек. Спасибо. А собака твоя даже очень симпатичная.
— Да, что уж, — кивнул старик. — И ты меня прости за «деревенскую дуру», погорячился я. Хорошая ты женщина, Мария Сергеевна. Добрая и умная. И Маруська твоя — чистенькая и красивая кошка. Не она это под моим окном орет.

Автор Лидия Малкова
Пропавшая кошка Маруся и примирение соседей

Cirre
Чудовище было огромное, тoлстое. Страшное, клыкастое и лохматое. Грубое. Злое. И всегда голодное... А еще... очень грустное. А кто бы не был грустным, живи он в лесу совсем-совсем один? Особенно мокрой осенью. Или холодной зимой. Да и слякотной весной. Ну а жарким-прежарким летом в теплой лохматой шубе каково?
Чудовище иногда встречало лесных зверей, которые его боялись. А иногда людей, которых опасалось оно. А вы бы не опасались шумных, странных, приезжающих в громыхающих вонючих повозках, включающих громкую музыку, хохочущих, жгущих костры, пугающих и иногда стрeляющих зверей и оставляющих после себя огромные горы мусора? Мусор пах аппетитно, но на вкус был, мягко говоря, чудовищно противным.

После такой трапезы Чудовище мучала изжога и терзала депрессия. И хотелось кого-нибудь coжрать. И вот однажды, в ноябре, в понедельник, жизнь Чудовища стала настолько невыносимой, что оно решило отправиться к человеческому жилью. «Подстерегу кого-нибудь, да напугаю. И мне станет лучше» — рассуждало оно.

Чудовище сидело в кустах и поджидало. Оно, кажется, даже уснуло, но вдруг открыло глаза и увидело перед собой маленькую девочку.

— Привет, — сказала девочка.

— Я тебя coжру! – прорычало Чудовище.

— Зачем? – удивилась девочка.

— Потому что я голодное, бездомное и несчастное.

— Тогда пойдем ко мне домой, я угощу тебя конфетами. Можешь остаться жить у меня и больше не быть бездомным.

— А у тебя найдется где? – заинтересовалось Чудовище.

— Ну... — задумалась девочка. — Можно под моей кроватью, там самое безопасное место.

— Разве я там помещусь? – сомневалось Чудовище.

— Конечно! Там ведь помещается триллион разных вещей: и тапочки, и старая пуговица, и тайная тетрадь, и одежка любимой куклы, а еще домик паучка, пустая коробка, дырявый носочек, крышечка от тюбика зубной пасты и миллион миллионов пылинок, и тебе места хватит.

Чудовище конечно же согласилось. А вы бы не согласились поменять слякотную мокрую улицу на самый настоящий дом? Придя к девочке, они тихонько на цыпочках пробрались в ее комнату, и Чудовище сразу же залезло под кровать.

— Как тут темно! – воскликнуло оно. – И пыльно! И тесно! Мне нравится...

Девочка принесла с кухни конфет и засунула под кровать, чтобы Чудовище могло подкрепиться. И оно пообедало, сыто рыгнуло, свернулось клубочком и тут же уснуло.

— Ты спишь? – спросила девочка, заглянув под кровать.

— Да, — ответило Чудовище.

Когда настала ночь, и девочка тоже легла спать, под кроватью началась какая-то возня. Чудовище ерзало, сопело и тряслось.

— Почему ты не спишь? – спросила девочка.

— Мне страшно, — ответило Чудовище.

— Ничего не бойся. Я же с тобой.

— А ты точно уверена, что сюда, под кровать, не придут никакие люди, не станут разжигать костры, жарить шашлыки, включать громкую музыку, а затем разбрасывать мусор.

— Это вряд ли, — заверила девочка. – Маме это не понравилось бы, и она выгнала бы всех. Это точно. Так что спи спокойно.

И Чудовище уснуло.

— Вставай. Пора в школу, — Чудовище высунуло лохматую лапу из-под кровати и аккуратно толкало Лизу в бок.

— Не хочууу! Не пойдууу! – отвечала девочка.

— Надо, — Чудовище принялось длинным хвостом щекотать ей пятки, — Я там тебе смешинку в портфель положил.

— Ага, смешинку, — недовольно проворчала девочка. – В прошлый раз из-за твоих смешинок меня с урока выгнали.

— А ты ее на перемене выпускай. А в пенале две чудовищных любопытнинки, их можно на уроке.

— Зачем две?

— С подружкой поделишься.

— А прыгалок насыпал?

— Нет, — чудовище нахмурилось. – У тебя замечание в дневнике: «Прыгала на перемене по лестницам, врезалась в учительницу». Я видел.

— Подумаешь... С прыгалками весело.

Лиза села на кровати, потянулась. Затем убежала чистить зубы и завтракать. Из кухни она принесла бутерброд с колбасой, отдала Чудовищу, а сама принялась проверять портфель.

— Ужас! Кисточки нет! Что теперь мне делать? По рисованию двойку поставят!

Чудовище взяло ножницы, отрезало пучок своей шерсти, примотало к карандашу и отдало девочке:

— Вот, держи.

— Ах! – воскликнула Лиза. – Ни у кого такой нет!

— Знаешь, — сказал Лиза, — я нарисовала картину кисточкой из твоей шерсти.

— Да?

— Да. Она так всем понравилась, что ее забрали на конкурс.

— Это хорошо.

— И мне было так легко ею рисовать...

— Просто там, на каждой шерстинке приятные воспоминашки и мечталинки...

Девочка засмеялась и чмокнула Чудовище в большой мокрый нос.

Чудовище чувствовало гордость за Лизу. Оно клыкасто улыбалось.

— Вставай! – Чудовище попыталось разбудить Лизу, но тут же почувствовало – что-то не так.

Вошла Лизина мама, Чудовище тут же нырнуло под кровать и затаилось. Оно слышало, как Лиза застонала, как мама воскликнула:

— У тебя температура! Да ты заболела! Сегодня в школу не идешь. Вызываем врача.

Когда она вышла из комнаты, Чудовище выбралось из-под кровати, подняло руку Лизы.

— Мне плохо... — грустно сказала та.

Чудовище задумчиво почесало голову. Затем, вспомним кое-о-чем, снова нырнуло под кровать, принялось рыться в своих запасах. От его суетливых поисков кровать дрожала и подпрыгивала.

— Что ты там делаешь? – слабым голосом поинтересовалась девочка.

Появилась широко улыбающаяся голова Чудовища, затем его огромные лапы, что-то бережно сжимающие, затем туловище. Чудовище стало в полный рост и принялось посыпать Лизу каким-то сверкающим порошком.

Лиза чихнула.

— Сейчас дам тебе лекарство! – раздался голос мамы.

— Что это? – спросила девочка.

— Здоровинки, — ответило Чудовище и вернулось в свое убежище, потому что дверь уже открывала Лизина мама.

Она потрогала лоб девочки, нахмурилась.

— Странно... Ты не горячая. А ну-ка, держи градусник... И что у тебя здесь за блестки вокруг?..

— Вставай! На работу пора! – Чудовище под кроватью выгнуло спину, так, что кровать приподнялась, а спящая Лиза подскочила.

— Отстань. Не пойду, — сонно отозвалась девушка.

— Я тебе в сумку положил...

— Не надо мне твоих смешинок и прыгалок! У меня взрослая солидная работа!

— А почему тогда идти не хочешь?

— Потому что... взрослая и солидная... — вздохнула Лиза, но все-таки села на кровати. – А еще нудная. А еще шеф на меня орет... Не знаю прям что делать.

— Держи, — лапа вылезла из-под кровати протягивая спичечный коробок.

— Что там? – спросила заинтересовано Лиза и уже начала было открывать.

— Не смотри! – предупреждающе выкрикнуло Чудовище. – А то выпустишь... А он там один...

— Кто?

— Мой чудовищный рык. Как шеф начнет кричать, тогда и откроешь.

Лиза посмотрела на коробок, загадочно улыбнулась, озорно захихикала и, вскочив с кровати, положила коробок в сумку.

— Можно тебя кое-о-чем попросить? – сказала грустная Лиза.

— Да? – отозвалось Чудовище.

— Coжри меня, пожалуйста...

— Зачем? – удивилось Чудовище.

Лиза не ответила, вместо этого она горько-горько заплакала.

Чудовище вылезло из-под кровати, притянуло к себе и обняло рыдающую Лизу. Оно знало, что обнимашки всегда помогают, даже лучше, чем сжирание...

Лиза забежала в комнату. Она пела и кружилась. Чудовище присмотрелось, нахмурилось.

— Ты выглядишь как-то странно... — сказало оно.

Лиза не отвечала, она продолжала напевать.

— Мне кажется или это романтичнинка, влюбленяшинка? Ты подхватила вирyс!

Оно быстро нырнуло под кровать за здоровинками. Щедро осыпало Лизу. Но ее затуманенный мечтательный взгляд не изменился.

Чудовище озадаченно покачало головой.

— Почему ты бесишься? – спросила Лиза. – Да, я влюбилась. Разве это плохо?

— Вроде бы нет... — пожало плечами Чудовище. – Но мое сердце почему-то чудовищно не на месте...

Чудовище лежало под кроватью и впервые за все эти годы ему было здесь холодно и неуютно. Оно слушало, как на кухне Лиза ругается со своим парнем Витей.

— Тебе давно нужно избавиться от своих чудовищ! – кричал мужской голос.

— Чудовища... Оно одно... — тихо отвечала Лиза.

— Ты просто сумасшедшая! Но вот что я тебе скажу: хочешь быть со мной, прогони прочь любых чудовищ. Или я или ОНО! Выбирай! – потребовал Витя.

Чудовище не видело, но точно знало, что Лиза в ответ только заплакала. Ему стало очень, очень больно.

Чудовище сидело под кустом. На его нос капнула огромная мокрая капля, и несмотря на лохматую теплую шкуру, его пробрало до костей.

«Ненавижу ноябри и понедельники... — думало Чудовище. – Всегда хочется кого-нибудь coжрать».

Оно было злое и очень голодное. А еще совершенно бездомное.

Послышался звук. Один из самых неприятных ему звуков – шум двигателя. Это означало, что в лес приехали крикливые, мусорящие люди. Чудовище, двигая боками и подгребая лапами, зарылось в опавшие листья с головой, закрыло глаза и заткнуло уши.

Оно, кажется, даже уснуло, а открыло глаза оттого, что кто-то настойчиво бодал его в бок. Чудовище недовольно заворчало, повернуло голову и увидело... самого настоящего монстра!.. Черного, рогатого, с клочковатой тонкой шерстью, хоботом и длинными передними лапами. Монстр походил на обезьянообразного слоно-паука.

— Ты кто? – удивленно воскликнуло Чудовище.

— Я его нашел! – закричал кому-то Монстр.

И тут же к ним подбежали двое запыхавшихся людей: одной из них оказалась Лиза, а вторым – незнакомый Чудовищу парень.

— Ты почему убежало? – спросила девушка.

— Ну... — промычало Чудовище.

— Мы с Марком... Кстати, знакомься – это Марк, — Лиза указала на парня, — и с его подкроватным Монстром, — Лиза указала на рогатое существо, — знакомься – это Монстр.

— Очень приятно, — жутко улыбнулся тот, протягивая худосочную лапку.

— Мы тебя обыскались. Если бы не нюх Монстра, ни за что бы не нашли!

Чудовище недоверчиво взглянуло на Марка, потом осторожно пожало лапку Монстра.

Лиза присела и крепко обняла Чудовище за шею.

— А Витя? – спросило оно.

— А зачем он мне нужен, если не понимает, что без моего Чудовища я не я... — прошептала Лиза ему на ухо. – Вот Марк – другое дело.

У него тоже есть тот, кто живет под кроватью и понимает его лучше всех...

— Опять влюбленяшинка? – нахмурилось Чудовище.

— Нет... Любленяшинка... без «в».

Чудовище внимательно посмотрело на Лизу. Его сердце было на своем чудовищном месте.

— И правда. Без «в»... Тогда все в порядке.

Автор: Владислав Скрипач

Cirre
Вот такая любовь

Николай смахнул звонок будильника и нащупал кнопку ночника. С трудом в полутьме нашарил тапочки, но большой свет включать не стал — если звук будильника Бэллу не тревожил, то свет мог разбудить. Не удержался, взглянул на грациозную фигурку, свернувшуюся калачиком на огромной для нее постели. Сердце защемило от умиления — какая же она красивая!
Ему всегда нравилось, когда Бэлла завтракала вместе с ним, но в дождливые дни, как сегодня, она никогда не вставала рано. Но он все равно приготовил завтрак на двоих. Аккуратно разложил кусочки на красивую тарелку, улыбнулся, представляя, как она проснется, выйдет на кухню, как обрадуется, увидев оставленное лакомство.

Перед выходом из дома не удержался и еще раз зашел в спальню. Поправил одеяло, осторожно, стараясь не потревожить, кончиками пальцев дотронулся до спящей.

*


Рабочий компьютер включился, показав заставку.

— Это Бэлла? — послышалось за спиной.

— Да, она.

— Хороша, красотка!

Николай недовольно поморщился. Ему не нравилось, когда коллеги разглядывали ее на заставке его монитора. Было в этом нечто бесцеремонное, словно кто-то в кирзачах вперся на белоснежный ковер.

— Мы после работы решили пивка попить, ты с нами?

— Нет, я домой.

— Ну, как знаешь.

Раньше он ни за что бы не отказался, но теперь все иначе: теперь его дома ждут.

Николай занялся делами, но мысли возвращались к Бэлле. Чем она делает сейчас? Думает ли о нем? Ждет ли его?

Фото: pexels-andreas-wohlfahrt-2397361
После обеда подошел начальник, попросил проверить алгоритм тарификации — интернет-магазин пожаловался на проблемы с новыми промокодами. Полазал по сайту, проверяя, все ли работает. Попутно пришла мысль купить Бэлле подарок — какую-нибудь приятную безделицу. Но ничего заслуживающего внимания на глаза не попалось, все казалось недостойным ее.

Ближе к вечеру позвонил школьный приятель.

— В выходные хотим поиграть в пейнтбол. Вся наша компания собирается.

— Заманчиво. Только ведь я теперь не один.

— Какие проблемы — возьми ее с собой.

С собой? Но ведь там стреляют! Там оружие, крики, краска, беготня! Она может испугаться. Но он не стал не пересказывать все свои страхи, лишь коротко заметил:

— Бэлла никогда не была на пейнтболе.

На том конце рассмеялись:

— И что? Вдруг, ей понравится. И вообще, тебя теперь никуда не дозовешься. Все Бэлла да Бэлла.

Николай задумался. Да, наверное, так и есть. Они с Бэллой пока никуда не ездили вдвоем — лишь гуляли в парке недалеко от дома. Парк она любила, но пейнтбол — это не парк, к тому же ехать почти час на автомобиле. Вдруг ее укачает в машине? Нет, придется отказаться от предложения.

— Спасибо, но нет.

— Ну, как знаешь. Только с тех пор как она у тебя появилась, тебя никуда не заманишь.

«Что поделать, теперь я отвечаю не только за себя», — подумал он.

*


Вечером Николай зашел в супермаркет. Купил пудинг из печени, тунца в рыбном соусе, подушечки с сыром — все, что она любит. Всю дорогу до дома он представлял, как она обрадуется его приходу.

Он открыл дверь, щелкнул выключателем и поставил пакеты. Бэллы не было.

Он испытал разочарование — думал, она выбежит к нему навстречу — но в квартире было тихо.

— Бэлла! — позвал он.

Она выглянула из комнаты, остановилась на мгновение, а затем бросилась ему навстречу.

Николай подхватил ее на руки и закружил, зарываясь лицом в мягкую шерсть.

Бэлла ласково потерлась усатой мордочкой о его щеку и мяукнула.

Автор: Дмитрий Корсак

Cirre
Эх, Настенька-распузастенька!

Случилось это давно, ещё во времена СССР, когда подарки детям на Новый год были бесплатными, а праздники весёлыми, без обиды и зависти, потому что у одного ребёнка среди подарков что-то дорогое, а у другого- мешочек с конфетами, яблоком и парой мандаринов. У всех были одинаковые наборы из фруктов и сладостей.
Работала в школе одна женщина, по имени Елена Павловна. Нет, не учителем, даже не секретарём, а обычной уборщицей. Все её там уважали, потому что человеком она была добрым и отзывчивым, а свою работу делала на совесть.

Приближался Новый год, во всю шли праздничные утренники с дедом Морозом (трудовиком) и его внучкой Снегурочкой (Аллочкой – преподавателем начальных классов).

Вот в это время и привезли дальние родственники из деревни, в гости к Елене, девочку – Ниночку пяти лет отроду, чтобы поводила она ребёнка в цирки да на ёлки: праздник всё-таки, а в деревне ничего такого и в помине нет.

Поскольку выходные у технички начинались только через день (необходимо было навести порядок после праздников у детей), Елена взяла ребёнка на утренник, почему бы и нет. Поводит хоровод с первоклашками, повеселится, решила она. Предварительно она обо всём договорилась с завучем, так как была человеком ответственным.

Завуч сказала уборщице, что, конечно же, можно привести девочку, раз её не с кем оставить.

На следующее утро Елена Павловна снарядила девчушку в костюм снежинки, который одолжила соседка (у её дочки в садике утренник уже прошёл, а до следующего года её девочке он всё равно станет малым), повязала банты, купленные накануне, и они пошли на утренник.

Нина была от своего вида в полном восторге, никогда ещё у неё не было такого «принцессинского» наряда.

Дети сначала водили хороводы, а затем по очереди выходили на сцену, пели песенки, рассказывали стишки и получали подарки.

Елена Павловна с Ниночкой, разрумянившейся после хороводов и подвижных игр, и съехавшим набок бантом, стояли у стены. Девочка то и дело дёргала родственницу за рукав, требуя дать ей возможность выступить перед публикой и тоже получить подарок.

Уверения, что дед Мороз не знал, что тут будет такая хорошая девочка, поэтому он не взял её подарок, но принесёт его позже, и положит прямо под ёлку, гостью из деревни не успокоили.

Завуч случайно увидела переживания юной «снежинки» и шепнула на ухо Елене Павловне, что девочка может рассказать стишок или спеть, а они выделят ей от школы подарок, поскольку есть один лишний (тогда, всем у кого в коллективе были дети, от профсоюзов подарки выдавали бесплатные). Учитель географии уехала в отпуск пораньше, и до её приезда фрукты всё равно испортятся. Она сказала это, так как знала, что иначе Елена Павловна, будучи человеком скромным, откажется.

А вот Ниночка особой скромностью не отличалась. Услышав про то, что она может выступить на сцене и ей дадут подарок, заявила, что готова немедленно спеть песенку.

  • Подожди, – попыталась успокоить её завуч, довольная тем, что смогла порадовать уборщицу и девчушку из деревни, – я сейчас объявлю твой номер.

Она действительно вышла на сцену, пока Елена Павловна поправляла ребёнку бантики, и сказала, что сейчас выступит гостья их праздника с песенкой.
Ниночка, гордо подняв голову, направилась к сцене. Подойдя к микрофону, она упёрла руки в бока и неожиданно громко запела, хотя, скорее прокричала на мелодию частушек следующее:
«Эх, Настенька – распузастенька, в печку лазила, титьки мазала, выходила за ворота, всем показывала!»

В шоке были все.

Родители, присутствующие на утреннике, буквально онемели.

Вместо обычной детской песенки люди услышали такое, что и сейчас-то не годится для детских ушей, а тогда было и вовсе недопустимо.

Пунцово-красная от стыда, Елена Павловна выскочила на сцену, схватила вырывающуюся Ниночку за руку и потащила за собой, но не тут-то было. Девочка вырвалась и крикнув, что она знает ещё много песен, а свой подарок пока не получила, объявила: «Песня!»

Следующая песня была уже про тракториста, который «доярку за сиськи тискал», несмотря на то, что «певицу» волокли со сцены и родственница, и завуч, пытался заглушить своим басом, хохочущий дед Мороз, обещая отдать ей подарок и без песен, она таки допела до конца.

Утихла только когда в рот ей запихали конфету «Мишка на севере».

Долго ещё после каникул учителя, весело смеясь, вспоминали частушки, пародируя Ниночку в учительской, смущая Елену Павловну.

  • А у них в деревне весело, судя по тому, какие они там песни поют, – хитро улыбаясь, говорил трудовик.

Завуч признавала, конечно, что это её промах, и долго извинялась перед техничкой, убеждая, чтобы та не смущалась. Ведь ей, как педагогу, прежде, чем выпускать ребёнка на сцену, не мешало бы поинтересоваться, что же у юной гостьи в репертуаре.

Автор: Лана Лэнц

Cirre
Ну что начнем новогодние сказки-рассказы
Самый верный рецепт новогоднего салата

Кротов ехал медленно. Дворники еле справлялись с сырым колючим снегом, налипавшим на лобовое стекло, и водителю приходилось быть очень внимательным, чтобы ни в кого не влететь. На повороте к парковке образовался сугроб, машина забуксовала, но справилась. Свободное место пришлось искать минут пять. Гипермаркет выглядел как муравейник, только наоборот. Муравьи приехали сюда на своих машинах, но тащили еду не внутрь, а наружу.
Кротов разблокировал телефон, написал жене, что добрался, но не успел отправить сообщение. Батарея приказала долго жить.

Выскочив из нагретого салона, Кротов тут же прочувствовал на себе все минус четыре, порывистый ветер и игольчатый снег.

В дверях магазина его приятно окатила горячим воздухом тепловая пушка, снег растаял, и одежда вмиг стала мокрой. Кротов засунул руку в карман, потом в другой, в третий... Списка нигде не было. Он хотел было достать телефон и позвонить жене, но вспомнил, что тот впал в летаргию.

«Ладно, по памяти справлюсь», — успокоил себя Кротов и вклинился в мир людей, тележек и предновогоднего повышения цен.

Кротов справлялся легко, отдавая предпочтение готовым наборам: нарезки колбас, сыров, миксы морепродуктов. Когда почти все было сложено в тележку, Кротов остановился и задумался. Мир вокруг замер. Пропали суетливые люди, раздражающая музыка, плачущие дети, голоса в динамиках. Кротов устанавливал связь с подсознанием, пытаясь отыскать в его глубинах рецепт банального оливье.

Семья Кротова никогда не готовила этот салат, всё это казалось им каким-то стереотипным и заезженным. А тут жена настояла. Захотелось ей окунуться в детство. Кротов напрягся. Он помнил, что нужен горошек, яйца и картошка, а вот понять, что было дальше в этом сюжете, мешала другая информация, занимавшая мозг.

На всякий случай еще раз проверив карманы, Кротов убедился, что списка нет. Он хотел было ехать домой, чтобы составить новый, но вспомнил тернистый путь: метель, сугробы — и невольно поежился.

Кротов решил просить помощи. Словно терминатор, он начал сканировать торговый зал на наличие потенциального оливьешника. Наконец цель была обнаружена. Невысокая взопревшая тетенька в расстегнутом пуховике, возраста примерно как теща Кротова, лапала хурму.

Кротов бочком подошел к ней и, прочистив горло, обратился:

— С наступающим вас!

— Я этот ящик первая нашла, тут лишь несколько штук спелых, даже и не думайте, — злобно прищурилась на Кротова женщина.

— Спасибо, я уже набрал, — показал Кротов на пакет явно спелых плодов в своей тележке.

— Шустрый какой, — улыбнулась тетка.

— Вы мне не поможете? Я список потерял, телефон разрядился, а рецепт оливье совсем не знаю. Жена очень просила всё купить, а я, кроме горошка, вообще ничего из этого салата не помню.

— Ну, горошек — это самое главное, его вечно все забывают. Помогу, чего ж не помочь, а вы мне тогда свою хурму отдадите, — начала торговаться женщина.

— Половину.

— По рукам.

Они вместе начали обходить прилавки. Женщина громко, по-профессорски, рассказывала о том, каким должен быть настоящий оливье, который готовится в ее семье вот уже три поколения. Правда, первым поколением была сама эта женщина, но не суть. Кротов шел рядом и впитывал мудрость с видом прилежного ученика.

— Самое главное — это свежие огурцы, а никакие не соленые, — объявила женщина, набирая в пакет зеленые плоды. — В правильный оливье идет только свежак!

— Вы извините, что я подслушиваю. Некрасиво, понимаю. По-моему, эта женщина вводит вас в заблуждение, — подал как бы невзначай голос какой-то дядечка, гипнотизирующий ценник томатов черри, видимо, надеясь, что тот одумается и изменит свои цифры.

— Еще как некрасиво! Даже очень некрасиво, — рявкнула тетка, повернувшись к наглецу.

— Просто, я так понимаю, вы не вместе, — оторвался мужчина от томатов. — Молодой человек, если вы не хотите испортить свой праздничный стол, то не слушайте ее. Она вам еще скажет, что в салат надо колбасу вареную добавлять, — надменно улыбнулся дядечка.

— А что, по-твоему, надо, а? Умник! — тетя начала краснеть, как те самые черри, и откатила в сторону свою тележку.

— Не по-твоему, а по-вашему, — спокойно ответил мужчина. — И не колбасу, а куриную грудку. Колбаса — это конформизм. Давно вышедшая в тираж пролетарская привычка. Хотя, судя по вам, тут всё понятно, — ухмыльнулся мужчина, оценив женщину взглядом.

— Ты у меня сейчас сам в тираж выйдешь, рожа нонконформистская. Какой идиот в оливье курицу добавляет?

— Любой уважающий себя современный человек, — пожал плечами мужчина.

— Да что вы говорите? Может, этот уважающий себя человек еще и яблоки в оливье кладет?

— Обязательно, — строго посмотрел на нее мужчина. И незаметно кинул в телегу Кротова несколько яблок.

— Ха! Не, ну вы видали?! — заголосила тетка, и Кротов вдруг почувствовал себя неловко. Он хотел было уйти, но тут события начали развиваться стремительно.

— Знавала я таких гурманов, которые яблоки добавляют в оливье, да. Личности, скажем так, особого склада ума, — покрутила женщина рукой у виска.

— А что не так с яблоками? — вмешалась какая-то молодая сердобольная девушка, набирающая лимоны в пакет. — Я тоже так всегда делаю.

— Ну вот, говорю же, молодые в курсе, — показал дядька на девушку. — Это вы по канонам мелового периода привыкли готовить. В пещере на костре.

— Всё, я не собираюсь это больше выслушивать, идемте! — женщина в пуховике схватила Кротова за локоть и повела прочь от необразованных хамов.

Она продолжила набирать ему в телегу продукты и при этом рассказывать о рецепте.

— Нам понадобится картошка, яйца и сладкий перчик. Это самые необходимые продукты в оливье. Запоминайте.

— Извращенцы, в оливье — перец, — послышалось откуда-то сзади.

— Это вы щас кому сказали?

Тетя совершила медленный разворот на сто восемьдесят градусов вокруг своей оси. В руке она сжимала большой цукини, которым была готова фехтовать. Перед ней оказался новый персонаж — высокий, с густыми черными волосами на голове, лице, в носу и на руках мужчина. Глаза его прятались за стильными темными очками.

— Это я так, мысли вслух, — произнес мужчина, взвешивая лук.

— Мысли свои при себе держите, — прошипела женщина. — Ваше счастье, что я очкариков не бью. Вас, видимо, не воспитали как следует, и вырос вот такой мыслитель. Демокрит, етить твою, — фыркнула она, проведя рукой сверху вниз перед лицом мужчины.

Кротов думал, как бы ему улизнуть, но женщина одним глазом следила за ним. И стоило ему сделать шаг, как она крикнула:

— Стоять! Мы не закончили.

— С такими рецептами вы не закончите, вы прикончите, — продолжал лезть очкарик не в свое дело.

— Самый умный? Ну-ка, давай, изложи нам, что идет в оливье.

— Легко. Для начала необходимо убрать ваш дешманский майонез, — показал мужчина на тележку, — и взять нормальную сметану.

— Ха! — показала женщина на него пальцем, словно уличила шпиона. — Сметана! В оливье!

— Да, а еще вустерский соус и дижонская горчица.

— И это я извращенка?

— А что такого? — встала на защиту очкарика его жена, вышедшая из-за горы моркови. — Мы всегда так готовим, всем нравится, а вы молодому человеку предлагаете питаться химическим ядом. Майонез — это же сплошные консерванты и вредные жиры! — она достала из собственной корзины и переложила в тележку Кротова сметану, соус и горчицу.

Женщина в пуховике сунула было руку, чтобы выбросить чужие продукты, но Кротов ее остановил, соврав, что все равно собирался их покупать. Тогда тетка начала выходить из себя. Она схватила проходящего мимо старичка за пальто и громко закричала:

— Прошу прощения! С наступающим! Не могли бы вы разрешить наш гастрономический спор?

Понимая, что выхода у него нет, старичок кивнул.

— Что идет в оливье: сметана или майонез?

Четыре нетерпеливые пары глаз уставились на пожилого мужчину.

— Вы извините, у меня стол номер пять, — дрожал дедушка. — Я кроме гречки и рисового супа вообще ничего не ем, — продемонстрировал он свой скромный набор.

— Еще раз прошу прощения, — разжала хватку женщина и расправила на мужчине пальто.

Дед отошел на безопасное расстояние, а затем крикнул:

— Моя жена добавляет ложку томатной пасты и шампиньоны, говорит, что пальчики оближешь!

— Оливье в могиле перевернулся, наверное, — перекрестилась женщина.

Кротов втайне от нее кинул в телегу фасованные грибы.

— Всё, надо заканчивать с этим беспределом, — вытерла лицо женщина. — Берите яйца, и пойдем за горошком.

— Только перепелиные берите, на них надо делать, — послышался уже знакомый голос нонконформиста.

— За-ра-за, — прошипела женщина в пуховике.

— А я вот говяжий язык вместо мяса или птицы добавляю, — раздался новый голос.

— А я с креветками делаю! Классический оливье жрать невозможно.

— Никакой сметаны! Только греческий йогурт!

— Каперсы, обязательно надо добавлять каперсы!

Постепенно вокруг Кротова и его тележки скапливалось всё больше последователей и адептов разных рецептов и способов приготовления злосчастного салата. Люди ругались, пихались и кидали ему в тележку всё новые и новые продукты. Лук всех цветов радуги, баклажаны, чеснок, белую фасоль, гренки. В какой-то момент Кротов вырвался из эпицентра и попытался скрыться в недрах гипермаркета, но тут в громкоговоритель объявили:

— Мужчина с оливье, прячущийся в отделе бытовой химии, не забудьте, что в салат идет кинза.

После этих слов взорвался весь гипермаркет. Микрофон вырывали, в динамике слышались звуки битвы. Кротова искали по всем отделам. Начался настоящий блокбастер — с рябчиками и корнишонами. Пока он бежал, люди продолжали подкидывать ему продукты. Прорвавшись, он принялся оплачивать покупки. Кассовый чек была такой длинный, что Кротов мог несколько раз обернуться им как шарфом. Да, можно было вернуть всё на место, но он не хотел возвращаться в этот праздничный ад.

Дома он рассказал обо всем жене.

— Ладно, купил и купил. Потратился, конечно, но зато вкусно поедим, — успокаивала супруга Кротова. — Гостей позовем или соседей. Я, вообще-то, обычный оливье хотела, ну самый классический: лук, морковь, картошка, огурцы соленые, колбаса и, самое главное, то, что я почему-то помню больше всего из детства, — горошек. Ты же его купил, да?

Кротов вывернул последний пакет, в котором лежала копченая путассу, и молча замотал головой.

— Я сбегаю в круглосуточный в соседнем дворе?

— Слушай, а можешь еще для крабового кое-что захватить? Мама завтра придет, она его обожает. Я тебе список напишу.

Александр Райн
Кротов ищет рецепт оливье в новогоднем гипермаркете

Cirre
СЕРОТА

Вслед за черной всегда приходит белая полоса, за белой – черная. Так, в этих полосах и проходит вся наша жизнь, но не у всех... Насте предсказали сплошную серость.
Кто предсказал? Да какая-то бабушка из далекой деревни, где когда-то гостила Настя у своих родственников. Давным-давно, еще совсем в раннем детстве.
— Ждет тебя в жизни одна серота... Темно-серая полоса, светло-серая. Эх, девочка, не вижу я в твоей судьбе счастья.
Так сказала бабуля и за исправление этой судьбы потребовала козу и двести рублей. Родственники хмыкнули... Ишь чего, ихнюю породистую Машку захотела и деньгов две сотни рублёв, поэтому заявили:
— А мы тебе сейчас хату спалим! Пошли, Настька, отсюдова! Аферистка она!

*

Так и жила Настя 30 лет с неисправленной судьбой, в своей сплошной серости. Хорошо, кстати, жила, вполне прилично. Но вот чего-то все-таки не хватало... Или кого-то? То ли мужа, то ли детей, а может, попросторней квартиры. Да и зарплата побольше бы точно не помешала.

И вот однажды, она встретила за гаражами двух бравых мужчин. Что она делала за гаражами? Сокращала путь с работы домой. Мужчины дрались... Ну как дрались: сопели, пихались и матерились.
— Господи... — простонала Настя. — Вот мужики пошли: ни украсть, ни покараулить. Ну кто так дерется?

Захотелось вступиться, только вот за кого? Кто прав, а кто виноват? Конечно, Настя могла пройти мимо, только вот зачем? Дома еще два дня интернета не будет (технические работы), по телевизору перед Новым годом крутят какие-то розово-липкие сериальчики и до дыр засмотренное старое кино. А тут какое-никакое, да развлечение.
Вынула из сумки пакет, постелила себе на снег, села и достала пакетик фруктово-ореховой смеси (не доела на работе). Так, со всеми удобствами, Настя принялась наблюдать за ходом борьбы.

Тут же подле нее нарисовался еще один наблюдатель... Почувствовав прикосновение к своей ноге, Настя отвлеклась. Рядом с ней сидел молодой серо-полосатый кот.
Правда, он больше наблюдал за пакетиком смеси, чем за увлекательной дракой.
— Ты такое не ешь! — решила за кота Настя.
— Я всё ем! — возразил взглядом кот.

Взгляд был красноречив, но все-таки немного разочарован... Кот бежал сюда со всех лап, подгоняемый внутренним голосом, который шептал ему:
— Торопись, скоро ты станешь домашним...
Кот поставил холодные лапки на заснеженное пальто и боднул лбом пакетик. Он два дня голодал и готов был есть всё, даже орехи!

Женщина решила, что кот будет поинтересней этих двух недобойцов и с котом на руках вернулась домой. Дома она его внимательно рассмотрела...
— Да ты ж судьба моя, серо-полосатая! Серота ты моя, серота!!!
Серый согласился... А чего ж не согласиться, когда тебя осыпают сметаной и курицей, да еще и наглаживают за все места.
— Вот тут еще не поглажено! — подставил животик кот, и Настя окончательно разомлела. А куда ей деваться? От своей судьбы не уйдешь!!!

*

— А как же муж? — спросите вы. — Должон быть, куда подевался? Куда Насте бежать, где искать...
А зачем его искать, он сам заявился – после техработ пришел интернет проверять. И залипли они вместе с Серым на инструменте и проводочках.
— Я такого красивого кота никогда в жизни не видел! — мужчина был восхищен.

А какой самый лучший комплимент для окошаченной женщины? Правильно, обратить внимание и похвалить властелина ее души. В данном случае – Настину серость.
— Меня Сережа зовут, а вас?
— Настя. Вы чаю хотите?

Ну что, предсказание деревенской бабули сбылось... Серо-полосатый кот, муж Серый (Серега), да и фамилия новая не подвела – после замужества Настя стала Серовой.
Как же всё-таки хорошо, что тогда, лет 30 назад, за исправление этой самой судьбы родственники не отдали козу и пожалели две сотни!

Автор Cebepinka

P. S. А чего мужики-то дрались, спросите вы? А кто ж их знает... Но подозрение всё-таки есть – два ангела организовали встречу для своих подопечных.
Серый кот и сбывшееся предсказание о серости

Cirre
-Здорово, баб Нина

  • Здравствуй, Василёк. Далёко ли собрался?
  • Да в лесхоз, мамка отправила за ёлкой, вам ли не привезти, случайно?

  • Ой, да кому нам ставить Васенька? Мы с дедом старые уже...
  • Да ты что, баба Нина, разве старые не празднуют Новый год, а? Рождество? Старый новый год? Столько праздников. Что ты...

Невдомёк Васятке, что не говорят женщинам слово старая хоть и сто лет ей будет.

Но, бабушка Нина, не придала этому значения, она зацепилась за слова Васяткины, про ёлку, и не может от себя отпустить.

Давно они с дедом не ставили лесную красавицу. А ведь игрушки есть много, два посылочных ящика.

  • А что, Васенька, может нам тоже с дедом ёлку поставить?
  • А то! Баба Нина, так я привезу?
  • Вези, Василёк. Скоко там денег-то надо?
  • Не надо ничего мама с дядь Колей, лесником рассчиталась, она его жене, тётке Любе платье сшила, богатое.
  • Да ты чтооо?
  • Агаа, красивое из панбархата.
  • Ишь ты
  • Ну, знаешь сколько материала ушло!

И они захихикали, представляя необъятную жену лесника, Любовь, в новом платье из панбархата...

  • Вези, Василёк только знаешь чего, привези ты мне сОсенку.
  • СОсенку?
  • Ну...
  • Дак я ель привезу, баба Нина...
  • Эээ нет, Васенька, сОсенка, она долее простоит, и запаха от неё больше, сОсенку, сынок, привези...
  • Хорошо, бабушка Нина. Я мигом.
  • Давай, не спеши. Хорошенько выбирай.

Бабушка зашла в дом, прошла в дальнюю комнату походила из угла в угол, потом вышла в горницу, посмотрела, что-то прикидывая.

  • А, — вскинулся дедушка, дремавший в кресле склонив на грудь голову и уронив с носа очки, на газету, — ково ты, Нинуша?
  • Ничего, ничего, Егорушка, ничего, читай, читай.
  • Почитаю, пойду, на диване немного, перебираясь на небольшой диванчик, заправленный жаккардовым покрывалом, говорит дедушка.
  • Давай, рассеяно говорит бабушка Нина.

Она идёт в кладовку, ёжится от холода, но находит, задвинутые далеко два ящика из-под посылок, достаёт, заносит в дом.

Ставит на стол и задумчиво смотрит в быстро надвигающие сумерки.

Зимой день короткий, сумерки наползать начинают после трёх часов пополудни.

Успеет ли Васенька, до темна-то, вдруг разволновалась бабушка Нина, накинула телогрейку, коричневую, некогда пуховую шаль, сунула ноги в пимы и выскочила на улицу.

Волнение, как в детстве, всколыхнулось вдруг у бабушки Нины, поднялось волной до самой головы, как в далёком, давно позабытом детстве.

Тогда, маленькая Нина, так же накинув маленькую дошку, перешитую из большой дедовой дохи, натянув пимишки, подшитые дедушкой же, покрыв голову шалёшкой, бежала встречать деду, который вёз ароматную запашистую ёлку.

Только была это не ель, а сосна.

Потому и попросила Васятку, сОсенку привезти.

  • Тпрууу, стой, Гром, баба Нина, вот нашёл. Самая пушистая, я себе тоже взял, маленькую сОсенку, во доре хочу поставить, а чё? Пусть Шарику тоже Новый год будет.

Мальчик помог бабушке занести лесную красавицу в дом.

  • Вот. Крест сколотить ли, баба Нина?
  • Крест?
  • Ну подставку, под ёлку, баба Нина. А ты чего подумала?
  • Ой, да что только не послышится, на старости-то лет. – засмеялась бабушка, счастливо, как девчонка, — спасибо, Васенька.

Есть подставка. На вот, пряников, мяяятных.

  • Ух, ты. Спасибо, баба Нина. Ельке отнесу, дюже любит ваши пряники, Елька-то.

Мальчик взял кулёк из бумаги, с завёрнутыми пряниками бабушки Нины и бережно спрятал за пазуху. Отдаст дома младшей сестрёнке, которая ждёт брата из леса, с подарочками от лисички и зайчика.

  • Ну ладно, баба Нина, пойду, а то мамка заругает, здорово деда Егор, – здоровается мальчик, с вышедшим на голоса дедушкой.
  • Здравствуй, Василёк. А что это? Нинуша? Никак ёлка?
  • Ага, Егор, что-то захотелось у всех праздник, а мы чем хуже.

Дедушка Егор изумлённо смотрит на пушистую сосёнку, которая оттаяв в тепле, наполнила хату изумительным, тягучим запахом.

Старики установили свою ёлочку, помогли расправиться её пушистым ветвям.

  • Красавица, – вздыхает бабушка Нина
  • А то, — поддакивает дедушка, — всё как раньше...
  • Только детки вот... Далеко все, некогда им к нам выбраться даже.

Внуки маленькие были, завсегда у деда с бабой всё время проводили... А теперь только редкие звонки, да денежные переводы...

  • Ну ладно, мать, чего ты. Другим вон, старикам и не звонят вовсе, и никаких переводов не шлют.
  • Да я просто, не бурчала ещё сегодня, Егорушка, — смеётся бабушка, давай-ка лучше ёлку нашу наряжать.
  • А давай.

И принялись старики доставать игрушки из ящиков.

А они... Эхх, не делают сейчас таких игрушек.

Вот шары, внутри с мишурой, часики показывающие пять минут до полуночи, с одной стороны красные, а с другой белые.

Шишки, снегом посыпанные, зверушки различные, шары, большие и хрупкие, невесомые.

Сосульки, красные синие, зелёные.

Домики с заснежёнными крышами и горящим желтым светом окошком.

Бусы стеклянные.

Даже гирлянда есть, в виде свечей, горит, работает старушка.

А на самый верх звезду, красную.

Поверх дождиком закидали, разноцветным, серпантином, что колечки свои распустил.

Низ ватой укутали, Дедушку Мороза с внучкой снегурочкой поставили.

Всё, дело сделано.

Волшебство новогоднее и в их дом пришло.

Чай попили, на ёлочку полюбовались, да спать легли.

А утром...

  • Юра, Юра, лопаты у мамки спроси еще, заходите в дом, мы поехали
  • Мама, папа, возьмите ребят.
  • Ба, деда, привет. Там дядя Толя с тёть Катей, застряли, мы их обогнали ребятишек, забрали. Ма, ты куда? Иди вон в дом. Я с папкой поеду.
  • Костя, Костя, ты поедешь? Пусть девчонки заходят.
  • Ба, деда, это Наташа моя девушка, проходите в дом.

Тёть Лена, да куда вы, мы с дядь Юрой поедем.

  • Так, женщины и дети в дом, мужики берут лопаты и едут двумя машинами вытаскивать застрявших. Я за трактором.

Плачут старики от радости, вот и в их дом вернулось счастье. Что же они раньше не додумались, прошлые года, ёлку-то нарядить.

Это всё ёлка, всё она.

  • Проходите, проходите.

Мои хорошие. Дедушка, Егор, Егор, ну-ка беги до Васильевых, у них кажется зять на тракторе...

А потом был Новый год, и посиделки со смехом, с песнями историями, и спали все в повалку, на полу.

Всё удивляются дети и внуки бабушки Нины и деда Егора, как это они вдруг все враз, не договариваясь, решили справить Новый год, в деревне...

И договариваются почаще видеться, и оказывается что у двоюродных даже нет контактов друг друга.

А ведь когда-то у бабушки с дедушкой вместе все каникулы проводили...

  • А помнишь, а помнишь, а помнишь, — слышится все дни.

Приходят друзья, сами куда-то идут. А вечером застолье и разговоры до утра...

Прибирая опустевший, осиротевший дом, бабушка с дедом прячут друг от друга слезящиеся глаза и подбадривают

  • Обещали летом приехать
  • Ага, сказали традицию сделать, на Новый год всем у нас сбираться.
  • Ну дай-то Бог, дай-то бог...

Автор Мавридика де Монбазон

Cirre
Сказка
— Здравствуй, дорогая крестная! Как же я рада тебя видеть!

— Ну здравствуй, милая Золушка! Тебе нужна моя помощь?

— Да, крестная!

— Знаю, знаю, в чем твоя беда. — Фея лукаво прищурилась, вынимая из рукава сверкающую волшебную палочку. — Во дворце грандиозный бал, на котором принц выберет себе невесту. И ты ужасно хочешь туда попасть...
— Нет, — девушка отрицательно покачала головой.

— Но у тебя ни платья, ни прически, — продолжала фея, не обращая внимания на слова крестницы, — ни туфелек. Как же ты будешь танцевать с принцем? А ведь ты всегда мечтала об этом танце.

— Нет.

— Войти в зал, поразив всех своей красотой. «Кто эта незнакомка? – станут шептаться именитые гости. – Она какая-то иностранная принцесса?» И принц, увидев тебя, уже никого больше не замечает, — мечтательно говорила крестная, размахивая палочкой, словно дирижируя невидимым оркестром. — Танцует только с тобой. Не отходит от тебя ни на минутку. И вы влюбляетесь друг в друга...

— Нет!

— А потом, в полночь, ты убегаешь, потеряв туфельку, а принц...

— Да нет же!

— Что «нет»? – рассеянно переспросила фея, вернувшись в реальность.

— Не хочу я всего этого.

— Терять туфельку? Ну что ты!.. – фея рассмеялась. – Не переживай. Она вернется к тебе вместе с принцем.

— Нет. При чем здесь туфелька? Я всего этого не хочу.

— Принца?

— Принца. И бала. И платья.

— Как?.. – фея часто заморгала, она никак не могла осознать слова Золушки. – А чего же ты хочешь?

— Сову. Волшебную палочку. И поступить.

— Куда?

— В Академию Чародейства и Волшебства. Ты же там училась?

— Да... Но... — опешила фея.

— Ну вот. Расскажешь мне, что да как. Я поступлю, вот увидишь. Я усидчивая, и способности у меня есть...

— Стой! – в ужасе вскричала крестная. – Все должно было быть не так! У тебя на роду написано выйти замуж за принца...

— Кем написано?

— Что значит кем? Судьбой! Я ведь не абы-кто. Я – фея! И в пророчествах тоже кое-что понимаю. Ты и принц будете вместе! И точка!

— Я согласна, — подозрительно быстро уступила Золушка.

— Правда? – фея расслабилась и расплылась в улыбке.

— Да. Будем вместе. Когда-нибудь. В старости. Когда я отучусь, проживу жизнь так, как хочу этого я, а потом уже и судьбу уважу.

— Нет! Так нельзя!

— Почему? Раз на роду написано, значит будем вместе. Там же не написано, когда именно и при каких обстоятельствах?

Крестная не нашлась, что ответить, только озадаченно нахмурилась.

— Ну вот. Значит, никакое пророчество не может помешать мне исполнить свою мечту. Об этом я и хотела тебя попросить. Пожалуйста, дорогая крестная, перенеси меня в Академию, пока мачеха с сестрами не вернулись.

— Все готово? – тревожно расспрашивал король главного церемониймейстера.

— Да, ваше величество, — флегматично отвечал тот.

— Напитки поданы?

— Да, ваше величество.

Король прислушался к звукам доносящихся из зала музыки.

— Это скрипки?

— Да, ваше величество.

— Отлично. Гости уже собираются?

— Да, ваше величество, — неизменно отвечал придворный.

— И как? Много красивых барышень?

— Да, ваше величество.

— Да что ты заладил, да и да! Подробности, меня интересуют подробности! – Король нервничал – не каждый день единственный сын выбирает себе невесту, будущую королеву, мать будущих великих королей... — Вот ты сам, на кого бы обратил внимание?

Церемониймейстер задумался.

— Маркиза де Помпадур весьма недурна собой. Графиня Уэлсли восхитительно свежа. А принцесса Бурбон просто прелестна.

— А что принц? – король подался вперед, — Он кем-нибудь заинтересовался?

— Нет, ваше величество.

— Как нет? Почему?

— По причине отсутствия его высочества.

Глаза короля расширились, брови сдвинулись и благодушное (пусть и чуть нервозное) настроение сменилось отчаяньем и гневом.

— Как?! Что значит, отсутствия?! Его там нет?!

— Нет, ваше величество.

— А где он?!

— Не могу знать, ваше величество.

— Стража! – заорал король. – Срочно найти принца!

Запыхавшийся начальник стражи, едва вбежав в малый тронный зал, заявил:

— Мы его уже ищем, ваше величество, с самого утра ищем. Исчез. Словно по волшебству.

— По волшебству, говоришь? Тогда придворного волшебника сюда! Быстро!

Явиться быстро у старого-престарого мага не получилось. В ожидании королю пришлось еще полчаса злиться, ходить из угла в угол и костерить всех своих придворных за то, что не углядели за наследником престола.

— Мне нужно, чтобы ты посмотрел в свой хрустальный шар и нашел принца! – выпалил король, как только волшебник по-стариковски медленно приблизился к трону.

— Что? – переспросил маг, прикладывая ладонь к уху.

— Посмотри в шар! – крикнул король, вспоминая, что придворный волшебник глуховат, — И найди принца!

— Что?

— Принца найди! – королю пришлось еще раз прокричать свой приказ.

— Что? Принц? – наконец-то расслышал старик. — Был у меня. Утром.

— Был? – удивился король. – И что же он у тебя делал?

После трехкратного повторения вопроса с постоянным увеличением децибел, волшебник ответил:

— Попросил кое-что и уехал. В королевстве его нет.

— Что он просил? – допрос глухого мага продолжился в прежнем режиме: повтор, переспрос, повтор громче, переспрос, повтор и так далее.

— Плащ невидимку, — медленно перечислял старик. – Книги. Карту. Сову. И палочку.

— Что?! Зачем ему все это?! Куда он подался?! – в ужасе вопрошал король, уже не дожидаясь ответов мага. – Выясните все! Найдите его! Верните! Что это все значит?!

Придворные засуетились, составляя планы по поискам принца, придумывая, как отвлечь собравшихся на бал гостей, выдвигая предположения, куда мог направиться наследник. К королю вызывали министров, советников, военачальников. Вскоре малый тронный зал превратился в гудящий улей.

Из бурлящей толпы придворных выбрался старый маг, медленной шаркающей походной он направился к выходу. Выйдя и убедившись, что за ним никто не следует и никто его не видит, он выпрямился, замутненные глаза стали другими – ясными и искрящимися силой. Маг обернулся на тронный зал.

— Маглы... — ухмыльнулся он и бодро зашагал в свои покои.

Золушка опаздывала. Ей было назначено на двенадцать. И от феи-крестной она знала, что ровно в полдень глава приемной комиссии – ведьма и в прямом и в переносном смысле, захлопнет двери и ни за что ее не впустит. Нового шанса не будет ни через год, ни даже спустя вечность. Поэтому девушка, прижимая к грyди книги и письменные принадлежности, бежала во весь дух вверх по ступенькам. Неожиданно она споткнулась, туфелька предательски слетела с ноги и скатилась вниз. Золушка тревожно оглянулась – возвращаться было некогда. Сердито закусив губу, она побежала дальше, прихрамывая на левую босую ногу.

Спустя сорок минут мирно лежащая на ступеньках туфелька поднялась в воздух. Для взгляда обычного человека это показалось бы чудом, но волшебник сразу бы догадался, что просто ее поднял некто, одетый в плащ-невидимку.

— Хм... Кто-то потерял... Такая маленькая... Найду хозяйку и отдам.

Туфелька исчезла под плащом, и только едва заметные следы на ковре, покрывающем ступеньки, выдавали того, кто ее забрал.

— Где тут приемная комиссия? — Незнакомцу в плаще было назначено на час.

Автор: Владислав Скрипач

Cirre
Как Новый год встретишь

«Что за жизнь? – майор Сергей Волков, клял свою работу. – Пашешь, пашешь целый год и тебя, прослужившего в органах пятнадцать лет, как последнего новичка, ставят дежурным по отделению в новогоднюю ночь».
  • Товарищ майор, – зашёл с мороза молодой сержант, – там двух подростков задержали, хулиганили.
  • Посмотрите по компьютеру, если первый раз, пуганите по-взрослому и домой к родителям отправьте. Тех тоже хорошенько отчитаете. Не вздумайте там напиться! А то родители от радости...
  • Да вы что, Сергей Викторович?
Сержант вышел, а нерадостные мысли продолжали лезть в голову бедного майора:
«И всё из-за этих гадов, которые пенсионеров грабят на моём участке. Найду, на задержание выедем, специально скажу омоновцам, чтобы не церемонились с ними.
Ещё найти надо. У меня, кроме их фоторобота, ничего нет. Шесть ограблений за три месяца. Начальник вчера весь день кричал, и в сегодняшнее дежурство отправил. Сказал: «Пока не поймаешь, все праздники и выходные будешь у меня дежурным». Как будто я их в праздник, сидя в дежурке, поймаю».

*

  • Полина Павловна, – две молодые напарницы направились к её столу с коробкой шоколадных конфет и виноватыми улыбками на лице. – Поздравляем вас с Новым годом!
  • Спасибо, девочки! – улыбнулась та. – А почему мордочки такие хитрые?
  • Полина, ты ведь некуда не торопишься? Нужно ещё к трём пенсионерам сходить, уколы сделать.
  • Ладно, схожу. Давайте адреса!
  • Эта старушка совсем рядом живёт, она сама дверь откроет. У этой дочь сегодня с ней будет, – стала рассказывать одна из девушек, тыкая пальцем в листочек. – Вот этот старик после операции упросил, чтобы его домой отпустили. Он совсем плох, с трудом встает. Вот ключ от домофона. Ключ от его квартиры у соседей справа. Полина, все они как раз по пути к твоему дому.

*

«Что-то совсем и не по пути, – Полина вышла из дома второй пенсионерки. – Теперь крюк до этого старика – километра два. Почему молодежь думает, если мне сорок восемь, то и личной жизни у меня не должно быть. Хотя, они правы – нет у меня личной жизни. Приду в свою однокомнатную квартиру – уже девять часов будет. Приготовлю в духовке курицу, достану бутылку дешевого шампанского и просижу всю ночь, в надежде, что кто-то придет в гости. Одним словом, как всегда – скучно и серо. А о приключениях и мечтать в этой жизни не стоит».

*

«Вот и нужный дом, третий подъезд. Ключ подходит».
Открыла дверь. И тут вместе с ней в подъезд вошли двое молодых мужчин, продолжая весело разговаривать, обогнали её. Она подошла к нужной квартире на третьем этаже. Постучала в соседнюю. Дверь открыл высокий мужчина:
  • Вам кого? – спросил низким басом.
  • Я – медсестра. Андрею Фёдоровичу Тихомирову капельницу поставить пришла.
  • Сейчас, – мужчина снял откуда-то ключ и сам открыл дверь соседа. – Фёдорович, к тебе медсестра.
  • Сейчас встану, – раздался голос изнутри квартиры.
  • Вы дверь потом захлопните. Вот так, – высокий сосед вышел, закрыв за собой дверь.
Полина быстро сняла пальто и прошла в спальню. Пожилой мужчина сидел на кровати и тяжело дышал. Бросилась к нему:
  • Вы с ума сошли? – провела пальцем по волосам и шее мужчины, втянула носом воздух. – Вы что мылись в ванне?
  • Сестрёнка вас как зовут? – попытался улыбнуться тот.
  • Полина, – она уже приготовила капельницу. – Поработайте кулаком!
  • Говорят: как Новый год встретишь, так его и проведёшь. Вот и захотел встретить чистым и здоровым. Да силы не рассчитал.
  • Вам совсем вставать нельзя, – оглянулась, нашла глазами стул. – Можно присяду. День трудный был.
  • Конечно! – мужчина дернулся, словно хотел встать.
  • Лежите! – нежная рука опустилась на грудь.
  • Извините! – на его лице появилась виноватая улыбка. – Никогда не думал, что буду таким беспомощным.
  • У вас операция была на сердце?
  • Старая рана дала о себе знать. Но операцию хорошо сделали, после неё всего неделю пролежал в больнице, и выписали.
  • Не выписали, вы сами сбежали. А зря.
  • Не хотел Новый год в больнице встречать...
  • ... как Новый год встретишь, так его и проведешь, – передразнила Полина, улыбнувшись своей очаровательной улыбкой.
  • Какая ты красивая, когда улыбаешься!
  • Спасибо! – кивнула головой женщина, и остановила взгляд на его лице. – «А ведь он не такой и старый».
Последняя капелька лекарства вытекла из пузырька. Медсестра убрала капельницу, вынесла в мусорное ведро использованные медикаменты и иглы.
  • Я пошла, дверь захлопну. Выздоравливайте! С Новым вас годом!
  • И тебя тоже, Полина! Спасибо!

*

Женщина вышла из квартиры. С верхнего этажа быстро бежали два парня, те самые, что зашли с ней в подъезд. Она не успела ничего понять. Один из них закрыл её род ладонью и втолкнул обратно в квартиру.
  • Попробуй, только закричать!
Второй прошёл в зал и восхищённо присвистнул:
  • Как шикарно пенсионеры живут!
  • В чем дело? – раздался из спальни голос больного.
Один из парней зашёл в спальню, его друг подтолкнул туда женщину и тихо, но зло прошептал:
  • Слушай, дед! Сейчас ты скажешь нам, где хранишь деньги и, что там у тебя есть ценное, и мы спокойно уйдём.
  • Вы что делаете, он же после операции! – закричала Полина.
Другой легонько ударил женщину ладонью по щеке:
  • Замолкни!
  • Не трогайте её! Сейчас отдам.
Мужчина с трудом встал и, опираясь на трость с массивным набалдашником, медленно пошел в зал.
  • Вот и молодец, старик! – довольный усмехнулся один из парней и, похлопав медсестру по плечу, добавил. – Сотовый телефон доставай!
Что произошло далее, Полина даже не поняла. Перед глазами мелькнул костяной набалдашник... два глухих удара... медленно падающие тела налётчиков.
Пенсионер схватился левой рукой за сердца, из правой так и не выпустив трость, стал медленно опускаться на диван.
  • Андрей Фёдорович! – бросилась к нему женщина.
  • Полина, вызови полицию!
Женщина вынула телефон, дрожащей рукой набрала номер:
  • Полиция... здесь грабители... Андрей Фёдоровичу плохо...
  • Дежурный по отделению майор Волков, – раздалось в трубке. – Что у вас случилось?
  • Полина, дай трубку! – Андрей взял у женщины телефон. – Сергей, это Тихомиров. Какие-то «гастролеры» с ворвались ко мне в квартиру.
  • Андрей Фёдорович!!! – раздался возглас.
  • Серёжа, давай быстрей! – мужчина прижал руку к сердцу и закрыл глаза.
  • Выпейте! – медсестра поднесла к его рту стакан.
Он сделал несколько глотков и откинулся на спинку дивана.
  • А-а-а! – раздался пронзительный женский крик.
Один из налётчиков схватил женщину за ногу и попытался встать. Вновь мелькнула трость с набалдашником.
  • Не бойся! – сквозь силу улыбнулся мужчина. – Полковник Тихомиров, конечно, не так силён, как в молодости, но с этими справиться сил ещё хватит. Полина, иди, открой дверь!
Она успела лишь открыть и вернуться в зал. В квартиру ворвались омоновцы, бросились к лежащим на полу налётчикам. За ними забежал полицейский в форме майора и бросился к больному:
  • Андрей Фёдорович, с вами всё в порядке?
  • Нормально, – и кивнув головой на преступников, спросил: – Твои?
  • Они самые, – радостно улыбнулся полицейский. – Спасибо!
  • Спасибо, спасибо. А если бы они не ко мне ворвались.
Больной резко встал с дивана, и вдруг стал падать. Сильные руки подхватили его.
  • Отнесите на кровать! – приказала женщина.
  • Скорую сейчас вызову! – Волков достал телефон.
  • Сережа, не надо! – больной открыл глаза.
Майор вопросительно посмотрел на медсестру. Та пощупала пульс и покачала головой:
  • Не надо. Он сильно переутомился, а организм ещё слаб. Я посижу с ним.

*

Через пару минут они остались вдвоём. Медсестра взяла шприц, сделала укол и строго сказала:
  • Вам необходимо выспаться.
  • Спасибо, Полина! Я тебя и так задержал, а дома, наверно, муж и дети ждут.
  • Нет у меня мужа, – женщина как-то виновато улыбнулась. – Дочь есть, но она с мужем за границу уехала на постоянное место жительства. Звонит... иногда.
  • А от меня жена давно ушла, – больной тяжело вздохнул, но затем улыбнулся. – Кому нужен такой, вроде меня, который постоянно в командировках и неизвестно, живым ли оттуда вернётся. Сейчас тоже где-то за границей живёт с новым мужем. Сын офицер на подводной лодке. Звонит... иногда. Спрашивает: как здоровье. Отвечаю: хорошо! Сегодня звонил, поздравлял.
  • Схожие у нас судьбы.
  • Полина, а ты не уходи, – взял женщину за руки и посмотрел в глаза. – Немного посплю, встану – вместе Новый год встретим.
  • Спи! – она перешла «на ты».
  • Не уйдёшь?
  • Не уйду.

*

Проснулся. В голове мелькнула мысль: «Ушла!» Оставив трость у кровати, медленно пошёл в зал, в коридор. На кухне горел свет, и пахло чем-то очень вкусным. Улыбнулся. Зашёл в ванную комнату. Не успел повернуть кран, как открылась дверь:
  • Андрей, как себя чувствуешь?
  • Хорошо! Сейчас умоюсь и будет отлично!
Она вышла. Мужчина тщательно побрился, умылся, освежил лицо дорогим одеколоном.
В коридоре опёрся на косяк и стал любоваться, как женщина хозяйничает в его кухне.
  • Через полчаса Новый год! – произнесла она, не оборачиваясь. – Загадывай желания.
  • Хочу, чтобы ты осталась навсегда! – твёрдо произнёс Андрей.
Женщина резко повернулась. Долго смотрела на него, не зная, что ответить.
  • Тебя никто никогда не обидит, – он продолжал открыто смотреть ей в глаза, – и пенсия у меня очень большая.
Полина, понимала, нужно что-то сказать в ответ. Ей безумно хотелось остаться с ним. Навсегда. Но как сказать? Что сказать? Подошла, посмотрела в его ждущие глаза и...:
  • Ты у меня никогда не будешь болеть.
Он обнял женщину, и окунул лицо в её волосы. Они долго стояли обнявшись. Вдруг взял женщину за плечи и отодвинул на вытянутые руки:
  • Полина, до Нового года десять минут.

*

Через десять минут они сидели за столом и слушали поздравления президента. Когда раздался первый удар часов на кремлёвской башне, он спросил:
  • Полина, знаешь, о чём я подумал?
  • Знаю. Как Новый год встретишь...
  • ... так его и проведёшь.
Полковник обезвредил грабителей и встретил Полину

Cirre
Подарок от Деда Мороза

— А тебе, мальчик, — Дед Мороз запустил руку в опустевший мешок, долго шарил там и, наконец, извлёк, — На, держи!
На его огромной красной раскрытой рукавице лежали три самые обычные конфеты, леденцы мятные, знаете, такие в зелёной обёртке, с плюсиком.
Серёжа смутился. Он ждал другого подарка за честно выученный стишок. Для этого и на ёлку эту дурацкую поплелся в Дом Культуры.
— Бери, бери! Не пожалеешь!, — заметив смущение мальчика, подмигнул ему Дед Мороз, — Они не простые, а самые настоящие, волшебные!
Серёжа тяжело вздохнул. «Вроде бы взрослый человек, а такие глупости говорит», — подумал он, нехотя, взял конфеты, положил их в карман пуховика и отправился домой.
— Как там на ёлке?, — окликнул Серёжу дед, жаривший на кухне картошку.
— Никак, — буркнул в ответ раздосадовавшийся внук и ушёл к себе в комнату.
— Может Деду Морозу стих не понравился?, — пожала плечами бабушка, перебиравшая за столом фасоль.
— Просто вырос наш Серёжка-то из ёлок этих, — тяжело вздохнул дед, — Нынче другие ценности у молодежи. Уткнутся в свои телефоны, никаких чудес вокруг не замечают.
На следующее утро третьеклассник Серёжа Быстров отправился в школу. Он уже почти дошел, как вдруг из-за угла ему путь преградил пятиклассник Сидоров со своими дружками.
— Эй, малявка, деньги есть?
Ребята постепенно окружили Серёжу.
— Что молчишь? Давай, выворачивай карманы!, — толкнул его в плечо Сидоров.
От неожиданности и страха Серёжа упал под всеобщий хохот шайки. Он давно знал, что Сидоров обижает младшеклассников, но считал, что это к нему не относится, его не тронут. Да и что с него взять? Живёт с бабушкой и дедом. Даже телефон у него старенький, бывший дедушкин, с треснувшим по середине экраном. И вот Сидоров, наконец-то, оборзел настолько от своей безнаказанности, что стал нападать и на таких, совсем беззащитных, как Серёжа. Денег у него не было, в портфеле лежали лишь учебники и бутерброды с сыром. И он прекрасно понимал, что сейчас ему будет взбучка, если Сидоров со своей шайкой не получат от него денег. «Хоть бы он меня не тронул, — подумал Серёжа, — и никого не трогал больше, а то в школу ходить не хочется из-за него».
— Ну, я жду!, — рявкнул Сидоров, раскалывая под собой лёд носком ботинка.
Серёжа поднялся. До школьных ворот оставалось совсем немного: завернуть за угол и пробежать несколько метров, а там охранник. Охранник был строгий, Сидоров его опасался, не желал с ним связываться, поэтому и промышлял неподалеку от школы. Младшеклассники боялись пожаловаться родителям. Сидоров держал их в страхе.
Вдруг мальчик что-то нащупал в кармане. Это были те самые мятные леденцы, которые вчера он получил от Деда Мороза на ёлке.
— Вот, держи!, — резко вскрикнул Серёжа и бросил под ноги Сидорову леденец, а потом и сам бросился вперёд оттолкнув верзилу. Сидоров опешил от такой наглости! Ему ещё никто не смел оказать сопротивление. Он вдруг покачнулся, подскользнувшись на леденце под ногами, и так же, как недавно Серёжа, растянулся на льду. Сам Серёжа бежал, не чуя под собой ног, к воротам школы.
— Опять опаздываешь, Быстров!, — крикнул ему в след охранник, но мальчик его не услышал. В здании школы он был в безопасности. Быстро сдав пуховик в школьный гардероб, он прошмыгнул в класс и занял своё место.
А что же Сидоров? Растянувшись перед своей командой, он быстро вскочил на ноги, но мальца уже и след простыл. Ребята смотрели на него с усмешкой.
— Ну, что вы, догнать его что ли не могли?!, — упрекнул товарищей Сидоров. Мальчишки странно пожали плечами и разошлись. Сидоров наклонился и поднял со льда конфетку в зелёной обёртке. «Что это я в самом деле, — подумал он, — к Быстрову прицепился. Он же ж — голь перекатная, с бабкой и дедом живёт, бутерброды свои жуёт на переменах. Может ему эта конфетка за счастье была...» В голове Сидорова закрутились совсем другие мысли. На перемене он поманил пальцем двух ребят из Сережиного класса. Мальчишки со страхом подошли к Сидорову.
— Про Быстрова хочу спросить: где его родители?
— Нет у него родителей, — нехотя ответили мальчишки, — Хоть он и говорит, что есть, но мы их за три года ни разу не видели. Он врёт всем, что они в командировке и скоро приедут за ним.
— Ясно. Свободны, — распорядился Сидоров.
— А тебе зачем?, — поинтересовался один из мальчиков.
— Надо, раз спрашиваю, — буркнул Сидоров.
Вечером он собрал свою команду.
— Короче, парни, я тут кое-что придумал.
Ребята недоверчиво посмотрели на своего главаря.
— Надоело мне из малолеток деньги вытряхивать. Пустое это занятие.
Кто-то из ребят присвистнул.
— Чего это ты, Макс, переменился так?
— У Быстрова этого родителей нет. С бабкой и дедом живёт на их пенсию копеечную. Надо помочь пацану.
Послышалось неодобрительное улюлюканье.
— Вы как хотите, парни. Мне реально не по душе то, чем мы с вами занимаемся. Не хотите помогать, значит не мешайте. И вот ещё: узнаю, что без меня промышляете, по одному отлавливать буду.
Тут Сидоров показал свой крепкий кулак и пошел прочь.
— Что это с ним?, — сказал один из ребят.
— Вообще сам не свой, — подхватил другой.
— С Максом лучше не связываться, — махнул рукой третий.
Так компания хулиганов быстро распалась.
А младшеклассники теперь спокойно ходили в школу. Вести о том, что Сидоров стал нормальным человеком докатились и до Серёжи. И он тоже удивлялся вместе со всеми таким неожиданным переменам.
Однажды Сидоров встретил его в школьном гардеробе.
— На, возьми, ты обронил. Уже неделю в кармане ношу, всё никак не отдам, — сказал Сидоров и протянул Серёже мятную конфету в зелёной обёртке.
— Не надо, съешь сам, — пожал плечами мальчик, — у меня ещё такие есть.
— Ты, это, извини меня, — сказал Сидоров.
— Ладно, — обернувшись крикнул ему Серёжа, выбежавший уже в двери школы.
До Нового года оставались считанные дни, когда заболел и слег дед Серёжи. Бабушка часто вытирала глаза передником и проводила время на коленях перед иконами в своей комнате. Пару раз приходил участковый врач. Он повторял одну и ту же фразу: «Возраст. Что вы хотите? Сердце слабое». И никому от этого легче не становилось.
— Бабушка, как дед сегодня себя чувствует?, — с порога крикнул внук, бросая в коридоре портфель. Бабушка вышла из комнаты и всхлипнула.
— Худо ему. Плох совсем дед. Покинуть нас собирается под Новый год.
И ушла на кухню разогревать борщ для Серёжи.
«Как это так — покинуть! А я с кем останусь? А бабушка?», — задумался мальчик. Мама и папа у Серёжи действительно были. Работали врачами в далёкой жаркой Сирии, в военном госпитале. Они присылали бабушке с дедушкой деньги на содержание внука и изредка звонили. А дед эти деньги исправно получал на почте и складывал в специальную коробочку. «Это деньги — Серёжкины!, — говорил он, — Вдруг с нами что-то случится? На что он жить станет? Неизвестно, сколько ещё эта клятая командировка продлится. Нам и двух пенсий хватит на троих!» Так они и жили.
В невеселых раздумьях мальчик не заметил, что промахнулся с вешалкой и его пуховик теперь валяется на полу. Серёжа поднял его, встряхнул и повесил правильно. Из кармана на пол выпала мятная конфетка в зелёной обёртке. Серёжа поднял её и вспомнил злополучную ёлку в Доме Культуры и Деда Мороза, который утверждал, что конфеты эти — волшебные.
— Серёжа, мой руки и за стол. Борщ на столе остывает, — крикнула из кухни бабушка.
— Ба, а ты веришь в волшебство?, — спросил мальчик присаживаясь за стол.
Бабушка тяжело вздохнула.
— Вот если бы дед поправился, наверное, поверила бы.
В голове Серёжи уже зрел план. «А вдруг и вправду эти конфеты волшебные?, — думал он, прихлебывая борщ, — Ведь не зря же мне их Дед Мороз вручил!»
Он вспомнил, как одна из конфет помогла ему избежать драки с Сидоровым, когда он бросил ему её под ноги, как неожиданно переменился всем известный хулиган, и решил ещё раз проверить свою догадку.
— Ба, нам задали по внеклассному чтению сказку прочитать. Можно я дедушке её почитаю, чтоб не скучно ему лежать было?
Бабушка ласково погладила его по голове.
— Мой добрый и ласковый мальчик, — вздохнула она, — видели бы тебя отец с матерью... Конечно, почитай! Только борщ доешь сначала.
Серёжа управился быстро, достал из портфеля книгу для чтения и направился в комнату деда. Бабушка уже усаживала его в подушки. Дед тяжело дышал, иногда покашливал.
— Я тебе сказку почитаю, дед?, — спросил мальчик. Дед кивнул. Серёжа углубился в чтение и не заметил, как дед уснул. Тогда мальчик достал из кармана брюк мятную конфетку в зелёной обёртке и незаметно положил спящему деду на грудь, а сверху прикрыл его ладонью.
— Я очень хочу, чтобы ты поскорее поправился! Я тебя очень люблю!, — прошептал Серёжа и на цыпочках вышел из комнаты.
Дед приоткрыл один глаз и взглянул на подарок, оставленный внуком.
«Выдумщик!», — подумал дед, повертев в пальцах зелёную конфетку, и погрузился в здоровый крепкий сон.
На следующее утро он уже сам поднялся.
— Куда ты, старый, лежать тебе надо, доктор сказал, — замахала на него полотенцем бабушка.
— Ничего, Зинаида, повоюем ещё!, — крякал из ванны дед, — есть у меня ещё неоконченное важное дело.
И он, втихаря, пока Серёжа был в школе, а бабушка вышла в аптеку, достал из-под подушки новый мобильный телефон и набрал номер. Он набирал его несколько раз, но связи всё не было. Наконец связь появилась. Ответил незнакомый мужской голос.
— Алло, это госпиталь?, — хрипло закричал в трубку дед, — мне хирург Быстров нужен!
— Быстров в отъезде. Он не может подойти. Кто это?
— Передайте Быстрову, что отец его очень плох, очень. Пусть срочно летит домой. А то не застанет, — прокричал дед.
Связь оборвалась. Дед спрятал под подушку телефон. Развернул зелёный фантик и положил под язык мятную конфетку.
«Всё сделал правильно, — подумал он, — не гоже сыну без отца и матери расти. Мы, старики, не вечные. И тут работы хватает.»
А в замке уже клацал ключ. Серёжа вернулся со школы.
— Дед, дед!, — закричал с порога мальчик, — ну ты как сегодня?
— Отлично!, — отвечал дед, хитро прищурившись и причмокивая мятной конфетой.
— А я знал! Знал!, — закричал радостно Серёжа, — это всё моя волшебная конфета тебе помогла! Мне на ёлке их Дед Мороз дал! Вообще-то я хотел новый мобильный телефон, но пока стоял в очереди за подарком, они видимо закончились. Поэтому Дед Мороз дал мне три конфетки мятные и сказал, что они волшебные. Я ему, конечно, не поверил. А теперь вижу, что они и вправду действуют.
— Телефон, говоришь, новый тебе нужен?, — усмехнулся дед, — а ну-ка, залезь вот сюда, под подушку.
Серёжа засунул руку и вытащил новенький мобильный телефон.
— Дед, ну ты что?, — растерялся мальчик.
— Это не я, это конфета волшебная, — подмигнул дед.
— Глупый ты, — серьезно сказал мальчик, — я же совсем не это загадал?! Я хотел, чтобы ты поскорее выздоровел. А ты...
На глаза Серёжи навернулись слезы, и он крепко обнял дедушку.
— Ничего, ничего, внучек, — похлопал его ласково по спине дед, — повоюем ещё. А телефоном ты пользуйся. Мне-то он ни к чему. Я больше разговоры с глазу на глаз предпочитаю, ты же знаешь.
Наступил долгожданный предновогодний день, 31 декабря.
— Что могу сказать, Пётр Яковлевич, Вы меня сначала напугали, потом удивили, — одеваясь в коридоре говорил участковый врач, — на повторной кардиограмме всё в норме. Но всё же советую вам поберечь себя! Продолжайте пить лекарства, которые я вам назначил. Я к вам загляну числа 5-го. До свидания!
— До свидания, до свидания!, — кричали ему в след счастливые бабушка, дедушка и внук, — С наступающим!
— Совсем забыла про курицу, — всплеснула руками бабушка и бросилась на кухню, из которой по всему дому разносились вкусные ароматы.
— Ну что, партию в шахматы?, — спросил Серёжу дед, и мальчик одобрительно кивнул.
— Ты, дед, иди, фигуры расставляй, я сейчас, — сказал ему Серёжа, а сам подошёл к вешалке, запустил руку в карман пуховика и достал оттуда мятную конфетку в зелёной обёртке, последнюю из тех, что дал ему Дед Мороз. «Недооценил я вас, — с усмешкой подумал Серёжа, — вы и вправду оказались волшебными. Но у меня осталось последнее, самое главное пожелание.»
Он подбежал к окну, быстро что-то прошептал в ладони и выкинул конфетку в форточку. Довольный собой он побежал в комнату, где его ждала шахматная партия, которой не суждено было окончиться.
В это время под самый подъезд подъехало такси, из которого вышел мужчина в меховой шапке. Что-то больно тюкнуло его по голове.
— Ай!, — вскрикнул он.
— Что такое?, — обеспокоенно спросила вышедшая следом женщина.
— Что-то мне на голову упало сверху, — он снял с головы шапку и с удивлением обнаружил...мятную конфетку в зелёной обёртке.
Мужчина повертел её в руках, и они с женщиной весело рассмеялись.
— На счастье!, — сказала женщина.
— Да будет так!, — ответил мужчина, — ну, пойдем скорее, Серёжка, наверное, обалдеет от радости, когда нас увидит.
И они заспешили в подъезд.
А где-то, в городе, веселились у ёлки взрослые и дети. Дед Мороз заприметил грустную девочку и решительно направился к ней.
— Вот, держи, внученька, они не простые, а волшебные — пробасил Дед Мороз и раскрыл свою широкую красную рукавицу, на которой лежали...три обычные мятные конфетки в зелёной обёртке.

Автор: Olga Kochera

Волшебные мятные конфеты от Деда Мороза

Cirre
Петь..
Это то, что она хотела с самого детства. Но хотеть и иметь, как говориться. Это разные вещи. Семья её была очень бедной. Трое детей. Ещё две сестрички, значительно младше её. Работал один отец. А мама болела и сидела с детьми. Поэтому, жили они более чем скромно.

В школу она ходила в стареньких, много раз перешитых платьях. И сумочка для учебников была не из первых рук, вот так.
Но не это её смущало или точнее. Огорчало.

Огорчала её невозможность ходить к частному учителю по пению и игре на фортепьяно. Играть на старенькой ямахе, купленной с третьих рук. Она научилась сама. Колонок не было. Были наушники, но это.

Это не означало, что она не пела. А точнее, пыталась петь. Ведь сперва надо, как говорится – поставить голос. Потом дальше.

В общем так. Ходить к учителю пения надо было много и часто. А деньги где взять? Если ноты она выучила сама и сама же. Научилась сносно играть, то голос.

С голосом было намного сложнее. Близкие уже привыкли к крикам из её комнаты. Именно так пока выглядели её попытки, а вот соседи. Те никак не хотели привыкать. Поэтому, после очередного скандала с соседями. Мама и папа попросили её слегка передвинуть свои экзерсисы на более раннее время. Когда соседи работали. Учитывая тот факт, что по утрам она тоже училась. Петь ей приходилось теперь редко.

Ну, как петь. Кричать.

Что опять таки. Никак не радовало двух котов. Единственная радость трёх детей этой семьи. Их нашли ещё котятами, умирающими от голода и блох. Теперь они были чистенькими и довольными.

Довольными, я сказал?

О, нет. Они были очень недовольны. Ведь те звуки, которые девочка называла пением. Доставляли им настоящее мучение. На физическом уровне. Зато они очень любили, когда она выходила с ними на улицу. Так они и гуляли втроём. От девочки они не отходили. Собаки, злые люди и машины.

Поэтому коты, бегали вокруг неё и радовались. Погуляют часик и домой.

Где коты и собрались однажды на совещание.

  • Либо мы научим её петь.

Заметил черный по имени -Уголёк.

– Либо она добьёт нас своими криками.

Согласился серый кот Люсик.

И они разработали план.

Вот однажды. Когда они вышли во двор большого дома. Коты разом дёрнули в дальний угол. Девочка, вскрикнув, побежала за ними. Здесь стояли баки для мусора. Но одном из них сидел Уголёк.

Кот подождал, пока девочка подошла поближе и слегка приподнявшись. Выгнул шею и наклонил голову влево. И когда девочка оказалась от него в паре метров. Он издал низкий и протяжный вой. Серый недовольно мяукнул снизу и Уголёк мгновенно исправился. Он перешел на одну низкую ноту. Которую тянул. Тянул и тянул. Пока изумлённая девушка. Не поняла, что от неё хотят.

Неделю она училась. Пока не повторила что-то похожее. Ещё неделю они закрепляли пройденное. Потом перешли к более высоким нотам.

Через две недели, девушка перестала замечать страшную вонь, исходившую от баков, а соседи. Хором решили выносить мусор утром. Потому что, запах от баков был значительно менее неприятен, чем крики кота и девочки.

Через месяц она вполне себе сносно овладела кошачьей гаммой. А она, как вы понимаете, дамы и господа. Очень отличается от человеческой.

Когда она уже вполне себе сносно поднималась и опускалась вниз вместе с Угольком. По всем нотам.

Присоединился Люсик. Тот был спецом. Теперь они с Угольком стояли друг напротив друга и склонив головы. Отчаянно верещали. Особенно высокими тонами отличался Люсик.

Полгода девочка старательно повторяла их завывания. В чём достигла в конце концов, очень заметных успехов.

Теперь соседи. По ошибке вышедшие днём после работы высыпать мусор. Шарахались от этого угла дома и роняли пакеты. Некоторые крестились или сплёвывали.

К двум воющим котам, присоединялся голос явно.

Явно человеческий. Но издающий такие звуки, что волосы у некоторых вставали дыбом. Позанимавшись ещё с полгодика. Девочка решила, что пришло время. Попробовать свои силы на выпускном балу.

Куда её школа пригласила одну не очень известную группу. Зато недорогую. Дело происходило в одном из штатов. Южных. В каком, я не скажу.

Как не назову и городок. Секрет, знаете ли.

На бал она шла одна. Никто не хотел её приглашать. Невысокая, без всякой косметики и в стареньком платьице. Проблема для такого случая. Никто из парней не захотел идти с ней. Вот такой случай.

Но коты. Я вам скажу, дамы и господа.

Коты провожали её с гордо поднятыми вверх хвостами. Они то точно знали.

Они ни на секунду не сомневались в ней. Как и она в них. Они знали кого провожают на этот бал.

Победительницу. А не скромного и серенького воробышка.

Так называла её мама. И плакала, когда провожала. Потому что, ни один парень не захотел дать ей руку. И привести на бал.

И действительно. Весь вечер, она простояла возле стены. Никто так и не пригласил её. И даже никто не посмотрел в её сторону. Когда голосовали за ту, которая станет Королевой этого выпускного.

Она развлекалась тем, что наблюдала за танцующими.

Особенно ей нравился среди всех один немолодой мужчина. Видимо, близкий родственник одной из девушек. Счастливой обладательницы ослепительно красивого платья и туфелек на высоких каблуках.

Коротенькая седая бородка и зачёсанные назад волосы, кого-то напоминали ей. Но она не могла вспомнить.

Впрочем.

Волнение всё сильнее и сильнее сжимало её сердце и наполняло.

Всё её существо страхом.

Может быть, она так бы и не решилась. Если бы не они. Те, кто учил её и провожал.

Они заглядывали ей в глаза, когда она выходила из дома. Они подбадривали её как могли и она.

Она не могла повести их. И вернуться домой, так и не попробовав. Просто не имела права. Она не смогла бы посмотреть им в глаза. Глаза тех, кто верил в неё и любил.

Поэтому.

Поэтому, когда группа сыграла последнюю мелодию. Медленный танец. И пришло время прощаться. Она уже стояла на краю сцены.

Она подошла к руководителю группы и попросила.

– Это все деньги, которые я заработала за год.

Сказала она, а по вечерам. Она подрабатывала в МакДональдсе. И откладывая понемногу, собрала эту сумму.

Тысяча долларов. За одну песню. Всего одну.

  • Какую же?

Удивлённо спросил руководитель.

Metallica.

Сказала она.

Nothing Else Matters.

Он удивлённо посмотрел на неё.

– Но у меня никто не сможет спеть так высоко.

Ответил он.

  • Я спою.

Возразила ему девушка.

  • Ты?!

Изумился парень.

  • Это мужская партия, очень сильная и высокая. Ты не сможешь.
  • Тысяча долларов.

Повторила она.

Он смотрел на пачку и колебался. Ему очень хотелось получить эти деньги, но.

Но как сыграть?

Партия бас-гитары. Кто сможет?

Не будет ли это жалкой пародией?

И не лучше ли отказаться, чтобы не опозориться?

И пока он раздумывал на сцене оказался тот самый мужчина.

С коротенькой седой бородкой и зачесанными назад светлыми волосами с сединой.

  • Я сыграю.

Сказал он и взял гитару из рук гитариста.

  • Да кто ты такой?

Взвился руководитель.

Он ведь даже не обратил внимание на то, что всё это время держал возле груди включенный микрофон.

– Джеймс Алан Хетфилд.

Солист Металлики.

Ответил тот.

Все выпускники, преподаватели, приглашенные.

Стояли молча и наблюдали за происходящим на сцене.

Все словно приросли к полу большого зала в центре города.

Никому и в голову не могло прийти, что эта серая и незаметная мышка. Которую и не помнил-то никто в лицо. Вдруг...

Вдруг!

Вдруг!!!!

Решится на такое.

  • Покажи им, девочка.

Шепнул ей на ухо Джеймс.

Потом он отошел. Замер на секунду и.

Ударил по струнам.

Словно ураган ворвался в зал.

Остальные музыканты. Подхватили.

Она стояла в центре зала и ждала. Это проигрыша. Перед началом. А когда он случился.

Голос.

Голос совершенно нечеловеческой силы. Взлетающий вверх и падающий вниз, как.

Как Ниагарский водопад. Разорвал всё вокруг В клочья.

Все в зале стояли, раскрыв рты, а у некоторых. Волосы на руках стали дыбом.

Да и Джеймс.

Он играл так. Будто это был его самый последний раз. Он смотрел на эту девушку и видел себя. Молодого.

В зал входили все, кто был поблизости. Они стояли, смотрели и слушали.

А она пела.

Она забыла обо всём. И обо всех.

И когда последняя нота, и последний звук. Упали и ударились об пол.

Наступила мёртвая тишина, а потом.

Потом шквал, нет.

Ураган. Взорвался аплодисментами, криками и свистом. Люди прыгали, размахивали руками и так бесновались.

Что только Джеймс увидел слёзы на её щеках.

Он положил гитару и подошел к ней. Похлопал по плечу и слегка приобняв, сказал.

  • Ты приглашена. Я знаю одну очень известную группу. Они ищут солиста, но ты не дрейфь. Я уверен, что ты подойдёшь.

Потом он задумался на пару секунд и добавил.

  • Если они, конечно, подойдут тебе. Они будут от тебя в восторге. Уж я то знаю, что говорю.

Домой она мчалась, не чувствуя ног.

Из открытой двери блеснул луч света, разорвав ночную тьму.

На пороге стояли мама, папа и две младшие сестрёнки, но впереди.

Впереди стояли два кота.

Уголёк и Люсик.

Они смотрели на неё и в их глазах.

Был вопрос.

Она подхватила их и закружилась по комнате.

Теперь она всё время на гастролях. Гастроли, гастроли, гастроли.

Её папа с мамой и две сестрички, переехали на виллу, которую она купила недавно.

Нет. Не ту, которая на берегу океана, а ту. Которая под Нью-Йорком.

У них теперь совсем другая жизнь. И два кота.

А как иначе?

А иначе никак.

Потому как, любовь и вера. Творят чудеса и могут.

Могут даже из воробышка, серой мышки. Сделать Королеву.

Главное – верить.

Вот так.

Олег Бондаренко
Коты, девочка и песня Metallica на выпускном

Cirre
Всё начиналось очень даже хорошо. Алиса приготовила праздничный ужин, салаты, бутербродики и горячее. Младшая сестра Верка вместе с мужем помогали накрывать на стол, их дети бесились рядом и украдкой таскали сладости с праздничного стола.
Ровно в 22.00 все уселись проводить старый год. Алиса улыбалась изо всех сил, но видеть счастливое семейство сестры было грустно. Нет, она радовалась, конечно, что у Веры всё хорошо, и муж её любит и детки – лапочки и умнички, но на фоне всего этого ещё больше ощущала своё одиночество и никомуненужность.

  • Надо было Костю тоже пригласить! – сказал Миша.

Алиса закатила глаза. Про этого Костю ей рассказывали уже тысячу раз, при каждом удобном и неудобном случае. Мужчина работал вместе с мужем Верки, был разведён, хорош собой, интеллигентен и хорошо зарабатывал, много читал и не интересовался футболом, в общем, по словам родных, подходил Алисе по всем параметрам.

  • Ой, если б я не замужем была, сама бы с таким роман закрутила! – говорила сестра и хитро улыбалась.

Алиса вежливо переменила тему, про этого Костю она уже всё знала, хоть и не видела ни разу. Когда детей уложили спать и подложили под ёлку подарки, сестра подмигнула и вручила подарок Алисе:

  • Это тебе, с намёком на будущее! Я надеюсь в скором времени погулять на твоей свадьбе!

В коробке были красивые бокалы, две штуки.

Алиса долго молчала, разглядывала подарок, а потом вдруг расплакалась. Коробка выпала из рук, бокалы цокнули и покатились по ковру. Верка охнула и бросилась подбирать.

  • Ты чего, Алис? Фух, вроде не разбились...

Вера поставила бокалы на стол и хотела обнять рыдающую сестру, но Алиса вывернулась и, накинув пальто, выскочила на улицу. Свежий холодный ветер заморозил слёзы на щеках. Она шла по сверкающему новогодними огнями городу и думала о своей никчёмной жизни. Тут и там гуляли семьи и парочки, большие шумные компании, румяная ребятня. Только Алиса в новогоднюю ночь гуляла одна.

  • С новым годом!

Алиса обернулась, рядом с ней стоял дед Мороз. Ряженый поздравлятель маленьких детишек, с белой бородой и обмотанным мишурой посохом.

  • И Вас! – ответила Алиса и шмыгнула носом.
  • Хорошо ли ты вела себя в этом году?

Алиса усмехнулась и вытерла слёзы, вспомнила как усердно работала весь год, больше ведь ей заняться особо нечем, дома никто не ждёт... Ей снова захотелось плакать.

  • Да бросьте Вы, я уже не маленькая!
  • Ты уже загадала себе подарок? – «дед» не обратил внимания на её слова, и Алиса заметила, что под накладной бородой он улыбается.
  • Нет, ну какие подарки... Хватит уже тут, идите вон детишек разыгрывайте! Тех кто ещё верит в деда Мороза! Вы ж всё равно не настоящий!
  • Ну а вот если б я был настоящий, ты бы чего загадала?
  • Семью! – не раздумывая выпалила Алиса, — Любимого мужа и детишек двоих, а может и троих... Но это не имеет значения...
  • Будет тебе муж!

Дед Мороз усмехнулся в бороду и стукнул своим посохом об землю.

  • Ой да ладно Вам... — Алиса шагнула к нему и дёрнула за бороду, хотела стащить её и прекратить этот глупый маскарад для детсада.

Дед ойкнул, а брода осталась на месте. Она была настоящая!

  • Ну, убедилась, — улыбнулся дед Мороз, — Мне пора, столько ещё подарков надо раздать, всех поздравить, сама понимаешь...
  • Погодите...

Дед обернулся к Алисе.

  • Не переживай ты, исполнится твоё желание, мужа тебе подарю и семейное счастье, а детишек сами сообразите...
  • Как же это? В подарок живого человека...
  • Да запросто! – дед развернулся и пошёл прочь, — Он ведь тоже жену себе любимую загадал...

Алиса долго стояла посреди улицы, хлопая ресницами, улыбалась. Оказывается, очень приятно знать, что ты для кого-то подарок, и где-то есть человек, который будет подарком для тебя.

Телефон запиликал в кармане. Верка прошептала в трубку:

  • Ты где? Мы тебя потеряли! Дуй скорей домой, тут Костя!
  • Кто? – удивилась Алиса.
  • Ну, Костя! Тот самый про которого я тебе все уши прожужжала! Он Мишке позвонил, позвал гулять на горку, а тебя нету...

Автор: Вечерние Сказки


Cirre
Семейная легенда

Мне было 17 лет, мой будущий муж пригласил меня к себе в гости на Новый год в деревню. Будучи абсолютно городской девушкой, мне всегда хотелось побывать в деревне и воочию увидеть то, что раньше видела только по телевизору, поэтому приглашение в гости (как потом выяснилось — на смотрины) я приняла не задумываясь. А зря, подумать все-таки стоило.

Сказано-сделано, приехали мы ночью, развели нас по разным комнатам и уложили спать. Утром, ни свет ни заря, меня разбудили. Боже, 10 утра — ну, что можно делать в такую рань?!

Вышла я уже к остывшему завтраку и сразу попала на семейный совет, на котором принималось решение послать сына с друзьями в лес за елкой. Обратив внимание на то, как пристально смотрят на меня будущие свекр со свекровью, я решила навязаться с ребятами в лес за елкой. На тот момент мне мое решение показалось правильным — уж лучше погулять в лесу, чем быть насквозь просверленной взглядами будущих родственников. Желание гостьи было признано законом безоговорочно.

Я быстренько оделась в свою шубку, джинсы и короткие зимние ботинки. Будущая свекровь, внимательно посмотрев на меня, выдала: «Так в лес ходить просто неприлично!» — и умчалась вглубь дома. Через 5 минут она радостно принесла что-то непонятное — какой-то мохнатый предмет с рукавами (они называли это тулуп), такую же мохнатую шапку-ушанку, штаны и странную обувь, которую они назвали катанками. По моим небольшим познаниям в деревенской жизни, я сделала вывод, что такую обувь еще называют валенками. При этом необходимо учесть, что рост у меня всего 1,5 метра с кепкой, а размер ноги — 35. Все же родственники моего будущего мужа имели рост под 2 метра и размер ноги от 40.

Сначала на меня одели штаны непонятного размера, причем прямо на джинсы, и подпоясали где-то в районе шеи. Потом на меня напялили ушанку, после чего у меня пропал слух, и обзор снизился до 30 градусов. Затем на меня стали одевать катанки, я так и не поняла, как они отличили правый от левого. Проблему разницы размера катанок решили просто, мне вдобавок выдали 3 пары теплых носок, а вот высоту подрезать напрочь отказались, из-за чего мои ноги потеряли способность сгибаться в коленях.

Вершиной айсберга стал тулуп, который подпоясали, где-то в районе колен, aрмейским ремнем, руки мои закончились там, где у хозяина тулупа были локти. И вот в таком виде, полностью потерявшую способность видеть, слышать, ходить, практически безрукую, меня выставили за дверь.

Почему валенки называли катанками, я поняла сразу же, как только сделала первый шаг. Да и сделать я его толком не успела, так как сразу же мои ноги раскатились в разные стороны, и я повалилась вперед. Встать самостоятельно я уже не смогла. Добрые руки моего будущего мужа и уже подошедших друзей бережно вернули мне вертикальное положение.

И вот делегация, в составе трех мужиков под два метра ростом с размером катанок не меньше 60 и меня, двинулась в лес, благо идти было недалеко, всего лишь за калитку выйти и еще пройти до кромки леса метров сто.

Для меня эти сто метров показались километрами! Снег там за калиткой почему-то никто не чистил, а зима в тех краях суровая, снежная, сугробы огромные. Впереди бодрым шагом шли бравые ребята, проламывая следы в сугробах на глубину, в которую я, в принципе, могла поместиться во весь рост. Попробовав перекатываться из одного следа снежных людей в другой, я быстро поняла, что такими темпами мы никуда не дойдем, и решила свою тропу проложить рядом. Впрочем, проложить — это громко сказано. Я сразу же провалилась и не смогла вылезти. Пришлось ребятам возвращаться ко мне, вытаскивать из сугроба сначала меня, потом доставать из этого же сугроба катанки. Потом они сбегали за странной конструкцией, отдаленно напоминавшей санки, на которую меня водрузили и покатили.

В принципе, меня все устраивало — еду, любуюсь прекрасными видами. Так мы и доехали до поляны, которая была достаточно утоптана. Меня выгрузили в центре и велели стоять на месте и никуда не уходить, пока они будут искать подходящую елку, и все разбежались в разные стороны.

Через минут пятнадцать стоять на одном месте мне надоело, и я пошла обследовать территорию. Тут мое внимание привлекла достаточно большая пушистая елка, которая находилась метрах в ста от меня. Ну, и двинула я к ней, рассмотреть поближе. Кое-как прорыв траншею в снегу, я прошла метров пятьдесят, после чего меня остановило внезапное препятствие в виде железной сетки.

Удивлению моему не было предела: в дремучем лесу — и вдруг забор!

Чисто из любопытства я начала ее дергать и, о чудо, сетка поддалась, видимо, прогнила в месте крепления. Дырка образовалась небольшая — надо было ползти, и тут я поняла, что если упаду на четвереньки, то самостоятельно встать уже не смогу. Но елка была такой красивой и так хотелось удивить всех будущих родственников!

Упав на четвереньки, я преодолела это препятствие и практически сразу же наткнулась на колючую проволоку — чудеса, да и только! Конечно, если бы я была в своей шубке, у меня бы и мысли не возникло пролезать под колючей проволокой, но на мне был тулуп, который было не жалко. С такими мыслями была преодолена и колючая проволока.

И вот, наконец, эта красивая елочка была прямо передо мной. Как же я была рада! Но не долго — тoпoрика-то мне не дали! От досады я толкнула (хотела пнуть, но стояла на четвереньках, а встать не могла) елку, и она свалилась набок.

Не веря своему счастью, я взяла ее за корешок и уже стала разворачиваться, когда рядом со мной вдруг взлетел сноп снега. Поворачиваю голову и вижу, как ко мне бежит мужик — то ли с винтoвкoй, то ли с рyжьeм навскидку — машет руками и что-то орет.

Но, так как ушанка сидела хорошо, я, конечно же, ничего не расслышала. Но больше всего меня испугала собака, рвущаяся с поводка.

Решив, что это лесник, и, стырив елку, я нарушила кучу лесных законов, я взвизгнула, как поросенок, и со скоростью, которую только могла развить на четвереньках, рванула к лазу, не отпуская из рук елку, которая, конечно, цеплялась за все, за что только могла зацепиться. Но желание выжить и непременно удивить всех красивой елкой придало мне сил, и я, ругаясь на чем свет стоит, протащила таки ее через все препятствия. Доползла до поляны, с помощью ствола дерева приняла вертикальное положение и радостная уселась в сани.

Через минут 5 пришли ребята. Поохали, какую я елку нашла, не задумавшись при этом, как я ее срyбила. Затем мы все дружно двинулись домой.

Пришли домой, а там такое оживление! Мой будущий свекр бегает по дому с криками, с выпученными глазами, руками машет.

Увидев новых слушателей, он рьяно начал рассказывать о ЧП. Выяснилось, что сегодня на зoнe (Мои параллельные вопросы: «Какой зоне?» «А что, в деревне зона есть?» «Ах, тюрьма строго режима?» «Вот как неожиданно!») произошел прорыв периметра («А что такое периметр?» «Ах, 5 уровней. И целых два были прорваны?» «Колючка трехрядная и забор под напряжением?» (Мысли, уже не вслух: Странно, напряжения не почувствовала, может, забыли включить? А колючка вообще так себе, трех рядов не помню). Некое существо (Ну, как одели так и ползала!), природу которого не смогли определить, ползло по периметру, потом с испугу от трех предупредительных выcтрeлoв и одного прицельного (Каких выстрелов? Ах, вот почему снег рядом взлетел! Вот, cцyки, так ведь и ybить можно! А предупредительных, да еще и трех, не слышала... Ах да, эта ушанка...), развернулось, зацепилось копытом (Ну да, похоже издалека на копыта, так как мои руки из рукавов не торчали) за елку, которую срубили для любимого начальника зoны и до вечера поставили в снег, дабы не растеряла иголки, и, не сумев освободиться от елки, визжа, как дикий зверь, непонятно каким образом преодолело два периметра в обратном направлении, издавая при этом такие звуки, что собака побоялась продолжить преследование (Блин, а что, собака все-таки до меня добежала? Ну, если ваши собаки мaт понимают, то, ясен перец, почему она побоялась бежать за мной дальше). При этом пять лучших сотрудников предприняли все меры для дальнейшей погони (Да ладно заливать — он один бегал!), все местные охотники были поставлены в рyжье и направлены на поиски зверя. По глубине оставленной траншеи выяснили, что зверь на четырех копытах, в холке рост невысокий (Ну, он, в принципе, и не в холке тоже невысокий), добрался до дерева, залез на него, и на этом следы пропадают (Ну да, я же потом на своих двух пошла).

Поняв, что тучи сгустились над моей головой, я вжалась в кресло и старалась не высовываться. И все бы ничего, но на званный ужин пригласили того самого начальника зoны, который, зайдя в дом и увидев елку, потерял дар речи (Ну, вот как, скажите, он запомнил свою елку?! Таких елок в лесу полно!). На вопрос: «Откуда у вас эта елка?» — начальник зоны получил от свекра гордый ответ: «Вот, невестка моя будущая на полянке нашла. Правда, красивая елочка? Такую днем с огнем не сыщешь!»

Раскололи меня за три секунды, пришлось все рассказать.

Прошло 15 лет, а байка про страшного зверя гуляет в той деревне до сих пор....

Автор: Интернет


Городская девушка в тулупе добыла елку с зоны

Cirre
Вадим зашёл в спальню с перекошенным от недоумения лицом.
  • Что с тобой? – настороженно спросила Оксана, которая уже готовилась ко сну. – Что-то случилось?
  • Ага, случилось... – Вадим бросил на одеяло почтовый конверт. – Прочитай-ка вот это.
  • Это что?
  • Письмо Деду Морозу. Но очень странное письмо. Сашка мне сейчас вручил. Сказал, чтобы я утром в почтовый ящик бросил.
  • И что? Ты уже письмо прочитал?
  • Прочитал. – Вадим сел на кровать и нервно вздохнул. – И ты прочитай. Только сразу не падай в обморок.
  • Неужели он попросил у Деда Мороза что-то очень дорогое? – испуганно спросила Оксана.
  • Если бы... Ты читай, читай. Я до сих пор в недоумении. Оксана, если бы ты знала, кого мы растим? Я в шоке.
  • Ты чего такое говоришь? – Оксана скорее схватила письмо, и, щурясь, стала читать в полутьме письмо пятилетнего сына, написанное корявым детским почерком.

«Дорогой дедушка Мороз. Подари мне в этом году, пожалуйста, большую-пребольшую куклу. Мальчик Саша.»

Оксана захлопала глазами, ещё раз перечитала письмо сына, и растерянно посмотрела мужа.

  • Это, правда, он написал?
  • А кто? Домовой, что ли?
  • Но Вадик! Он же у нас мальчик... Зачем ему нужна кукла? Я знаю, что некоторые мальчики иногда играют в куклы. Но чтобы просить такой подарок у Деда Мороза... Это что-то странное...
  • Вот и я про то же! – воскликнул Вадим. – Доигралась с ребёнком в куклы?
  • Кто?
  • Ты.
  • Когда это я с ним играла в куклы? – возмутилась Оксана. – Ты чего такое говоришь?
  • А вот когда ему было два месяца. Помнишь? Ты ему свою старую куклу в кроватку подсовывала.
  • Так он же тогда ещё ничего не понимал.
  • Видимо, понимал. Трогал её, трогал, и дотрогался. Чего делать-то с подарком, Оксана? Неужели куклу дарить?
  • Нет, – испуганно воскликнула Оксана. – Подарим ему машинку.
  • Тогда он сразу поймёт, что Дед Мороз – это враньё. Он же, всё-таки, ещё ребёнок. Хотя, говорят, как раз в таком возрасте формируется характер. Ну, вообще... Это что, значит, он у нас будет... – Вадим осёкся. – Может, он уже мечтает быть каким-нибудь... модельером? Типа Зайцева? А? Может ему ещё и комплект для кройки и шитья подарить?
  • Вадик, ты чего говоришь? – почему-то, ещё больше испугалась Оксана. – Надо просто подарить ему машинку. Большую. И всё.
  • Но вот же письмо, перед тобой. Там ясно написано – кукла. Да ещё большая. Зачем ему большая кукла? Я боюсь даже думать...
  • Вадик, я вспомнила! – воскликнула шёпотом Оксана. – Я всё поняла!
  • Что ты вспомнила? Что поняла?
  • Поняла, почему он куклу просит.
  • И почему?
  • Он недавно меня спросил, когда мы купим ему сестрёнку?
  • Правда, что ли? – заулыбался от такой новости Вадим.
  • Ну, да. Я ещё отшутилась, сказала, что в магазин их пока не завозят.
  • Может, мы тогда ему сразу сестрёнку подарим, – хмыкнул муж.
  • За две недели не успеем, – тоже заулыбалась жена.
  • Да... – Вадик опять стал серьёзным. – Так что, куклу ему купить, что ли?
  • Ну, купи... – неуверенно согласилась Оксана. – Если что, и правда, дочке останется. Если она у нас будет...
  • Но если я замечу за ним какие-нибудь странности в этом направлении, я эту куклу сразу выкину! – сказал жёстко Вадик, нервно вздохнул и задумался.

Прошла неделя.

Тридцать первого декабря, ближе к вечеру в дверь позвонили. Вадик посмотрел на часы, быстро прошёл в прихожую, открыл дверь, увидел человека в костюме Деда Мороза, и тут же передал ему приготовленную большую фирменную прозрачную коробку с куклой внутри.

  • Это подарок, – сказал он новогоднему гостю.
  • Подождите, – растерялся Дед Мороз. – В заявке написано, что у вас мальчик, пяти лет. Зовут Саша. Так ведь?
  • Правильно, – кивнул Вадим.
  • А почему вы ему куклу дарите? – Дед Мороз сделал подозрительные глаза и стал засовывать коробку с куклой в свой красный мешок. – Вы что, нетрадиционная семья, что ли?
  • Нормальная мы семья! – немедленно вспыхнул Вадим. – Просто сын такое вот письмо Деду Морозу написал. Мы не виноваты.
  • Ну-ну... – с усмешкой протянул гость. – Как же, как же...

Вадик хотел сказать этому переодетому гостю пару «ласковых» слов, но тут из комнаты раздался Сашкин голос:

  • Папа, а кто к нам пришёл? Это не Дед Мороз?
  • Угадал, сынок, – не очень радостно ответил сыну Вадим. – Встречай, давай, волшебного дедушку.

Дед Мороз за пять минут отработал всю свою программу. Поиграл с Сашкой в одну игру, прослушал его стишок, потом достал из мешка коробку с куклой и протянул её мальчику.

  • А вот тебе Сашенька, твой заказ. Удивил ты меня нынче. Ох, удивил. Разве мальчики такие подарочки просят?

Но Сашка, почему-то, не спешил принимать подарок от Деда Мороза.

  • Дедушка, а можно тебя попросить ещё одно чудо сделать? – неуверенно, но очень вежливо спросил он.
  • Какое ещё чудо? – Дед Мороз удивлённо повернул голову в сторону Сашкиных родителей. – На дополнительное чудо меня никто не подписывал.
  • Дедушка, спустись на один этаж ниже, пожалуйста, – попросил мальчик, – и подари эту куклу девочке, которая живёт в шестьдесят пятой квартире.
  • Девочке? – Дед Мороз вдруг растерянно заулыбался.
  • Так ты не для себя, что ли, куклу у Деда Мороза просил? – воскликнул Вадим.
  • Угу, – кивнул Сашка. – Для Светы. К ней Дед Мороз никогда, почему-то, не приходит. Мы с ней в одной группе в садике, и она мне на него пожаловалась. – Саша виновато посмотрел на Деда Мороза. – Вот я и решил немножечко обмануть. Ты не сердишься на меня, дедушка?
  • Да что ты говоришь, внучек! – Дед Мороз ласково обнял Сашку. – Это не обман. И ты молодец, что мне про эту девочек напомнил. Сейчас же пойду твою подружку поздравлять.

Дед Мороз сунул коробку с куклой под мышку, теперь уже с одобрением посмотрел на Сашкиных родителей и воскликнул:

  • Хорошего парня растите!
  • Может вам за дополнительный визит к этой девочке заплатить? – зашептал ему в коридоре Вадим.
  • Да ладно, что я, не человек что ли? – отмахнулся от него дед Мороз и пошёл вниз.

Сашка следом выскочил из квартиры на свою лестничную площадку, дождался, когда внизу раздастся радостный визг Светы, и счастливый вернулся домой.
Но Вадим с Оксаной в этот момент были, всё-таки, счастливее сына. От сердца у них, наконец-то, отлегло...


Мальчик попросил у Деда Мороза куклу для соседской девочки

Рассказы Анисимова

Cirre
Верочка зашла в подъезд, потопала ногами, стряхивая снег с сапог. Сняла варежку и вытерла капельку-слезинку с щеки. Медленно начала подниматься по ступенькам.
Сегодня тридцатое декабря. Завтра любимый всеми праздник, а у неё в кошельке ветер свищет. Хотя кого она обманывает? Нет у неё кошелька, негде ветру гулять. И сумочки нет — порвалась ещё летом, а на новую никак не удаётся выделить деньги. Деньги вообще странная штука — их никогда не хватает.
Хотя, судя по счастливым лицам, глядящим на неё с плакатов — нет их только у неё, у Верочки. Остальные люди вполне себе счастливы, покупают малюсенькие флаконы духов, стоимостью месячной продуктовой корзины Веры. Где справедливость?
Завтра Новый год и, наверное, ей следует радоваться тому, что ей подвернулся сегодняшний заказ на уборку. Все клининг-менеджеры распределены, а этот заказ поступил неожиданно. Конечно, девушка согласилась, хотя пришлось из-за этого пропустить занятие в колледже.
И вредная Зинаида Евгеньевна обязательно припомнит ей это на зимней сессии. Она всегда припоминает, и по закону студенческой несправедливости случается так, что именно её пары Вера пропускает. Однозначно Вселенная делает всë, чтобы сделать её жизнь ещё сложнее.
Год назад девятнадцатилетняя Вера и её шестилетняя сестрёнка внезапно остались одни, без мамы. Папы у них давно не было, как говорила покойная мать: «ушëл за цыганской звездой кочевой». А вот теперь и мама ушла на звезду, да так что шансов на то, что вернётся нет.
Вере оставалось полтора года до получения диплома, Лиза готовилась идти в школу. Верочка смело решила, что она справится со всеми трудностями — совершеннолетняя ведь. Но, не учла того, что опыта ведения хозяйства от покупки мыла до ремонта смесителя у неё нет. Что надо планировать день так, чтобы успеть забрать сестрёнку из садика, написать реферат, купить продукты, договориться с сантехником, помыть лестничную площадку, потому что в их старой хрущёвке до сих пор такие правила...
В общем, взрослая жизнь оказалась сложнее, затратнее и куда более проблемной, чем юность под маминым крылышком. Иногда у неё получалось более или менее удачно распределить деньги, но часто незапланированная трата безжалостно вносила коррективы, оставляя после себя брешь.
Вера стала искать подработки, но не очень-то её ждали. Вернее, готовы были принять на полный рабочий день, а ещё лучше на 12-ти часовую смену на склад маркетплейса. Девушка роскошью свободного времени не обладала — детский сад, колледж, домашние дела.
Первый месяц первого класса вообще оказался адом — сестрёнку к 7:45 приведи, в 11 забери и ни продлëнки тебе, ни других вариантов куда пристроить Лизу. А ещё бесконечная покупка рабочих тетрадей, взносов в фонд класса. Вера подумала, что за деньги, которые ушли на сбор первоклассницы можно и свадьбу сыграть. Хотя что она могла знать о запросах невесты, если времени на романтику у неё не оставалось? Именно после сборов в школу шаткий бюджет начало штормить словно шхуну в океане. К концу года Верочка накопила долги за квартплату и соседке тёте Маше оказалась должна, и дяде Боре — маминому коллеге.
Когда ей предложили прибраться в квартире не раздумывая, согласилась. И ещё не получив деньги, уже распределила. Вчера пришла пенсия по потере кормильца, часть — на долги по квартплате и тëте Маше; часть — закупиться продуктами впрок, дольку — на бытовую химию, капельку — накрыть новогодний стол. И останется совсем чуточка — на неё надо прожить до стипендии.
Вера протирала пыль в уютной трëхкомнатной квартире, и вздыхала про себя. Вот ведь у кого-то деньги на клининг есть, а кто-то копейки считает.
Лиза вчера спрашивала, принесёт ли ей Дед Мороз подарок. Она ответила, что, им в школе дали сладкие подарки. Но сестрёнка возразила, что это дают всем школьникам, да ещё и одинаковые. А вот будет ли лично для неё подарочек под ëлкой? Вера, сказала, что не знает. А сейчас думает, что надо было честно сказать — не будет. Ну откуда ему взяться? Эх, нашла бы она на улице хотя бы тысячу рублей. Купила бы и Лизе какую-нибудь безделушку и себе хотя футболку. Но разве деньги на дороге валяются?
За два с половиной часа она управилась с квартирой. В ней и без того было чисто, всё лежало по своим местам. Сразу видно, маленьких детей здесь нет. Даже странно зачем её позвали. Возможно, хозяева просто не знают куда потратить деньги. Девушка собралась уже уходить, когда её остановила хозяйка квартиры:
— Вера, спасибо вам за работу. Вы очень хорошо прибрали. В агентстве я сейчас подтвержу работу. Но не могли бы вы мне ещё немного помочь?
— А что надо делать?
— Комнату украсить. Муж пригласил коллег на встречу Нового года, а у меня так некстати прихватило спину. Поэтому я прибраться вас пригласила. Мне хотелось бы украсить гостиную, но боюсь, сама я не справлюсь. А муж вернётся поздно. Не поможете?
— Мне сестрёнку надо забрать, но давайте помогу, если не очень долго.
— Думаю, мы быстро управимся. Пойдёмте, я покажу вам где лежат украшения, они наверху, я сама не достану.
Через десять минут Вера с хозяйкой квартиры, распаковывали коробки. Шелест мишуры, блеск игрушек, всё такое нарядное и красивое, что на несколько минут девушка забыла о своих печалях. Игрушки были дорогие, стеклянные, не то, что у них дома пластиковые. И мишура целая, а не кусочками. Фигурки настолько красивые, что из рук выпускать не хочется. Они как произведение искусства, хочется их рассматривать.
— Ëлку, наверное, ставить не будем... — Вывел её из задумчивости голос хозяйки.
— Почему?
— Дети уже выросли, разъехались, внуков ещё не подарили. А для взрослых немного украшений достаточно. Сейчас я расставлю фигуры, а вы, Верочка, развесьте мишуру.
— А мне кажется жалко держать такую красоту в коробке. Если сейчас не использовать, то они ещё год будут лежать.
— Хм, — хозяйка задумалась, — Наверное, вы правы. Давайте украсим и ëлку. Тем более у нас есть маленькая, на стол. Какой Новый год без ëлки?
Хозяйка объяснила, что куда развесить и Вера с энтузиазмом принялась наряжать комнату. Прицепляла мишуру и радовалась, что Лиза у подружки и время у неё есть. Она словно окунулась в детство, когда с нетерпением ждёшь Нового года и наряжать дом само по себе праздник.
Вместе с хозяйкой, которую как выяснилось, зовут Ирина Алексеевна, украсили маленькую ëлочку, расставили фигурки, включили гирлянды. Вера предложила добавить украшений на кухню и в прихожую. Вскоре квартира преобразилась, и настроение у девушки стало заметно лучше. Она уже не думала о деньгах, их вечной нехватке и о том, что завтра праздник, а у них будет очень скромный стол.
С сожалением поняла, что делать здесь больше нечего и пора уходить.
На пороге Ирина Алексеевна протянула ей конверт:
— Верочка, я знаю, что за уборку вам перечислит агентство. Примите, пожалуйста, от меня новогодний подарок.
— Ой, неудобно...
— Возьмите, — она вручила ей конверт. — Деньги лишними не бывают. Но пообещайте, что потратите их на какую-то приятность для себя и для сестрёнки. И ещё, подождите минутку.
Женщина открыла шкаф купе, принялась что-то искать.
— Вот! Еле нашла. — Она протянула девушке маленький яркий рюкзачок. — Я это выиграла в каком-то розыгрыше торгового центра. Но я не ношу рюкзаки и расцветка молодёжная. Возьмите, пожалуйста, он новый, видите, даже бирку не отрезала.
— Спасибо, — шëпотом сказала девушка, а в глазах немного защипало. — Спасибо вам большое, я как раз хотела рюкзачок. Даже не знаю, как вас благодарить.
— Вы мне очень помогли, Верочка! Мы уже несколько лет так не наряжаем дом, вроде дети выросли, а нам не надо. А оказалось что надо, потому что даже настроение новогоднее появилось. Хорошего Нового года вам, Вера.
— Спасибо, и вас с наступающим. Пусть сбудутся все желания!
— Дай-то Бог...
Вера сбежала по ступенькам и, только выйдя из подъезда, открыла конверт. В нём лежали две купюры достоинством тысяча рублей каждая. Неслыханное богатство для Веры. Она представила, как будет радоваться Лиза кукле, которую найдёт послезавтра под ëлкой. Подумала о том, что купит рыбы и мандаринов. И о том, что здесь ещё на футболку останется.
В глазах снова защипало. Неужели так бывает? Она только сегодня думала, что надо как-то изловчиться и купить рюкзак — ключи постоянно рвут карманы пуховика и вообще это так неудобно ходить без сумочки. И сегодня же думала, что очень хочется сохранить веру Лизы в Деда Мороза. И вот чудеса — всё сбылось.
«Спасибо» — прошептала она кому-то и поспешила в магазин. Сейчас она всё купит, отнесёт домой, спрячет подарок и заберëт сестрёнку от подруги.
Надо бы и им прибраться дома...

*

Во фруктовом ларьке набрала большой пакет мандаринов. В таких ларьках они всегда вкуснее, чем в супермаркетах. Перед ней в очереди стояла бабушка с лимоном и двумя огурцами.
— Это всё? — спросил усатый продавец.
— Всё, на остальное моей пенсии не хватит.
— Восемьдесят четыре рубля.
Бабушка расплатилась и вышла. Вера купила мандарины и спросила:
— Можете мне разделить на два пакета?
Продавец пожал плечами и пересыпал половину в другой пакет. Девушка вышла из ларька, посмотрела по сторонам и сразу увидела ту бабушку. Догнала её:
— Возьмите, пожалуйста. С Новым годом!
— Доченька, ты что?
— Берите, берите, у меня ещё есть. А в Новый год должны случаться чудеса.
— Ну спасибо, дочка. Дай Бог тебе здоровья!
Бабушка, улыбаясь, пошла домой. Как давно она не ела сочных мандаринов! Поднявшись в квартиру, вспомнила, а ведь у неё лежат коробки с новогодними игрушками. Отнесёт-ка она их соседям, у них дети мал мала меньше, наверное, не до игрушек.

*

Лариса устало помешивала суп. Они недавно переехали в эту квартиру. Да однокомнатная на первом этаже. Да, они впятером здесь еле умещаются, но зато это своя квартира. Жалко только денег на ремонт нет, да какой ремонт — даже ëлку решили не покупать, потому что украшать нечем. Вон пару веточек муж принёс, мишуру повесили вот и всё. А хотелось бы превый Новый год в своей квартире отметить как положено, чтобы запомнилось. Эх, ну да ладно, не хто главное...
Из раздумий её вывел звонок в дверь. Хм, кто бы это мог быть?
— Лариса, здравствуй. Я вот твоим деткам по мандаринчику принесла.
— Спасибо, баб Люда. Они любят! — по обе стороны от женщины тут же появились дети и ухватились за материнские ноги.
— Ларочка, у меня хорошая искусственная ëлка есть. И игрушек две коробки. Мне не надо, а вам, думаю, в самый раз будут. Заберёшь?
— Ой, нам и ставить-то некуда...
— Она небольшая, найдëшь куда пристроить. Тем более всего на недельку, а праздники кончатся, уберëшь.
— Возьму, баб Люда, возьму! А то мы ещё не купили, а праздник уже завтра.
— Зайди тогда ко мне, я сама не унесу.

*

Через полчаса Лариса с детьми украшали ëлку в своей квартире. Первый Новый год в своей квартире и вот чудо — с ëлкой!
«У меня же новый халат лежит, свекровь дарила, а мне он маленький. Зато тëте Наташе со второго этажа должен подойти. Занесу-ка ей, с Новым годом поздравлю. Чего он место в шкафу занимает? И холодец уже застыл, угощу её и бабу Люду тоже. В Новый год должны происходить чудеса. Разве вот это не чудо?» — она, улыбаясь, смотрела как пятилетняя Алëнка развешивает игрушки на зелёную красавицу...

*

Одно маленькое доброе дело способно запустить цепочку доброты.
И в мире станет теплее. Я в это искренне верю

Автор: Айгуль Галиакберова


Cirre
Новогоднее счастье
– Мамочка, пожалуйста, посмотри в эти глазки! – Василиса начала хныкать, зная, что это точно подействует на мать. Котенок сделал робкий шаг в сторону людей, словно чувствуя, что говорят о нем...

Снег хрустел под ногами Ольги. Мороз крепчал. Ее руку сжимала теплая ладошка пятилетней дочки Василисы.
В этот поздний час на улице попадались редкие прохожие, спешащие домой. Дочка что-то щебетала, с энтузиазмом рассказывая матери, как она провела день с бабой Машей.

Ольга старалась прислушиваться к щебету дочки, но мысли крутились вокруг ее многочисленных проблем...

Год назад она развелась с мужем. Начались финансовые проблемы на работе, из-за чего ей пришлось уволиться. Месяц без работы, и, как результат – просроченный платеж по ипотеке.

Срочно нужна была хоть какая-то работа, чтобы удержаться на плаву. Ольга устроилась работать в две смены в продуктовый магазин, благо с дочкой помогала мама.

Зарплаты едва хватало на текущие расходы, а тут еще старина Степан заболел. Потребовалось дорогостоящее лечение в ветеринарной клинике, пришлось занять в долг, чтобы оплатить все счета.

Ольга не была суеверным человеком, но в последнее время ее стала преследовать мысль, что ее сглазили. Ну не может же быть такой длинной черная полоса!

Подруга посоветовала ей обратиться к ясновидящей, даже адрес предоставила. Ольга долго не решалась на этот шаг, но, после тяжелой болезни своего любимца, приняла решение. Ее визит был коротким, а слова ясновидящей загадкой.

  • «Если исполнишь просьбу дочери, то счастье новогоднее обретёшь», – пробормотала Ольга слова ясновидящей.
  • Мама! Мамочка, смотри, котенок! – вдруг закричала девочка, показывая ручкой в сторону.
  • Где? – Ольга посмотрела в направлении, указанном дочкой, и действительно, увидела возле их подъезда котенка.

Маленький черный котенок, с белым носиком, сжавшись в комочек, сидел возле двери их подъезда. В ярком свете фонаря было видно, как он дрожит.

  • Мамочка, давай заберем его! – взмолилась впечатлительная Василиса. – На улице так холодно, а котеночек такой маленький. Ну, пожалуйста, мамочка!
  • Котенок может быть больным, а мы только-только вылечили Степана, – Ольга с сомнением смотрела на котенка, чувствуя, как жалость к маленькому комочку заполняет все ее существо.
  • Мамочка, пожалуйста, посмотри в эти глазки! – Василиса начала хныкать, зная, что это точно подействует на мать.

Котенок сделал робкий шаг в сторону людей, словно чувствуя, что говорят о нем.

  • Хорошо, – сдалась Ольга. – Иди сюда, мой маленький...

Ольга наклонилась, беря котёнка на руки, тут же доверительно прижавшегося к ней. Котенок дрожал от холода, его лапки были ледяными от снега.

  • Посмотрим, чем мы можем ему помочь.
  • Мамочка, я знала, что ты не откажешь. Ты самая лучшая! – чуть ли не пританцовывая, щебетала Василиса. – Дядя Стёпа будет рад!
  • Посмотрим, – с сомнением пробормотала Ольга, представляя старого Степана, всегда спящего на кровати.

Они поднялись в квартиру. Котенка отнесли на кухню, где Ольга смогла хорошенько рассмотреть свою находку.

Это оказалась кошечка, около четырех месяцев от роду. На всех четырех лапках были очаровательные белые носочки. На шее был надет ошейник ярко красного цвета.

Кошечка выглядела чистенькой и совсем не худой. Ольга погладила малышку, отчего та замурчала.

  • Надо ее покормить, – подсказала Василиса на растерянный взгляд матери.

Малышку отогрели и накормили. Пригревшись на руках у Ольги, она уснула.

  • Мамочка, как мы ее назовем? – зевая, спросила Василиса, когда Ольга укладывала ее спать. – Она такая милая!
  • Завтра решим, засыпай, – Ольга поцеловала дочку в лоб...

*

Утром Ольга проснулась от непонятного шума в комнате дочки. На улице еще было темно, Василиса никогда не просыпалась рано. Ольга поднялась с кровати, заметив, что Степана нет.

Рыжий кот всегда спал только возле ее ног. Степан был маленьким котенком, когда отец подобрал его на улице, и всей семьей они выхаживали его.

Заглянув в комнату дочери, Ольга замерла в удивлении. Ее красавец Степан, крупный рыжий кот с белыми лапками, играл с мячиком, чего не было уже больше трех лет.

Василиса захлопала в ладоши, когда черная кошечка выскочила из-под ее кровати и перехватила мячик у Степана, забавно изогнув спинку и распушив короткий хвостик.

Ловко жонглируя мячиком, она сделала круг по комнате и скрылась под кроватью. Глаза Степана горели озорством, рыжий хвост в нетерпении подрагивал.

  • Как у вас весело! – воскликнула Ольга, присаживаясь на край кровати дочки.
  • Мамочка, с Новым годом! – Василиса обняла мать.
  • И тебя, моё солнышко! – Ольга поцеловала дочку в лоб.
  • Мамочка, смотри, дядя Степа не возражает, что Милочка будет жить у нас, – Василиса поймала котёнка и ласково погладила ее по черной головке.
  • Я это уже заметила, – улыбнулась Ольга, чувствуя, как легко у нее на душе в это новогоднее утро. – Значит, ты назвала ее Милочкой?
  • Она такая Милая! – протянула Василиса, отпустив котенка.

Мила тут же принялась гонять мячик, втягивая в игру Степана.

  • Хорошо, пусть будет Мила, – согласилась Ольга. – Стёпа словно помолодел сегодня. Играйте, а я приготовлю завтрак.

Ольга хлопотала на кухне, прислушиваясь к веселой возне в комнате Василисы. Давно у них в доме не был слышен смех, но благодаря маленькой черной кошечке все обитатели дома были счастливы в это новогоднее утро.

Накормив своих подопечных, Ольга решила искупать котенка. Сняв красный ошейник, она положила его на стол. Её внимание привлекли цифры, нацарапанные с внутренней стороны ошейника.

Присмотревшись, она поняла, что это номер телефона. У котенка есть хозяин, но как сказать об этом дочке?

Ольга не знала, как ей поступить. Если вернуть котёнка хозяину, то Василиса расстроится, да и Степан принял малышку. Но, с другой стороны, где-то есть хозяин Милочки, и он дорожит ею, раз указал свой номер телефона на ошейнике питомца.

Первым порывом было выбросить ошейник, чтобы не огорчать домашних. Но...

Коварная мысль не давала Ольге покоя, что на месте этого котёнка мог оказаться Степан. И она была бы очень благодарна тому человеку, кто его нашел и вернул ей. Степан был для нее много больше, чем питомец, он был членом семьи.

Справедливость победила.

С тяжким вздохом Ольга взяла в руки телефон и набрала указанный на ошейнике номер. Первый гудок показался ей очень длинным. Сердце волнительно стучало, руки слегка дрожали.

В этот момент Ольга молилась, чтобы на её звонок никто не ответил. Второй гудок, за ним третий...

  • Алло? – раздался приятный старческий голос.
  • Здравствуйте! Извините за беспокойство, но, кажется у меня Ваша кошечка. Этот номер телефона был указан на внутренней стороне её ошейника, – быстро проговорила Ольга.
  • Ох, нашлась моя девочка! – вздох облегчения раздался в трубке. – Я так Вам благодарна, что Вы приютили ее! Она убежала вчера днем, я всю ночь места себе не находила от беспокойства. На улице такой мороз... Скажите, пожалуйста, адрес, мой сын придет за ней.
  • Ломоносова 15, квартира 98, – тихим голосом ответила Ольга, чувствуя, что готова расплакаться.
  • Надо же, а я живу в 13 доме, почти соседи, – женщина в трубке зашлась сильным кашлем. – Извините, простыла прямо перед Новым годом. Скажите, с малышкой все в порядке?
  • С котёнком? – переспросила Ольга. – Да, её нашла моя пятилетняя дочка. Они подружились с ней.
  • Еще раз благодарю Вас, что не прошли мимо моей девочки, – голос женщины сорвался на кашель.

Ольга отключила звонок.

  • Мамочка, кто звонил? – спросила Василиса, выбегая из комнаты.
  • Дорогая, на ошейнике Милочки указан номер телефона, я позвонила ее хозяйке, – старательно подбирая слова, ответила Ольга. – Нам придется вернуть ее.
  • Вернуть? – улыбка сошла с личика Василисы. – А как же мы будем без нее?
  • Солнышко, Милочку любит хозяйка, она беспокоилась за нее и очень обрадовалась, когда я позвонила. Скоро за ней придут. Не расстраивайся, мы попросим разрешения навещать ее. Договорились?
  • А хозяйка разрешит? – с сомнением спросила Василиса, готовая расплакаться.
  • Она живет в соседнем доме, думаю, разрешит, – Ольга обняла дочку.

Голос хозяйки Милочки показался ей знакомым. Но как не старалась она, вспомнить у нее не получилось.

Через двадцать минут позвонили в дверь.

  • Так быстро? – глаза Василисы наполнились слезами, и она прижала к себе Милочку.
  • Кто там? – спросила Ольга, заранее зная, что пришли за котёнком.
  • Здравствуйте, я за котёнком пришел, – раздался голос из-за двери.

Не веря, что слышит голос из своего прошлого, Ольга резким движением открыла дверь. И действительно, на пороге её квартиры стоял улыбающийся молодой мужчина, держа в руках плюшевого мишку и коробку конфет.

Взгляд мужчины встретился с взглядом Ольги, и улыбка сошла с его лица.

  • Оленька? – прошептал он тихим голосом.
  • Вадик? – так же тихо отозвалась Ольга.

Долгую минуту, показавшуюся им вечностью, они просто стояли и смотрели друг на друга. Двое людей, неожиданно встретившихся спустя столько лет...

  • Дяденька, а Вам сильно нужна Милочка? – спросила Василиса, возвращая взрослых к действительности. – Мы ее очень, очень, очень сильно любим! Можно она останется у нас жить? Пожалуйста!
  • Василиса, только, если твоя мама не возражает, – улыбнулся Вадик, протягивая ребенку плюшевого мишку. – А это тебе, за то, что не оставила котёнка на улице.
  • Это правда? Милочка останется у нас? – защебетала Василиса, подпрыгивая на месте от радости.
  • Правда, – рассмеялся Вадик на реакцию ребенка. – У моей мамы есть еще два котёнка. Она будет счастлива, узнав, что котёнок обрел дом.
  • Спасибо! – Василиса взяла плюшевого мишку и умчалась к себе в комнату. – Дядя Стёпа, Милочка останется жить с нами!
  • Дядя Стёпа? – озадаченно переспросил Вадик. – Твой кот?
  • Да, – Ольга отступила в сторону. – Проходи, чай попьём.

Вадик скинул пальто и прошел на кухню. Ольга поставила чайник и достала чашки. Руки ее дрожали.

  • Откуда ты знаешь имя моей дочери? – спросила она, наливая чай.
  • Моя мама общается с Марией Петровной, – тихо ответил Вадик.
  • Странно, она не говорила мне, что общается с твоей матерью, – Ольга избегала смотреть Вадику в глаза. – Столько лет прошло...
  • Десять, – Вадик крутил чашку с чаем в руках. – Но я помню все, словно это было вчера. Оленька, я...

В этот момент из комнаты Василисы вышел Степан и с важным видом прошествовал на кухню. Узнав Вадика, он потерся об его ноги и запрыгнул на колени, требуя внимания к своей персоне.

  • Степан, узнал? – рассмеялся Вадик, погладив рыжего кота. – Сколько ж тебе лет?
  • В феврале будет семнадцать, – Ольга улыбнулась довольному выражению мордочки своего любимца.
  • Не забыл меня, старина, а вот хозяйка твоя забыла, – обратился Вадик к коту, глядя при этом на Ольгу.
  • Не забыла, – тихим голосом ответила Ольга.
  • И вас всех можно пригласить к нам домой на Новый год? – Вадик затаил дыхание в ожидании ответа.
  • Василиса без Милочки не пойдет...
  • Можем и Степана взять с собой, – Вадик опустил кота на пол кухни. – У нас места хватит всем.
  • Не знаю, уместно ли это спустя столько лет... – с сомнением прошептала Ольга.
  • Оленька, – Вадик подошел к Ольге, взяв ее за руку. – Котёнок не просто так оказался возле твоего подъезда, и именно твоя дочка подобрала его. Это знак, понимаешь? Позволь новогоднему счастью войти в твою жизнь! В нашу жизнь...

«Если исполнишь просьбу дочери, то счастье новогоднее обретёшь», всплыли в голове слова ясновидящей.

Ольга не могла поверить, что такое возможно, но Вадик был прав. Именно благодаря просьбе дочки она принесла домой замерзшего котёнка. И благодаря этому котёнку в её жизнь новогодним счастьем вернулась ее первая любовь, потерянная ею из-за глупой ссоры.

*

Милочку первой впустили в новую квартиру. Она обошла все три комнаты, выбрав спальню с видом на парк. Запрыгнув на подоконник, она громко мяукнула, оповещая хозяев, что сделала свой выбор.

  • Значит, это будет моя комната! – воскликнула Василиса. – Дядя Вадик, можно?
  • Конечно, малышка, – рассмеялся Вадик, беря Василису на руки. – А посмотри, какой вид из окна!
  • Очень красиво! – воскликнула Ольга, сажая Степана рядом с Милочкой.
  • Значит, мой сюрприз всем понравился, – подвел итог Вадик, обнимая свободной рукой жену.

Степан растянулся на подоконнике, посмотрев на Милочку, и едва заметно кивнул головой.

Милочка слегка моргнула, давая понять, что приняла от Степана обязанности хранительницы этой семьи, а старый кот может наслаждаться заслуженным отдыхом.

Автор: Илона Швандер

Котёнок, найденный дочерью, вернул Ольге первую любовь

Cirre
Тариф «Новогодний»

*Начало 1 часть*

До нового года оставалось примерно двенадцать часов. Алексей, закончив свои рабочие дела, собирался домой. Сегодня они с коллегами, как в одном советском фильме, по традиции собирались совершить ежегодный ритуал. Поход в общественные бани. До этого надо было успеть заехать домой и переодеться.
Вырулив на Садовое, он вклинился в предпраздничный поток автомобилистов. Москва провожала старый год пушистым снегом и последними пробками в этом году. Следующие пробки дадут старт новым, уже за Новогодним столом. Когда под бой курантов счастливые горожане откроют шампанское и начнут загадывать желания.

Разглядывая из окна автомобиля украшенные витрины магазинов, Алексей размышлял о предстоящей новогодней ночи. В принципе, ничего особенного опять не произойдёт. Встретит его, как обычно, в ресторане, в кругу знакомых коллег по работе. Именно знакомых. Если подумать, то и друзей-то настоящих у него нет. Были когда-то. Но в каком-то далёком прошлом. Много чего оказалось вдруг в этом прошлом. Казалось, что некоторое уже никогда не достать. Даже желание он перестал загадывать под бой курантов. Вроде как незачем. Всё есть, нечего хотеть.

Из раздумий его вырвал сигнал автомобиля позади. Загорелся зелёный сигнал светофора, и поток двинулся в сторону Новогодней ночи. Алексей, отпустив педаль тормоза, последовал за ними.

Достав из кармана телефон, он набрал номер Андрея, чтобы предупредить, что он, скорее всего, опоздает.

— Лёх. Готов? — вместо алло сразу ответил Андрей. — Мы через час встречаемся на месте.
— Я только с работы выехал. Тут пробки. Возможно, чуть задержусь.
— Ну, давай. Мы тебя ждём, — Андрей отключился.

Надо было ещё позвонить Маринке. В этом году он с ней встречает. Как-то так получалось, что никто в его жизни не задерживался до следующей Новогодней ночи. Не то, чтобы он был какой-то гулящий. Просто так получалось.
Алексей нашёл её в записной книжке и нажал кнопку вызова, но телефон, моргнув экраном, потух.

— Батарея, что ли, сдохла? — бубнил он себе под нос, одновременно роясь в бардачке в поисках зарядки. — Я же специально перед выходом зарядил полностью.

Достав зарядку, он воткнул шнур в телефон, но тот никак не реагировал. Алексей подождал немного, но ничего не изменилось.

— Да что же такое?

Перестраиваясь в правый ряд, Алексей искал глазами какой-нибудь магазин сотовой связи, где можно приобрести новую зарядку. Как назло, они как будто все пропали. То на каждом углу, а когда надо – ни одного. Да ещё и снегопад вместе с ветром усилился. С неба падали уже не пушистые снежинки, а мокрые хлопья, с которыми дворники на лобовом стекле еле справлялись. Наконец он увидел вдалеке, на углу дома неоновую вывеску, изображающую мобильный телефон.

Припарковавшись, он вылез из машины и, запахнув пальто, прикрываясь воротником от липкого снега, зашёл внутрь. Внутри было необычно тихо и как-то... Алексей даже не мог подобрать слова. Складывалось такое ощущение, что магазин больше смахивал на ларёк из далёких годов, когда телефоны только появились. Не было тут длинных витрин со всевозможными моделями и новинками. Надоедливых консультантов. Всё, что было, так это небольшая полка за прилавком. Продавец в единственном числе стоял на стремянке и на скотч приклеивал к стене постер. Когда он закончил, с постера на Алексея смотрел дед Мороз. В руке у которого была старинная мобила. По-другому назвать этот аппарат было нельзя. Раскладушка с выдвижной антенной. Алексей даже попытался вспомнить узнаваемую модель, но так и не смог. Сверху на плакате была надпись: «Тариф новогодний. Каждый звонок важен».

— Вы тут откуда? Проездом из двадцатого века? — попытался пошутить Алексей.

Продавец как раз слез со стремянки и, убрав её в подсобку, вернулся к единственному покупателю. Алексей невольно перевёл взгляд с продавца на плакат. Если бы не отсутствие бороды, то можно было бы сказать, что это одно и то же лицо. Разве что мужчина за прилавком, в отличие от жизнерадостного деда Мороза на плакате, казался немного уставшим и чуть старше. Волосы немного всклоченные и вместо красного кафтана старый и растянутый на вороте свитер, на котором даже не было бейджика с именем.

— Что-то не так? — продавец посмотрел на Алексей и на всякий случай попытался пригладить рукой свои непослушные волосы на голове.
— Вы... — Алексей обернулся на улицу, — когда открыться успели? Я каждый день этой дорогой домой езжу и вас до этого момента не было тут. Тут вроде шаурма была? — Алексей вопросительно посмотрел на продавца. — Я уж не говорю про ваш возраст. Обычно молодёжь работает.
— А что возраст? Вам же что-то определённо надо, раз вы зашли сюда, — вместо ответа сказал старичок.
— Да. Простите. Неважно, — Алексей вспомнил, зачем он тут оказался. — Мне нужна зарядка автомобильная, — Алексей достал телефон и показал его продавцу. — Есть такая?

Старичок нацепил на нос очки и посмотрел поближе. Затем утвердительно крякнул и скрылся под прилавком. Через несколько секунд он появился с картонной коробкой, в которой клубком были смотаны разные зарядки.

— Ага. Вот она, — пытался он выпутать её из кучи других проводов.

Алексей с нескрываемым удивлением наблюдал за этой картиной. Происходящее не внушало доверия, но необходимость зарядить телефон всё ещё держала его в этом магазине.

— Простите, — старичок извинился, как будто почувствовав смятение покупателя. — Конец года. Аврал. Всё бегом, всё успеть. По полкам и по ящикам разложим уже после Новогодней ночи. Давайте ваш телефон. Проверим, — он наконец-то выудил зарядку из коробки.

Алексей неуверенно протянул ему трубку.
Воткнув зарядку где-то под столом, продавец подсоединил провод к телефону Алексея. Ничего не произошло. Телефон не реагировал.

— Дело не в зарядке. Телефон надо менять. Или ремонтировать, — пожал он неуверенно плечами.
— А вы уверены, что ваша зарядка работает?

Старичок достал такой же телефон, как у Алексея, и подключил его к зарядке. Экран тут же загорелся и показал значок заряжающейся батарейки.

— Чёрт! — выругался Алексей. — Только этого не хватало.
— Я могу починить ваш телефон, — предложил он.
— Долго? — неуверенно поинтересовался Алексей. Уж слишком не внушал ему доверия этот магазинчик. — Нет, спасибо, — тут же передумал он. Я по дороге другой куплю.
— Зачем же покупать? — удивился старичок. — Я ваш в ремонт возьму, а вам подменный дам. Такую же модель, — он продемонстрировал Алексею аппарат, на котором только что проверял зарядку.
— Подменный? — удивился Алексей. — Где это видано, чтобы подменный давали?
— В нашем магазине, — невозмутимо ответил ему старичок. — Но не об этом речь. У нас Новогодняя акция. Последний день как раз. Вместе с телефоном вы получите уникальный тариф «Новогодний».
— Что в нём такого уникального? — снова удивился Алексей. В последнее время тарифы ничем таким особенным не удивляли. Где-то больше минут, где-то гигабайт. Подписки на неиспользуемую ерунду. В общем, ничего уникального ещё никто не придумал.
— Да вот же, — продавец показал на постер, который уже пытался отклеиться. — Каждый звонок важен. Все входящие и исходящие бесплатные. И только самые важные. Там кэшбэк ещё есть, — старичок заметил, что Алексей колеблется.
— Да неужели? — Алексей усмехнулся.
— Зря вы сомневаетесь. С каждого звонка вам вернётся что-то важное.
— Ладно. У меня нет выбора. Давайте ваш тариф. Только мне номер свой надо сохранить.
— Об этом вообще не переживайте, — старичок ловко достал симку из телефона Алексея и переставил её в новый телефон. — Вот. Пользуйтесь на радость всем.
Алексей взял телефон и ещё раз осмотрел магазин.
— Да уж. На своём ассортименте вы много не заработаете.
— А мне и не надо много. Вот вы к тарифу подключились, и мне уже хорошо.
— А за ремонт моего сколько? — вспомнил Алексей.
— Не думайте сейчас об этом. Всё будет хорошо.

Алексей попрощался и вышел на улицу. Ветер утих, и снова с неба падали, кружась, лёгкие пушистые снежинки. Даже солнышко пыталось пробиться. Сев в машину, он включил левый поворотник и снова вклинился в транспортный поток.
Достав телефон, он снова нашёл номер Марины и нажал кнопку вызова.

— Алё, — послышался в трубке мужской голос. — Лёх. Ты, что ли?

Алексей ничего не понял и посмотрел на телефон. В исходящих светилось: «Колян. Друг детства». Этого номера тут просто не могло быть. Они с Колькой разругались в дрызг много лет назад. Тогда ещё даже телефонов-то не было. Дурацкая история, конечно, произошла, но она поставила крест на их многолетней дружбе.

— Лёх! — снова отозвалась трубка. — Ты что молчишь?

Алексей вернул трубку к уху.

— Привет, Колян, — пересохшим голосом выдавил он из себя. Он не слышал его уже очень давно, но был уверен, что это он. — Я это... — он уже хотел сказать, что нечаянно набрал, но Колька его перебил.
— Ты это, хорошо, что позвонил. Не поверишь, но мы вот только что тебя вспоминали, и вот. Лёгок на помине, — выпалил бывший друг, как будто и не было этих лет размолвки. — Как сам?
— Нормально, — не мог прийти в себя и найти слов Алексей. — Вот с работы домой еду. К Новому году готовиться надо.
— Это правильно. Мы как раз вспоминали, как последний Новый год вместе отмечали. Помнишь?

Ещё бы. Алексей помнил. В тот Новый год он и Колька положили глаз на новую девушку, которая появилась в их компании. Её привела Машка. Лёха тогда встречался с ней. Но увидев Лену, он как охотничья гончая, встал не след и решил, что во что бы то ни стало, она будет его. Но и Колька тоже так решил. Разница была только в том, что у Лёхи это был спортивный интерес, а Колька, как он сказал, влюбился с первого взгляда. На этой почве они и подрались в ту ночь. Колька тогда просил его оставить её в покое, иначе он ему больше не друг.

— Променяешь дружбу на бабу? — в сердцах высказал тогда Лёха Кольке. — Давай так. Кто её первый затащит в кровать, того и будет.
— Она не баба. И у меня, в отличие от тебя, нет цели тащить её в кровать ради победы.
В общем, как-то по-дурацки всё вышло тогда. Лёха ушёл, и больше они не виделись и не слышались.
— Помнишь Ленку? — Колька выдернул его из воспоминаний. — Ну, мы тогда ещё подрались из-за неё. В браке уже почти четверть века. Дочка институт закончила. Сын в армии. Вот только на днях ездили к нему. Совсем взрослый стал. Мужик. Ты как? Как мать? Машка что?
Лёха не знал, что ответить.
— Машка... не знаю. Мы разошлись. Не вспомню сколько лет назад.
— Ладно. Дела минувших лет, — не стал вдаваться в подробности Колян. — Чем занимаешься?...

В разговоре дорога до дома пролетела незаметно. Они договорились, что после Нового года обязательно встретятся. Колька прислал адрес.

— Слушай, — прежде чем нажать отбой Лёха спохватился, — А как ты узнал, что это я звоню?
— Как, как? — с той стороны на секунду Колька задумался. — Так я телефон взял, а там звонит «Лёха. Друг детства». А кто это может быть, если не ты?
— Да уж. Кто ещё. Ладно, на связи, — Лёха отключился.

Откинувшись на спинку сиденья, он закрыл глаза, и в его памяти всплыли те года юности, когда они были не разлей вода. Он не заметил, как начал улыбаться. Что бы это ни было. Как бы там операторы сотовой связи не начудили, но получилось очень хорошо. Лёха впервые за много лет почувствовал, что у него снова есть друг.
Поднявшись домой, он принял душ и собрался уже было в баню. На всякий случай решил позвонить и уточнить, что всё в силе. Трубку долго не брали, и когда он уже решил отключиться, на той стороне звонка послышалось.

— Лёша?
— Мама? — Алексей не мог поверить своим ушам.

Сколько уже лет они не разговаривали. Неверное, с тех пор как они с Машкой разошлись. Сильно разошлись. Практически кровными врагами. Мама сильно переживала и надеялась, что они помирятся. Пыталась всё его образумить. Не меньше она переживала за внучку. Ей тогда десять лет было всего. И она понимала, что если таким образом будет и дальше развиваться, то ни к чему хорошему это ни приведёт. Вот тогда Алексей и не выдержал. Сказал, чтобы она не лезла в его жизнь. С Машкой они так и не помирились, да и с матерью постепенно общение сошло на нет. Уж очень она, как ему казалось, допекла его тогда своей заботой и вниманием к происходящему. Звонила Машке, а потом ему. Жаловалась на неё, что внучку не отпускает к ней погостить. Сначала он отвечал на звонки, но ссылался на занятость и быстро сворачивал разговор. Без ответа оставались её сообщения и поздравления с праздниками в мессенджере. А потом он вообще сменил номер, и всё совсем прекратилось.

— Мам. Прости меня, — у Алексея невольно вырвались эти слова.
— А я слышу, телефон звонит, — как ни в чём не бывало продолжила мама. — У меня прям душа замерла. Думаю, что такое? А телефон найти не могу. А он звонит и звонит. Нашла, слава Богу. Смотрю ты. У меня прям земля из-под ног пошла от радости.
— Мам. Можно я сегодня приеду? Новый год же, — Алексей задержал дыхание в ожидании ответа.
— Конечно, — послышались радостные нотки в голосе. — Я салат уже нарезала. В духовке курица ждёт своего часа. Холодец есть. Ты же любишь холодец? Ты с кем-то будешь?

Алексей вспомнил, что так и не позвонил до сих пор Маринке.

— Нет, мам. Я один.
— В общем, жду. Побегу, мимозу ещё сделаю, пока время есть. Хлеба купи по дороге. Я забыла.
— Хорошо, мам, — Алексей убрал трубку от уха и ещё успел увидеть, как на дисплее горел абонент «Мама» пока она не отключилась. Абонент, которого давно уже не было в списке контактов.

Алексей вспомнил того старикашку в странном салоне связи и грустно улыбнулся. Он начал догадываться о том, что тот имел в виду. Каждый звонок важен. Он понял, что Марина действительно для него не важна и не стоит ей звонить. Ведь она просто очередная затычка в его прохудившейся душе. В баню тоже перехотелось идти. Ежегодная встреча с коллегами и партнёрами, как ритуал, но не более. Если его не будет, то никто и не заметит его отсутствия.

Он стоял, прислонившись лбом к стеклу, и смотрел на темнеющий город за окном. Снег всё так же падал крупными пушистыми хлопьями и накрывал тротуары своим пуховым одеялом. Привалит завтра дворникам работы. Убирать прошлогодний снег.

Алексей понимал, что у него остался ещё один важный звонок. Этот абонент всегда присутствовал в телефоне. Номер, правда, уже не существовал, но Алексей его всё равно не удалял. Но сейчас он был уверен, что набрав любой, он попадёт туда. Но теперь звонить было сложнее. Если предыдущие звонки получались сами собой, неосознанно, то этот звонок заставлял его нервничать. Он несколько раз поднимал телефон и каждый раз, не решившись, убирал его обратно в карман.

— Что я скажу?...
Андрей Асковд

Cirre
Тариф «Новогодний»

*Продолжение 2 часть*

Антон ехал домой. Несмотря на последний день года, он работал. Хорошо, что хоть этот день был сокращённый. Движение уже было не таким интенсивным, и он не спеша ехал по Садовому, как вдруг зазвонил телефон. Номер незнакомый.
— Слушаю, — ответил он.
— Привет. Это я, — раздался в трубке знакомый голос его жены. — Я к соседке зашла. С её номера звоню. Мой телефон приказал долго жить.
— Что это значит? — не понял Антон.
— Это значит, что он ни с того ни с сего просто вырубился и не включается больше. Купи мне новый. Пусть будет подарком на Новый год.
— Прям так срочно?
— А как, по-твоему, я без телефона буду? Мне маме позвонить надо будет. Да и всех остальных поздравить с Новым годом. Да и вообще.
— Хорошо, дорогая. Я хоть и купил тебе уже подарок, но пусть будет ещё.
— Люблю тебя, — чмокнула она его в трубку и отключилась.

Антон перестроился в правый ряд и стал искать салон связи. Вдалеке на углу дома горела неоновая вывеска, изображающая мобильный телефон. Антон припарковался.

— С наступающим! — зашёл он в салон. — Ого! Да у вас богатый выбор!

За прилавком стоял очень немолодой продавец-консультант. За его спиной небольшая витрина с телефонами и бумажный плакат одни угол которого отклеился от стены и свисал. На постере был изображён Дед Мороз. Над ним надпись: «Тариф Новогодний. Каждый звонок важен».

— У вас ус отклеился, — пошутил Антон.

Старичок поднял руку ко рту и непроизвольно поправил несуществующие усы.

— Да я про постер.
— Вам, я так понимаю, молодой человек, нужен телефон, — констатировал старичок. — У нас как раз осталась последний экземпляр с тарифом «Новогодний». Специально для вас придержал.
— Ого! Вот это сервис, я понимаю. Мне для жены в подарок.
Продавец достал из-под прилавка коробочку и протянул её Антону.
— Сколько? — Антон полез в карман за портмоне и достал из него карточку.
— У нас нет терминала оплаты, — старичок виновато развёл руками. — Мы по старинке.
— Налом, что ли? — поинтересовался Антон. — У меня нет налички.
— Берите так. Вашей жене он нужен. А деньги завтра занесёте.
— Так не бывает, — удивился Антон.
— Под Новый год всё бывает. Берите. Я вам верю, — старичок пододвинул телефон ближе.

Антон некоторое время колебался, но потом взял коробку. Он во что бы то ни стало решил обязательно завтра завезти деньги.

— Спасибо. Неожиданно, конечно. Я завтра обязательно завезу.
— С наступающим!

Алексей заехал по пути в магазин и помимо хлеба купил ещё шампанского, икры, мандаринов и так, по мелочи, но на пару больших пакетов. Ближе к одиннадцати он уже звонил в знакомую, но забытую дверь. За дверью послышались шаги.

— С наступающим, мам! — Алексей вошёл в прихожую, поставил пакеты на пол и обнял маму.
— Да куда ж ты столько набрал? Нам на двоих много будет. У меня стол накрыт уже. Проходи.

Алексей разулся. Из-под обувницы выглядывали его тапочки. Сколько лет они вот так ждали его? Сняв пальто и обув тапочки, он отнёс пакеты на кухню и помог маме их разобрать.

— Вот, ей Богу! — причитала она. — Зачем тратиться было? Всё есть.
— Мам, — Алексей обнял её. — Я боюсь, что ещё мало будет. Завтра Колька с семьёй приедет. Я решил его позвать. Помнишь Кольку? Ты же не против? А вдруг ещё кто заглянет?
— Да как не помнить этого оболтуса? Вечно вы что-то чудили. Спасу от вас не было. А вы снова дружите? — спохватилась она. — Вы же, помню, прям врагами разошлись.
— Мам. Всё в прошлом. Пошли за стол.

За час до Нового года они сидели за столом и делились бесконечными воспоминаниями. Мать только успевала подкладывать сыну в тарелку добавки. Единственное воспоминание, которое они оба избегали, было воспоминание о его бывшей семье.

— Ты что всё на телефон смотришь? — мать заметила, как Алексей периодически отвлекается на телефон. — Позвонить кто должен?
— Я должен позвонить. Но не знаю. Вдруг уже давно не надо?

Антон уже вручил жене телефон и рассказал ей про чудного старика и удивительный салон связи, где он приобрёл этот телефон. Стол уже был накрыт, и оставалось только дождаться гостей и команды: «Можно начинать!».

До Нового года оставалось полчаса.

— Я Светке позвоню, узнаю, где они там задерживаются. А ты пока шампанское из холодильника достань.

Антон пошёл на кухню, пока жена звонила друзьям. Как обычно, они опаздывали. Найдя в списке контактов «Светка», Вика нажала вызов.

Алексей собрался уже разлить по бокалам, чтобы проводить старый год, как телефон в кармане вдруг зазвонил. Он достал трубку и испугался. На экране светился входящий звонок от забытого абонента. Именно так он записал её в тот день, когда десять лет назад подарили ей на Новый год первый её мобильный телефон. Потом был этот развод, и встречи с дочерью стали редки. Машке не очень нравилось, что папа вроде как хорошим оказался. На ней будни и заботы, а на нём выходные и праздники. Она строгая мама, а он добрый папа. Всё чаще приходилось ограничиваться общением по тому телефону. Всё они были заняты и всё некогда. А потом так получилось, что общение совсем сошло на нет. Однажды он позвонил, а телефон его оказался заблокированным. Включая мессенджеры. Чуть позже он понял, что номер вообще больше не обсуживается. Вступать в очередную войну не хотелось. По наивности думал, что всё обойдётся. Перебесится и всё вернётся на свои места. Но время только всё усугубило. Позже он узнал, что Машка вроде как снова вышла замуж и вроде как даже переехали. Решил: пусть. Раз там всё хорошо, то он уж как-нибудь. Единственное, что связывало, так это счёт, на который уходили алименты.

— Я сейчас.

Алексей поспешно встал из-за стола и поспешил на кухню. Не решаясь ответить в комнате при маме и боясь пропустить звонок. Ведь если он не успеет ответить, то вряд ли сам сможет перезвонить.

Он нажал на приём и, прислонив трубку к уху, не смог выдавить из себя ни слова.

— Алё! — послышался с той стороны бойкий голос. — Светка! Ну вы где? Через полчаса Новый год! Так и застрянете в старом. Алё!
— Вика? — с трудом собрав буквы, Алексей выдавил из себя.
— Ой! — отозвалось удивлённое с той стороны. — Извините. Я ошиблась. Вы кто?

Алексей почувствовал, как с той стороны оторвали телефон от уха, чтобы посмотреть на экран исходящего вызова. Затем неуверенное: «Папа?».

— Папа? — трубка вернулась обратно. — Это какая-то шутка?
— Вика. Только не отключайся. Это действительно я. Я понимаю, что всё это очень странно выглядит, но... Я не знаю даже, что сказать...
— Я тоже...
— Понимаешь... десять лет назад... в общем, тогда я не смог. Не знаю почему. Я хотел, но... Это очень трудно сейчас всё объяснить. Да и нет смысла уже. У нас с мамой тогда всё очень сложно было. Ты как-то посередине оказалась. Между двух огней. Глупо просить прощения и что-то говорить. Я знаю одно, что мне очень жаль, что я упустил твоё детство. И сейчас я не хочу тебя снова терять...
— Пап.
— Да, дочь.
— Знаешь, сколько я ждала этого звонка? Ты просто вдруг совсем перестал звонить. Год, наверное, с телефоном не расставалась. Играла с ним, ела с ним, спала. Потом как-то отпустило, забылось. Мама тогда сказала: не звони. Надо будет, сам наберёт. Вот так и прошло десять лет.
— Вик.
— Да, пап.
— Мы можем как-то всё исправить сейчас? Точнее, не так. Мы можем всё исправить сейчас. Я хочу исправить.
— Ты как вообще? Новый год же скоро. Ты с кем-то?
— Я у мамы. Бабушки твоей. Сегодня вообще удивительный день. Начнёшь тут верить в чудеса, — Алексей усмехнулся. — И наш разговор можно назвать чудом.
— Да уж, — согласилась Вика.
— А ты как? Как мама? С кем встречаешь? Поговори просто со мной. Расскажи что-нибудь.

Антон зашёл в комнату. Вика стояла с телефоном у окна и всё ещё разговаривала.

— У нас тут снег за окном валит. К утру наметёт. Но сейчас красиво. Как в детстве.

Алексей стоял с телефоном, прислонившись лбом к стеклу, и смотрел на ночной город, который окончательно засыпало снегом.

— Помнишь, как на Новый год вырезали снежинки из бумаги и клеили их на окна? Я тебя ставил на подоконник. Тебе было страшно, но я тебя держал, а ты клеила снежинки на стекло. Снег тогда тоже валил. Мы дышали на стекло и потом рисовали пальцами.

Вика дыхнула на стекло и нарисовала смешную рожицу.

— Помню.
— У тебя всё в порядке? — Антон подошёл к жене. — Ты плачешь.

Вика улыбнулась и, убрав с щеки слезу, махнула рукой, давая понять, что всё нормально.

— А можно мы завтра к вам с бабушкой приедем? С Антоном. Это мой муж.
— Конечно, Вик. Бабушка обрадуется.
— Только не говори ей сейчас. Пусть сюрприз будет.
— Конечно.
— До завтра?
— С наступающим.

Мама зашла на кухню, когда Алексей уже закончил разговор.

— Новый год скоро. Что-то случилось? Глаза у тебя на мокром месте.
— Случилось, мам. Но только самое хорошее. А глаза — это так, — Алексей вытер рукой. — Что-то в глаз попало. Пошли Новый год встречать...

— Да говорю тебе, что это точно тут было, — Антон с Викой стояли на углу дома, где, по утверждению мужа, он вчера купил телефон, а сегодня обещал завезти деньги. — Вот тут неоновая вывески висела. Тут вход. Там прилавок. За ним витрина с телефонами и постер с дедом Морозом. — Антон сквозь пыльные стёкла пытался рассмотреть внутренности помещения.
— Если верить остаткам рекламы, то тут шаурмой торговали. И, судя по всему, очень давно. Ты ничего не путаешь?
— Да честное слово! Мы уже проехали по Садовому туда и обратно. Это точно то место.
— Ладно. После ещё раз попробуем найти твой странный салон связи, где продавцами-консультантами старые дедушки работают. Нас очень ждут. Давай ещё за тортиком в магазин заедем.

Антон бросил последний взгляд на витрину, которая явно указывала на то, что тут уже давно ничем не торгуют, и сел в машину.

— Ладно. Поехали. Но я тебе говорю ещё раз, что я не сумасшедший. И вчера я тут телефон брал.
— Я тебе верю, но сейчас есть дела поважнее, чем поиски твоего магазина, — Вика чмокнула его в нос. — С новым годом. Поехали.

Антон включил левый поворотник, и машина выехала на пустую дорогу нового года.

Где-то в глубине помещения, перед которым они только что стояли, отклеился последний уголок постера, и он, соскользнув со стены, пролетел через помещение и расстелился на полу. На выцветшей бумаге был нарисован дед Мороз. Над нам надпись: «Тариф Новогодний. Каждый звонок важен».

Андрей Асковд

Алим
Зинаида Филипповна вышла из подъезда и, поморщившись новому дню, уселась на лавочку. В этот двор она переехала только вчера, и всё ей тут было чуждо.
Долго сын уговаривал перебраться её к ним, и в конце концов, она сдалась уговорам. Годы были уже не те. Хоть сноху она и не жаловала, но самой управляться было всё тяжелее. Она точно была уверенна, что Машку, её внучку, невестка нагуляла на стороне. Не их порода. Душа не лежала к внучке, хоть та и тянулась к ней. Вот и с утра она успела полаяться со Светкой. На ровном месте, как считала Зинаида Филипповна, та вымотала её нервы с утра. Одно слово – сноха. Не родная кровь.
Сидя на лавочке и опираясь на клюку, Зинаида Филипповна приготовилась к своему полюбившемуся с родного двора увлечению. Обсуждать вслух выходящих и входящих в подъезд проституток и наркоманов. Жалко, что боевые подруги остались в том родном дворе, и импровизировать теперь ей придётся одной. Одна надежда была на то, что со временем она обзаведётся и здесь соратницами по оружию, острому на колкости языку. Но в словарном багаже у Зинаиды Филипповной было достаточно домашних заготовок.
— Да что ж тут за люди-то такие гадкие живут, — в сердцах плюнула она в голубя, который пытался подобраться к ней поближе в надежде, что ему перепадёт. Он давно заприметил узнаваемый кулёк семечек, лежащий рядом с бабкой. — Ни одного человека. Ни на вход, ни на выход. Точно, наркоманы и проститутки тут одни живут. Отсыпаются после ночных оргий, — пробежалась она взглядом по окнам.
Прошло ещё полчаса, но во дворе так никого и не появилось. Только оплёванный голубь вернулся, прихватив с собой ещё парочку друзей.
— Не иначе, как в ад попала, — размышляла Зинаида Филипповна вслух. — Хуже мук нет, чем молчать с самой собой. Но не ту напали.
Тяжело поднявшись с лавки, она подошла к подъезду. Взглянув на домофон и на номера квартир в подъезде, она наугад выбрала номер. Если откроют, не спросив, кто и к кому, то не поленится лично подняться к этому наркоману и выскажет ему всё. Или к проститутке. А если повезёт, то застанет обоих дома. Что из-за таких, как они, в подъездах ссут, срут и жгут газеты в почтовых ящиках. А если спросят, то на этот случай у неё тоже есть варианты монолога. Не позволит она себе испортить утро.
Набрав на домофоне номер квартиры, Зинаида Филипповна приготовилась, набрав воздуха в лёгкие. После нескольких гудков в динамике щёлкнуло и послышался голос.
— Здравствуйте, — неожиданно вежливо прозвучало из домофона.
Приветливый и звонкий голос принадлежал определённо ребёнку. Девочке.
— Папка с мамкой дома? Позови, — пошла в атаку Зинаида Филипповна.
— А их сейчас нет. Они в другом месте, — беззаботно ответил звонкий голосок.
— Пьют, поди? С утра пораньше. А дитё сопливое, без присмотра.
— Зачем вы так говорите? — невозмутимо ответила девочка. — У нас тут никто не пьёт. Ни с утра, ни пораньше.
— Поучи меня ещё. Пигавица мелкая. Что знаю, то и говорю. Небось такая же. Оторви и выбрось, как Машка. Только одни шмотки да куклы на уме. Дай да дай! А как заработать на это дай, никого не волнует.
— Маша не такая, — возразил голосок. — Я с ней дружу... — голос запнулся. — Дружила, — немного печально поправился.
— Вот-вот. Дружила. Вы ж, дети, и дружить сейчас не умеете. Небось, кукол своих не поделили и дружба врозь. Так ведь?
— А вы любите кошек? — не обращая внимания на колкости Зинаиды Филипповны, продолжил голос. — Маша любит, — тут же, не дожидаясь ответа, добавила девочка.
— От ваших кошек только вонь да подранная мебель. Вам, детям, дай волю, так вы зоопарк блохастый дома разведёте. А кормить? На вашем Вискасе только разориться можно. Ты хоть знаешь, сколько этот Вискас ваш стоит? Орут потом по ночам. Вам потеха, а взрослым забот полон рот.
— Барсик не драл мебель. И в лоток всегда ходил. Мы с Машей ему домики строили. Он даже пеленать себя разрешал. А как он за бантиком прыгал. Вы бы только видели, — девочка тяжело вздохнула. — Только он убежал.
— И правильно сделал. Сама, поди, виновата. Нечего животину было мучить.
— Мы его не мучили. Мы на дачу собрались, а он выпрыгнул из машины и убежал, — голос снова тяжко вздохнул. — Я его кис-кис, Барсик-Барсик, а его нет уже. Папа ждать не стал. Говорил, что никуда он не денется. Вернёмся, а он тут нас ждать будет. Говорил, что если время упустим, то в пробки попадём. Теперь винит себя, что Барсика не послушал тогда, а время всё равно упустили.
— Делов-то. Таких Барсиков на помойке, как блох на собаке.
— Не, — не согласилась девочка. — Барсик особенный. Я знаю, что он недалеко убежал. Вы его покормите, как увидите?
— Делать мне больше нечего, — Зинаида Филипповна начала уставать от разговора. С ребёнком ругаться не так интересно. — Каждого плешивого не накормишь.
— Подождите, — голос как будто почувствовал, что разговор заканчивается. — Вы Машу обнимите за меня. Она вас, кстати, очень любит. Она как узнала, что вы к ней переезжаете, так все уши мне прожужжала, что у неё теперь бабушка будет. Вот у меня бабушки не было, — голос опять вздохнул. — Но теперь есть. И у Маши теперь есть. И тётя Света вас любит. И дядя Саша. Правда-правда, — тараторил голосок. — Вы же добрая. Вы попробуйте быть бабушкой. Это очень здорово.
— Да никто не любит меня. Квартиру мою хотят. Думают, что раз приютили, так отпишу её им. Шиш им с маслом, — Зинаида Филипповна даже фигу в домофон показала. — Да и откуда тебе-то знать? Мала ещё советы давать.
— Я всё знаю. Честно-честно. И про Барсика не забудьте. Маша обрадуется, если он найдётся. А он найдётся. Он такой красивый и в полоску. И ухо одно, без кончика. И Маша ваша внучка. Это точно. Дедушка Боря так и сказал. И я тоже знаю, что она самая настоящая ваша внучка, а вы самая настоящая её бабушка, — голос замолчал.
— Эй! — Зинаида Филипповна крикнула в домофон. — Ты ещё тут? Как тебя звать-то? Какой ещё дедушка Боря? — домофон молчал в ответ. Зинаида Филипповна даже подула в него, как в телефонную трубку.
— Вам открыть? — послышался голос позади.
— Что? — Зинаида Филипповна обернулась на голос.
Двор подозрительно ожил, как будто кто-то повернул выключатель. По тротуару прогуливались мамы с колясками. Шли люди по своим делам. Позади неё стоял молодой человек в бейсболке. Зинаида Филипповна даже успела признать в нём потенциального наркомана и собралась уже выдать одну из своих речей, как язык как будто перестал слушаться её. Вместо этого она спросила.
— А что это за девчушка живёт в 245-ой квартире? Шустрая такая.
— Вы же, Зинаида Филипповна? — вместо ответа спросил парень. — Мама Саши из 194-ой? Я видел, как вы вчера приехали. Я Николай. Из 230-ой. А в 245-ой сейчас никто не живёт, — парень посмотрел куда-то в сторону. — Месяц назад вся семья в аварию попала. Насмерть. Серёга с Ленкой и Катя. Дочка их. Вы Маше только ничего не говорите. У меня у самого сын. Витька. Они дружили. Не знаем, как сказать теперь им, что Кати нет. Думают, что она на даче.
Зинаида Филипповна на ватных ногах дошла до лавочки и присела.
— С вами всё в порядке? — Николай присел возле неё.
— Спасибо, Коля, — Зинаида Филипповна нащупала в кармане кофты платок. — Всё в порядке. Спасибо.
— А Машка вас очень ждала, — Николай поднялся и улыбнулся. — Все уши Витке с Катькой прожужжала, что у неё будет настоящая бабушка. Вам точно помощь не нужна?
Зинаида ещё раз поблагодарила молодого человека и тот ушёл.
На лавочке голуби бесцеремонно клевали семечки прямо из кулька. Зинаида Филипповна подняла голову и посмотрела вверх.
— Дедушка Боря, — негромко повторила она. — Ты, что ли? Ты уж прости меня. Не дала тебе нормально с внучкой пообщаться при жизни. Не знаю, что на меня нашло тогда. Да уж и поздно оправдываться.
В это время Зинаида Филипповна почувствовала, как рядом на лавочке что-то появилось. Голуби, взмахнув крыльями, сметая остатки семечек, тут же сорвались. Она обернулась на это что-то. На скамейке по правую руку от неё сидел кот. Полосатый и с надкушенным ухом. Тощий, что рёбра выпирали из боков.
Зинаида Филипповна подняла руку и осторожно протянула в его сторону. Ладонь неуверенно зависла над его головой. Кот сам встал и, выгнувшись, потёрся макушкой об шершавую и сморщенную ладонь. От самых кончиков пальцев до глубины души прошла какая-то тёплая волна. Зинаида Филипповна провела рукой от макушки по костлявому хребту до хвоста.
— Барсик? — неуверенно обратилась она к коту.
Тот только ещё раз уткнулся лбом в её ладонь и утвердительно заурчал.
— Ну, пойдём домой, что ли? — Зинаида Филипповна аккуратно сгребла кота в охапку. — Ты хоть знаешь, сколько твой Вискас стоит?
Автор Андрей Асковд

Cirre
Новый Год

  • Ты чего мне тут избушку ломаешь, окаянный? – возмутилась Баба-Яга, выходя на улицу, – Постучать не мог?
  • Я стучал, – ответил Богатырь, опуская дубину, – Да видно не услыхали меня.
Яга оглядела дверь и вздохнула.
  • Краску вон сбил, – она повернулась к Богатырю, – Чего хотел-то? Сразу говорю: на ночь не пущу, у меня...
  • Надумал я положить конец вашим злодейским дням, – прервал её Богатырь, – Составил список, с людьми поговорил, узнал, у кого из вас какие слабости. Подготовился и пришёл.
  • Ух ты! – восхитилась Яга, – Ко мне уже лет четыреста никто сражаться не приходил. А ну-ка, ответь, в чём же наша главная слабость?
  • Вы всегда по одному, – ответил Богатырь, – А вот герои стараются вместе держаться, помогать друг другу. Потому они всегда вас и побеждают.
  • Вон оно как, – протянула Баба-Яга, – И как же ты меня одолеть собрался? Я же избушке слово скажу, она и сбежит, да меня унесёт.
  • Я ей заранее ножки связал, – похвастался Богатырь, – Заранее подумал.
  • Ты ты голова! – похвалила Яга, – И правда подготовился. Но тут такое дело...
  • И Кощея одолею, – перебил Богатырь, – С ним поменьше разговаривать нужно. Сразу в бой и не зевать. Не дать ему воды пить и силы великой у него не будет.
  • Молодец, – кивнула Яга, – Вижу, умный ты парень. Но вот что я тебе скажу...
  • Мне не нужны советы, – фыркнул Богатырь, – Я даже придумал, как Горыныча одолеть! Все его из пещеры выманивают, а я не стану. Я эту пещеру водой залью.
  • Ого! – уважительно воскликнула Яга, – Слушай, а не боишься, что я остальных предупредить успею?
  • Не успеешь, – пообещал Богатырь, подбрасывая дубину в руке, – Уж я постараюсь.
  • Если бы все Герои такие умные были, нас бы уже давно одолели, – сказала Яга, – Но есть одна проблема...
  • У меня нет проблем, – возразил Богатырь, – Знаешь, как с Водяным справлюсь? Разведу огромный костёр, и камней в нём нагрею. А потом их в болото! Так и сварится там.
  • Ой! – Яга чуть было не перекрестилась, – Способ, конечно, верный, но жестокий.
  • Для такого супостата в самый раз.
Яга боязливо отошла на пару шагов.
  • Всё в твоём плане хорошо, – любезно сказала она, – Но ты не учёл одного...
  • Я учёл всё, – презрительно ответил Богатырь, – У меня вот бумага есть – на ней на каждого Злодея способ найден. Всё продумано, не одну ночь я на это потратил...
  • Да выслушай ты меня наконец! – внезапно крикнула Яга, – День сегодня какой?
  • Не ведаю. Да и что мне с того?
  • А то, что сегодня Новый Год, балбес.
  • И что? – не понял Богатырь, – Какая разница-то?
  • Каждый раз одно и тоже, – вздохнула Яга, – Всё продумываете, а про мелочи забываете. Ребятушки-злодеюшки!
Из избушки по одному выбежали Кощей, Змей Горыныч, Водяной, Идолище Поганое, Кот Баюн, Лихо, пара Ведьм и Тугарин.
  • Вот, – Яга указала на Богатыря, – Пришёл положить конец нашим злодейским дням. Всё, говорит, учёл.
Богатырь побледнел и выронил дубину.
  • Да вот только забыл, что на Новый Год семья собирается вместе, – продолжила Яга, – А мы, хоть и Злодеи, но всё же одна большая семья.
  • На ёлку его! – заорал Баюн, – Вместо звезды!
Богатырь ойкнул и бросился наутёк.
  • Будем считать, что победили, – резюмировала Яга, – Идёмте за стол, злодеюшки. Новый Год скоро.

Роман Седов

Cirre
Новогодний гештальт

По улице, украшенной разнообразными гирляндами и мигающими лампочками, медленно шёл семилетний мальчик. Он был одет в длинную красную шубу с белым мехом, на голове красовалась точно такого же цвета зимняя шапка, правая рука сжимала посох, а в левой он держал пустой красный мешок, который тянулся за ним, словно лисий хвост.
Никто не обращал на него внимания, словно он был невидимым, что расстраивало мальчика. Но это продолжалось до тех пор, пока он не поравнялся с витриной магазина игрушек. За толстым стеклом витрины стояла девочка. Она всем улыбалась, махала руками и смешно корчила рожицы. Стоило мальчику в несуразной одежде поравняться с ней, как девочка вообще зашлась от смеха и присела на корточки, чтобы перевести дыхание.

– Ты меня видишь? – мальчик удивлённо посмотрел на хихикающую проказницу.

Вместо ответа девочка выбежала на улицу и, с интересом рассматривая необычного прохожего, принялась с восторгом хлопать в ладоши.

– Какой ты смешной! И одежда не по размеру! Ты мне кого-то напоминаешь! Интересно, кого? Моего дядю Мишу, что ли? Ой, нет! На Дедушку Мороза похож!

– А я и есть Дед Мороз, – мальчик недовольно шмыгнул носом и, опираясь на посох, поправил зимнюю шапку, которая предательски съехала ему на глаза.

– А я Валерия! – девочка протянула мальчику руку. – А ты и вправду Дед Мороз?

– Ну да, просто никто не верит!

– Самый настоящий?

– Настоящее некуда...

– А почему ты тогда такой, такой...

– Юный?

– Да, юный! – девочка дотронулась пальцем до носа мальчишки.

– Вчера мне было семнадцать лет, а позавчера двадцать семь, а позавчера...

– А-а, понятно. Ты с каждым днём всё моложе и моложе. Тебя колдунья заколдовала?

– Хуже, – ответил мальчик. – В меня дети перестали верить! А про взрослых и говорить нечего. Поэтому я сейчас догуливаю последние часы до Нового года – и всё...

– Как – всё...

– Ровно в полночь я превращусь в снежинку, и больше меня никто никогда не увидит!

– Жалко, – внезапно произнесла девочка. – А я так хотела попросить у Дедушки Мороза котёнка. Мама с папой мне игрушки под ёлку кладут, но я-то знаю, что это не от него подарки!

Девочка махнула рукой в сторону припаркованной машины, в которую мужчина и женщина загружали дюжину разноцветных коробок.

Мальчик посмотрел на свой пустой мешок, потом на полную машину подарков и глубоко вздохнул.

– Наверное, только котика я сейчас и могу тебе подарить. Силы не те подарки наколдовать!

– Котёнка? Правда, можешь?

Мальчик присел на корточки и протянул руку вперёд, громко произнеся: «Кис, кис, кис!»

Из-за угла на его зов выбежал белый котенок с чёрным ухом и, вопросительно заглядывая в глаза, присел рядом с ним.

– Ура! У меня настоящий котёнок от Дедушки Мороза!

Девочка взяла дрожащего котёнка на руки и аккуратно прижала к груди.

– Есть ещё одно желание, но боюсь, что ты здесь будешь бессилен.

Девочка кивнула в сторону родителей.

– Папа ещё ладно, а вот мама категорически против животных в квартире!

Мальчик, не раздумывая, повернулся к машине родителей девочки и, потянув за собой пустой мешок, быстро направился в их сторону. Следом за мальчиком с опаской пошла и девочка с котёном на руках.

– Валерия, что это у тебя? Быстро выбрось! – женщина от негодования затопала ногами, увидев у дочери котёнка.

– Это подарок! – попыталась возразить девочка.

– Разве это подарок? Мы с папой полную машину подарков тебе приготовили! Георгий, ты хоть скажи что-нибудь, не молчи!

– А может, и вправду давай котёнка заведём, она давно просит.

– И ты туда же! А это что за незнакомый ребенок с тобой? – женщина подошла к мальчику.

– Это Дедушка Мороз, правда, заколдованный! Это он мне подарил котика! – Валерия спряталась за спину мальчика.

– Дед Мороз? – Георгий улыбнулся. – А чем докажешь?

Мальчик щёлкнул пальцами – и с неба хлопьями пошёл снег.

– Это просто так совпало! – мама девочки села в машину. – Валерия, нам некогда, мы и так опаздываем! Отдай котёнка мальчику, нам пора!

Отец девочки закрыл багажник с подарками и прошёл мимо дочери, виновато опустив голову.

– Да, Валерия, поехали...

Георгий повернул ключ зажигания, но машина не завелась. Ни с первой, ни со второй и ни с десятой попытки.

Красный как рак, папа Валерии вышел из машины и под испепеляющий взгляд жены открыл капот.

– Кажется, приехали...

Мальчик встал рядом с отцом Валерии и слегка постучал посохом по крышке клапанов. Машина, словно по волшебству, внезапно затарахтела, а Георгий от удивления широко открыл рот.

– Слушай! Как тебя там? А давай ко мне на автосервис! Такие специалисты на вес золота! Что думаешь?

– Свечи поменяйте, я думаю...– мальчик отошёл от машины и взглядом Георгию указал на котёнка на руках его дочери.

– Понял, – отец открыл заднюю дверь. – Давай, Валерия, садись и котика своего бери.

– Георгий, мы с же тобой договаривались! – мама девочки недовольно сморщила губы.

Но вместо ответа мужчина так посмотрел на супругу из-под лба, что она больше не произнесла ни одного слова.

– Ну вот и славно! – Георгий закрыл дверь за Валерией. – И как тут не поверить в Деда Мороза? Одним прикосновением посоха машину завел! Чудеса! Слышишь, мальчик, а тебя куда подвезти?

Георгий посмотрел на то место, где только что стоял мальчик, а там вместо него уже находился двухметровый великан с белой бородой и огромным красным мешком за плечами.

– Ой, а я не заметил, как аниматор подошёл. А мальчика вы не видели?

Седобородый мужчина улыбнулся.

Георгий немного стушевался, быстро сел в машину, пока та не заглохла, и под радостные вопли Валерии въехал в поток. Девочка напоследок помахала Дедушке Морозу рукой, и, счастливая, крепко обняла своего нового друга с чёрным ухом.

– С Наступающим Новым годом вас! – произнёс вслед удаляющейся машине великан. Правда, почему-то голосом семилетнего ребенка, видимо, трансформация ещё до конца не завершилась. Но это не беда. Главное, что он благодаря Валерии больше не превратится в снежинку и сможет подарить ещё много подарков всем, кто в него по-настоящему верит.

Автор: Александр Михан

Мальчик-Дед Мороз подарил Валерии котёнка

свет лана
«Попробуйте на вкус снежинки!»

Пусть сейчас меня размажут по морозному стеклу сто тысяч теплолюбивых граждан, но я таки признаюсь — я люблю зиму, мороз, снег, стянутую кожу и мокрые варежки.
Почему для меня зима лучше, чем лето? Ну, хотя бы потому, что зимой можно одеться, а летом дальше себя не разденешься! Нельзя снять кожу, когда тебе жарко так, что глаза на лоб лезут! Зимой — у тебя есть свитер, штаны с начесом, толстые теплые носки.
Кстати, однажды я купила носки у бабушки с рук. «Бери, бери, деточка, носки из собачьей шерсти, с мохером, сносу не будет! А уж тееееплые...», — приговаривала бабуля.
Мопс Иван Васильевич долго внюхивался в покупку, брошенную на диван, а потом грустно и старательно стал закапывать носки в покрывало. Припечатывал их носом и весь его вид говорил «Покойся с миром, дорогой неизвестный друг».
Впрочем, это не помешало носкам стать моими лучшими друзьями на несколько зим.
Иногда я, само собой, мерзну. Но недолго. Потому что родители не признаются, конечно, но, кажется, у меня в роду были белые медведи.
Мне нравится, когда вокруг снег, когда холодно, когда идешь, а под пятками скрипит. Кофе сразу становится вкуснее, потому что можно греть руки об стаканчик, шоколад — дороже (он медленнее тает), и вообще ты острее понимаешь ценность вот этой вот чистой радости — горячего стаканчика в обожженные морозом руки.
Зимой светлее со снегом. И теплее, когда он есть. Вчера была только серая холодная мгла, а выпал снег — и все сразу стало лучше. Под ногами хрустит, скрипит, скользит немножко, сверху сыплется, у собак — усы в снегу, хорошооо...
Знаете, есть момент, когда вот только выпал первый снег. Ты идешь вечером с работы, еще два часа назад была мерзкая осень, хотелось повеситься, а ту выходишь и о-па-на! Все белое, чистое, светло и уже даже в уши не дует.
Приходишь домой, дети сидят, распаренные, сытые, делать ничего не хотят, все в планшетах. Тихо-тихо так говоришь: «Кто со мной снежных зайцев лепить?» И сперва они, дети твои, ноют, стонут и никуда идти не хотят. А потом вы собираетесь гурьбой, друг другу мешаете в коридоре, ругаетесь попутно, миритесь, обнимаетесь, потеете, орете и вываливаетесь во двор оравой в сто тысяч голосов и тел.
А там — снег. Снежинки крупные, заковыристые. Фонарь светит на детской площадке. Ссориться не хочется. Хочется горстью снег и за шиворот!
Ты высовываешь язык, а они все мимо летят, потом — бац, ментоловой пластинкой. На, получи! Тебе сорок лет, а все равно чудо! И самое главное, что это чудо доступно для всех — вон, дети твои, тоже стоят, высунув языки далеко-далеко, ловят снежинки... И проходящий мимо дяденька, вдруг поймав волну детства, немножко стесняясь, тоже высунул язык! «Вкусно! — кричит — С Новым годом!»
Еще рано, внутри тебя говорит метроном. До Нового года еще месяц. Еще чуть-чуть и мы будем радоваться удачным приобретениям, ходить по магазинам в поисках тех самых подарков. Загадывать желания.
Удивительно, но именно новогодние желания сбываются чаще, чем остальные.
Моя приятельница под бой курантов сказала «Хочу найти мужа!». Вышла пускать с детьми фейерверки и действительно нашла мужа. В сугробе, пьяненького, счастливого, но замерзающего, вполне приличного на вид мужчину. Уговорила его подняться, отпоила дома горячим чаем и уже восемь лет вспоминает, как Дед Мороз исполнил желание.
Вторая — исписала лист девяносто девятью желаниями (задача у нее такая была на психотерапии, придумать сто желаний), вроде уже все, что можно было, придумала, а одного не хватало таки. Написала просто так, «от фонаря»: «Найти камушек на берегу океана». И что вы думаете? Наскребла денег на поездку в Турцию, отдыхала на пляже и попой наткнулась на кольцо с бриллиантом. Как честная женщина, пыталась найти владельца, не нашла и с легкой душой продала кольцо, а на вырученные деньи отправилась в Индию, исполнять другие желания.
Думаете, привираю? Нет, это просто Новый год и зима колдуют так.
Так что начинаем готовиться.
А пока что...
Пока давайте ловить снежинки языком.
Попробуйте, а?
Они ментоловые на вкус и пахнут арбузом!
Мария Васильева

Почему я люблю зиму и ловлю снежинки языком

Cirre
Стылые улицы Петербурга сияли холодными огнями иллюминации. До Нового года оставалось три дня. Юля вышла из метро и поспешила домой, намереваясь по дороге заскочить в магазин и прикупить что-нибудь к ужину.
Ветер играл туманной позёмкой, заставляя людей быстрее добраться до тепла и уюта. Пригибая голову, Юля не обращала внимания на праздничное убранство города, мысли её витали в заоблачных высях. Это был очередной Новый год, который ей придётся провести в гордом одиночестве.

Девушка с детства сторонилась шумных компаний, любила тихий домашний уют. Она и работу выбрала такую, где было тихо и практически безлюдно. Архив, заполненный высокими стеллажами с бесконечными папками документов, вполне устраивал её.

Три года назад от сердечного приступа ушла из жизни мама. Юля осталась одна в трёхкомнатной квартире. Пришлось со всем справляться самой, и она ещё больше закрылась в свою комфортную раковину.

Одиночество скрашивали книги и интернет. В сеть она заходила, чтобы посмотреть любимый фильм, заглянуть на какой-нибудь кулинарный сайт, перекинуться словом-другим с одноклассниками и одногруппниками в контакте.

Пробежавшись по отделам магазина, Юля вышла на широкий тротуар, дошла до поворота к дому, почти бегом домчалась до подъезда.

Дом, милый дом. В квартиру на втором этаже она всегда поднималась, не пользуясь лифтом. Вот и сейчас, простучав каблуками по ступенькам лестницы, она свернула направо в свой закуток и опешила...

На коврике возле двери её квартиры лежала собака. Услышав Юлю, та поднялась и энергично завиляла хвостом.

Приглядевшись, Юля поняла, что перед ней молодой пёс, может быть даже щенок месяцев восьми-девяти. В возрасте собак она научилась разбираться, проводя лето в деревне у бабушки.

Там в каждом дворе был пёс, а то и два, и щенки появлялись регулярно. Сосед бабушки, дядя Коля, был признанным в деревне специалистом по собакам. Служивший в армейском кинологическом центре, он давно вышел на пенсию, поселился в деревне, занимался садом-огородом, и держал у себя двух породистых псов.

Юлька дружила с дядей Колей, а он ей ненавязчиво преподавал науку кинологию. Одно время, уже повзрослев, девушка подумывала о том, чтобы стать кинологом, как дядя Коля, но потом не сложилось.

Замёрзшая и уставшая, Юля не стала суетиться, выяснять, откуда здесь взялся пёс. Она подошла к своей двери, потрепала щенка по голове.

– Заходи, потеряшка, – пригласила она бедолагу домой.

О том, что перед ней потеряшка, Юля поняла по ухоженности пса и ошейнику, сверкнувшему металлическими клёпками.

Пёс смело забежал в квартиру, обнюхал прихожую, завернул на кухню, пробежался обратно. Он понимал, что это не его дом, но и проситься наружу не стал.

Юля сняла куртку, сапоги, взяла пакет и пошла на кухню. Собака направилась за ней. Разобрав пакет, поставив греться чайник, она открыла холодильник и обвела взглядом его содержимое.

Производя все эти действия, она разговаривала с псом, одновременно рассуждая сама с собой:

– Что же мне с тобой делать? Ну, покормить тебя можно котлетами и макаронами. Не знаю, чем тебя хозяева кормили, но у меня ничего для собак, как понимаешь, нет. А что дальше? А дальше мы пойдём в интернет, зайдем на сайты про потеряшек, напишем объявление.

Выложив в салатник макароны с размятыми котлетами, Юля поставила его на пол, приглашая собаку поесть. Себе она сделала бутерброды, заварила чай и продолжила свои размышления вслух:

– Если я не ошибаюсь, то ты похож на хаски. Интересно... – она склонила голову пониже, заглядывая собаке между задних ног, – ага, ты у нас девочка. Извини, значит, похожа. Ну, вот, поели, теперь пойдём займёмся делом.

Зайдя в свою комнату, Юля переоделась в домашнее, включила ноутбук, и, дождавшись загрузки, ввела в поиск запрос.

– Так, нам нужно сфотографировать тебя, – сказала она щенку, который улёгся у её ног.

Сделав несколько фото на мобильник, Юля перенесла их в ноут и занялась составлением объявлений. Она разослала их во все найденные в Питере сайты про потерянных животных.

– Вот, теперь остаётся только ждать и надеяться, что у твоих хозяев есть компьютер, или у их друзей-знакомых, или у соседей. Я верю, что тебя ищут, красавица, – убедительно сказала девушка, успокаивая себя и собаку.

О том, что никто не ответит, она старалась не думать. Хотя внутренне уже согласилась с собой, если что, то оставит собаку себе.

Через полчаса на всех сайтах, куда она отправила сообщения, появился ответ: «Да, да, да. Это моя собака, её зовут Джея», и много много смайликов. Потом раздался звонок.

Юля схватила мобильник, и едва нажала на ответ, как в трубке послышался взволнованный мужской голос:

– Здравствуйте! Это моя собака. Где вы? Когда можно её забрать? Я отблагодарю вас, – торопливо сообщили ей.

– Добрый вечер. Не волнуйтесь так, с собакой всё в порядке, она у меня дома, – Юля продиктовала адрес.

– Это ж совсем рядом, я уже бегу, спасибо! – абонент отключился.

Не прошло и пятнадцати минут, когда в квартире Юли раздался сигнал домофона. Девушка открыла дверь подъезда, услышав в турбке запыхавшееся «Это я, за собакой».

Открыв дверь квартиры, она испуганно отступила. Молодой парень преодолел два этажа со спринтерской скоростью, и, немного запыхавшись, предстал перед девушкой в распахнутой куртке и без шапки. У ног девушки проскользнула собака, и, звонко визжа от радости, бросилась к парню.

А потом было чаепитие на кухне, долгий разговор. А потом был Новый год и сказочная новогодняя ночь, которую девушка встречала не одна.

По квартире носилась Джея, Юлька суетилась на кухне, не забывая глянуть в зеркало, поправить прическу и платье. А Димка пытался ей неловко помочь, постоянно извинялся, а потом они вместе смеялись.

А что было потом, после новогодней ночи, пусть каждый додумает сам, всё равно мы ни на что не можем повлиять, решать только этим двоим, прямо сейчас очень счастливым молодым людям.

Автор ГАЛИНА ВОЛКОВА
Потерявшаяся собака привела Юлю к новогоднему знакомству

Cirre
Подарок Деда Мороза
Опять гудки. Длинные-длинные... Да что же это такое! Сама виновата! Сэкономила она! Просто со всеми этими подарками, отмечаниями и гостями совсем не осталось денег, а тут вдруг под самый Новый год Вадик уверенно так ей говорит:
  • Дед Молоз ко мне обязательно плидет!
  • Ну, конечно, придет, милый! Он ко всем деткам приходит.
Согласно кивнул кудрявой головкой.
  • Я его чаем напою, с клубничным валеньем!

– Вообще-то Дед Мороз чай не пьет, ему нельзя, а то растает. И приходит он к деткам ночью, пока те спят, и подарки под елочкой прячет...

Опять кивает, мол, согласен.

– Это ко всем остальным он ночью плиходит, а ко мне и днем зайдет, чтобы поиглать вместе. Он же меня очень любит, ты сама говолила!

Марина умоляюще стала убеждать:
– Миленький, ты только представь, как Дед Мороз устанет, ведь сколько деток, каждому подарок нужно отнести, куда ему по гостям еще ходить, пусть он сразу к себе в лес улетает, а?

– Мам, не в лес, а в Великий Усюг. Плосто я по нему соскучился. Я все-таки буду надеяться, можно?

– Можно... – тяжело вздохнула Марина и на следующий день стала обзванивать все подходящие фирмы. Но много ли наобзваниваешься тридцать первого декабря? Только в одном месте ей сказали, что да, смогут приехать. А потом добавили, что после пятого января у них это удовольствие намного дешевле стоит. Вот она и подумала тогда: а почему бы и нет? Под Рождество тоже замечательно с Дедом Морозом встретиться! И вот теперь уже четыре часа вечера, Вадька от окна не отходит, а Деда все нет!

– Алло! – запыхавшийся мужской голос наконец-то разорвал эти нестерпимые гудки.
– Алло, здравствуйте, это «Радужный шар»?
– Да, я!
– Извините, мы у вас Деда Мороза заказывали, – прошептала она в трубку.
– Что?
Марина в одной кофточке вылетела на балкон и захлопнула за собой дверь.

– Деда Мороза мы на сегодня вызывали, а его все нет!

– На сегодня? Не может быть! У нас все заявки третьего числа закончились!

– А мы на сегодня вызывали, проверьте, я все оплатила, и подарок уже у вас, ищите! У меня ребенок с одиннадцати утра у окна стоит – Марина почувствовала, что в голосе предательски стали проступать слезы, – сделайте что-нибудь, пожалуйста, он очень ждет!

На том конце провода тяжело вздохнули.
– А что за подарок?
– Машинка радиоуправляемая, красная...

Трубку бросили на стол, и Марина услышала, как зашуршали какими-то коробками.

– Да, есть. А Вы заказ когда оформляли?

– Тридцать первого декабря. Чижова Марина. У меня девушка все приняла, и квитанция есть...

– Чижова... Не надо квитанции. Подождете немного?

– Конечно! – радостно закивала она в ответ.

– Света! – спустя несколько секунд тишины в «Радужном шаре» стали отчитывать невидимую виновницу, – ты почему заказ нормально не оформила? Она меня спрашивает! На сегодня! Да что мне делать с твоим извините?! У меня людей нет, Снегуркой сама пойдешь! Ну понятно, ты уже в Греции, а там ребенок ждет!

Потом Марина снова услышала голос, обращенный уже к ней:

– Вы извините нас, пожалуйста. Дед Мороз к вам сможет подъехать к восьми вечера. Я знаю, это очень поздно, но раньше никак. Ребенка отвлеките чем-нибудь... И еще... Снегурочки не будет... Если Вас так устроит...

– Все устроит, только приезжайте!

Вадька зачарованно хлопал ресницами. Статный Дед Мороз в красиво расшитом костюме, будто и впрямь только что из сказки, стоял на пороге.
– Шел я к вам через лес, через горы, птиц лесных с ладони кормил...

– Дедушка, а это ты сейчас на челном BMBплиехал?

Дед Мороз от неожиданности замолк, но Марина уже разруливала ситуацию:

– Дедушка по лесу пешком гуляет и на санях ездит, а в городе это неудобно, это очень долго, поэтому на машину садится...

Вадька кивком позволил Деду Морозу продолжать. В-общем, неплохо этот Дед Мороз отрабатывал свою программу. Иногда, правда, сбивался, при этом как-то смущенно поглядывал на Марину. Да это и понятно, без Снегурочки под себя сразу сложно весь сценарий переделать. Вадик, не отрываясь, следил за Дедом Морозом, не столько вслушиваясь в слова, сколько млея от счастья в его присутствии. Он даже не заметил, когда тот от стихов перешел к прозе и, кажется, что-то сочинял уже на ходу. Поводили хоровод вокруг ёлочки, им пришлось пригласить еще большого плюшевого медведя, а то руки не смыкались. Поиграли в игру «да» и «нет», причем Вадик упорно говорил «да» на все: и на старые сковородки, и на ржавые гвозди, и на лопаты, которыми Дедушка предлагал нарядить елку. Поотгадывали загадки, которые Вадик обожал и поэтому вышел, наконец, из транса. В «съедобном-несъедобном» уже сам Вадик несколько раз подловил Деда Мороза, по ошибке проглотившем резинового слона и люстру. Вадик громко хохотал. А потом они долго играли в прятки и в догонялки, при этом чуть не снесли ёлку, и Дед совсем не по-стариковски извинялся перед хозяйкой. Совсем освоившись, Вадик усадил гостя на диван и завалил своими игрушками. Вдоволь наигравшись, Дед Мороз вдруг спохватился:

– А я тоже, Вадик, подарок тебе принес! Мечту твою заветную исполнил!

Вадик сразу как-то подобрался и очень серьезно посмотрел на него:

– Ты, плавда, смог мою мечту исполнить?

– Конечно! Я все твои мечты знаю, и самая главная из них сейчас сбудется!

Очень тревожно и радостно Вадик посмотрел на Марину и потянул к ней свои ручки:

– Мама, иди сколей сюда! Дед Молоз мне папу настоящего подалит!

Глаза Марины широко раскрылись, и она пролепетала:

– Вадик, но ты же машинку хотел!

Сын счастливо и важно помотал головой:

– Машинку я плосто хотел, а мечтал о настоящем папе! А он мечты исполняет!

Дед Мороз растерянно почесал где-то под бородой.

– Понимаешь ли... дело в том, что в этом году пап настоящих мало очень у меня было... всех раздал уже...

Вадик испуганно посмотрел на него:
– Совсем всех?
Дед Мороз грустно кивнул:
– Да их всего два только было. Одного девочке совсем маленькой в детский дом отвез, а то ей совсем грустно, ведь ни мамы, ни папы у нее никогда еще не было, а второго мальчику отдал – он ногу перед самым Новым годом сломал и плакал, не переставая, три дня, а как папу получил, так и успокоился. А что значит «настоящий»?

– Ну, это чтоб любил, как мама, по-настоящему!

– А-а... понятно! Знаешь, Вадик, я очень постараюсь что-нибудь для тебя придумать. Ты ведь сможешь чуть-чуть подождать?

Вадик вздохнул:
– Смогу!..

– Тут ведь какое дело... Он ведь не только тебе, а еще и маме твоей понравиться должен.

– Да она у меня не пливеледливая. Знаешь, какого она мне показывать пливодила? Ужас!

– Вадик! – Марина попыталась воззвать сына к приличиям, но тот только отмахнулся.

– Прямо ужас?

– Ага! Думает, что Змей Голыныч злой, из лука стлелять не умеет, загадку мою не отгадал!

– Какую загадку?

– Вадик!

– Мягкие, вкусные, спать плиятно!

– Вадик! – как кошка, Марина прыгнула к сыну и попыталась зажать ему рот рукой, но тот ловко увернулся и что-то прошептал Деду Морозу на ухо. Тот лукаво блеснул глазами на Марину и серьезно сказал:

– Я именно так и думал!

Вадик! Я же просила тебя! – упав в кресло, Марина захлебывалась хохотом.

– А это не мужчина! Это Дед Молоз! А тот сказал, что это подушки...

– М-да...

– И еще, когда с мамой целовался, лаздавил мою машинку...

– Грустно... А вы чаем меня не напоите?

– Мама! Я же говолил, что будет! А ты: ластает, ластает!...

Марина отправилась на кухню. В комнате Дед Мороз усадил Вадика на колени и тихо спросил:

– А у тебя когда-нибудь папа был?

– А как же! Только он на севел с какой-то тетей уехал, и не велнулся.

– Бывает...

– И мама мне говолит, что бывает, говолит, чтобы я не ласстлаивался. А сама плакала сильно, тетя Галя все успокаивала ее, говолила: надеюсь, он коней там кидает...

– Тетя Галя? Да, тетя Галя такая, может успокоить!..

– Только какие же на севеле кони, там ведь олени живут, да?

– Да.

– И я так говолю. Я думаю, его медведь белый съел, а мама не велит, говолит, глупости это... Какие же глупости, там же медведей полно!

– Идите к чаю!

Почти в одиннадцать часов из подъезда на хрустящий снег вышел Дед Мороз и помахал расшитой рукавицей мальчику в окне. В эту ночь Вадик спал очень крепко, уложив рядом на подушку новую красную машинку.

На Восьмое марта у Марины было целых два подарка: открытка, принесенная Вадиком из детского сада, и лучистое солнце, заливающее кухню. Вадька заявил, что собирается сделать ей еще один сюрприз: самостоятельно испечь пирог. Еле умолила взять ее в помощницы. И вот теперь они оба, перемазанные в муке, весело месили тесто. Звонок в дверь прозвучал продолжением их собственного смеха. В глазок Марина смогла рассмотреть только чьи-то знакомые глаза над огромным букетом ярких нарциссов.

– Маринка! Привет! С праздником! Не узнала?

Высокий брюнет радостно и смущенно смотрел на нее.

– Вадим? Вадим Ковалев!!! Ну надо же! Как ты меня нашел?! Заходи!!! Слушай, сколько времени прошло! Лет восемь уже?!

– Девять!
– Ну надо же, а ты... Ты такой же, и все-таки какой-то другой!

– Да... А твоя красота все цветет! Привет!

– Пливет! А ты кто?

– Вадим. А ты Вадик, правильно?

– Плавильно!

– Вы такие смешные оба! Что делаете?

– Я маме пилог пеку, а она мне помогает!

  • Так... Маму срочно отдыхать отправляем, а я в помощники пойду. Возьмешь?
  • А ты сумеешь? – Вадька придирчиво сощурил глаз.
  • А то! Я все умею!
  • Пошли!

Марина, наспех отмывшись в ванной, судорожно перебирала наряды. Нет, ну как он ее нашел? Надо же! И она смущенно улыбнулась, вспомнив его радостное за соседней партой: «Самую красивую рядом посадили!» И больше – никогда и ничего! А она так ждала...
– Яблоки крупно или мелко порежем?
– Клупно!
– Вот так?
Вадик кивнул, внимательно присматриваясь к гостю.

– Знаешь, – Вадим неторопливо чистил зеленые яблоки, – со мной сегодня такая вещь интересная произошла... Иду я по городу, вдруг – откуда ни возьмись – подходит ко мне такой очень странный дедушка... Никак не могу вспомнить, где же я его раньше видел... В таком кафтане блестящем, с длинной белой бородой, а нос – красный-красный, хотя сегодня и не холодно совсем...

– Да это же Дед Молоз! – Вадик почти перестал дышать и впился взглядом в своего гостя.

– Точно! Теперь вспомнил! И как я сразу не узнал!!! Вот ты молодец! Подходит он ко мне и говорит, чтобы я к тебе и к маме твоей обязательно сходил, мол, так надо. Привет тебе большой просил передать. Он мне сказал еще, что я вам, наверное, подойду. Ты не знаешь, о чем это он?

– Змей Голыныч доблый или злой?

– Змей Горыныч-то! Это который с Добрыней Никитичем дружит? Добрый, конечно!

Судорожно сглотнув, Вадька выпалил:

– А загадку отгадаешь? Мягкие, вкусные, спать плиятно?

– Если отгадаю, обещаешь больше никогда и никому ее не загадывать?

– Обещаю...

Вадим наклонился и что-то прошептал на ушко перемазанному в муке Вадику. Тот взглянул на него просиявшими глазами и кивнул.

– А еще, – очень серьезно прибавил Вадим, – я терпеть не могу кидать коней и дружу со всеми медведями, а с белыми – особенно. Ну как, я вам подхожу?

– Да!!!

– Пойдем маму спросим?

Марина хотела было подумать, но Вадька с такой силой и отчаянием вцепился в Вадима, у которого сидел на руках, что ей пришлось согласиться с тем, что трех секунд на размышление вполне достаточно.

Автор: Мира

Cirre
После Нового года

  • Лен, ты куда? – удивленно спросил муж, видя, что жена собирается спать.
  • В кроватку, а что? – устало ответила она.
  • А посуду мыть? – возмутился Максим.

Все гости уже разошлись. Праздник был веселым и шумным. Дома осталась только его мама, но она уже тоже ушла спать. Лена же сложила остатки еды по контейнерам, сгрузила посуду в раковину и решила, что этого достаточно. Максим был с ней не согласен.
  • Завтра помою! Или помой сам, если хочешь!
  • Лен, у нас вообще-то моя мама гостит. Я даже боюсь представить ее лицо, если она завтра утром все это увидит!
  • Ой, Максим, подумаешь! Посуда – это не главное. Важнее, что праздник удался. Так хорошо посидели. И даже танцевали! Спать уже хочется. Пожалуйста, не выноси мне мозги. Я завтра вымою посуду, у меня сегодня уже сил нет.
  • Перетрудилась бедная?
  • Представь себе! Пока ты где-то прохлаждался, я умудрилась убрать всю квартиру, наготовить еды на целую роту, еще и елку нарядила. Спасибо, хоть дочка помогала. Ты вообще-то обещал домой пораньше прийти и тоже что-нибудь сделать.
  • Я не успел. Машина сломалась. Я же объяснил!
  • Вот, и я тебе сейчас объясняю, я хочу спать! Не нравится посуда в раковине? Где мочалка и моющее ты в курсе. Дерзай! Я спать!

Лена не стала дальше спорить с мужем. Она просто пошла спать. Устала до чертиков. Хотелось побыстрее добраться до подушки и закрыть глаза.

Макс еще немного посидел в интернете, посуду мыть так и не пошел. Тоже подустал немного. Правда, спать укладывался жутко недовольный. Он и правда переживал, что завтра придется выслушивать от матери, что его жена неправильная, но возиться на кухне все равно не хотел.

Проснулись первого января все поздненько, ведь и спать легли около четырех. Татьяна Сергеевна так наплясалась вчера, что проспала дольше всех.

Первой из взрослых проснулась Лена, но вместо того, чтобы хвататься за тряпку, она заварила себе кофе и решила почитать какой-то рассказ в интернете.

Она всегда так начинала свое утро и не собиралась отказывать себе в этом удовольствии. Тем более в первый день в этом году. Максим проснулся от аромата кофе, витающего на кухне.

  • Доброе утро! – сказал он, хмуро глядя на посуду в раковине. – Ты до сих пор не помыла?
  • Как и ты! Доброе утро, солнце! Давай оно и дальше будет добрым. Если хочешь кофе, налей себе, я на двоих сварила. В турке на плите.

Он налил себе кофе в кружку и сел за стол. Вспомнив, что вчера так и не попробовал торт, решил отрезать себе кусочек.

  • Ты будешь? – предложил он жене.
  • Не, на завтрак быстрые углеводы – это зло. Да и вчера столько съела. Два дня теперь буду сухариться. А тебе приятного аппетита, мой стройный кипарис! – ехидно добавила она, намекая на небольшой животик, который выпирал из-под футболки мужа.
  • Ха-ха, я потом все в спортзале оставлю!
  • Ну да, ну да! Ладно, ешь, если хочется. Это твое дело!

Максим выпил свой кофе, заедая тортиком, его настроение явно улучшилось.

  • А Света уже встала? – спросил он про дочку.
  • Она вставала, поела свои хлопья с молоком и спать обратно легла, наверное. Я ее не видела, но слышала.

В кухню почти бесшумно вошла свекровь. Макс напрягся, предвкушая скандал, но мать его удивила.

  • О боже, как я мечтала хотя бы раз в жизни увидеть такую картину! – с улыбкой сказала Татьяна Сергеевна.
  • В смысле? – не понял сын.
  • Если бы ты знал, как это ужасно перемывать посуду перед сном после Нового года или другого праздника. Это же сплошная мука! Как же я рада, что ты не такой, как твой отец!
  • Что ты имеешь в виду? Я думал, тебя это взбесит!
  • Глупости! Меня скорее в этом плане бесил твой отец. Он всегда настаивал, чтобы посуду мыли с вечера. Точнее, чтобы именно я мыла. Мы несколько раз серьезно поругались из-за этого. Мне пришлось уступить, поэтому и мыла ее перед сном, тихо ненавидя его! Я вообще часто ему уступала в бытовых вопросах...

Отец Максима умер пять лет назад от сердечного приступа. Мать уже отошла от этих событий, но сейчас она говорила странные вещи. Сын думал, что она всегда сама была инициатором чистоты в доме, но по ее словам можно было догадаться, что это не так.

  • Мам, ты серьезно?
  • Конечно! У твоего отца прямо бздык был на чистоте. Как же меня это бесило, но у него было так много хороших качеств, что пришлось с этим смириться. Хотя иногда так раздражало, что приходилось содержать дом чуть ли не в хирургической чистоте. Знаешь, мне иногда кажется, что он потому и умер так рано. Я о том, что предавал излишне большое значение пустым вещам. К примеру, таким, как не вымытая посуда после праздника.
  • Ну, тут уже мне кажется, ты перегибаешь, мам!

Лена не вмешивалась в их разговор. Она так зачиталась, что почти не слышала его.

  • Нет, сынок, я так считаю. Знаешь, мой Гена ведь правда очень часто переживал из-за того, что было малозначимо. Жалко. Я пыталась ему это объяснять, но его так воспитали. Ты же помнишь свою бабушку? Вот она была помешана на чистоте и третировала детей, чтобы они были идеальным. Возможно, он потому и стал таким. Мне так кажется! – сказала она, подумала она, а потом обратилась к невестке. – А ты, Лена, молодец! Не поддаешься на провокации!
  • Что? – удивилась она, оторвал глаза от телефона, когда услышала свое имя.
  • Молодец, говорю, что посуду на утро оставила! Я всегда мечтала так поступать. И ты, Максим, молодец, что не выносишь жене мозг по пустякам!
  • Ага, не выносит! – лишь улыбнулась Лена, вспоминая их вчерашний разговор, но попрекать его при свекрови не хотела.
  • Я вот вообще так думаю! – с улыбкой сказала Татьяна Сергеевна, заваривая себе чай. – Жена старается, все готовит на праздник, а муж разве что с уборкой помогает. И то не всегда, поэтому справедливости ради, нужно оставлять ему самое-самое!
  • Что оставлять? – удивился Максим, догадываясь, что мама имеет в виду!
  • Самое противное! – хмыкнула мать и кивнула в сторону раковины. – Так, Леночка, пойдем-ка мы с тобой телевизор посмотрим, а заодно фотки вчерашние поглядим. Много наснимали. А Максик уже все равно кофе допил, пусть сам посуду моет!
  • О, я поддерживаю! Максим, у тебя такая чуткая и справедливая мама! Я в восторге! – с обезоруживающей улыбкой сказала Лена и встала со стула, прихватив с собой свой уже остывший кофе.

Они вместе вышли из кухни, оставив Максима одного. Он печально посмотрел на полную раковину посуды и скривился. Этого еще не хватало!

  • И зачем я вообще начал этот разговор! – ругал он себя, включая воду.

Были бы они вдвоем с женой, он бы еще придумал, как отмазаться, но против матери не попрешь. Так и появилась в их еще молодой семье одна традиция, которая очень нравилась жене, но совсем не нравилась мужу.

Ну, а что? Жизнь не всегда справедлива!


Cirre
История о том, как мама переехала к нам на всю зиму

Я прогрел машину и отправился на вокзал. Стрелки на часах показали четыре часа. Поезд задерживался. Я топтался на перроне, слабый морозец щекотал щеки. Вот и поезд. Вагоны мелькают перед глазами. Наконец, он остановился. На перроне кроме меня не души. Ни один вагон не открылся, я заволновался.
Вдруг скрипнула дверь соседнего вагона. Я заспешил туда. Перед глазами показалась рука в гипсе, затем уже вся немаленькая фигура моей дорогой родственницы. Я помог ей спуститься, принял у проводницы ее сумку на колесиках. Поезд заспешил удалиться.

  • Что же случилось мама? Почему вы не предупредили, что заболели? Мы бы давно к вам приехали.
  • Да что вас беспокоить лишний раз. Я вот сама приехала.
  • Да-да, конечно,-только и мог я ответить, подхватил сумки, а теща засеменила сзади.

Удар был нанесен метко. Вот жена удивится. Теща вела себя подозрительно тихо. Обычно она сразу начинала рассказывать деревенские новости, передавать приветы от родственников и соседей, но не сейчас. Я ждал очередной сюрприз. Когда я ввел тещу в квартиру, жена открыла рот. Мама попыталась шутить:

  • Пошла в дровник, упала, проснулась гипс. Перелом со смещением. Сказали два месяца не снимать.

Вдруг из ее сумки раздалось мяуканье. Я вопросительно посмотрел на Тамару Николаевну.

  • Да это мой Кекс. Куда ж я его брошу в холодной избе, погибать что ли.

Я задумался, почему в холодной и зачем погибать. Теща увидев мой вопросительный взгляд ответила:

  • Так я к вам на всю зиму. Чай не прогоните? Мне без руки ни снег не почистить, ни дров не занести, ни баньку истопить...

Удивлению нашему не было предела. Но это же мама! Не бросим же мы ее в холодной избе зимовать?

Напоив гостью горячим чаем и уложив на кровать, отдохнуть с дороги, мы сели на кухне. Чашки с чаем стояли нетронутые. Каждый думал о своем. Из соседней комнаты минут двадцать раздавались стоны:

  • Ой, рученька. Придала делов всем. Не знаю, как и положить тебя.

Мне показалось, что Тамара Николаевна играет на зрителя, но ничего вслух не сказал, чтобы не обидеть жену. Скоро стоны стихли и раздался храп, да не простой, а с присвистом. Я, чтобы разрядить обстановку, сказал:

  • А у мамы новый репертуар, мелодию для ночного концерта она сменила. Как тебе кажется, дорогая, прежняя была повеселее?

Жена скорчила гримасу улыбки:

  • Ага.

В это время немного приоткрытая дверь на кухню заскрипела и стала открываться. Мы уставились на нее. Из-за двери вальяжной походкой вышел любимый тещин кот Кекс. Он посмотрел на нас, пометил дверь и пошел изучать кухню. Запрыгнул в раковину, обнюхал ее и лег спать.

Мы молча наблюдали за его действиями. Ругать или повышать на него голос было страшновато. Тамара Николаевна держала его в доме вместо собаки. Кекс не любил чужих, начинал шипеть, мог даже кинуться и начать кусать. Поэтому мы лишь вздохнули. Я посмотрел на календарь. Жена отхлебнула из чашки чай, поставила ее на стол и сказала:

  • Считай, не считай, а сейчас только середина января. Гости пробудут у нас до апреля это точно. Потерпим малость?
  • Конечно, дорогая.

Тамара Николаевна вела себя тише воды, ниже травы. Не капризничала. Попросила только коту лоток да еды купить, а ей кроссворды. Целыми днями она смотрела сериалы, отгадывала кроссворды и разговаривала с котом. Мы приходили с работы такие уставшие, что разговаривать не было сил. Жена готовила ужин, кормила нас, и мы разбредались по своим комнатам. Только ночной храп тещи говорил о ее присутствии. Ее идеальное поведение меня настораживало. Я все ждал очередного «сюрприза» с ее стороны, но его не было.

В тот день я пришел пораньше, у тещи был послеобеденный сон. Я прошмыгнул в свою комнату и тоже задремал. Разбудил меня стукоток в кухне. Я со злостью встал, направился на кухню, чтобы дать хорошего пинка Кексу. Разгоряченный я открыл дверь и... замер. Теща хлопотала на кухне, мыла посуду, заваривала себе чай и делала бутерброд. Вы, наверное, задумались, как это все она может делать одной рукой? Руки было две и совершенно здоровые. Гипс спокойно лежал на подоконнике.

  • Так-с, вот я вас и поймал!

От неожиданности Тамара Николаевна выронила нож, кусок колбасы тоже шлепнулся туда, и его не замедлил проглотить Кекс. Теща повернулась ко мне, взгляд был очень жалостливый. Она подошла к подоконнику, на котором возвышался ее гипс, ловко засунула руку в него и прижала к груди.

  • Да, вот проголодалась немного...
  • А как же перелом со смещением?
  • Гришенька, не губи, разреши слово молвить.
  • Пересмотрели сказок? И к чему этот цирк? Что просто так нельзя было в гости приехать?
  • Прости, зятек, не говори жене. Она меня сразу домой отправит. Она не любит, когда я приезжаю.
  • Рассказывайте, как дошли до такого?
  • Ну, как. Снега в этом году уж больно много навалило. Чистить-то мне тяжело. Я брата Ивана все просила. Он раз почистил, два и говорит:«Мне свой снег надоел, а два двора чистить я уже не в силах. Поезжай-ка ты зимовать к дочери, а я за домом пригляжу.» Так меня никто там и не ждет, они работают, домой спать только приходят. Им не до меня. «Никуда не денутся. Мы тебе руку сломаем,»-предложил Иван. Я сначала не соглашалась:«С ума что ли сошел, старый. Знамо дело, руки сестре ломать» «Не боись!»-только и ответил он. А утром посадил меня в сани повез в райцентр. Зашел в травмпункт и пропал. Я сижу жду, а он и не выходит. Долго ждала, не выдержала, заглянула. Иван восседал на кушетке, рядом врач в белом халате, а на подоконнике трехлитровая банка того самого «Березового сока». «Вот и жертва,»-сказал Иван, указывая на меня. Спрыгнул с кушетки, освобождая мне место. Врач над нашей операцией«Ы» смеялся все время, пока мне гипс лепил. «Ну, вы и выдумали!» Вот так я и «сломала» руку. Иван меня на станцию подвез погрузил вместе с Кексом, вот я и здесь. Не продавай меня. Я буду тихонечко себя вести. Уж больно надоело мне дрова таскать да снег грудить.

Я почесал в затылке, покачал головой и ушел к себе, обещая хранить тайну.

Прошло два месяца. Теща и правда не доставляла никаких хлопот. От храпа мы купили беруши, а потом к нему привыкли, и когда она не храпела, я уже плохо засыпал.

Только кота я готов был отправить в какое-нибудь дальнее путешествие, но волновать больную маму было нельзя. Тапки мы прятали в шкаф, всю остальную обувь тоже. Ну а если забывали, то он обязательно на нее гадил. Ругать было бесполезно, наживешь на свою голову врага. Поэтому мы подкармливали его колбаской, и ссориться с ним не решались.

Но наша дорогая мама имела еще одну тайну. Открыл я ее тоже случайно, подслушал разговор ее с братом Иваном:«Как съехали, а квартплату-то хоть заплатили? Посмотри хорошенько, ничего не стырили».

Пришлось тещу опять пытать, угрожая все рассказать о гипсе и переломе жене.

  • Не просто так я к вам приехала. Напросились ко мне постояльцы, какие-то там фоль-кло-ристы. Ну, песни записывают старинные. Сказали, что у них экспедиция в наши края. На три месяца просились. Я недельку с ними пожила, толкотня одна, их пять человек. Вот мы с Иваном и решили, меня к вам отправить, а квартирантов оставить в избе. Они с удовольствием согласились, говорят, что экзотики деревенской рады. Заплатили неплохо.

Тут теща вытащила свой кошелек и вытащила деньги:«Ты машину хотел новую покупать, вот я и отложила тебе немножко». Я чуть не прослезился. Сумма которую она мне приготовила была по городским меркам ничтожно мала, а для нее радость, что нам помогает. Я подошел и обнял Тамару Николаевну:«Спасибо, мама. Они нам очень пригодятся».

Жене я ничего не сказал. С тещи гипс сняли, и она стала проситься домой.«Скоро огород пойдет, нечего мне тут у вас разлеживаться. Пора и честь знать».

Ехать на поезде я ей не позволил, усадил в машину и повез. На ее деньги купил ей небольшую машину снег чистить.

Когда мы приехали, печка в доме топилась, на лавке восседал дед Иван:«Ну, как сестрица, рука-то не болит?»

«Да ну тебя, леший, придумал незнамо чего. Спалилась я через пару недель. Гриша все в тайне сохранил. А то бы мне от дочки досталось».

Вечером дед Иван истопил баню, мы парились, пили его наливочку и смеялись над их операцией«Ы».

Автор Блог : Чудо чудное

Cirre
Герой
 
  • Алло, бабушка, это Саша! Я герой!
  • Привет, милый! Я всегда это знала.
  • Я спас всю группу в детском саду от голода!
  • Ты же мой хороший! А почему голод-то у вас в садике?
  • Ты знаешь значения слова «хаос»?
  • Да, милый.
  • Вот у нас сегодня в садике он и случился. Было обычное осеннее утро. Город медленно просыпался. Машины и автобусы развозили людей по их делам. Родители провожали в садик своих детей. Дети постарше сами шли в школу. Взрослые на работу. Плавная размеренная жизнь.
  • Как поэтично ты всё описал. Слова-то какие ты знаешь – «размеренная».
  • Так папа любит говорить.
  • И видимо жить... Ох, уж этот...
  • Не перебивай, бабушка! Обычный осенний день. Ничего не должно было произойти... Но тут Петя решил дать в ухо Диме!
  • За что?
  • Просто так. Осенью все немного странные.
  • Как дети малые...
  • Ба, они и есть дети малые! Дальше хуже. Диман в ответ врезал. Петя реветь. Даша давай мутузить Диму... Короче, через десять минут вся группа дралась.
  • А воспитательница что делала?
  • Вот! Мы подошли к главному! Ты же знаешь, что Нина Степановна – молодой воспитатель. Опыта мало. Она пыталась словами остановить драку. Бесполезно. Потом полезла разнимать. Петя нечаянно дал и ей в живот.
  • Ох уж этот Петя...
  • Она как начала орать. Мы тут же остановились. Она крикнула «СТОП! ВЫ ВСЕ НАКАЗАНЫ! КОРМИТЬ ВАС СЕГОДНЯ НЕ БУДЕМ!»
  • Так и сказала?
  • ДА!
  • Видимо, сильно вы её довели.
  • Сейчас, говорит, пойдём гулять. Никакой вам еды. И все в группе задумались. Петя сказал, что без еды умереть можно. Всем вообще грустно стало. Никто сегодня не планировал умирать.
  • Ну и мысли...
  • И вот мы все на улице. Созвали собрание. Что делать? Было два предложения. Первое извинится перед Ниной Степановной. Второе – моё. Говорю, риск большой. Если не простит – голодная смерть! Нет, братцы, сегодня не тот день для смерти. Я найду нам еду!
  • Так, Саша и что ты сделал?
  • Я подумал, что сейчас осень. Сезон грибов. Пошёл в соседний лесок. У нас через забор есть. И набрал целое ведро грибов! Прикинь?
  • А ты разбираешься в грибах?
  • Ба, я маленький мальчик! Я ни разу еще грибы не собирал. Откуда?
  • Так может ты набрал поганок и мухоморов?
  • Может! Слушай дальше. Я с этим ведром к заведующей столовой. Она классная. Говорю, тётя Маша, держите! Можете суп сегодня приготовить. Нас сегодня не хотят кормить, и мы понимаем почему. Но вот наши продукты!
  • И?
  • И она согласилась! Правда, попросила нас извиниться перед Ниной Степановной. Но дело не в этом! На обед нам давали суп из моих грибов! Все меня хвалили! Я спас всю группу. Даша сказала, что я герой!
  • А какой суп вам приготовили?
  • Борщ!

Автор: Александр Бессонов

«Скоро Новый год»
 
  • Привет, милый! Я не могла до тебя дозвониться несколько дней. У вас все нормально?
  • Ничего не нормально, бабушка! Привет, это Саша!
  • Я уж поняла. Что случилось?
  • Скоро Новый год, а настроения нет. Мама с папой развестись решили!
  • ЧТО?!
  • Они несколько дней назад поссорились, спят в разных комнатах, ходят смурные, как будто невыспавшиеся.
  • А почему развестись решили?
  • Так Петя гуся вывел!
  • Что сделал?
  • Ну так говорят, когда что-то доказали!
  • Кто говорит, миленький?
  • Петя. Он говорит, что его родители так же не говорили, не говорили, а потом папа собрал вещи и уехал.
  • У Пети папа вахтовик! Он скоро приедет! Слушай его меньше! Почему родители поссорились?
  • Накопительный эффект, ба. Вначале папа Соню уронил...
  • ЧТО?!
  • Несильно. Вечером укачивал её на руках и сам уснул.
  • Это как?!
  • Ходил, песенку напевал. Присел на диван и уснул. Соня по нему и скатилась на диван. И орать. Мама из ванны выходит и тоже орать. На папу.
  • А он?!
  • Он к Соне сразу. Осмотреть её.
  • Ох уж этот...
  • Стоп, ба! Я запрещаю тебе так говорить! У меня самый лучший папа на свете! Он всегда хочет, как лучше для нас. Не всегда, правда, получается... Ты можешь не говорить так, ба?
  • Конечно, милый, извини. Я не подумала. А дальше? Из-за этого родители поссорились?
  • Нет. Это было начало. Поссорились они из-за того, что папа Соню в магазине забыл!
  • ЧТО?!
  • Пошёл с коляской в магазин. Закупаться на Новый год. В коляске Соня спала. Взял тележку для продуктов. В голове у него, что-то щелкнуло, и он решил, что у него коляска с Соней. Домой пришел с тележкой для продуктов. Так забавно, он продукты начал укачивать и приготовился их купать.
  • А мама?!
  • Мама, как это заметила, так её было не остановить. Орала так...
  • Ох, я знаю её такое состояние. Истерика. А папа?
  • Молчал. Слушал. Потом быстро побежал с тележкой в магазин за Соней. Хорошо она спала в коляске на том же месте. Бабушка, ты что-то сказать хотела?
  • Я молчу. Я же тебе обещала. Как ты думаешь, почему папа такой рассеянный?
  • Он видит, что мама сильно устаёт с Соней. Хочет помочь, а сам с ночной смены. Ему бы самому кто помог... В шахматах это называется пат. Меня папа учил...
  • Да уж...
  • Теперь они точно разведутся.
  • Саша, миленький, можно теперь я попрошу тебя так не говорить?!
  • Можно, ба!
  • Сашенька, взрослые люди не бывают идеальными. Да, иногда они ссорятся. Потом мирятся. Ты думаешь, я с дедом никогда не ссорюсь?! Обижаемся друг на друга.
  • Как на деда можно обижаться?! Он же добряк, каких поискать?!
  • Этот «добряк» луковицы гладиолусов недавно съел!
  • Зачем?!
  • Подумал, что лук. С картошкой жареной умял. Саранча!
  • Ну уж этот дед... А ты?
  • У тебя хорошо получается. Обиделась. Луковицы редкие. Перестала с ним говорить. Неделю не говорили. Потом притащил мне белых тюльпанов... Луковицы.
  • И?!
  • Помирились. Семья – это не всегда идиллия, как в фильмах показывают, иногда и трудности.
  • То есть, они помирятся?!
  • Конечно же, милый!
  • Круто! Ба, а Дед Мороз существует?
  • Думаю, да.
  • Ты можешь его попросить, что Саша хочет вместо подарка, чтобы мама с папой помирились?!
  • Зачем?! Я очень хорошо знаю одного из твоих родителей. Они помирятся.
  • Ба, попроси! Давай, на всякий случай, перестрахуемся!

 (c) Александр Бессонов

Cirre
Освещенные окна
Ах, как она радовалась! Ольга Петровна, совсем недавно ушедшая на заслуженный отдых, каждый день просматривала объявления о продаже домиков с участком. Домики, конечно, продавались, но она искала не самый дорогой. Кредит брать не хотелось, а накопленная за последние три года сумма до миллионов далеко не дотягивала.
Предложила соседям по коммуналке, где она проживала, свою комнату, а они с удовольствием купили. Деньги, конечно, тоже небольшие, но лучше так, чем совсем ничего. Домик вскоре нашла, какой и хотела – маленький, но зато с печкой. И даже банька есть. Участок крайний, у самого леса и еловые лапы в снежной шубе свешиваются по-хозяйски через забор. Заселилась сразу же, в начале декабря. Не испугало, что участок занесен снегом выше колена, что дачный посёлок уже значительно опустел. Главное – дорога есть, есть своя машина, а с наступлением ранних зимних сумерек в нескольких домах всё-таки загорается свет. Эти освещенные окна, расчищенные от снега дорожки, дым из трубы, лай собак радовали Ольгу – рядом люди. А вот соседний участок пустовал.

  • Наверное хозяева весной приедут, – думала Ольга, разглядывая ухоженное, выкрашенное голубой краской строение.

Когда дом от печного тепла достаточно прогрелся, Ольга принялась наводить порядок и уют. Купила красивые обои и за три дня преобразила кухню и две комнатки. Не спеша, с удовольствием подбирала тюль и шторы на окна, скатерть на столик, дорожки на пол. Расставляла на полках прозрачные баночки с крупой, с сахаром, с фасолью. Заполнила большую вазу из зелёного стекла фруктами. Любимые книги заняли небольшой книжный шкаф. Выбрала в магазине яркий чайный сервиз и такие же тарелки, уютный торшер и бра. А ещё купила много разных по размеру ярких махровых полотенец.

Каждое утро Ольга Петровна просыпалась и говорила себе:

  • Как же я счастлива в своём маленьком доме. В коммуналке у неё были неплохие соседи, но общая ванна, туалет, кухня – не дают уюта, приходилось подстраиваться под чужой ритм жизни.

А здесь, в полюбившемся с первого взгляда домишке, она впервые почувствовала себя полностью спокойной и счастливой. И даже рано проснувшись, не хотелось поваляться в постели, потому что не терпелось на своей уютной кухонке сварить в медной узорчатой турке любимый напиток – кофе с корицей, добавить к нему в красивую чашку сливки и пить его, смакуя и не спешa маленькими глоточками, глядя в окно на заснеженный двор. Потом, тепло одевшись, выходила чистить дорожки и любовалась шустрыми белками, которые с удовольствием разбирали угощение из кормушки, подвешанной на еловую лапу: орехи, семечки, сухофрукты. С улыбкой наблюдая за рыжими зверьками, Ольга снова ловила себя на мысли: как же здорово жить в своём доме, иметь свой участок, где только ты хозяйка.

Ближе к концу декабря ударили морозы. Невидимый художник разрисовал окна, раскидал по сугробам искрящиеся алмазы, каждую веточку одел в шубку из инея. Снег хрустел под ногами, словно крахмал, из которого в детстве мама варила клюквенный кисель. Вот в такой морозный день на участке Ольги появился кот. Он скромно сидел около калитки, будто ждал приглашения. Весь в инее, замерзший, худой.

  • Привет, малыш! Проходи, не стесняйся, здесь тебя никто не обидит, – позвала Ольга Петровна гостя. Он послушно потопал за хозяйкой в дом. Не отказался ни от куриного супа, ни от вермишели. Заглянул Ольге в глаза так, будто спросил: – А остаться можно? Она погладила его со словами: – Если ты ничей, то оставайся. Будешь Митрофан. И мне веселее. Митрофан проспал до вечера около тёплой печки, поужинал и запросился на улицу. Ольга выпустила кота и занялась делами. Периодически выглядывала во двор – кота не было. Мороз крепчал.
  • Может у кота есть хозяева? Просто в гости заходил? – говорила она себе. Когда в последний раз решила проверить, не вернулся ли Митрофан, глазам не поверила! На крыльце, кроме Митрофана сидели ещё четыре котенка! Разномастные, тощие, облезлые, заиндевевшие.
  • Ну, заходите, гости дорогие, – пригласила Ольга. – Что с вами делать? Митрофан, я надеюсь ты всех собрал?

Было понятно, что это брошенные и никому не нужные котята. Такие всегда есть на дачах, оставленные, кинутые на самовыживание. Скорей всего малышня прибилась к взрослому коту, а он помогал им выжить: птичек и мышей ловил. Но усиливающийся мороз вынудил несчастных идти к людям. Ольга Петровна вылила оставшийся суп в миску и все четверо принялись за еду. Митрофан устало прикрыв глаза сидел рядом. Ольга принесла к печке коробку и решительным голосом объяснила:

  • Так, ребята, сегодня ночуете здесь, а завтра топим баню, моемся, обрабатывается и тогда посмотрим. Может даже на диване разрешу спать. Митрофан не заставил себя долго уговаривать, затащил самого мелкого котёнка в коробку, остальные забрались самостоятельно.

... Котята спали. В печке догорали последние угли, отдавая жаркое тепло гостеприимному дому. Ольга Петровна сидела у стола и плакала: это же дети, им по 6 – 8 месяцев. Позвоночник и ребра можно без рентгена смотреть, хвостики словно крысиные. Один черный, один рыжий и два серых. И все чумазые, как будто в печке жили.

Рано утром Ольга была уже в городе. Записала все рекомендации ветеринара на листочек: как кормить, чем обработать, дозы. Закупила разной крупы, мяса, ряженку и мисочки разных цветов. Вернувшись домой протопила баню и всех пятерых, одного за другим обработала и намыла. Варила кашу с фаршем, кормила по часам, всё остальное время котята спали, сил набирались. Митрофан тоже спал, наверное снял с себя ответственность за чужие жизни, расслабился. В туалет ходили на улицу гуськом, малышня не отставала от «папочки» ни на шаг.

Ольга Петровна вскоре тоже успокоилась: кушали все хорошо, не болели, а вес со временем наберется. Вон через четыре дня уже Новый год, пора к празднику готовиться, надо ёлочку нарядить, гирлянды развесить. А ещё у неё дед Мороз есть, который песенку про ёлочку поёт. Надо только кнопочку нажать и он тебе обязательно споет.

Ничто в мире не случается просто так, всё зачем-то нужно.

Я та самая соседка из голубого домика. Уже август. Я варю малиновое варенье и смотрю в окно. На соседнем участке Ольга Петровна ходит вокруг яблони, собирает спелые плоды в корзинку. На крылечке лежат пять красавцев-котов. А я смотрю и думаю: может мне остаться зимовать на даче?

Автор: Gansefedern
Женщина приютила кота Митрофана и его котят

свет лана
Сердечная история, которая показывает, что любовь мужчины проявляется в мелочах

Я лежала на сохранении много лет назад. К моей соседке по палате постоянно ездил муж. Мы были такими молодыми, что нас трудно было назвать женщинами. Но называли: в больнице всех так называли. Мы все ждали рождения ребенка в палате на 12 человек. Называлось это «лежать на сохранении».
И была такая некрасивая Света с большим животом. Ну у всех был живот, все были не очень красивые: там ни душа, ни зеркала не было. Но Света была нехороша собой и очень полная, отекшая.
Палата была на 1-м этаже. Мужья приходили к женам и разговаривали через подоконник. Телефонов не было, и женщины гадали и тревожились: придет ли их муж? Не ко всем приходили. Это понятно: работали все, ехать далеко, на окраину. И некоторые женщины плакали ночью. В больнице очень грустно. А когда муж все-таки приходил, они выражали любовь и заботу. И спрашивали: «Ты покушал? Ты нашел чистую рубашку?»
А к этой Свете ходил рыжий маленький паренек в кепке. Немножко кривоногий и тоже не очень красивый. И каждый день — каждый день! — приносил маленькую кастрюльку. Он ее привозил, замотав в одеялко старенькое. И в кастрюльке была вареная картошка, еще теплая. Или суп с макаронами. Теплый.
Он приезжал после работы на заводе, когда часы приема посетителей кончались. Но мы же на 1-м этаже были. Он молча передавал кастрюльку Свете, а та ела. Она и меня угощала: мой муж в армии был. Потом этот молчаливый рыжий парень ехал с кастрюлькой и одеялом обратно. Часа два надо было ехать. И они почти не говорили.
А потом меня выписали. И эту Свету я лет через 15 снова встретила на улице. Она снова была в положении. И у нее уже было трое детей. И она красивая стала! Полная, но очень красивая. И машина красивая. Дети тоже красивые — она так сказала. И жизнь хорошая, красивая!
А за рулем сидел этот рыжий парень, муж. Он остался некрасивым, как та алюминиевая помятая кастрюлька. Но в мужчине главное не красота. Главное — что внутри. Как в кастрюльке, в которой картошка оставалась теплой. И это тепло не исчезает, даже если ехать два часа. Даже если всю жизнь ехать — вместе))

Cirre
Давайте знакомиться

— Макс, ну не надо, не лезь.

— Да чего ты, давай. Ну сколько времени уже прошло, пора двигаться дальше.

— Не пора, рано еще двигаться, нам даже восемнадцати нет, — убирала Ксюша шаловливые руки своего парня из «запретной зоны».

— Так тебе через месяц восемнадцать, — тяжело дыша, Максим старался поцеловать свою девушку в разные части тела, но части тела изгибались, отдалялись, а иногда и по лицу могли заехать. — Ну Ксюш...

— Тихо! Блин, папа пришел.

В прихожей послышались шаги и какой-то забавный кашель, словно трактор завелся.

Молодые люди резко приняли вертикальное положение и начали судорожно разглаживать плед на кровати.

— Да не бойся ты, я с ним пообщаюсь, и он поймет, что всё нормально. Я умею с чужими родителями разговаривать, — весьма самоуверенно успокаивал Максим Ксюшу, пока та судорожно взбивала подушки.

— Ты не понимаешь просто...

— Да чего там понимать. Не будет же он меня бить. Если что, просто уйду.

— Не уйдешь...

Послышался тяжелый стук в дверь, а затем еще более тяжелый бас:

— Ксюш, а чьи это ботинки в прихожей?

Судя по тому, как резко Максим сменил цвет лица на белый, успокаивать теперь нужно было его. Глаза парня сами начали коситься в сторону окна, но, вспомнив, что это пятый этаж, он решил сперва попробовать ускользнуть через главный вход.

— Ты кого там прячешь? Я войду?

Понимая, что встреча неизбежна, Ксюша сделала глубокий вдох, подошла к двери и, повернув барашек замка, протяжно выдохнула.

— Стой! — шепотом прокричал Максим и хотел было зажмуриться, но не смог. Яркое сияние, каким не смогло бы похвастаться небо далекого Севера, озарило комнату. Это была улыбка Ксюшиного отца.

— О! Вот те здрасти! А ты чего нас не знакомишь? — в комнату шагнуло что-то среднее между фронтальным погрузчиком и Юрием Куклачевым. Кудрявый улыбающийся мужчина, чей угловатый торс обтягивала футболка размера XXL, выкинул вперед раскрытую, словно капкан, пятерню: — Володька.

— М-м-м-аксим... — Максим осторожно протянул свою руку, мысленно с ней попрощавшись.

— Парень ее? — Володька кивнул на дочь.

— Ну, мы это... мы так... мы просто...

— Да ладно, вижу я, как вы просто, — еще шире улыбнулся отец Ксюши, посмотрев на заправленную в штаны джинсовку Макса и на взъерошенную кровать. — Ну что, пойдем обедать и знакомиться?

— Пап, мы поели уже, — вступила было Ксюша в разговор.

Отец, взглянув на полупустые пакетики с чипсами и на фантики от шоколадок, брезгливо поморщился.

— Не говори ерунды, пошли на кухню. Бабушка передала домашние пельмени, закрутки, пирог ягодный. Сейчас быстренько салатик нарубим, посидим поболтаем. Ты взгляни на него, — отец показал на Максима, и лицо у того с белого сменилось на красный. — Худой, как глист, волосы жидкие, синяки под глазами, цвет меняет, как хамелеон... У меня нарыв на большом пальце и то солиднее выглядит. Не хватало нам еще язвенников и хроников в семье. Всё, идем.

Максим не смог отказать и, повесив голову на грудь, молча зашагал на кухню, как на эшафот.

— Давай, Ксюш, ставь чайник, воду для пельменей, я пока салат нарежу. Макс, ты с черным хлебом или да?

— А? Что? — поднял глаза Макс.

— Да это я шучу. У нас просто белого нет, так что с черным поешь. На вот, жуй пока рулеты с ветчиной и сыром.

Отец подвинул гостю пакет с домашними угощениями, затем открыл банку с солеными опятами, достал из холодильника упаковки сырной и колбасной нарезки. Ксюша тем временем уже поставила на газ кастрюлю с водой.

— Давай ешь, не стесняйся. Пивка?

— Я не пью, — выпалил тут же Макс.

— Молоток! Ксюха, классный парень, — сказал отец через плечо. — Я тоже не пью, у нас никто в семье не пьет, но пиво для гостей всегда есть, мы же не ханжи, да, дочь?

— Да, не ханжи, — подтвердила Ксюша, запуская маленьких фаршированных водолазов в кипящую воду.

Отец нарезал огромным ножом салат, а Макс, почувствовав, как его накрывает волна голода, все-таки схватился за рулет. «Заглотил наживку, слабак», — подумал он сам про себя.

— И давно вы вместе?

— Полг... — открыл было рот Макс, но Ксюша его перебила:

— Два месяца.

— Два месяца? — вытаращил глаза отец. — И ты... нам с матерью... ни слова? Не стыдно? Так дела не делаются. Будем наверстывать упущенное.

Мужчина продолжал как-то таинственно улыбаться, и Макс почувствовал, что рулет просится обратно.

— У вас же каникулы начались? А у меня два дня выходных. Завтра предлагаю в поход! Ты как, Макс?

— Да я... ну это... ну там...

— Ты кушай, кушай. Когда я ем, я глух и нем.

— Пап, мы в кино завтра, — снова ответила Ксюша.

— Кино? Пф, вам что, по сорок лет, что ли? Какое, нафиг, кино? Я вам завтра такое кино устрою, вы потом полгода спать не будете, вспоминая это кино.

Макс хотел было вскочить, но Ксюша замотала головой, и он понял, что лучше не совершать резких движений.

— Значит, так, Макс, завтра ждем тебя в десять утра. Если хочешь, можешь у нас переночевать.

— Не могу, — опешил Макс от такого предложения, — меня это... меня родители дома ждут!

— Хорошо, но в поход придется с ночевкой. Иначе это не кино будет, а ерунда. Да и обратно я тебя отвезти не смогу. Если хочешь, я могу с твоими договориться, давай номер, — мужчина потянулся в карман за телефоном.

— Не-не-не нужно, я сам, сам. Только адрес мне скажите, чтобы они знали, если что, где меня искать...

— Адрес — лес! — загоготал в ответ Володя. — Заберемся так, что фиг нас найдешь.

— Здорово, — совсем нерадостно произнес парень.

— Не дрейфь! Ксюха тебе координаты вечером скинет. Всё, давайте есть.

Володя поставил на середину стола плошку с грубо нарубленным салатом, а затем помог дочери разложить пельмени по тарелкам и разлить по кружкам чай. Ели молча. Все, кроме отца Ксюши, который весь обед проболтал по телефону. Макс чуть не заплакал, когда Володя рассказал своему собеседнику про поход, а потом громко повторил несколько раз, что кого-то нужно срочно попробовать утопить в болоте. Кого, он так и не сказал.

— Ксюш, может, не поедем завтра? — спросил в прихожей Максим после обеда, который, кстати, оказался безумно вкусным и сытным.

— Надо ехать, — словно набат прозвучал голос девушки, — теперь уже поздно скрываться, он не отстанет. Если хочешь быть со мной, то приходи завтра и не опаздывай, — она грустно улыбнулась и чмокнула Макса в щеку.

Полночи Максим ерзал в кровати, придумывая отговорки, чтобы не ехать, но потом понял, что надо быть мужчиной. Сложно, страшно, но надо.

— Молодец, Макс, без опозданий. Пойдем, поможешь мне, — позвал Володя Максима в подвал, когда тот пришел с понурым видом к их подъезду.

Макс думал, что его замуруют в этом подвале, но вместо этого там, в специальной кладовке, ему сунули в руки несколько складных стульев и сумку-холодильник. Всё это было загружено в микроавтобус, где Макс также заметил два мотоцикла эндуро.

— Это ваши? — пересилив волнение, подал голос парень.

— Ага, мои! Красавцы, да?

Максим уважительно кивнул.

Покинув пределы города, они проехали еще минут двадцать, пока не свернули на какую-то еле заметную грунтовую дорогу, ведущую в глубь густого леса. Ехали вперевалочку, скрипя амортизацией, еще минут десять, пока шум дороги полностью не сменился шелестом листвы и другими первозданными звуками. Невидимый якорь был брошен на одной из широких полян.

— Ксюха, на тебе маринование мяса, закуски, овощи. Макс, пошли дрова колоть, я тебе своего нового красавца покажу.

— Может, он со мной останется? — возмущенно покосилась на отца Ксюша.

— Да успеете вы свои шуры-муры, — отец махнул рукой, — вся жизнь впереди. Прально я говорю, Макс?

— Угу...

Красавцем оказался профессиональный колун, подаренный отцу Ксюши друзьями из Канады. Это был царь среди топоров. От одного удара небольшие чурки разрывались, как переспелые плоды. Максу так понравилось рубить, что он готов был половину леса распустить на спички и зубочистки.

— Остынь, здоровяк, — отобрал у запыхавшегося парня топор Володя, — а то у белок и кукушек нервный срыв случится от твоего фанатизма. Иди помоги Ксюхе палатку поставить, а я пока кино настрою.

— Я там все дрова порубил, прикинь, с одного удара получалось! — радовался как ребенок Макс, возвратившись к машине. Ксюша смотрела на него с гордостью и легкой грустью.

Палатки Макс раньше никогда не ставил, а вот Ксюша оказалась в этом профи — чувствовалось воспитание отца.

Через полчаса Володя предложил Максу прокатиться на мотоциклах до дороги, где они должны были встретить маму Ксюши.

— Но я никогда раньше не ездил, — отказывался парень, а руки сами тянулись к рулю.

— Не боись, гнать не будем, а ехать надо строго прямо, научишься, — успокаивал его Володя, для которого, казалось, не было ничего невозможного. — Ты же хочешь, я вижу.

— Хочу, — смущенно признался парень.

Туда ехали долго. Макс привыкал к седлу, к скоростям, к рулю, пару раз «спешился» с железного коня в колючие кусты, но, несмотря на свежие ушибы и царапины, снова смело вскакивал на него.

— А ничего, что мы Ксюху одну оставили?! — с трудом перекрикивал Максим рев двигателя.

— Ничего! У нее там пистолет газовый, перцовый баллончик и топор, а еще она на кикбоксинг семь лет ходила, справится.

Тут Макс всерьез задумался над тем, как всё могло закончиться, если бы он слишком дерзко нарушил личные границы своей возлюбленной.

Мама Ксюши оказалась спокойной, неразговорчивой, на вид хрупкой женщиной с милым личиком. Кажется, она постоянно пребывала в мире гармонии и тоже была рада новому знакомству. Мотоциклов она, к слову, совсем не боялась и без колебаний уселась позади супруга, обхватив его, что непросто было сделать на таком мотоцикле.

Про кино отец Ксюши не соврал. Он взял в аренду проектор. Как только начало смеркаться, Володя развернул полотно, закрепленное на специальном штативе. Команда отдыхающих дожарила мясо и включилась в пятичасовой марафон фильмов ужасов. Все сюжеты были связаны исключительно с лесами или деревьями, что только добавляло остроты. Было реально страшно. Макс даже в кустики ходил, только дождавшись, когда приспичит главе Ксюшиного семейства. Парень специально подливал ему всё время лимонад в стакан.

— Дядь Вов, а вы кем работаете? — спросил Макс во время паузы между фильмами.

— Можно просто Вова. Я вездеходы собираю. Такие на больших колесах, которые и по болоту, и по бездорожью ездят.

— Ого! А можно как-нибудь прийти посмотреть?

— Легко. Во вторник приезжай, как раз будет тест-драйв на болотах, порулить даже сможешь.

— Приеду!

— Макс, мы же во вторник на день рождения идем, ты забыл? — набросилась Ксюша на своего парня.

— Да ладно тебе, Ксюх, успеете вы. Пусть мальчишка порадуется. Еще расписаться не успели, а ты его уже под каблук.

— Мам, ну ты-то хоть скажи!

— Я не лезу.

— Ну вы... — Ксюша вернулась в свое кресло и, никого не дожидаясь, запустила новый фильм.

*


Ночью девушка сама захотела от Макса хоть какой-то ласки, но перенасытившийся за день впечатлениями Ромео пускал слюни, провалившись в крепкий сон.

*


Понедельник Макс отсыпался. Во вторник он даже не соизволил позвонить Ксюше, проведя весь день с ее отцом. В среду, четверг и пятницу он провалялся с температурой после болот, а в субботу они с Володей договорились до обеда кататься на мотоциклах, а вечером смотреть футбол.

В следующий понедельник ребята всё же встретились, отправившись в кафе и на прогулку. Три часа Ксюша со скучающим видом выслушивала от Макса то, как здорово он с ее отцом провел время в выходные, и как они решили все вместе отправиться через месяц на несколько дней на платное озеро ловить карпов.

— А ты у меня спросить сначала не думал? — закипая от возмущения, прекратила этот неконтролируемый поток слов Ксюша.

— А ты разве не хочешь? — искренне удивился Макс. — Я думал, что ты обрадуешься, что мы с твоими родителями подружились.

— Подружились — это раз в месяц увидеться и сказать друг другу: «Здрасти, как ваши дела?», а не проводить с ними время чаще, чем со мной. Знаешь, Макс, я хочу расстаться. Рано мне, пожалуй, вступать в серьезные отношения. Пока! — она развернулась на месте и зашагала в другую сторону.

— Подожди! Ксюш! Да погоди ты, — догнал ее Макс.

— Чего тебе еще? — повернулась она, надеясь, что сейчас он извинится за всё и пообещает исправиться.

— Слушай, тут такое дело, — мялся Максим.

— Ну говори давай.

— Ты отцу передай, чтобы он завтра не заезжал за мной в обед, я у зубного буду, забыл просто ему сказать. А вечером я ему сам наберу, как освобожусь.

— Да иди ты, — толкнула его Ксюша. — Видеть тебя не хочу!

— Мы у вас дома собираемся в приставку поиграть. Ты же не против? — крикнул он ей вдогонку.

— Ну папа... Третьего парня у меня уже отбил!

Александр Райн

Cirre
Я бы хотел, чтобы...

Сергей с нетерпением ждал окончания рабочего дня. Всё-таки 31 декабря. На работе дел уже практически не осталось, но руководитель отдела раньше времени никого отпускать не собирался. Порядок есть порядок. Даже в последний рабочий день уходящего года. Коллеги бесили своим предновогодним настроением, и Сергею хотелось быстрее уйти отсюда.
Сергей уже мысленно находился дома, хоть его там никто и не ждал, но было всё привычно. Надо было зайти в магазин и купить всё к Новогоднему столу. Посидеть наедине с собой и встретить очередной год без особого энтузиазма. Проводить старый и попробовать оставить в нём всё плохое. Надеяться, что вот в этот новый год точно будет всё лучше. Может даже в очередной раз загадать желание, которое каждый год не сбывается. Осталось дотерпеть окончание старого. Вот только стрелки на часах нехотя провожали последние часы этого года.

Воспользовавшись временем на отдых и перекур, Сергей решил сбегать до ближайшей кофейни и взять кофе. Рабочая кофе машина, в отличие от остальных, уже простилась с уходящим годом, приказав всем остальным долго жить.

Уже возвращаясь в офис, Сергей чуть не врезался в непонятно откуда взявшегося на его пути деда Мороза.

— Чёрт! — выругался инстинктивно Сергей, разлив на себя кофе. — Вы бы хоть смотрели куда идёте!
— Мне так неловко, — дед Мороз поправил съехавшую набок шапку. — Я нечаянно.
— Нечаянно, — передразнил его Сергей. — Поди уже несколько раз проводил старый год. Нос прям такой, что и красить не надо.

Дед Мороз посмотрел на свой нос и даже потрогал его. Обычно детям он нравился. Да и взрослые вроде не жаловались.

— Я бы хотел исправить это недоразумение, — ещё раз извинился дед Мороз. — Как насчёт подарка?

Сергей не успел ответить, как дед Мороз продолжил.

— Я вижу, что вы совсем потеряли веру в Новогодние чудеса. Я могу исправить. Я помню всё, что вы хотели и желали, но... — дед Мороз развёл руками в рукавицах, — Что-то сбылось, что-то нет. Не всё от меня зависит. Иногда желания такие, — дед Мороз даже присвистнул. — Но в этот раз обещаю. Мне неловко, что я так неожиданно появился перед вами. Ваше желание сбудется.
— А почему не три? — Сергей пытался вытереть кофе с пальто.
— Ну, — дед Мороз задумался. — Пусть будет три. Главное не прогадайте. Скажите: «Я бы очень хотел, чтобы...» а потом загадывайте. Можно даже не ждать полуночи.

Сергей закончил оттирать своё пальто и поднял взгляд, чтобы посмотреть на этого странного деда. Но того уже не было. Как неожиданно появился, так неожиданно и исчез. Сергей посмотрел по сторонам и, выбросив стаканчик в мусорку, пошёл в офис.

— Идиот. Пальто теперь испорчено, — ещё раз оглянулся он на улицу перед тем, как зайти. — Где их только набирают? Надо было узнать, что за фирма, чтобы неустойку потом предъявить.

Офис продолжал заканчивать свой рабочий год, и Сергей, сев за свой стол, снова посмотрел на часы. Время замерло.

— Я бы очень хотел, чтобы этот рабочий день уже закончился, — пробурчал Сергей и открыл на компьютере таблицу, чтобы занести туда уже почти прошлогодние данные из отчёта.

— Кондратьев! — послышался голос начальника. — Зайди!

Сергей, предчувствуя нехорошее, поднялся из-за стола и пошёл в кабинет Аркадия Андреевича.

— Вызывали? — прикрыл он за собой дверь.
— Да, — Аркадий Андреевич кивнул. — Я смотрю, у тебя вроде как всё в порядке с отчётами. Можешь идти домой. Всё. С наступающим.
— С наступающим, — всё ещё не веря, промямлил Сергей. — Домой? Точно?
— Иди, пока не передумал, — руководитель, не глядя, махнул рукой.
Сергея два раза просить не надо было. Собрав свои вещи, не прощаясь, он пулей вылетел из офиса.

Перед домом он зашёл в магазин. Набрав стандартный Новогодний набор холостяка, он направился к кассам. Очередь медленно продвигалась вперёд. Люди тоннами сгружали на ленту продукты. Возникало ощущение, что праздновать они собирались несколько дней и как минимум в составе сборной по футболу. Сергей посмотрел на свою корзину, и ему стало немного тоскливо. Счастливые семейные ячейки готовятся из последних сил к Новому году. Когда Сергей добрался до кассы, настроение было вообще паршивым. Улыбка продавщицы забивала последний гвоздь.

— Возьмите товары по акции, — весело щебетала она, пробивая товар. — Кофе, шпроты. Не хотели бы вы взять конфет?
— Я бы очень хотел, чтобы вы заткнулись и продолжили меня обслуживать молча, — Сергей нервно складывал пробитые продукты в пакет.

Кассирша тут же заткнулась и, убрав улыбку с лица, молча продолжила сканировать продукты с ленты.

Сергей шёл с пакетом домой. Сейчас он придёт, включит телевизор и, открыв бутылку коньяка, начнёт ждать бой курантов. Возле подъезда сидел Витка. Друг детства и одноклассник. Они с самого детства жили в одном подъезде. После школы их пути разошлись. Серёга поступил в Бауманку, а Витька мечтал быть военным. Вот и поступил. Затем служба, армия, горячие точки. Успел жениться и завести двоих детей. Так они и кочевали всей семьёй по стране и не только. В общем, виделись редко. Вот теперь вернулся. Правда с тяжёлыми ранениями. Обе ноги были сильно перебиты и шанс на восстановление был ничтожно мал. Всё, что ему оставалось, так это передвигаться на коляске и надеяться на свои силы и может немного на чудо и врачей. Как и где это произошло, рассказывать он не любил, но Серёга догадывался. И сам не лез с расспросами.

— Привет, Витёк, — Серёга поставил пакет на снег и сел рядом на лавочку. — Как настроение Новогоднее?
— Живём, — Витька улыбнулся. — Катька там с детьми стол готовят. Меня выпроводили. Говорят, сами справимся. И сюрприз какой-то готовят. Иди, говорят, погуляй пока.
— Да уж, — Серёга тяжко вздохнул. — А меня вот пораньше с работы отпустили. Домой иду. Праздновать, — усмехнулся он, кивнув на пакет. — Ты как сам? Норм? Справляешься? Ну, там помощь какая, может, нужна?
— Да всё путём. Пандус вот управляющая компания сделала, уже хорошо. Это я поначалу переживал. Думал, как моим со мной таким? Обуза ведь. Инвалид, — разоткровенничался вдруг Витька. — Боялся из госпиталя домой лететь. Катька всё порывалась ко мне, но я запретил. А сейчас вижу, что всё хорошо. Но... — Витька замолчал, — Я бы очень хотел, чтобы было всё ещё лучше, но... — Витка наклонился к Серёге и хлопнул его по плечу. — Врачи говорят, шансы есть. Верь в чудо. Так что всё хорошо. Русские не сдаются.

«Я бы очень хотел, чтобы... — в голове Серёги эхом отозвались эти слова. — Что-то знакомое. Точно. Тот странный дед что-то там бормотал про желания. Три желания. Скажи: Я бы очень хотел, чтобы... и потом загадывай».

Серёга вспомнил, что именно это он проговорил в офисе: «Я бы очень хотел, чтобы этот рабочий день уже закончился». Именно поэтому его Аркадий Андреевич вдруг так легко отпустил. Значит, ещё два желания осталось. Хотя... Серёга тут же вспомнил, как он в магазине ляпнул кассирше, чтобы она заткнулась.

— Вот же я дурак! — Серёга хлопнул себя по лбу.
— Что с тобой? — не понял Витька.
— Не обращай внимания, — Сергей поднялся и начал собираться. — С наступающим! И это. Вить. Верь в чудо. Я только что понял, что чудеса случаются.
— Верю, — улыбнулся он в ответ.

Сергей забежал домой и, бросив пакет на пол, не разбирая, отправился на кухню. Встал перед окном и задумался.

«Последнее желание. Не прогадать, — думал он про себя. — Как же глупо я использовал два первых. Кто бы знал?» Внизу Витка всё так же сидел в своей коляске. С неба начал падать пушистый снег.

— Точно! — Сергей засиял, поняв, что ему надо загадать. Снова одевшись, он побежал вниз...

Дед Мороз сидел и перебирал входящую почту. Необходимо было отсортировать желания по мере того, как очередной часовой пояс встречал Новый год. Некоторые приходилось отправлять в «отказать», но большая часть перемещалась в папку «спам». Их даже рассматривать было глупо. В «исполнить» чаще попадали детские желания. Они были не такими замысловатыми и чаще всего добрыми и порою даже не для себя. В папке «на контроле» осталось неисполненным одно желание, которое может прийти до полуночи в том городе. Он удивился, когда Сергей так глупо использовал своё первое желание. Но ещё больше его разочаровало второе. Оставалось третье. Что бы там Сергей не загадал, он обещал ему исполнить. Но дед Мороз надеялся на лучшее...

Сергей точно знал, чего он теперь желает. Он снова вернулся домой и приготовился загадывать.
— Я бы очень хотел, чтобы мой билет Новогоднего тиража в один миллиард рублей оказался выигрышным.
На столе перед ним лежал билет лото Новогоднего тиража. Суперприз был миллиард рублей...

Спустя год. 31 декабря.

Виктор сидел дома перед телевизором, по которому шёл предновогодний прямой эфир «Однажды под Новый год». На кухне суетилась Катька, готовясь к очередному Новому году. Никаких изменений с ним за этот год не произошло. Врачи продолжали давать обнадёживающие прогнозы. Но нужно было либо много денег, либо чудо. Рядом с ним сидела младшая дочь Настя.

— Итак, — объявил ведущий с экрана, — А у нас очередной гость. Встречайте! Сергей! Победитель прошлогоднего Новогоднего тиража в лото. Сергей выиграл один миллиард рублей. Нам пришлось, конечно, попотеть, чтобы его найти, но сегодня он с нами!

В студию вошёл мужчина. По внешнему виду нельзя было сказать, что он миллиардер, пусть и рублёвый. Осунувшийся и не очень счастливый.

— Знакомьтесь, — продолжил ведущий, — Сергей Кондратьев! Победитель прошлогоднего тиража. Миллиардер!
— Был, — поправил ведущего Сергей.

— Ого! Кать! Иди сюда! — Витька позвал жену. — Смотри! Это же Серёга! А я думал, куда он пропал после прошлого Нового года. А он, видишь? Миллиард выиграл.

Катька села рядом.
Серёга рассказывал с экрана, как ему повезло в прошлом году. Как он встретил странного деда Мороза и про три желания. Как он глупо использовал первые два и как загадал третье. Затем про то, как деньги вскружили голову, и он пустился галопом в счастливую жизнь. Путешествия, машины, недвижимость. Новые друзья и вечеринки. Безумные вложения в безумные, но многообещающие проекты, по словам новых друзей. Дорогие вещи, часы и всё-всё-всё. Такое, что он даже не заметил, как стал должен больше, чем имеет. Жизнь на широкую ногу и необдуманные вложения привели его в долговую яму. Шальные деньги вышли боком. Сейчас у него нет ничего. И даже ещё должен.

— Прям постарел твой Серёга, — констатировала Катя.

А Серёга продолжал жаловаться на свою неудачу.

— Ну а вот сейчас? — ведущий пододвинулся к нему ближе. — Вот если бы у вас сейчас было желание. Что бы вы загадали?

Сергей задумался...

Дед Мороз сидел и тоже смотрел эту передачу. Он знал, к чему привело желание Серёги, и немного переживал за него. Получается, что последнее желание было самым неудачным. Но по-другому дед Мороз поступить не мог. Если бы Сергей пустил выигрыш на пользу, на добрые дела, то ему сторицей бы ещё и вернулось. Но не вот это всё. Так нельзя. Своим трудом, как угодно, но такие подарки нельзя разбазаривать на праздность. Он тоже пододвинулся ближе к телевизору и приготовился слушать. Он даже был готов исполнить желание Сергея. Он очень верил в то, что Сергей Кондратьев многое понял. И сейчас он пожелает что-то хорошее. С экрана на него смотрел Серёга. Камера крупным планом взяла его задумчивое лицо.

— Если бы у меня сейчас было желание... — Сергей запнулся, — Я бы... — дед Мороз сделал погромче. — Я бы очень хотел, чтобы я выиграл и в этом Новогоднем тираже. Ведь в этом тираже разыгрывают два миллиарда, — глаза Сергей засияли, — Я бы раздал долги и выкупил бы свой дом на Мальте. Ну и...
— Тьфу ты! — дед Мороз выключил телевизор и снова вернулся к почте.

Виктор переключил канал на Новогодний концерт, а Катя пошла обратно на кухню.

— Пап, — Настя подвинулась к Витьке. — А миллиард — это много?
— Очень, — Виктор обнял дочь.
— А если бы ты выиграл миллиард? Ты бы на что его потратил?
— Я бы? — Виктор задумался. — Ну. Во-первых, я бы его не выиграл. Мне что-то не везёт с миллиардами.
— Ну дядя Серёжа же выиграл. Значит, и ты можешь. Или я. На что бы мы потратили?

Виктор задумался.

— Миллиард — это очень много. Раньше, до вас и до всего случившегося, я боюсь, что, возможно, поступил бы так, как Серёга. Ну, может, не так безрассудно, но, тем не менее.
— А два? — не отступала дочь.
— Понимаешь. Этой суммой можно очень многим помочь. Можно творить настоящие чудеса. Если деньги пришли так легко, то надо со смыслом их потратить. Сколько уже показывали вот таких, как Серёга, которых шальные деньги до добра не довели. Не для личного обогащения они даются. Есть много людей, которые нуждаются в частичке этих миллиардов. Можно помочь таким как я, – моим товарищам. Которым тоже пришлось столкнуться с трудностями. Так что сейчас я эти деньги пустил бы на помощь. Тем, кому она нужна. На лечение и на многое другое. Есть масса вещей, помимо дорогих машин и часов, в которых действительно нуждаются люди. Нуждаются тут, там, — Виктор замолчал. — Жаль, конечно, что у нас нет двух миллиардов, — он грустно улыбнулся и прижал к себе дочь. — Но мы и так вроде справляемся. А на себя лично мы и сами заработаем.
— Так давай купим билет? — не сдавалась дочь. — Может, нам, как дяде Серёже повезёт. Почему ему можно загадывать желание, а нам нет?
— А почему бы и нет? — Виктор улыбнулся дочери. — Вот тебе деньги, беги вниз в магазин. Там на кассе продают билеты. Выбери самый счастливый.

Настя взяла купюру и кинулась в прихожую одеваться.

— Ты куда это? — Катя выглянула с кухни.
— Я за миллиардами! — весело ответила дочь.
— О господи! Насмотрелись телевизора. Куда одна? Лиза пусть с тобой сходит.
— Я уже большая! — крикнула Настя, хлопнув дверью.

В кухню вкатил Витька.

— Пусть сбегает. Не маленькая уже. Да и магазин тут же, возле дома. Вон как глаза загорелись. Никакого подарка не надо, кроме билетика.

Выходя из магазина и пряча в карман билет, Настя столкнулась на ступеньках с дедом Морозом.

— А вы настоящий? — широко распахнула она от удивления глаза.
— Вроде да, — ответил дед Мороз. — Вон и нос красный у меня. Хочешь потрогать?

Дед Мороз присел и Настя, сняв варежку, осторожно прикоснулась к его носу.

— Можно я тебе кое-что подарю? — спросил он у неё.
— Подарок? — Настя обрадовалась и посмотрела на мешок.
— Можно сказать и так. Я хочу подарить тебе одно желание. Самое главное сказать: «Я бы очень хотела, чтобы...» и дальше загадываешь желание.
— Пока часы двенадцать бьют? — уточнила Настя.
— Ну. Давай так. Чтобы наверняка исполнилось, загадывай пока часы двенадцать бьют.

Вся семья Виктора была уже за столом в ожидании боя курантов. Виктор разлил взрослым шампанское, а детям лимонад. Речь президента заканчивалась.
С первым боем курантов все подняли бокалы. Настя во второй руке держала билет Новогоднего тиража.

— Я бы очень хотела, чтобы...

Дед Мороз сидел и разбирал почту. Пришло новое письмо. Увидев от кого, он, не читая, отправил его в папку «Исполнить». Он чувствовал, что за исполнением этого желания не стоит следить. Оно принесёт очень много добра.

Андрей Асковд

Cirre
Эта история произошла с Наташей в одну из самых волшебных ночей в году. В ту ночь, когда снег искрится по-особому ярко, когда звезды на небе сияют, словно гирлянды на ёлке, а запах мандаринов, кажется, пропитывает всё вокруг.

Но в тот раз волшебной она не была. По крайней мере, так думала Наташа. Перед этим, днём тридцатого декабря, пришли результаты анализов и она узнала, что ей никогда не суждено стать матерью.

— Хороший подарочек, — Наташа не могла молчать, складывая в термосумку необходимые продукты, — Женя, ну что ты молчишь? Ну скажи хоть что-то, ну, например, что бросаешь меня, что найдешь себе ту, кто нарожает тебе кучу розовощеких младенцев!!!

— Тебе лeчиться надо, Наташ, — вздохнул Женя, глядя на жену и скрестив руки на грyди.

— Я лeчилaсь, Женя!!! — взвизгнула Наташа.

— Я не в том смысле, — Женя многозначительно постучал себе по голове, показывая, что лeчить ей надо исключительно голову, а никак не противоположные места.

— Ты со мной, точно? Не хочешь остаться, привести бабу какую-нибудь? — предательская слеза выкатилась из глаза и покатилась по щеке.

— С тобой. Ещё удумаешь чего, не дай бог, — снова вздохнул Женя.

Зимой дачи почти пустовали. Лишь немногие, в большинстве своём те, кто совсем перебрался из города в дачный посёлок, нарушали звенящую тишину зимней ночи. Эти немногие ведь всё равно праздновали Новый год.

Дачный участок с добротным бревенчатым домом, который не так давно приобрели себе Наташа и Женя, находился на центральной улице посёлка. Проезжая к своему дому, супруги увидели свет лишь в нескольких окнах у соседей. В этих же окнах разноцветными огоньками переливались гирлянды, откуда-то издали слышался аромат шашлыка. Мимо прошла небольшая компания мужчин и женщин, видимо, спешили в гости.

Но тем не менее, несмотря на предновогоднюю суету, здесь было не так многолюдно, как в городе, а значит, Наташу ждёт та самая тишина, которую она искала и которая сейчас ей необходима, как и смена обстановки.

Женя понимал чувства Наташи и не лез с разговорами, не теребил открытую рaну. После того, как три года назад случилась беда, Наташа только и жила мечтой снова родить ребёнка. На этот раз в срок и здорового.

Но теперь мечта разрушилась окончательно.

Наташа всю дорогу молчала, и лишь только к концу пути задумчиво сказала:

— Значит, открою приют для бeздoмных животных, как и хотела...

Супруги припарковались у ворот и вышли из машины. Естественно, снег не был расчищен и Наташа провалилась в сугроб по самую щиколотку. Женя достал из багажника лопату и принялся расчищать дорожку, чтобы войти, а Наташа бесцельно смотрела по сторонам. Через дорогу домов не было, только белоснежная гладь поля сразу за полосой посадок. Над полем сиял белый диск луны, от чего снег искрился, словно тысячи звёздочек.

Соседки, Веры Дмитриевны, зимой на даче никогда не было. А жаль. Хорошая женщина, всегда подскажет, что да как сажать, как ухаживать, семенами, удобрениями поделится. Да и поболтать любит, истории разные интересные рассказывает... Стоп, что это?

Наташа присмотрелась и увидела, что на заборе, которым огорожен участок Веры Дмитриевны сидит, сжавшись комочком, её кошка, Даша.

Не может быть. Вера Дмитриевна женщина добрая, чуткая, она не могла так поступить!

Дачные животные — особая проблема. Люди заводят себе на летнее время кошку или собаку, пока живут на даче, а затем, с наступлением холодов уезжают, позабыв про четвероного друга. И отчего-то их сeрдце не бoлит, что живое существо медленно yмирает от гoлoда и холода...

Но Вера Дмитриевна не такая! Она каждое лето привозит Дашу с собой, обращается с ней как с принцессой: лучший корм, прививки, ветеринары, ласка и внимание. Даша у неё умница: скрашивает Вере Дмитриевне её одиночество, лeчит её, а ласковая-то какая!

Наташа стала медленно пробираться к забору по сугробам, приговаривая:

— Кис-кис-кис, Даша, иди сюда!

Но кошка сидела неподвижно, глядя куда-то сквозь Наташу. Женя увидел, что супруга пробирается к участку соседки и крикнул, отставляя лопату в сторону:

— Наташ, ты куда? Чего ты там увидела?

— Здесь Даша, кошка Веры Дмитриевны! Её нужно забрать, она замёрзнет!

— Какая кошка, ты чего? — удивился Женя.

Наташа снова повернула голову к забору, но на этот раз никакой кошки там не было.

Показалось? Наверное, последние события совсем выбили её из колеи. Вот, уже соседские кошки мерещатся!

Наташа усмехнулась сама над собой и побрела к своему участку.

*


К одиннадцати вечера Наташа накрыла нехитрый праздничный стол: оливье, селёдка под шубой, бутерброды с сёмгой и стейк. Посидели немного, проводили стaрый год, встретили новый. Наташа даже повеселела слегка, потому что такие вечера вдвоём напоминали ей начало их отношений: мечты, планы, лёгкий налёт романтики. Но тем не менее долго супруги не засиделись и вскоре легли спать.

Только вот поспать долго не удалось. Посреди ночи Наташа услышала ненавязчивый стук в окно. Кого же принесла нелёгкая в новогоднюю ночь так поздно, да ещё и в дачный посёлок? Не иначе, кто из соседей наотмечался и заблудился, перепутал дом.

Наташа неохотно выбралась из-под одеяла и прошлепала босыми ногами к двери.

— Кто там? — громко спросила Наташа.

За дверью молчали.

— Что за шутки? Кто там? — повторила Наташа.

Снова молчание.

Наташа, несмотря на страх, решила всё же проверить, кому и что понадобилось в новогоднюю ночь?

Она осторожно распахнула дверь и выглянула наружу. Её обдало лёгким морозцем, а в нос ударил запах coжжённых петард.

— Мяу, — донеслось со стороны калитки.

Присмотревшись, Наташа увидела Дашу, сидящую у калитки.

— Дашенька, кис-кис, иди ко мне! — Наташа присела на корточки, подзывая кошку. Та встала, но пошла не к Наташе, а дальше, в сторону калитки, постоянно оглядываясь и как бы приглашая Наташу идти за ней.

— Вот упрямая кошка! Кис-кис! — ещё раз попыталась Наташа подозвать животное.

Но кошка пятилась к калитке и оглядывалась, не подходя к Наташе.

— Куда ты меня зовёшь? — пробормотала Наташа, натянула сапоги прямо на голые ноги и пошла за кошкой.

Кошка вела Наташу через дорогу, в сторону посадок. Порядком нанырявшись в снег, Наташа наконец добралась до берёз, растущих в два ряда, и сразу же увидела следы, ведущие от поля в посадки.

Показалось, или она слышала тихий, жалобный писк? Наташа рассмотрела, что под одним из деревьев навалена куча грязных, стaрых тряпок. И именно оттуда слышится то ли мяуканье, то ли...

— Боже, там же ребёнок!!! — воскликнула Наташа и бросилась к месту, где валялось тряпьё. Она наклонилась, разворачивая тряпки, которые оказались стaрыми, драными куртками и обомлела: в них был завернут совершенно голенький младенец-мальчик нескольких дней от роду. Он уже не плакал, а тихонечко, жaлoбно пищал, видимо, отчаявшись дозваться маму и смирившись со своей незавидной судьбой...

*


Пoлиция и скорая приехали через несколько минут — ещё бы, такое ЧП, брошенный младенец в посадках! Когда скорая забирала мальчика, Наташа подошла к фельдшеру и спросила:

— Куда его повезут?

— Сначала в детскую бoльницу. А затем, когда пoлиция во всём разберётся, в дом малютки. Оттуда... Не знаю. Пока неизвестно, как малыш оказался в посадках.

Когда все уехали, Наташа села на краешек кровати и задумалась.

— Мы должны забрать его, — уверенно сказала Наташа, обращаясь к Жене.

Женя вопросительно посмотрел на жену.

— Мальчика?

— Нет, памятник Александру Сергеевичу! Конечно, мальчика. Разве хорошая мать оставит ребёнка в посадках? Даша оказалась лучше, чем его родная мать! Стоп, Даша!

Остаток ночи Женя и Наташа искали кошку, но той почему-то нигде не оказалось. Именно поэтому возмущённая Наташа прямо с утра набрала номер Веры Дмитриевны, и, когда та взяла трубку, без предисловий выпалила:

— Вера Дмитриевна, как вы могли бросить Дашу на даче? Она вообще герой, спасла новорождённого ребёнка от гибели!..

Но не успела Наташа договорить, как её перебила Вера Дмитриевна:

— Наташенька, солнышко, чего ты такое говоришь? Как ты могла видеть Дашу, если она покинула меня ещё осенью?

— В смысле? — озадаченно переспросила Наташа.

— Дашеньки моей больше нет. Ей ведь уже почти восемнадцать лет было. Ушла в октябре, солнечным денёчком, моя подружка на радугу. А что произошло?

Наташа коротко рассказала Вере Дмитриевне о ночном происшествии.

Вера Дмитриевна вздохнула и сказала:

— Значит, её добрая душа приходила к тебе, чтобы ты помогла бедному малышу. Добро чувствует добро, вот и позвала Дашенька тебя на помощь. Это судьба, Наташа.

Наташа в недоумении распрощалась с соседкой, предварительно извинившись.

— Женя, поехали в бoльницу! — решительно сказала она. Теперь она точно знала: то, что случилось сегодня ночью было не случайным. Она нашла своего ребёнка, пусть даже таким необычным способом.

*


— Мама, а какой подарок получила ты? — спросил Наташу светловолосый мальчик пяти лет. Он сидел на полу возле ёлки, распечатывая завёрнутую в блестящую бумагу коробочку. Туда Наташа и Женя предварительно положили игрушку, которую Витюша просил уже почти месяц. Как они могли отказать любимому сыну?

Наташа улыбнулась и ответила:

— Я получила свой самый лучший новогодний подарок пять лет назад. Этот подарок ты, сынок!

Мальчик улыбнулся и крепко обнял маму за шею, а Наташа поцеловала Витю в щеку и в очередной раз поблагодарила судьбу за то, что та послала ей такое чудо...

Автор: Светлана Аносова

Cirre
Главное желание

Валя знала: Дед Мороз может выполнить любое желание. Даже самое невероятное! Поэтому, когда писала письмо волшебнику, не стеснялась загадывать именно то, что хочет. В этот раз Валя попросила куклу-пупса с комплектом одежды.
Валя жила с мамой Олей, которая работала воспитательницей в их детском саду. Раньше с ними еще жила бабушка Вера, но она ушла к своему любимому Боженьке, с которым разговаривала каждый вечер, а последнее время и днем. Валя скучала по бабушке, но не просила, чтобы Боженька вернул ее назад. Мама сказала, что бабушке у него лучше. Что у него хорошие условия и лечение. Там бабушке вылечили ножки и у нее теперь никогда не болит голова. А если она вернется назад, к Вале, то снова заболеет. Валя не хотела, чтобы бабушка снова страдала и, когда становилось совсем грустно, смотрела на ее фотографию и разговаривала с ней.

Мама Оля была такой же доброй и ласковой как бабушка Вера. Валя очень сильно любила свою маму. И ее совсем не огорчало то, что у мамы маленькая зарплата и она не может позволить себе купить своей дочке те игрушки, какие есть у других детей из ее группы. Хотя, к своему стыду, иногда все-таки и завидовала новой кукле вредной Катьки или конструктору у друга Лёньки.

Лёнька, в отличии от Катьки, не был жадиной и всегда давал Вале поиграть своими новыми игрушками, а его мама постоянно угощала Валю вкусными конфетами. Они часто ходили друг к другу в гости. Девочка видела, как хорошо живет ее друг, но не завидовала. Знала: все это из-за того, что у Лёньки есть папа, а у нее с мамой нет.

Папа у Лёни тоже был хороший. Всегда брал с собой Валю кататься на горке или летом на дачу, если мама Оля не могла поехать с ними из-за работы. (Мам при каждой возможности старалась подработать няней в богатых семьях). Только глаза у Лёниного папы почему-то всегда смотрели на Валю виновато.

Одно Валя знала точно: придет волшебный праздник Новый год и она получит именно ту игрушку, о которой весь год мечтала! Добрый Дедушка Мороз становился ей папой. Пусть всего на одну ночь, но радости, полученной за эту ночь, хватало на целый год.

В этот день Валю забирала из садика мама Лёни, тетя Галя. Валю это не удивило – мама часто задерживалась на работе и когда она оставалась дежурить в младшей группе, Валю забирала тетя Галя.

Но в этот вечер все пошло не по плану. Тетя Галя сказала, что Валя будет ночевать у них. Девочка очень удивилась, она еще никогда не оставалась ни у кого ночевать. Мам считала это не приличным. Тетя Галя, пряча глаза, пояснила:

  • Валюш, видишь ли, твоя мама простыла и заболела. Чтобы тебя не заразить – она легла в больницу, а ты пока поживешь у нас.
  • А когда я ее смогу навестить?
  • Через несколько дней.

Дни бежали за днями, но Вале так и не разрешали навестить маму в больнице. Однажды ночью Валя проснулась от того, что сильно захотела пить. Она тихонько вышла на кухню и вдруг услышала тихий разговор родителей Лёньки.

  • Не кажется ли тебе, Галин, что пора отбросить в сторону эту гордость и позвонить ему? – шептал голос дяди Сережи, Лёнькиного папы.
  • Зачем? – возмущенно отвечал голос тети Гали. – Чтобы он еще раз понадсмехался над ней и бросил?
  • Он не бросал ее! Это она не захотела его видеть!
  • А кто после ТАКОГО захочет видеть?
  • Но ты же знаешь, что он может ей помочь!
  • Обойдемся! Как-нибудь сами справимся! Займем, обратимся в благотворительную организацию, организуем сбор.
  • Пока ты все это организуешь, Оля умрет!

Валя резко расхотела пить и бросилась в комнату, где ее поселили на время болезни мамы. Значит, у мамы не простуда! Значит, она смертельно больна! И кто этот человек, который может ей помочь, но тетя Галя не хочет к нему обращаться?

Валя не спала всю ночь. Плакала и думала. Плакала и размышляла, о ком была речь. Ей было все равно, как к этому незнакомцу относится тетя Галя и что он сделал. Валя готова была просить его, умолять, чтобы он помог маме.

Утром она подошла к тете Гале и сообщила:

  • Я все знаю. Про маму. Пожалуйста, отвезите меня к ней.

Тетя Галя побледнела, но просьбу Вали выполнила.

В маленькой, худенькой женщине с синими кругами под глазами, Валя с трудом узнала свою маму Олю.

  • Мамочка! Как же так? Почему ты мне ничего не сказала? Я не хочу, чтобы ты умирала!
  • Доченька моя, Валюша, – Ольга погладила девочку по голове слабой рукой, – ты не расстраивайся. Я уйду к бабушке и там выздоровею.
  • Но ведь мы тогда больше никогда не увидимся!
  • Я попрошу Боженьку, чтобы присматривал за тобой!
  • Я не хочу Боженьку! Я хочу тебя! – плакала Валя, не замечая, что переходит на крик. – Кто может тебе помочь? Почему вы с тетей Галей не хотите его об этом попросить?

Ольга встревоженно посмотрела на Галину. Та потупила взор.

  • Вы просто меня не любите! Я вам не нужна! – закричала Валя и выбежала из палаты.
  • Оль, может действительно, обратимся к Николаю? – несмело посмотрела на подругу Галина.
  • Я не хочу ничего просить у этого предателя! – Ольга отвернулась и по ее щеке скатилась слеза.

Валя, плача, выбежала на улицу. Она бежала, не разбирая дороги. Наконец, запыхавшись, остановилась и огляделась. Она находилась в каком-то парке с большой ёлкой. У ёлки сидел Дед Мороз, а к нему выстроилась очередь из детей разных возрастов. Валю осенило. Вот кто ей поможет! Она пристроилась в хвост очереди.

  • Дедушка Мороз, я знаю, что нельзя желать сразу два подарка, но ты можешь тот, который я у тебя просила мне не дарить! Я хочу другой!
  • Какой же? – прогудел Дед Мороз.
  • Я хочу, чтобы моя мама не умирала!

В очереди стало тихо. Мужчина, который стоял впереди Валя с маленьким мальчиком и в это время отходил от деда Мороза удивленно посмотрел на Валю.

  • Я знаю, она не хочет, чтобы ты ей помогал, но я тебя очень прошу: помоги! А то она уйдет к Боженьке и я останусь совсем одна! Тетя Галя с дядей Сережей не считаются – у них есть свой ребенок, Лёнька. Помоги, Дедушка Мороз, а?

Валя подняла на волшебника заплаканные глазенки. Дед выглядел растерянным. Очередь замерла в ожидании.

  • Я, хм.. Постараюсь.. – произнес Дед Мороз каким-то уж очень обычным, не волшебным голосом.
  • Спасибо... – Валя, отпустив голову, отошла от волшебника. Скорее всего, догадалась она, это не настоящий Дед Мороз, а актер. И он не сможет помочь маме. Валя опустилась в ближайший сугроб и заплакала.
  • Тебе разве не говорили, что нельзя сидеть на холодном снегу? – рядом с Валей раздался приятный мужской голос. Она подняла голову и увидела того мужчину, который стоял перед ней в очереди с маленьким мальчиком. – Не хочешь пойти с нами вон в то кафе и выпить по чашке горячего какао?
  • Мама никуда не разрешает мне ходить с незнакомцами!
  • А бегать одной по городу она тебе разрешает?

Валя замялась. Дяденька не похож был на злодея, но мама говорила, что не все злодеи похожи на злодеев. Но она точно ничего не говорила, что злодею могут быть с маленькими детьми.

  • Это ваш сын? – она кивнула на мальчика, который с интересом рассматривал ее.
  • Да. Его зовут Олег, а меня Николай. Можно просто дядя Коля. А тебя как зовут?
  • Валя. Валентина.
  • Ну так как насчет какао, Валя-Валентина?

Девочка оглянулась. В парке было полно народа, и в кафе, куда звал ее дядя Коля тоже. И она действительно сильно замерзла.

  • Хорошо.

Валя даже не знала, что так проголодалась. Когда дядя Коля заказал пиццу, она с жадностью съела два куска и виновато посмотрела на мужчину.

  • Извините. Я обычно веду себя прилично, – выдавила она, – да и пиццу давно не ела. Только на день рождения. Мы не можем часто баловать себя такими вкусными вещами.
  • А когда твой день рождения? – дядя Коля с интересом разглядывал девочку. Валя, разомлевшая от еды и горячего какао, рассказала все: и про бабушку Веру, и про маму Олю – воспитательницу, и про вредину – Катьку, и про доброго Лёньку и его родителей. Во время ее рассказа, взгляд дяди Коли становился все заинтересованней и тревожней, но Валя этого не замечала.
  • А сейчас мама заболела и может умереть, потому что не хочет обращаться к Деду Морозу, чтобы он ее вылечил. Не знаю почему, – закончила девочка и у нее на глазах выступили слезы.
  • Уверен, он ей поможет даже без ее просьбы. А теперь давай мы с Олегом отвезем тебя домой, а то твои друзья беспокоятся уже, наверное.

Валя ахнула. Тетя Галя, наверное, уже действительно очень волнуется!

  • Меня лучше в больницу! К маме! Тетя Галя там!
  • Николай?! – ахнула Галина, увидев брата мужа, но тот прижал указательный палец к своим губам, указывая глазами на Валю. Но девочка не обратила на это внимание, устремившись в палату к матери.
  • Мам! Извини меня пожалуйста! Но я сама попросила Деда Мороза, чтобы он помог тебе выздороветь! Я не хочу, чтобы ты уходила жить к Боженьке!
  • Хорошо! – слабо улыбнулась Ольга.
  • Ты не будешь меня ругать? Ты ведь не хотела к нему обращаться!
  • Просто я уже большая, а у Деда Мороза и так полно забот.

___________________________________________________

  • Ольга против, чтобы ты ей помогал! – шипела в это время на Николая Галина.
  • А мне плевать! Я не хочу, чтобы моя дочь страдала! – отвечал ей Николай. – Само провидение встретило нас сегодня и я узнал о болезни Ольги!
  • Ты вспомнил о дочери?
  • Если ты не помнишь, то мне запретили приближаться к ней под угрозой обвинения в изнасиловании!
  • И ты заделал себе нового ребенка!
  • Так получилось! Я был молодым дебилом. Но я бы ни за что не бросил ни Ольгу ни Валю, если бы она сама этого не захотела! И, поверь мне, я уже сполна расплатился за это! Ленка бросила меня, едва родив. Я сам был вынужден жить, не имея возможности хоть одним глазком взглянуть на свою дочь!
  • Зачем ты приехал?
  • Я здесь родился и захотел показать сыну свою маленькую родину.
  • Показал? Теперь убирайся!
  • Ну уж нет, Галина! Теперь вы от меня так просто не отделаетесь!

___________________________________________

Счастливая Валя сидела на стуле за столом и болтала ногами. Дед Мороз все-таки помог и мама выздоровела. Не совсем, но доктор сказал, что это дело времени. Мама нетерпеливо поглядывала на часы.

  • Мам! Ты же знаешь, что дядя Сережа с тетей Галей всегда приходят после курантов, а сейчас только пол двенадцатого! Давай уже садись! Мне не терпится попробовать все, что ты приготовила!

Но мама так и не садилась. Ровно без пятнадцати раздался звонок в дверь.

  • Я открою! – закричала Валя и первая кинулась в прихожую.

На пороге стояли дядя Коля и Олег.

  • Здравствуйте! – удивленно воскликнула Валя. – А вы как здесь? Заблудились?
  • Нет, мы специально пришли, чтобы передать тебе подарок от Деда Мороза! – улыбнулся дядя Коля, но взгляд его был устремлен за спину Вали. Там стояла ее мама. – Здравствуй, Оля!
  • Здравствуй, Коля, – тихо ответила Ольга и улыбнулась.
  • Вы знакомы? – удивилась Валя.
  • Да, дочь. Дядя Коля – твой папа. Просто он очень долго не мог найти к нам дорогу.
  • А благодаря тебе, Валюш, нашел! – и папа Коля подхватил девочку на руки.

Автор Вера С.


Cirre
Новый год
Кот сидел возле подъезда. В этом доме он жил много лет вместе со своей старой бабушкой. Как она его любила. Души не чаяла. Внутри затарахтел маленький трактор, объезжая его сердце. Стало тепло и хорошо. Но ненадолго. Когда умерла его старая хозяйка приехало очень много людей.
Вот только пока она была жива никто не появлялся. А теперь её похоронили и все разошлись разъехались и он остался один. Дверь в квартиру закрыли и он остался на улице. Большой, старый серый кот сидел прямо у подъезда где он раньше жил со своей хозяйкой. Зимний холодный ветер трепал густую шерстку, а люди проходили мимо спеша по своим неотложным делам.

Все куда-то бежали, озабоченные своими срочными пробле-мами. А кот сидел и смотрел на них. Люди несли домой подарки, ведь сегодня был праздник Новый год. Живот заурчал и очень захотелось есть и одновременно в туалет. Но разве можно сходить в туалет если нет лотка с песочком? Разве же коты могут просто пописать на улице? И кот с удивлением посмотрел на проходящих мимо людей, но никому не было дела до него. Некому было ответить на его немой вопрос.

Он прилег на холодную землю и закрыл глаза. Ему некуда было идти. Вечерело и пошел снег. Он быстро таял на теплой шерстке и скоро кошачья шубка заледенела. Стало жутко холодно. В окнах домов зажегся свет и оттуда доносились весёлые голоса и вкусный запах. Живот особенно сильно забулькал. Но есть было нечего.

Зимняя пурга закрутила свою вьюжную карусель и упавший снег мчался вдоль улиц заметая всё на своём пути. Раздался шум и кот поднял голову вверх. В небе взрывался фейерверк. Город на несколько минут осветился заревом этих праздничных минут и коту показалось что наступил день. Но вслед за светом праздника пришла кромешная тьма и холод. Улицы были пустынны, все праздновали в своих теплых квартирах. Кот закрыл глаза и приготовился к своей последней ночи.

«Ничего, – ничего думал он, – помучаюсь сейчас а потом станет тепло и я обязательно увижу бабушку.

Кто – то подошел. Кот открыл глаза и посмотрел. Прямо напротив него были ботинки огромного размера. Вот так даже лучше решил он, просто один удар и всё. Но тут чьи то руки подхватили его и подняли вверх.

  • Вот ты!!! – где раздался неожиданно мягкий голос.

Кот открыл глаза и увидел большущего мужчину, который был среди приехавших на похороны его бабушки.

  • А мы тебя уже обыскались. Весь Новый год всей семьёй по двору бегали. Это я виноват. Думал, что жена тебя возьмет, а она думала, что я. Вот так и получилось, ты уж не сердись, – и огромный человек вдруг бросился бежать куда-то неся кота под мышкой.

Кот смотрел по сторонам и дома пролетали мимо. Они остановились возле машины и открыв дверь, большой человек положил кота на соседнее сидение и достав ворох свои футболок стал вытирать его холодную, мокрую шерстку.
  • Вот только вытру тебя, чтобы не простыл и поедем, – бубнил он себе под нос.

Потом положил на сиденье теплое полотенце и закутал им кота. Машина завелась и они помчались по заснеженным праздничным улицам. А здоровый мужик крутя руль одной рукой держал в другой телефон и кричал в него своим удивительно мягким голосом полным нескрываемой радости:

  • Ласточка, рыбочка я нашел его! Да, нашел!! Н-А-Ш-Е-Л!!! Где был? Да прямо у подъезда и лежал. Да не волнуйся, всё с ним в порядке. Будем через пару минут и все вместе встретим Новый год! – торопливо говорил мужчина, неловко прижимая плечом к уху сотовый телефон.

Он обернулся на кота, чтобы сказать ему что-то, но увидел, что тот уснул. Кот спал и улыбался во сне. И не смейте мне говорить, что коты не умеют улыбаться. А где то внутри по маленькому кошачьему сердечку ездил трактор и тихонько тарахтел.

Так что не говорите мне что в новогоднюю ночь не случаются чудеса. Конечно случаются. Ещё и как случаются. Надо толь-ко немножко помочь им случиться и их будет очень много...

ОлегБондаренко
Замёрзший кот у подъезда обрёл новый дом

Cirre
Новый год (Сказка на ночь)

31 декабря Баба-Яга с Кикиморой ждали новогодних подарков. На улице стоял крепкий мороз, зато в избе тепло с лихвой давали паровой котёл и многотопливная плита, на которой с утра готовилось угощение.
— Подлещика хочу, — подал голос чёрный кот Бегемот, доставшийся Яге от исландской великанши Грилы.
Кот научился говорить по-русски, почти избавился от акцента и вечерами, если телевизор отказывался работать, развлекал хозяйку пересказом исландских саг.
— Мотя, ты сегодня уже четыре сожрал, — напомнила Яга.
— Куда только лезет, — неодобрительно проговорила Кикимора.
Показав старухам язык, кот развалился на подоконнике и принялся разглядывать ночное небо, временами подсвечиваемое зеленоватыми сполохами северного сияния. До Нового года оставалось три часа. Традиционно Дед Мороз одаривал нечисть в последнюю очередь, но лишь в том случае, если она не вредила людям. Яга с соседями без подарков не сидели. Самым замечательным было то, что Дед Мороз со Снегурочкой подарки для нечисти выбирали на свой вкус, всегда попадая в точку.
Включился старый «Славутич», начал показывать «Голубой огонек» 1968 года. Старухи смотрели его, пока не расслышали в лесу перезвон бубенцов. Бубенцы уверенно вызванивали камаринскую, звон быстро приближался и, по мере приближения, к нему добавлялись мягкий перестук копыт, скрип полозьев и конское похрапывание.
Бабки выскочили из избы секунда в секунду, чтобы встретить тройку снежно-белых коней.
— С наступающим! — из нарядных саней выбралась Снегурочка.
Старухи загомонили, невпопад приветствуя дорогую гостью, помогли вытащить увесистые коробки с подарками.
— Прошу в избу, — пригласила Яга, — холодца отведай.
— Холодец — это хорошо, — призадумалась Снегурочка, — однако жарко у вас там... Ну ладно!
Она вынула из саней толстостенный стеклянный термос с наклейкой «ОСТОРОЖНО: ЖИДКИЙ АЗОТ», открыла, глотнула и поднялась в избу по деревянной лестнице, которую смастерил Леший.
Усадив Снегурочку за стол, бабки принялись разбирать подарки. Водяному, который пребывал в спячке подо льдом, предназначалась камера для подводных съемок, его мавкам досталась бижутерия, жабе Ираиде — новая цепочка для кулона. Как обычно Яга обещала передать озёрному народу подарки в апреле, после пробуждения. Кикимора взвизгнула от восторга при виде пергаментного двухтомника «Краткой волшебной энциклопедии», Яга извлекла из коробки страйкбольные очки — незаменимейшую вещь для скоростных полетов на метле — и удивилась, увидев вторую коробку с подарком.
— Это часы с кукушкой, — отвлеклась от холодца Снегурочка. — Кукушка волшебная.
Сняв слои упаковочной бумаги, Яга вытащила мастерски сделанные часы в виде терема. В чердаке терема красовалась фигурная дверца.
— Просыпаешься ночью, в избе темно, а тебе хочется время узнать, — заговорила Снегурочка. — Тамара Георгиевна, который час?
Фигурная дверца отворилась, оттуда высунулась кукушка и чётким голосом профессионального диктора отозвалась:
— Двадцать три часа четырнадцать минут.
— Ух ты! — одновременно восхитились Яга с Кикиморой.
Яга повесила часы на стену. Выяснилось, что они отлично держатся на любой поверхности безо всяких приспособлений.
— А мне подарок? — мяукнул кот.
— Не заслужил, — отрезала Снегурочка. — Будешь себя хорошо вести — в следующем году получишь, — она хлебнула жидкого азота и вернулась к холодцу.
— Я могу песенку спеть... — угасшим голосом пробормотал Бегемот.
— Дай ему авансом что-нибудь, — попросила Яга. — Праздник всё же.
Снегурочка пристально посмотрела на кота.
— Пой, — кивнула она.
Расправив лапой длинные усы, кот откашлялся и мягким баритоном запел:
— Рысью, рысью, берегом песчаным, уплывает солнце за холмы...
Старинную исландскую песню Бегемот исполнил душевно, поэтому, дослушав, Снегурочка зааплодировала, что-то пошептала в кулак, повела руками, и перед котом шлёпнулся подлещик.
— Тамара Георгиевна, который час? — испытала кукушку Яга.
— Двадцать три сорок одна, — отозвалась волшебная птица и сварливо добавила: — а на циферблат посмотреть зрение не позволяет?
Бабка хмыкнула.
— Меньше хами, — предупредила кукушку Снегурочка, — не то придёт Кощей и спросит, сколько ему жить осталось.
— Кстати, какой подарок получил Бессмертный? — заинтересовалась Кикимора.
— Набор юного взрывотехника, — ответила Снегурочка, увидела изумленные лица старух, засмеялась и сказала: — Шучу. Ему Дед презентовал сказочный фейерверк и коллекционную модельку «Харлея».
— Где Дед-то? — спросила Яга.
— С Лешим остался, — отведав винегрет, Снегурочка показала Яге большой палец, — дискутируют на тему проходимости гусеничной техники. Дед на твою избу насмотрелся, хочет что-то подобное.
— Ко-о-о-о-о... — проворковала изба.
— Лучше аэросани, — заговорила Кикимора. — Классный агрегат!
Во дворе возмущённо зафыркали лошади.
— А традиции?! — встряла Яга.
— А прогресс? — возразила Кикимора.
Начался спор. Увлекшись, диспутантки не следили за временем, пока Яга не опомнилась:
— Тамара Георгиевна, который час?
— Без десяти минут Новый год, — кукушка мрачно посмотрела на Снегурочку вначале одним глазом, потом, повернув голову, другим. — И эти десять минут длятся довольно долго.
— Ай!!! — Снегурочка вскочила. — ДЕД!!
Чтобы наступил Новый год, ровно в полночь с 31 декабря на 1 января Дед Мороз должен стукнуть посохом и провозгласить: «С Новым годом!». Судя по всему в этот раз Дед о своих обязанностях забыл.
Снегурочка, Яга и Кикимора оказались в санях одновременно, белоснежные кони тут же рванулись вперёд. Лес расступался перед тройкой и смыкался за санями.
— Как сглазили! — кричала Снегурочка. — В прошлом году задержались на шесть минут, потому что Дед к финскому дружку Йоулупукки заскочил, напились вместе и заснули. Еле разбудила. Говорила ведь — не пей с финнами.
Красиво вписавшись в крутой поворот, кони вылетели к дому Лешего. На освещенном гирляндами крыльце стояли виноватый лесной хозяин и очень-очень виноватый Дед Мороз.
— Внучка, я извиняюсь, — покаялся Дед, стукнул посохом и громко сказал: — С Новым годом!
... В избе Яги часы, сдвинув стрелки на 12-ти, мелодично зазвонили. Кукушка Тамара Георгиевна высунулась из терема, нашла взглядом кота:
— Эй, мохнатый, на всякий случай напоминаю: я волшебная, меня есть нельзя.
Ничего не ответив, Бегемот стряхнул с усов рыбью чешую и сел на подоконнике. За окном черное небо расцветало первыми огнями сказочного фейерверка — Кощей Бессмертный тоже встречал Новый год, неизвестно какой по счету.

© Ольга Вэдер

Cirre
Paсписание на новогoдние кaникулы

31 дeкабря
Так, oливье дорeзала, курица гoтова, пюре готoво, фрукты пoмыла, квартиру убрала, платье пoгладила, башку помыла, ноги побрила. Елка, тварь, еще раз упадешь – скормлю тебя бешеной корове! Ну, где же вы, гости дорогие, я как раз в праздничном новогоднем настроении -проходите, блин, садитесь, жpите! Ну, что – за нoвый год? Чин-чин!
1 января.
Дивaн. Хoлодильник. Диван. Хoлодильник. Диван. Холодильник. Чарoдеи,
гардемарины, катарсис. Интересно, кто из гoстей запер кoшку в посудомоечной машине? Холодильник. Диван. Диван. Диван.

2 янвaря.
Здравствуйте, гocти дорогие! С вас мартини и мандарины, с меня оливье и елка. С праздником! Елка, тварь, стоять! А то скoрмлю тебя бешеным гoстям. Кошку не видeли?.. Странно. За новый год!

3 января.
Диван. Хoлодильник. Дивaн. Холодильник. Диван. Але, привет! К тебе? Нууу: это же надо движения сoвершать: Ну хорошо, еду. А у тебя жратваеще осталась? Ок, тогда с меня мартини и мандарины. Предлагаю тост: ну, сaми знаeте!

4 янвaря.
Покакать бы. Я сoстою из оливье, а вместо мозга у меня мандарины. Надо сделать пepeрыв, пойти прогуляться, попить минералочки: Ой, здрасьте! Какими судьбами? Мимо бежали, решили заглянуть, водки хряпнуть, погреться? Ну, пpоходите: За нpвый год? Ну, давaйте.
Видела, как кoшка сама залезает в посудомоечную машину и запирается изнутри – надо завязывать с пpaздниками.

5 января.
Мам, пап, привет. С новым годом вас, дорогие, всего вам пpeвсего! Мама, сжалься, если я съем твoего холодца, я тресну прямo на ваш праздничный стол или у меня желудок через уши на волю полезет. Нет! Никаких салатиков! Я беременна оливье – хотите такого внука? Ну вот и оставьте меня тихо дышать в прoход и сoжалеть о своей никчемной жизни: Шампанского выпью, но только в качестве обезболивающего – я же знаю, что живой из-за вашего стoла не вылезу!

6 января.
Сегодня у нас сoчельник, надо встретить светлый праздник как полагается! Так, oливье дорезала, курица готова, пюре готово, фрукты помыла, квартиру убрала, платье погладила, башку помыла, ноги побрила. Здравствуйте, гости дорогие, проходите: оставьте елку лежать, у нeе, как у всей страны, спячка. Ну, с наступающим вас! Мнe не наливать! Ну, если тoлько чуть-чуть, символически: За Рождество! И за нoвый год, конечно, же. Рoждество главнее? Ну, давайте еще раз за рoждество! И за нoвый год, чтоб он на нас не обиделся. За рождество и нoвый год вместе, чтобы никому не было oбидно? Давайте!

7 января.
Але, привет! Вы едете ко мне гадать? Ну, давайте: Тoлько мартини не привозите, а то меня на суженого-ряженого стoшнит. Выйду замуж в этом году, рoжу ребенка, уеду за границу – отличный результат! За это надо выпить. Есть водка и минeралка – предлагаю прoдолжить гадание, мне еще надо денег в будущем году и здоровья, чтоб каникулы пережить! Прeдлагаю тост: ыыыыы

8 января.
Так, все, завтра на рабoту, пора прихoдить в себя. Кошка, выходи, я больше не буду! Здрасьте, вы oпять ко мне? Слушайте, завтра на работу, имейте совесть! Чай будете? С тoртом. Коньяк принесли? Ну хорошо, чайную ложку в чай – и больше ни-ни! За нoвый, блин, год. Ух ты, какой чаек вкусный! Кoму еще налить?..

9 января.
Так: Это мoе рабочее место. Вoт только вопрос – кем я работаю? У меня где-то дoлжна быть дoлжностная инстрyкция.

Как страшно жить!


Cirre
Новогоднее чудо
Лёха и Виталик, два конюха в конном клубе, с опаской смотрели на коня. Багдад прижал уши и угрожающе повернулся к ним задом, когда эти двое попытались зайти к нему в денник (стойло).
— Совсем ополоумел, старый дурень! — бушевал Лёха, ловко уворачиваясь от копыта, нацеленного ему в ногу.
— Четвертый день беснуется, — поддакнул Виталик, ставя ведро с водой в денник и на бегу закрывая дверь.
— Куда Серафимка запропастилась? Пусть сама с этим демоном управляется, — продолжал бушевать Лёха. — Давно пора его на колбасу отправить. Всё нянчится с ним.
— Так нет ее, — Виталик почесал рукой в затылке. — Говорят, горе у нее какое-то приключилось. Кажись, помер кто-то...
— Это мы помрём от копыт этого зверюги, —- проворчал Леха, грозя Багдаду кулаком. — Новый год сегодня, а мы с этим дурнем возимся.
— Чего делать-то будем? — спросил Виталик, беря в руки вилы.
— А чего мы могём?! — Лёха развел руками.

— Что здесь происходит?
Оба молодца вздрогнули от неожиданности. Виталик выронил вилы, отскочив в сторону, с недовольством посмотрев на девушку.
— Ты чего так пугаешь, Алёнка! — Лёха окинул хмурым взглядом девушку.
— Пугливые вы мои, — улыбнулась Алёна, поднимая вилы и ставя их к стене. — Что с Багдадом случилось?
— На колбасу его пора! — Лёха снова погрозил кулаком коню. — Кидается, в денник не пускает. Лягнул вчера так, что искры из глаз посыпались.
— Может, заболел? — забеспокоилась Алёна, открывая дверь денника.
— НЕТ!!! — в один голос закричали добры молодцы.

Алёна вопросительно посмотрела на конюхов, которые были готовы оттащить ее от двери денника Багдада.
— Вы чего?! Это же Бусенька, друг всех детей нашего клуба, — Алёна открыла дверь, и конь кинулся на нее, прижав уши.
— Осторожнее! — завопил Виталик, толкая девушку в сторону и захлопывая дверь.
Алёна схватилась рукой за стену, обретая устойчивость в ногах. Она в недоумении смотрела на коня, демонстративно повернувшегося к ним крупом.

— Действительно, заболел, — произнесла девушка, доставая телефон из кармана куртки.
— Серафиме Святославовне надо сообщить бы, — пробормотал Виталик.
— Не до этого ей сейчас, — Алёна отрицательно покачала головой. – Вчера Барсика не стало.
— ЧТО?! — в один голос переспросили конюхи.
— Болезнь съела его за месяц, — Алёна нажала вызов на телефоне.
— Жалко котяру, — взгрустнул Лёха. — Серафима Святославовна часто привозила его с собой. Он как собачонка за ней следовал везде. Хороший кот был, умный.

— Алло! Филипп? У нас Багдад заболел. Можешь сейчас приехать? Хорошо, жду, — Алёна вернула телефон в карман куртки. — Восемнадцать лет ему было, — Алёна задумчиво посмотрела на коня. — Может, он чувствует, что его друга не стало? Барсик любил сидеть у него на спине, даже верхом позволял катать себя.
— Ага, как не затоптал его, непонятно, — Лёха потер ушибленное колено.
— Между ними связь незримая была, это факт, — Алёна кивнула головой в сторону коня. — Через час ветеринар приедет. После осмотра будем решать, стоит ли беспокоить Серафиму.

*

— Басенька, не уходи! — взмолилась Серафима, утирая рукой слезы.
— Пора мне хозяйка, пора, — Барсик потерся мордочкой ярко-рыжего окраса о руку Серафимы. – Ты не печалься из-за моего ухода. Я прожил в любви и заботе долгую жизнь, благодаря тебе. Не каждому коту выпадает такое счастье.
— И как же продолжится жизнь без тебя? А Буся, твой друг? Что с ним будет? — рыдала Серафима.
— С Бусей всё будет хорошо, — отмахнулся Барсик от возражений хозяйки. — И у тебя все будет хорошо. Ты, главное, Филиппа на расстоянии не держи. Разве не видишь, как он смотрит на тебя?
— Филипп? — Серафима слегка покраснела.
— Вот-вот, — Барсик улыбнулся с озорным огоньком в глазах. — Без прощального подарка тебя, хозяйка, не оставлю.
— Не нужны мне подарки, никто не нужен, лишь бы ты был рядом, Басенька, — Серафима прижала к себе Барсика, целуя его между рыжих ушек. — Никто тебя не заменит!
— Два прощальных подарка, — уточнил Барсик, лукаво улыбнувшись. — Прощай хозяйка, ты самая лучшая!

*

Серафима проснулась. Подушка под щекой была мокрой от слез, которые бежали по бледным щекам. Приложив ладони к глазам, Серафима попыталась успокоиться.
— Нужно взять себя в руки, — прошептала девушка, вспоминая печальные события вчерашнего дня.
Ее любимец, Барсик, покинул этот мир. Жестокая болезнь унесла его, источила всегда здоровый организм. Ветеринар предлагал усыпить его, но она не смогла. Сама ставила ему уколы, чтобы уменьшить боль верного друга.
— Где бы ты сейчас не был, Басенька, никогда тебя не забуду, — прошептала Серафима.

Завтракать Серафима не стала. Быстро собравшись, она спустилась на парковку.
— Сима, с тобой все в порядке? — с беспокойством спросила соседка, поднимаясь по лестнице.
— Всё хорошо, — Серафима вымученно улыбнулась.

Забравшись в машину, она положила голову на руль, собираясь с силами...
Три дня она не была на работе, верно ухаживая за Барсиком. Вспомнилось, как Барсик сопровождал ее на конюшню, где весь персонал баловал рыжего озорника. Даже ворчун Лёха любил посидеть с котом на лавочке, возле конюшни, ведя задушевные беседы.
Справившись с эмоциями, Серафима выехала с парковки и за полчаса добралась до конного клуба.

*

— Серафима, ты как? — участливо спросил Филипп, столкнувшись с ней возле входа в конюшню.
Серафима посмотрела на Филиппа и вспомнила слова Барсика из своего сна. Неужели такое возможно, чтобы кот открыл ей глаза на то, чего она не замечала? Или не хотела замечать?
— Алёна рассказала мне про Барсика, — продолжил Филипп, открывая ворота конюшни и пропуская Серафиму вперед. — Сочувствую.
— Вчера ушел, — коротко ответила Серафима, стараясь сдержать слёзы. — А ты зачем здесь? Сегодня же Новый год.
— Алёна попросила приехать, что-то с Багдадом случилось.
— Буся? — переспросила Серафима, направляясь к деннику своего коня.

— Серафима Святославовна, примите наши соболезнования, — трагическим голосом произнес Лёха, ведя дежурство возле денника Багдада.
— Благодарю. Что с Бусей? — Серафима подошла к деннику.
— Бес в него вселился, уж четвертый день как, — Лёха даже смотреть не хотел на коня. — Кусается, лягается, безобразное поведение!
— Чувствует он, что Барсика больше нет, — прошептала Серафима, открывая дверь денника.

Багдад прижал уши, повернув круп к двери.
— Буся, это я, мой хороший, — Серафима протянула коню кусочек морковки. — Иди сюда, Бусенька.
Конь навострил уши, узнав голос хозяйки. Вытянув шею, он принял угощение, позволяя хозяйке погладить себя по морде.
— Ну вот, а вы говорите: взбесился конь, — заметила Алёна, подходя к деннику.
— Буся, нельзя пугать конюхов, — пожурила коня Серафима. — Тебе по возрасту уже не положено так вести себя.

Конь уткнулся носом в руки хозяйки, кося глазом на открытую дверь.
— Следит, чтоб не прошмыгнул кто-нибудь, — заметил Лёха. — Охраняет вход.
— Охраняет, — повторила Серафима, вспомнив, как Буся точно так же никого не впускал к себе в денник, охраняя раненого Барсика. Как он получил вывих задней лапки, теперь уже никто не узнает.

Серафима внимательно осмотрела денник. В углу, возле кормушки, лежало сено, которое Буся почему-то не стал есть.
— Что не так с сеном? — спросила Серафима у Лёхи. — Почему Буся не притронулся к нему?
— Мы три дня не даем ему сено, он не пускает, — пожал плечами Лёха. — Кто его разберет, чем не угодили.
— Буся, отойди в сторонку, — Серафима попыталась отстранить коня в сторону, но он не двигался с места. — Лёха, закрой дверь, — попросила Серафима.
— Вы чего? Затопчет же, выскочить не успеете! — Лёха отрицательно покачал головой.

Серафима захлопнула дверь прямо перед Лёхой, не имея сил спорить с ним. Она физически ощутила, как конь расслабился и отошел в сторону, словно приглашая хозяйку подойти ближе к вороху сена.
Похлопав коня по шее, Серафима подошла ближе, услышав, как Лёха громко вздохнул. Наклонившись над сеном, Серафима в удивлении посмотрела на Мурку — пятнистую кошку с соседней конюшни, с двумя рыжими котятами, уже открывшими глазки.
Мурка уютно расположилась со своими детками, сделав из сена теплое гнездышко. Не было сомнений в том, кто был отцом этих близняшек.

— Два подарка... — прошептала Серафима, вспоминая сон и слова Барсика. — Твои подарки приняты, мой друг.
— Ну, что там? — в нетерпении спросила Алёна.
— Здесь Мурка с двумя рыжими котятами, — отозвалась Серафима. — Принесите коробку. Ты молодец, Буся!

Виталик принес коробку, куда постелил полотенце. Серафима осторожно погладила Мурку, не зная, как мама-кошка отреагирует на это незваное вторжение человека.
Мурка разрешила себя погладить и аккуратно перенести в коробку вместе с котятами. Серафима вышла из денника Багдада, крепко держа в руках коробку.

— Кто у нас тут? — Алёна наклонилась над коробкой. — Точная копия Барсика, даже лапки белые!
— Новогоднее чудо какое-то, — Лёха тоже склонился над котятами.
— Моё новогоднее чудо, — Серафима улыбнулась. Улыбнулась искренне, впервые за последние дни. Слеза счастья скатилась по ее щеке.
— Прощальный дар Барсика, — Филипп улыбнулся Серафиме.
— Самый ценный его дар! — Серафима улыбнулась в ответ, прижимая к себе коробку с ценным содержимым.

*

Пусть этот Новый год принесёт новогоднее чудо в жизнь каждого питомца.
С наступающим Новым годом, друзья!

Автор Илона Швандер
Конь Багдад охраняет кошку с рыжими котятами

Cirre
Старый Год
До Нового Года оставалось всего несколько часов и людей на улицах было очень мало. Да и те спешили домой, чтобы скорее сесть за праздничный стол. Поэтому никто не обращал внимания на маленького мальчика, который стоял в тени Главной Елки на площади города. А если и обращали, то, возможно, думали, что родители мальчугана где-то недалеко и держат в поле зрения своего ребенка.
Однако, пожилой мужчина, который вел за руку краснощекого малыша, так не думал. Он подошел к нему и встревоженно спросил:

— Парень, что ты тут делаешь один? И где твои родители?

— Дома... — ответил мальчик. Он находился еще в том возрасте, когда на прямые вопросы отвечают честно. Или не отвечают вовсе.

— Почему ты не дома? — удивился старик. — Скоро начнется праздник, а твоя мама наверняка беспокоится оттого, что ты не рядом с ней. Уверен, что ты самовольно сбежал сюда и не сказал ей ни слова.

По лицу мальчика было видно, что все так и есть — сбежал, не предупредив. Иначе, кто бы отпустил пятилетнего ребенка на улицу одного на ночь глядя.

— У меня тут важная встреча, — упрямо ответил мальчик, — А маме я нарисовал записку. Тем более, они все равно с папой собирались прийти к Елке, после того, как начнется Новый Год. И меня обещали с собой взять. Ничего страшного в том, что я пришел сюда пораньше.

— А если бы ты пришел сюда через несколько часов уже вместе с родителями, разве что-то изменилось бы? — вздохнул старик и поправил на своем малыше, которого держал за руку, шапку.

— Но ведь когда я приду сюда с родителями, Старый Год уже уйдет! — с отчаяньем ответил мальчик, — а мне очень нужно его увидеть и поговорить с ним!

Малышу уже явно надоело стоять смирно рядом с дедом, и он нетерпеливо топтался на месте, дергая старика за руку. Тот опять поправил на нем шапку и устало спросил:

— Зачем же тебе нужен этот Старый закончившийся год?

— Потому что он забрал мою бабушку! — воскликнул мальчик и его глаза наполнились слезами, — все вокруг говорят: «Пусть Старый Год заберет все плохое...» Но моя бабушка не была плохой! Она была очень хорошей и доброй. Она пекла мне вкусные пирожки и рассказывала сказки. А еще она летом обещала свозить меня в деревню и показать настоящих овечек и как пчелы делают мед...

— А ты хочешь убедить Старый Год вернуть тебе бабушку? — печально улыбнулся старик. Мальчик кивнул. Стало теперь понятно, почему он пришел именно к главной Елке. Куда же еще может заглянуть Старый Год перед тем как уйти восвояси и оставить мир для Нового Года?

— Твоя бабушка всегда очень любила ухаживать за овечками, — неожиданно начал рассказывать старик, — еще ее собственная бабушка научила состригать шерсть и прясть пушистые нитки, из которых получаются отличные носки и очень теплые варежки. А отец ее держал пасеку и готовил превосходный, самый сладкий в округе мед. Но жизнь заставила рано покинуть родной дом и переехать в город.

Голос старика журчал подобно ручью на прогалине. Он как будто рассказывал интересную долгую историю. Мальчик заслушался, и слезы перестали литься из его глаз. Даже непоседливый малыш перестал подпрыгивать на месте и взялся за дедову руку.

— А когда бабушка начала болеть, она очень захотела вернуться в дом своего детства, туда, где постоянно лето и пчелы жужжат над цветами, собирая сладкий нектар. Но ей некого было попросить — у дочери была своя жизнь и работа, а внук, которого она очень любила, было много очень серьезных дел — нужно было расти, учиться, обзаводиться новыми друзьями... Тогда она попросила единственного, кто мог бы ей помочь — такого же старика, как и она сама — по имени Старый Год. И он помог ей добраться до дома, где ей сейчас очень хорошо...

— Значит, это все-таки Старый Год забрал мою бабушку, — упрямо сказал мальчуган. — Вместе со всем плохим. Мою хорошую бабушку.

— Старый Год не сортирует на хорошее и плохое, — улыбнулся старик, — он все подряд забирает в место, под названием Память. А что помнить — хорошее или плохое — это уже выбирать самому человеку. Зато Новый Год взамен тоже что-то приносит. И сам человек выбирает, что взять у него в подарок — хорошее или плохое...

Старик посмотрел на часы и огорченно сказал:

— Уже время. Мне пора. Но ты не переживай, сейчас за тобой прибежит твоя мама. Она уже нашла твою записку...

Старик еще раз поправил шапку на краснощеком малыше и, попрощавшись, пошел прочь. Однако, у малыша, неожиданно возникла совершенно другая идея. Он вырвал руку, вернулся к оставшемуся возле Елки мальчику, приподнялся на цыпочки и что-то прошептал ему на ухо. А потом снова попрыгал к ожидавшему его деду.

— Слава Богу, ты здесь! Как я волновалась, — к мальчику подбежала взволнованная женщина, по всей видимости, его мама. — Что тебя надоумило убежать из дома, без спроса? Хорошо, что я нашла твой рисунок, — она была настолько рада, встретить своего непослушного непоседу, что даже не ругала его. А лишь крепко обнимала, чтобы убедиться, что с ним все в порядке.

— Мама, мне очень нужно было поговорить со Старым Годом, пока он не ушел, — оправдывался мальчик.

— Ну и как, поговорил? — спросила мама.

— Поговорил, — подтвердил мальчик. — Я спросил его про бабушку, и он сказал, что у нее сейчас все хорошо. А еще я знаю, что в новом году у меня появится маленькая сестричка.

— Откуда ты знаешь? — невольно воскликнула женщина, потом запнулась и рассмеялась.

— Мне сам Новый Год сказал, — улыбнулся в ответ мальчуган.

Маленькие снежинки, висели, переливаясь в воздухе. Город жил ожиданием праздника. А по улицам ночного города неторопливо брел Старый Год. Он уже передал все свои дела своему маленькому приемнику и уходил в свою загадочную страну под названием Память.

Автор © Ирина Подгурская

Cirre
Найденыш
Зима в Великом лесу выдалась очень холодной. Все лесное зверье попряталось в свои норы, не решаясь высунуть нос из убежищ. Давно не было таких холодов. Это были времена, когда звери обладали разумом и собственными чувствами.
В глухом Чернолесье, одном из многочисленных участков Великого леса, жил старый снежный барс.
Великолепная, лоснящаяся шерсть. Гордые и желтые, как драгоценный янтарь, глаза, горели на хищной морде. Острейшие клыки, что можно было порезаться просто глядя на них. Движения были исполнены такой грации, что даже озерная фея покрывалась красными пятнами от зависти. Хитрый охотник, прирожденный убийца, тем не менее, был всегда один. Его не заботили отношения стай или родственные узы. Именно поэтому он и выбрал себе убежище в самой далекой части Леса. Здесь он был сам по себе, знал каждую тропку, и каждое деревце. От чахлых кустов ракиты до вековых дубов.
Жуткий холод и мороз не заботили барса. Денно и нощно, по распорядку, он выходил на охоту, и не было еще дня, когда он возвращался налегке. Так случилось и в этот раз.

Облачко пара еле вырывалось из широких ноздрей благородного животного. Неслышно ступая по скрипучему снегу, барс выслеживал добычу. Где-то рядом был крупный олень. До ушей доносилось его громкое пофыркиванье и треск веток под огромными копытами.
Осторожно двигаясь, барс обогнул ствол поваленного дерева. Олень был прямо перед ним. Гигантский кот затаился в снегу. Даже дыхание остановило свой ход. Олень, почуяв неладное, всхрапнул и попятился, беспокойно вертя головой из стороны в сторону. Тишина была нарушена громким звуком, раздавшимся от поваленного дерева. Барс гигантским прыжком оседлал рогатого. Клыки по старой памяти нашли сонную артерию и вцепились намертво в податливую кожу. Охотник прервал очередную жизнь.

Кот легонько фыркнул, вцепился в заднюю ногу и одним широким движением оторвал ее от туши. Со своей добычей он быстро помчался в родную пещеру.
Вдруг его слух потревожил далекий писк. Он раньше никогда не обращал внимания на подобные звуки. Мало ли зверья в Великом лесу. Но этот звук выделялся слишком явной нотой отчаяния. Сбросив оленью ногу в снег и прикопав ее ветками, барс двинулся к источнику шума. Удивление его было велико.

На красном снегу недавно разыгралась сущая бойня. В разрытой земле лежала огромная волчица. Мощная спина не вздымалась и шкура начала покрываться робким снежком. Кот презрительно фыркнул и повернул назад, как вновь раздался слабый писк. На холку мертвой волчицы вскарабкалось нечто.
Покрытое красными сосульками, оно скулило и смотрело на хищника. Волчонок. Маленький, слабый и нелепый. Барс быстро понял, что произошло. Волчица защищала щенка. Охотники (или кто-то еще) быстро прикончили огромного зверя, не потрудившись посмотреть себе под ноги. И маленькое, выжившее недоразумение сидело и смотрело на удивленного кота.
Снежные барсы, как и все кошачьи, не любят собак, волков, и прочих представителей песьего вида. Кот развернулся и потрусил за припрятанной ногой оленя. Волчонок скоро погибнет, так какая разница ему.

Писк следовал за котом. Развернувшись, тот увидел маленькую проблему, которая, забавно перелезая через бурелом, пыталась бежать за барсом. Этого кот не стерпел. Зашипев в угрожающей манере, он с удовольствием отметил испуг на крохотной мордочке. Но малыш не повернул назад.
Волчонок сидел, махал своим облезлым хвостом, и высунув язык смотрел на барса. Смущенно муркнув, большой кот вернулся за своим трофеем и, вцепившись в мясо, потащил дальше. Изредка оглядываясь, он смотрел, как волчонок, пыхтя и кряхтя, пытается бежать за ним. Кот приподнял бровь, думая, что делать с каноничным врагом его рода. Решив, что щенок отвалится по пути и погибнет, кот удовлетворенно засопел и быстро побежал вперед.

Придя к своей пещере, он лапой разбросал листья и сухие ветки, и затащил внутрь свою добычу. Повернувшись же, остолбенел. Глупый волчонок сидел на своем заду, и вновь помахивая хвостом, смотрел на великого барса. Кот молча отодвинулся в сторону и, махнув лапой, пригласил щенка зайти в пещеру, отбросив блуждающие мысли. Найденыш, однако, остался сидеть перед входом и только тявкнул на кота. Подумав, что это ни в какие ворота уже не лезет, барс, подойдя, схватил волчонка за загривок и сам занес в пещеру. Счастливо повизгивая, тот убежал вглубь темной норы. Сокрушенно вздохнув, кот закидал валежником вход и потопал вслед за волчонком.

Спустя какое-то время, барс разделывал большую оленью ногу, и, отрывая сладкие куски, мгновенно их проглатывал. Мохнатое недоразумение сидело рядом и облизывалось. Пренебрежительно, кот швырнул щенку косточку и вернулся к трапезе. И сколь велико было его удивление, когда маленький прохвост, отбросив кость, ковыляющей походкой подошел к мясу, и, помогая слабыми лапками, стал отрывать маленькие кусочки. За что получил легкую затрещину мохнатой лапой от хозяина. Подмяв под себя щенка, барс осторожно начал его вылизывать, и постепенно шерсть найденыша приняла здоровый каштановый оттенок. Насытившись и умыв своего подопечного, кот, довольно урча, подвинул остатки к жадно глядящему на них волчонку. Ешь, мол, пока я добрый. Ответ на приглашение не заставил долго себя ждать. И, пока хозяин укладывался спать, малыш отрывал маленькие кусочки, уютно поскуливая.

Перебирая события прошедшего дня, барс постепенно засыпал, пока не обнаружил, что маленький гость, ворча, пытается залезть на спину царственного животного. Мявкнув, кот отшвырнул от себя надоедливый комок легким движением спины. Не помогло, маленькие лапки вновь заскользили по шерсти. Отчаянно посмотрев вверх, кот оставил все как есть. Маленькие – такие упорные. Поворочавшись немного, волчонок улегся на загривке хозяина. Тот удовлетворенно наслаждался маленьким теплом сверху и ритмичным молоточком его сердца. И в эту ночь спал на удивление спокойно.
Утро принесло с собой запах лесной свежести и необычное ощущение под боком. Открыв глаза и изогнувшись, огромный кот зевнул так, что хрустнули позвонки. Маленький гость тихо сопел свернувшись рядом. Барс обнял его лапой, ощутив слабое поскуливание и дрожь. Замурчав, он улегся вновь. Еды было много, даже для двоих. Можно и отдохнуть.

Так волчонок и остался. Несколько раз барс пытался убежать, но маленький комок шерсти постоянно его находил. В итоге хищник решил оставить надоеду рядом. И по мере его взросления котом овладевали чувства – что будет, когда щенок вырастет в матерого волка. Убийцу... Мотнув головой, он забросил эти мысли в самый дальний угол Чернолесья.

Следующей зимой звери могли видеть картину, как старый снежный барс выходил на охоту с гигантским волком. И велико было их изумление, когда большой барс мурчал, если волк терся о его бок. И если волк падал на спину, то забавно сучил лапами от шлепков кота по животу.

...Быстрый бег сквозь лес утомлял барса. За ним тянулся красный след. След его крови. Прихрамывая, кот стал задевать деревья, а кусты своими ветками немилосердно рвали его белую шубу. Громкий сигнал рога за его спиной вспугнул сидящих на ветвях птиц, жалящие стрелы впивались в снег тут и там. Одна из них уже торчала в боку старого охотника.

Он чуял конец, глаза подернулись мутной пленкой, и хищник упал на снег, тяжело дыша. Топот людских ног набатом звучал в его ушах. Завалившись набок, он подставил морду жалящему зимнему солнцу, которое пробивалось сквозь голые ветви.

И внезапно солнце закрыла чья-то тень. Пахло кровью и злобой. Кот приоткрыл глаза и увидел: его волчонок, вымахавший в гиганта, немилосердно рвал охотничьих собак. Охотники не рисковали подойти ближе. Неземной рев исходил из волчьей пасти. Стрелы отскакивали от лоснящейся шкуры. Мощными ударами лап он вспарывал все живое, что попадалось ему на глаза. Одного взгляда на лежащего барса хватало ему, чтобы ярость умножилась в сотни раз.
Через мгновение на поляне воцарилась тишина. Только бушевавшая злость еще висела сладким запахом в воздухе. Тень вновь загородила солнце и начала слабо поскуливать. Барс, открыв один глаз, увидел волка, которого мысленно продолжал именовать надоедой. Резкая боль в боку вернула его на землю. Волк держал в пасти черную стрелу. Отбросив ее рывком головы, он бережно и медленно потащил барса за собой. Сознание большого кота угасло, и он забылся тяжелым сном.

Хищник проснулся в своей норе и ощутил, что бок отчего-то горяч. Подняв слабую голову, он увидел, что найденыш заботливо вылизывает выступающую кровь, а рана закрыта какими-то зелеными листьями с очень приятным ароматом. Рядом лежала большая гора свежего мяса, которую волк не преминул подтолкнуть барсу. Кот моргнул и благодарно фыркнул, легонько коснувшись морды своего друга.

...Зима уступила права весне. Лес проснулся от ледяного плена. Ветви покрылись зеленоватым пушком, в котором виднелись задатки будущих листьев. Робкие подснежники ютились у корней мрачных дубов, заставляя тех поневоле улыбаться старыми и сморщенными губами под жесткой корой. Зверье радовалось приходу долгожданного тепла.
А на большом холме, мягко щурясь под весенним солнцем, стоял огромный волк. Красивая каштановая шерсть и грозный взгляд делали его царем этих земель. Оглянувшись назад, он завилял хвостом поднимающемуся к нему хромому барсу с убеленной мордой. Барс был подслеповат и так и не оправился до конца от раны, нанесенной черной стрелой. Но, как и раньше, довольно терся о бок своего найденыша. Иногда, шутя, мягко шлепал его слабой лапой.

Автор: Гектор Шульц
Снежный барс воспитал волчонка, который спас его

Cirre
Новогоднее чудо
Маленькая черная собачка сидела, вжимаясь в картонную коробку у стены дома, и смотрела на спешащих прохожих. У них был повод спешить – наступил последний день декабря...
Но малышка не знала о приближающемся празднике, времени волшебства, чудес и подарков, в ее карих глазах плескалось отчаяние и страх — сегодня она осталась одна... Одна на всем белом свете!
Холод постепенно пробирался сквозь ее взъерошенную шерстку, сковывал ледяными пальцами. Худенькое тельце дрожало... Нужно было двигаться, искать тепло, спасаться, но у собачки не было сил, да и желания — зачем все это теперь, когда не осталось ни одной родной души?
Она опустилась на дно коробки, совсем не защищавшей от метели, поджала под себя лапки и прикрыла глаза. Спасти ее сейчас могло только чудо...
Новогоднее чудо...

*

Они родились весной у обычной пестрой дворняжки, всю жизнь сидевшей на цепи во дворе частного дома. Приплода никто не ждал и не планировал, но какой-то особо шустрый кобелек нашел, видимо, лаз в заборе...
Хозяину на малышей было наплевать, он и в доме-то не каждый день бывал, жил в квартире. Так что его цепную собачку частенько подкармливала сердобольная соседка.

Она же стала кормить и четверых щенков, когда те подросли и маминого молока им стало не хватать. Соседские дети возились и играли с симпатичными малышами. И всем придумали клички.
Самого крупного и серьезного рыжего щенка назвали Шмель, его почти белый, с пятнышками на спинке братик получил кличку Мотылек, а двух сестричек, черную и рыжую, назвали Муха и Оса.

Детство у щенков было счастливое и беззаботное. Они носились по двору веселой ватагой, спали в одной будке с мамой, под ее теплым бочком, и пусть питались зачастую объедками или жидкой похлебкой, но не голодали, да и не знали, что бывает по-другому.
Хозяина побаивались, когда он приезжал, старались не попадаться ему под ноги. Зато заслышав звонкий детский смех, со всех ног бросались к калитке, чтобы облизать чумазые щечки и получить свою порцию ласки.

Дом был выставлен на продажу. Иногда хозяин приезжал не один — чужие люди ходили по двору, осматривали каждый угол. Храбрый Шмель пытался охранять и облаивал незнакомцев, Мотылек бежал за братом, но больше из любопытства. Муха и Оса осторожничали и жались к маме. Они знали, что недовольный хозяин может и запустить чем-нибудь.

В один из таких дней приехали очередные незнакомцы. Дом они не купили, но зато забрали Мотылька. Очень уж им приглянулся веселый белый щенок.
— Какой хорошенький! — восхитилась молодая женщина и спросила у хозяина: — Щенков тоже продаете?
Он равнодушно пожал плечами:
— Так забирайте. Хоть всех...

*

К концу лета подросшая компания стала выбираться за ворота — исследовать большой внешний мир. А мир этот, к сожалению, таил множество опасностей. И не было рядом мамы, чтобы научить, предостеречь, защитить...

Шмель на улице вел себя смело, где-то даже нахально. Он облаивал прохожих, машины, собак. Однажды метрах в пятистах от дома он обнаружил... ее величество помойку! После этого он взял за правило ходить туда каждый день.
Муха и Оса далеко от дома не отходили, людей опасались, собак тем более. Доверяли только соседским ребятишкам и самой соседке, доброй женщине, носившей еду им и их маме.

Шмель в одно из своих похождений не вернулся домой. Что с ним стало: отравился ли, обидели собаки или люди, а может, машина... никто этого так и не узнал.
Две сестрички взрослели, но оставались маленького размера, видно, тот ловкач, их папа, пробравшийся во двор, был совсем невелик.

*

Прошла осень. Муха и Оса уже отлично знали окрестности и соседских собак, а потому смело гуляли за пределами двора целыми днями. С наступлением холодов пустая похлебка быстро «проваливалась» и они рыскали в поисках съестного.
А тем временем покупатель на их дом все же нашелся. В один из декабрьских дней, когда Муха и Оса снова ушли на промысел, хозяин приехал, чтобы вывезти оставшиеся вещи, и забрал их маму. Уж куда он ее, уличную собачку, пристроил, неизвестно...
Вернувшись, две сестрички не обнаружили во дворе никого...

Той ночью они пытались уснуть в будке, тесно прижавшись друг к другу, но без маминого теплого бока было непривычно, холодно и страшно. На следующий день соседка почему-то не пришла их кормить и они вновь отправились на обход ближайших помоек, а когда вернулись...

У ворот стояла чужая машина, во дворе сновали незнакомые люди, но, самое главное, когда они тихонько, вдоль забора пробрались к своей будке, чтобы посмотреть, не появилась ли их мама, на них неожиданно бросилась здоровенная собака!
Муха и Оса еле увернулись от страшных зубов, шмыгнули за забор и долго еще бежали по улице, сами не зная куда. Одно было ясно: дома у них больше не было.

*

Пару недель несчастные маленькие собачки скитались по улицам городка. Чтобы выжить, им пришлось перебраться поближе к центру: там и еды на помойках больше, и возле магазинов и столовых было, чем поживиться, а также имелись теплые подъезды, подвалы и закутки, где можно худо-бедно, но согреться.
Одна беда — на все эти злачные места было довольно много претендентов, таких же, как они, бездомных и никому не нужных собак и кошек. И борьба за эти теплые местечки шла нешуточная.

В силу небольших размеров сестренкам приходилось отстаивать свои права даже у кошек, а от средних и крупных собак вовремя улепетывать.
Они всегда держались вместе, спина к спине, и это их выручало. Пока одна рылась в отбросах, вторая смотрела в оба, чтобы не проморгать надвигающуюся опасность.
Людям ни Муха, ни Оса не доверяли, не подходили, прятались. Им казалось: так надежнее, безопасней. А дни становились всё холоднее, и бедняжки спасались лишь тем, что согревали и поддерживали друг друга.

Но однажды, когда Муха обследовала мусорные баки, а Оса «охраняла» периметр, к помойке вдруг нагрянула стая собак. Псы были неместные, почти все крупные, видимо, в поисках еды прибежали из ближайшей станицы.
Собаки появились одновременно с разных сторон, и когда Оса тревожно тявкнула, бежать уже было некуда. В ужасе Муха забилась под мусорный бак. Стая ее не заметила, потому что все внимание голодные псы переключили на ее сестру.
Та пустилась наутек, собаки, лая и нетерпеливо скуля, за ней. Когда всё стихло, Муха выбралась из укрытия и осторожно двинулась по следу – искать сестру.
Через пару кварталов следы собак разошлись в разные стороны, а родной запах Осы просто оборвался...

Она бродила по городу целый день, но всё тщетно. От смятения и одиночества Муха забыла о еде, да и теплые местечки все были заняты. Одна, без любимой сестренки, она не решилась сунуться в знакомые подвалы, а потому устроилась прямо на улице, забившись в пустую картонную коробку.

Так она и просидела там остаток дня, глядя на спешащих по своим делам прохожих, пока крепчавший мороз не погрузил ее в обманчиво-сладкое забытье. Муха уже не чувствовала голода и холода, ей привиделись сестренка, братишки и мама, а в ушах звенел чистый детский смех, радовавший ее маленькое сердечко...

*

Смех раздавался всё ближе, манил, заливаясь серебристым колокольчиком. Муха открыла глаза, с трудом и неохотой выныривая из своих видений.
Мимо нее по опустевшей улице проходила пара — молодой человек нежно и заботливо обнимал свою спутницу, а она смеялась так чисто, по-детски, стараясь скрыть свое смущение.

Каким-то шестым чувством Муха понимала, что если сейчас она не бросится к ним в ноги с мольбой о спасении, то следующего утра не увидит. И пусть она потеряла всех, но жажда жизни, заложенная изначально в каждом живом существе, все же победила...

Юноша замер, чуть не наступив на маленькую черную собачку, появившуюся из ниоткуда. Его спутница тут же наклонилась и протянула руки к дрожащему существу – собачка позволила себя взять.
— Никит, она просто ледяная! — воскликнула девушка.
А он уже расстегивал свой пуховик:
— Давай ко мне за пазуху. Сейчас, малыш, отогреешься...

Они пошли дальше. Парень осторожно придерживал найденыша, а девушка говорила без умолку:
— Никита, это просто чудо какое-то! Ты не представляешь, как мама обрадуется такому подарку! Жулька прожила с нами восемнадцать лет и месяц назад ее не стало... И я всё думала, как бы подарить маме щенка, чтобы она перестала горевать по Жуле, а она всё отнекивалась... Ну теперь-то собачка для нее сама нашлась! Всё, мы почти пришли.

Они свернули во двор, старые пятиэтажки приветливо и уютно светили разноцветными гирляндами. Никита волновался, он впервые шел знакомиться с мамой Насти. Но удивительно, маленькая собачка, доверчиво прижавшаяся к его груди, успокаивала.

— Мамулечка, привет, с Наступающим! — защебетала Настя. — Мы принесли тебе лучший подарок! Никита, проходи, знакомьтесь...
Юноша стеснительно топтался в прихожей, не решаясь расстегнуть пуховик. Мама обняла дочь, на глазах блестели слезы:
— Ребята, я так рада, что вы пришли! Проходите! Только вот лучший подарок мне сегодня судьба уже подкинула, когда я за продуктами ходила...

По паркету в гостиной зацокали коготки, в дверях показалась заспанная рыжая мордашка. Настя тихо ойкнула и вопросительно взглянула на Никиту, а он еле успел подхватить Муху — она сорвалась на пол с его рук.
Глядя на радостную и трогательную встречу двух сестричек, Настина мама вытирала слезы:
— Ой, ребята, не знаю, что было с этими малышками, — говорила она, — но для них сегодня точно случилось главное новогоднее чудо!

Автор Анна Рыбкина
Бродячие сёстры-собачки нашли дом под Новый год

Cirre
Ёлочка

Зимa былa вoлшeбнoй. Ужe всё вoкруг укрытo тoлстым, пушистым, бeлoснeжным oдeялoм, a снeг всё пaдaл и пaдaл. Oн искрился в мoрoзный сoлнeчный дeнь и свeркaл aлмaзнoй рoссыпью пo вeчeрaм в oбрaмлeнии уличных фoнaрeй. Нeбoльшoй гoрoдoк гoтoвился к встрeчe Нoвoгo Гoдa.
Нa oкнaх дoмoв пoявлялись бумaжныe снeжинки и мишурa, витрины мaгaзинoв пeрeливaлись рaзнoцвeтными oгoнькaми гирлянд. Пo вeчeрaм нeтeрпeливыe житeли гoрoдкa зaпускaли фeйeрвeрки и всe с вoсхищeниeм слeдили, кaк высoкo в нeбe рaспускaются нeбывaлoй крaсoты цвeты, a пoтoм их лeпeстки лeтeли вниз мeрцaющим звeздoпaдoм. Для встрeчи Нoвoгo гoдa в мeстных мaгaзинчикaх скупaлoсь нeмыслимoe кoличeствo прoдуктoв, слaдoстeй и игрушeк. Из пaкeтoв и сумoк, спeшaщих дoмoй житeлeй гoрoдкa, слoвнo нaрисoвaнныe яркoй aквaрeлью нa бeлoм вaтмaнe зaснeжeнных улиц, выглядывaли oрaнжeвыe aпeльсины, крaсныe яблoки, жeлтыe груши и зeлeныe султaны кoричнeвых aнaнaсoв.
В квaртирaх пaхлo ёлкaми, вaнилью и мaндaринaми. С aнтрeсoлeй снимaлись кoрoбки с нoвoгoдними игрушкaми, с дeдaми Мoрoзaми и Снeгурoчкaми.

В oднoм из дoмoв этoгo гoрoдкa, в мaлeнькoй уютнoй квaртиркe, жилa oчeнь милaя стaрушкa Eлeнa Пeтрoвнa. Oнa былa oдинoкa, дни eё жизни были пoхoжи друг нa другa. Нo стaрушкa нe унывaлa, всeгдa нaхoдилa, чeм сeбя зaнять: дoмa пoрядoк нaвeсти, в пaркe прoгуляться, зa прoдуктaми схoдить или вoт нoсoчки oсeнью связaлa сeбe, a сeйчaс дoвязывaeт тёплыe рукaвички.

Сeгoдня Eлeнa Пeтрoвнa, кaк всeгдa, прoснулaсь в 7 утрa. Срaзу пoднялaсь, сунулa нoги в мeхoвыe тaпoчки, нaкинулa тeплый хaлaтик и пoдoшлa к oкну. Oткинув кружeвную зaнaвeску, пoлюбoвaлaсь бoльшими, тихo пaдaющими хлoпьями снeгa и, oпирaясь нa трoстoчку, пoсeмeнилa нa кухню.

Oтключив гaз пoд зaкипeвшим чaйникoм, зaвaрилa чaй, дoстaлa бaтoн, рaзлoжилa пo тaрeлoчкe нaрeзaнный сыр. В чaшeчку с гoрячим чaeм дoбaвилa мoлoкo и пoзaвтрaкaлa.

Нaдeв oчки, дoлгo сидeлa с зaдумчивым видoм нaд тeтрaдным листoчкoм, сoстaвляя списoк пoкупoк. Нa кaлeндaрe 31 дeкaбря, сeгoдня будeт вoлшeбнaя Нoвoгoдняя нoчь и Eлeнe Пeтрoвнe хoтeлoсь кaк-тo oсoбeннo oтмeтить этoт прaздник. В слaдкoм, oбычнo, oнa сeбя oгрaничивaлa, нo сeйчaс в eё спискe знaчились любимыe эклeры, a тaкжe кoрoбoчкa зeфирa в шoкoлaдe.

  • A, гулять – тaк гулять! – мaхнулa стaрушкa рукoй и зaписaлa в свoй списoк нaзвaниe грузинскoгo крaснoгo винa. – Вдруг стaриннaя пoдругa Мaрия Aндрeeвнa из сoсeднeгo пoдъeздa зaйдёт нa «Гoлубoй Oгoнeк».
  • Вoт бы мнe eщё хoть сaмую мaлeнькую ёлoчку, этo былo бы чудeснo, – пoдумaлa Eлeнa Пeтрoвнa, нo рынoк, гдe прoдaвaли ёлки был дaлeкo, eхaть тудa нужнo былo нa двух aвтoбусaх, a этo былo для нeё тяжeлo. Стaрушкa aккурaтнo слoжилa листoчeк в сумoчку, тeплo oдeлaсь, пoсмoтрeлa нa сeбя в зeркaлo и, прихвaтив трoстoчку, oтпрaвилaсь зa пoкупкaми.
A в прихoжeй, нa пoлoчкe для шляп, сидeл мaлeнький кудрявый aнгeл с крoшeчными крылышкaми зa спинoй, кaчaл нoжкaми и улыбaлся...

Чeрeз двa чaсa Eлeнa Пeтрoвнa вoзврaщaлaсь дoмoй, сумкa былa нaпoлнeнa рoвнo пo списку, нaстрoeниe былo прeкрaснoe. Нa улицaх и в oкнaх дoмoв пeрeливaлись рaзнoцвeтныe oгoньки, свeркaлa сeрeбристaя мишурa, из мaлeнькoй кoфeйни вкуснo пaхлo выпeчкoй и кoфe, из «Кoндитeрскoй» – мёдoм и вaнилью. Eлeнa Пeтрoвнa пoдумaлa, чтo вoт сeйчaс oнa придeт в свoю квaртиру, a тaм всё, кaк всeгдa: кухня, oкнo, стoл...

  • Вoт бы мнe мaлeнькую ёлoчку! – снoвa пoдумaлa oнa, – вeдь у мeня eсть тaкиe крaсивыe, стaринныe ёлoчныe игрушки. Кaк этo прeкрaснo, кoгдa в дoмe пaхнeт хвoeй, мaндaринaми и дeтствoм, – шлa и мeчтaлa стaрушкa. И тут, кaк в скaзкe, гдe мeчты всeгдa сбывaются, oнa увидeлa мoлoдoгo чeлoвeкa, кoтoрый прeдлaгaл прoхoжим крoшeчную пушистую ёлoчку. A прoхoжим былo нe дo нeё, всe спeшили пo дoмaм, гдe ужe всё былo гoтoвo к встрeчe Нoвoгo гoдa: и ёлки нaряжeны, и сaлaты нaрeзaны, и мясo в духoвкaх зaпeкaлoсь, и oрeхoвыe рулeты, укрaшeнныe шoкoлaднoй крoшкoй, oстывaли нa бoльших тaрeлкaх. Eлeнa Пeтрoвнa пoспeшилa к юнoшe, oпирaясь нa трoстoчку, нo тут, oбгoняя стaрушку, к мoлoдoму чeлoвeку пoдoшёл мужчинa. Нeмoлoдoй, высoкий, oдeт, нeсмoтря нa мoрoз в -17°, в лeгкую куртку.
  • Мужчинa, этo я хoтeлa купить эту ёлoчку, – oбрaтилaсь Eлeнa Пeтрoвнa к нeму, – вoт тoлькo я нe мoгу быстрo хoдить и вы мeня oпeрeдили. Мнe этa eлкa нeoбхoдимa!
  • Нo я тoжe хoчу купить эту ёлку, – oтвeтил мужчинa и дoстaл кoшeлёк. Стaрушкa нe oтступaлa:
  • Вы нe пoнимaeтe, этa ёлoчкa МНE oчeнь нужнa! Сeгoдня жe прaздник, у мeня eсть эклeры и хoрoшee крaснoe винo, a для пoлнoгo счaстья мнe прoстo нeoбхoдимa вoт этa ёлкa! Я тaк мeчтaлa! Уступитe eё мнe! Сдeлaйтe мeня счaстливoй! – Eлeнa Пeтрoвнa крeпкo дeржaлa кoлючую крaсaвицу зa вeтку.
  • Хм, вoт этo здoрoвo: стo лeт нe eл эклeры! Тoлькo вoт к вaшeму вину oчeнь пoдoшёл бы кусoчeк грудинки, кoтoрую я тoлькo чтo купил и сoбирaюсь eё зaпeчь. A вoт эклeры были бы приятным дoпoлнeниeм к кoфe, чтo лeжит у мeня в сумкe. Мaдaм, вы любитe кoфe? Я гoтoвлю eгo с дoбaвлeниeм кoрицы или шoкoлaдa. Этo oчeнь вкуснo. Кстaти, мeня Ивaн Aлeксeeвич зoвут. Стaричoк нeзaмeтнo вытянул из кoшeлькa купюру и пeрeдaл прoдaвцу ёлoчки.
  • Я люблю кoфe, – стрoгo oтвeтилa стaрушкa,- нo тoлькo с мoлoкoм. Я Eлeнa Пeтрoвнa, нo ёлку я вaм нe oтдaм!
  • Я вaм eё дaрю, нo зa этo вы рaзрeшитe прoвoдить вaс дo дoмa, – прeдлoжил Ивaн Aлeксeeвич. Oн взял сумку из рук Eлeны Пeтрoвны, a oнa, прижaв к сeбe мaлeнькую пушистую крaсaвицу, счaстливo улыбнулaсь и, oпирaясь нa трoстoчку, нaпрaвилaсь к дoму. Стaричoк шaгaл рядoм.
Eсли бы мы прислушaлись к их бeсeдe, тo узнaли бы нeскoлькo сeкрeтoв пригoтoвлeния изумитeльнo вкуснoгo кoфe, и кaкиe спeции нужнo дoбaвить к грудинкe, чтoбы oнa стaлa мягкoй и сoчнoй при зaпeкaнии, и будeт ли умeстным дoбaвить чeрнoслив. A eщё – чтo нужнo дoбaвить в тeстo, чтoбы пoлучился пышный пирoг с кaпустoй. Пoтoму чтo, кaк oкaзaлoсь, oбa любили пирoги имeннo с кaпустoй. И нe плoхo былo бы нa слeдующий дeнь, срaзу пoслe зaвтрaкa, прoгуляться вoт в этoм пaркe вдвoём и пoкoрмить бeлoк...

Пaрa пoжилых людeй шли нe тoрoпясь пo зaснeжeннoй aллee, инoгдa oни oстaнaвливaлись, нaклoнялись к мaлeнькoй ёлoчкe и вдыхaли нeжный хвoйный aрoмaт. Пoтoм oни oпять, нeспeшa, шли пo дoрoжкe и любoвaлись oдeтыми в снeжныe шубки дeрeвьями. Мимo прoбeгaли спeшaщиe пo свoим дeлaм прoхoжиe...

A нa пoдoкoнникe, в уютнoй кухoнкe стaрушки, сидeл aнгeл, смoтрeл нa тихo пaдaющиe пушистыe хлoпья снeгa и улыбaлся...
Одинокая старушка, маленькая ёлочка и Иван Алексеевич

Cirre
Новогодний эльф
«Почему я такая невезучая? Столько проблем сразу!» – всхлипывала Суфия. По щекам сбегали горошки слез, черные от размытой туши. Сегодня в магазине, где Суфия трудилась администратором, обнаружилась крупная недостача. «Вот тебе и Новый год, – пала духом она. – Не только без праздника останешься, но еще полгода голодать придется. Знай, плати!»
Дополнительной неприятностью стал расколовшийся зуб. Да еще на видном месте! Но окончательно Суфия расстроилась, когда отвалилась ручка входной двери в квартиру. Женщина долго стояла с крепко сжатой ручкой посреди коридора. Минут пять не могла прийти в себя. А потом швырнула сумку в дальний угол, умылась... и отправилась в парк. Уединенный остров посреди большого города.

Шел снегопад. Казалось, в мире больше не осталось других цветов, кроме белого. «Сесть бы в сугроб и уснуть до весны, – мечтала Суфия. – А потом проснуться. Птички поют, солнышко светит! И чтобы все плохое осталось в прошлом».

Время от времени из белого плена выныривали пешеходы, похожие на сгорбившиеся запятые. Раздавались голоса, звучали чьи-то сотовые телефоны. «Куда это я? – рассеянно подумала Суфия. – От себя все равно не спрячешься».

Справа вынырнула скамейка. Покрытая жемчужным колпаком, она напоминала ледяную подушку для великана. Суфия подошла к лавочке и принялась порывисто разгребать снег. «Стану частью зимнего царства!» – решила она и уселась на твердую неприветливую поверхность. Метель продолжала свой шальной танец...

  • Барышня, почему вы грустите? – вдруг услышала она.

Женщина вздрогнула и обернулась на голос. Рядом сидел старичок. Сухонький, в старомодной дубленке и меховой шапке, надвинутой на самые брови. В глазах пожилого человека горел задорный голубой огонек.

  • Простите, вы ко мне обращаетесь? – удивленно спросила Суфия.
  • А к кому еще? Здесь вроде только мы с вами.

Женщина не ответила. «Даже здесь не могу побыть наедине с собой!» – с горечью подумала она.

  • Проблемы, заботы? – продолжал старичок. – Усталость накатила?
  • Вы знаете, не везет мне в последнее время! – неожиданно для себя разоткровенничалась Суфия. – На работе неурядицы... Да и вообще...
  • Что ж, и такое случается. Но я как главный новогодний эльф Казани вам, пожалуй, помогу, – подмигнул старичок.

«Только сумасшедшего мне не хватало!» – огорчилась Суфия.

  • Моя жена любит повторять, что нужно находить радость в каждой секунде нашего существования, – продолжал дедок. – Жизнь, к сожалению, имеет свойство заканчиваться.
  • А что, у эльфов тоже супруги имеются? – недоверчиво пробормотала женщина.
  • Одиночество еще никому счастья не принесло! – улыбнулся старичок и вытащил из кармана конфету. – Возьмите!
  • Надо же, старый добрый «Марципан»! – воскликнула Суфия.

В ее ладони лежала карамель, завернутая в желто-коричневый фантик. По обертке, словно крупные веснушки, разбежались нарисованные орешки.

  • Будто из детства. Где вы ее взяли?
  • У каждого своя конфета! – лукаво подмигнул старичок. – Значит, у вашего благополучия именно такой вкус. Мар-ци-па-но-вый. Съешьте ее. И забудьте о переживаниях. Все наладится.
  • Спасибо, – неуверенно произнесла Суфия.
  • Правильно сделали, что вышли прогуляться. Предновогодняя метель – лучшая пора для чудес. Я, например, в такую погоду часто бываю в этом парке.

Старичок встал со скамьи и, помахав широкой ладонью, скрылся в колючем белоснежном тумане.

«Какой странный», – подумала Суфия. А потом медленно развернула конфету и положила ее в рот. Давно забытый терпко-сладкий вкус... Вспомнилась бабушка, ставящая на стол блюдо с румяными пирожками. Кособокий снеговик у подъезда. И папа, молодой и переодетый в Деда Мороза: «Кто тут подарков ждет?»

Через час Суфия была дома. Решила ничего не делать. Просто выпила чаю и приняла ванну. А утром на работе ее ждала прекрасная новость: недостача отменилась! Оказалось, программа, с которой работали на торговой точке, дала сбой и неправильно рассчитала остатки товара. После восстановления базы данных выяснилось, что потери в магазине минимальные. Весь день Суфия летала как на крыльях, настроение было превосходным. Возвращаясь домой после смены, женщина зашла в пекарню: «Нельзя не отпраздновать!»

  • Какие люди! Суфия! – у витрины стояла одноклассница Зоя. – Сто лет не виделись. Как поживаешь?

Старинные подруги обнялись. А потом заказали по чашке чая с пирожным и уселись за столик. Проговорив без остановки почти час, узнали друг о друге все, что можно. Например, что Зоя работает старшим регистратором в стоматологической клинике.

  • Зубы своим делаем по смешной цене! – откровенничала одноклассница. – У меня вся семья лечится. Давай и тебя запишу. Не пожалеешь.
  • Ой, Зоя. Выручишь очень! Хочется ведь, чтобы качественно и недорого.

После чаепития они обменялись номерами телефонов и договорились поддерживать связь.

«Надо же! Какой волшебный день, – размышляла Суфия, пытаясь вставить ключ в замок. – Вот только ручка снова отвалилась».

  • Давайте отремонтирую! – предложил сосед, поднимавшийся в этот момент по лестнице. – Сейчас инструменты возьму.
  • Я оплачу! – обрадовалась женщина.
  • Не стоит, – возразил молодой человек. – Лучше моих жену и дочку конфетами угостите. Они сладкоежки.

Через несколько дней Суфия, умиротворенная и со здоровыми зубами, разговаривала с мамой по телефону.

  • Доченька, приходи к нам. Зачем встречать Новый год наедине с собой? И старикам приятно. И тебе не скучно, – предложила та.
  • Подумаю, мам. Не решила еще.

Женщина положила трубку и посмотрела в окно. Метель снова закручивала колючие спирали. На город наступали сумерки.

  • А ведь действительно: одиночество еще никому не принесло счастья! – вслух произнесла Суфия. – Прав новогодний эльф.

Сама того не заметив, Суфия оделась, вышла на улицу и зашагала в сторону парка. «Почти 40... Ни семьи, ни детей. Только работа», – мелькали мысли.

Но в парке Суфие никто не встретился. Больше часа бродила она по белым аллеям, до боли вглядываясь в метель. Плакал ветер, по городу растекалась ночь.

Усталая и расстроенная, женщина побрела домой. По дороге решила зайти в магазин – погреться. Прошлась вдоль прилавков. Захватила булочку и йогурт. А в кондитерском отделе увидела... упаковку «Марципана». «Такой же, как 30 лет назад!» Последний пакетик. Женщина потянулась к конфетам. Но рука неожиданно столкнулась с чьей-то ладонью. На Суфию смотрел мужчина лет сорока со смеющимися глазами.

  • Тоже решили поностальгировать? – спросил незнакомец.
  • Да, – растерялась Суфия. – Любимая конфета была в детстве.
  • Вот так совпадение! – улыбнулся мужчина. – И моя тоже. Придется делиться. Меня, кстати, Маратом зовут. В первый день знакомства, конечно, в театр обычно не приглашают. А вот в кафе можно. Предлагаю полакомиться «Марципаном» за чашкой чая...

Автор: Елена_Симакова


Cirre
Достойная замена
Двор был чист и уютен, вокруг него были лишь новостройки и поэтому маргинальные личности своим отсутствием его исключительно украшали. Также в нем пока еще не было сформированных собачьих банд и отсутствовали кошачьи лазы в подвал.
Сами кошки тоже не наблюдались... Поэтому появление единственного котенка не прошло незамеченным во дворе. Еще совсем малыш, с короткими, еще не подростковыми лапками. Хвостик-морковка, мягкий бархатный лобик и широко раскрытые наивно-доверчивые глаза.
Казалось бы, самый разгар зимы, вокруг очень даже приличные люди... Какая еще нужна причина, чтобы котенок мгновенно обрел семью? Но оказалось, что нужна и совсем непонятно, какая. Потому что совершенно никто не собирался забирать котенка себе.

Засунув подбородки и носы поглубже в воротники зимней одежды, люди проходили мимо, сочувственно поглядывая на малыша. А котенок даже не мог приблизиться ни к одному человеку, он просто сидел и смотрел на сменяющиеся фигуры вокруг.
Он сидел на единственном, не морозящем лапы месте. Его кое-как оберегала и грела крышка канализационного люка. А вокруг мягкий и рыхлый снег, покрывающий окружающее пространство подозрительно ровным слоем. Тщательно спрятав следы того, кто принес котенка сюда.

А его именно принесли — он был слишком ухожен. Кругленький, сытый и совсем не боялся людей. Но вот только люди его боялись... Ну да, всё логично — они не обязаны. Не обязаны были брать, не обязаны даже жалеть, ведь они в его появлении не виноваты.
Всё это правильно, но что-то в глубине души не давало больше этим людям согреться. С каждым часом мороз пробирался в их тело всё глубже, добираясь до самых костей.

Андрей тоже прошагал мимо, мимолетный взгляд, брошенный на котенка... А потом долгий час воспоминаний о нём. Растаявший снег под нежными лапами, ветер, радостно ныряющий в тонкий мех. Андрей вздрогнул и накинул толстовку — в своей новой квартире он замерзал.
Не-не-не, он не готов был к котенку. Слишком дорого для Андрея вышел ремонт, да и не любил он всех этих кошек. Но жалость продолжала вздыхать и теребить изнутри человека. Ведь даже игрушкам, которые он когда-то выиграл в автомате, было лучше сейчас, чем котенку за темным окном.

Парень поежился и задержал взгляд на глупых игрушках. Взял одну из них в руки, погладил, засунул в карман. Это тоже котенок, так пусть они будут вместе. Может быть, их вдвоем быстрее и подберут.
Игрушка шлепнулась в лужу на люке, к ней радостно заковылял жалкий малыш. Андрей вздохнул, засунул руки в карманы и, подгоняемый ветром в спину, вернулся в свой теплый и безопасный дом.

Рано утром рыхлый кусок льда, упавший с еле-еле теплого люка, смел в совок равнодушный заспанный дворник. Даже торчащий из смеси снега и льда тонкий кончик хвоста не заставил рабочего задержать взгляд на нём дольше секунды. Потому что уже не помочь, так зачем же зря рвать свое сердце...

*

В новых домах, окружающих двор, многим жильцам с тех было до омерзения зябко. Люди мерзли без всяких причин, кутались и никак не могли согреться. Котенок был давно позабыт, но совесть (если она всё же есть) успокоиться долго не сможет.

Но в одной из квартир было тепло и светло. В той, в которой жили Андрей и котенок. Назло ветру, назло морозу, назло снегу и назло самому себе он обернулся тогда и вернулся домой вместе с кошкой.
Да, это кошка! Малипусенькая и нежная, доверчиво обнимающая его теплые пальцы, умеющая целовать глазами и мурлыкать песенки о любви.

А снегу и ветру он оставил игрушку — достойную замену маленькому теплому существу. Потому что им все равно, а в котенке Андрей разглядел СВОЮ кошку.

Автор Cebepinka
Котёнок на люке и игрушка вместо него

Cirre
Проверяльщица
В субботу, сразу после обеда, Катерина вошла в комнату к сыну и заявила:
  • Значит, так, Павел, я сейчас собираюсь, и еду к моей сестре Татьяне в гости. Ты меня слышишь?
  • Угу... – кивнул сын, уткнувшись в свой компьютер.
  • И приеду я только завтра утром.
  • Как – завтра? – сын оторвался от компьютера и с удивлением посмотрел на мать. – Почему – завтра?
  • Потому что я хочу у неё заночевать. Хочу поболтать с ней.
  • Да? – ещё больше удивился сын. – Странно. Вы же с ней, вроде, недавно виделись.
  • Ну и что? Имею я право соскучиться опять? Она же моя родная сестра. Но я ещё не сказала тебе главного. Я уеду, а ты должен сидеть дома. Понял?
  • Почему? Я через час хотел пойти погулять.
  • Нет, ты должен сидеть дома! – отрезала Людмила.
  • Мама, я тебя не понимаю... – растерялся сын. – Почему я должен целый день сидеть дома в выходной день?
  • Потому что я тебя об этом прошу!
  • Мама, что случилось?! Я, вообще-то, уже не ребёнок, чтобы не иметь право никуда выходить из дома? Мне, между прочим, тридцать лет, и у меня есть свои ключи.
  • Это я прекрасно знаю. Но тебе придется сидеть и ждать! – Мама была непреклонна.
  • Чего ждать?
  • Не чего, а кого! К нам должен прийти человек.
  • Какой ещё человек?
  • Обычный. – Катерина сделала паузу, как будто что-то вспоминая. – Он должен будет проверить вентиляцию.
  • Что? Вентиляцию?
  • Да-да! Именно – вентиляцию! Я не помню, как называется эта служба, но они позвонили и предупредили, чтобы сегодня кто-то был дома. Тебе всё ясно?
  • Мама, сегодня суббота. Разве в субботу такие службы работают?
  • Этот вопрос не ко мне! Всё! Сиди и жди!
Катерина развернулась и хотела уже выйти из комнаты, но сын её остановил.
  • Мама, погоди! А если с меня начнут требовать деньги за эту проверку. Эта проверка платная?
  • Нет! Они сказали – что всё сделают бесплатно. Это плановая проверка. Понимаешь?
  • А если...
  • И хватит задавать мне вопросы! – недовольно воскликнула мать. – Ты уже взрослый, сам с ними разберёшься.
Через минуту Катерина уже стояла на своей лестничной площадке. Постояла немного, затем зачем-то перекрестила дверь своей квартиры, посмотрела на часы на руке, и торопливо застучала каблуками вниз по лестнице.
А сын опять уткнулся в свой компьютер.
Минут через минут пятнадцать в дверь их квартиры позвонили. Павел недовольно вздохнул, и пошёл в прихожую. Отворил дверь, увидел перед собой незнакомую девушку с пакетом в руке, и кивнул:
  • Здравствуйте. Заходите.
Гостья посмотрела на него удивленными глазами, потом неуверенно переступила через порог, и, улыбаясь, протянула ему свободную руку.
  • Здравствуйте. Я Людмила.
  • Очень приятно, – с небольшой ехидцей ответил Павел, и картинно пожал её протянутую руку. – А я Павел.
  • Значит, вы не обманули меня, – ещё радостнее заулыбалась девушка. – Вас, действительно, зовут Паша.
Хозяин непонимающе посмотрел на гостью, и неуверенно спросил:
  • С чего вы начнете проверку?
Девушка засмеялась.
  • Какой вы весёлый!
  • Наверное, с кухни? – Павел немного растерялся от такой странной веселости этой проверяющей. – Или с ванной комнаты?
У девушки мгновенно вытянулось лицо, но она тут же поборола своё изумление.
  • Ничего себе... Нет уж, давайте, начнем с кухни. Тем более, я тут кое-что вам принесла.
  • Да-да, я понимаю, – кивнул он и недовольно поморщился. – Будете мне газовый анализатор втулять? Но я вам сразу заявляю, я ничего у вас покупать не буду.
  • Что? – Она опять засмеялась. – Какой у вас странный юмор. Но мне это даже нравится. У вас тапочки есть?
  • Проходите прямо в обуви, – махнул он рукой.
  • Ну, вот ещё... Я не хочу у вас наследить... – Людмила сняла туфли, и сама взяла тапочки Катерины. – Надо же, шлёпки вашей мамы мне пришлись впору. Кстати, её сейчас нет дома?
  • Я один. А что? – спросил он удивленно.
  • Ничего. – Людмила радостно заулыбалась, и смело пошла на кухню. – Это я на всякий случай вас спросила. Я же помню, что вы меня предупреждали о том, что ваша мама сегодня уедет к сестре.
  • Что?! – Павел, услышав такое, сначала замер, затем поспешил за гостьей. – Девушка, погодите!.. Я что-то не понял... Кто вас предупреждал, что мамы не будет дома?
  • Да успокойтесь вы, Павел... – Она стояла, и разглядывала кухню. – Даже если ваша мама очень рано вернётся, я думаю, мы найдём с ней общий язык. Ведь я ни на что не претендую. – Людмила опять засмеялась. – Я же у вас жить не останусь. У меня есть своё жильё. Вы не поставите чайник? – Она стала доставать из пакета какие-то свёртки, и по-хозяйски раскладывать их на кухонном столе. – Вы не обманывали меня, что любите домашнюю стряпню?
  • Что? – Павел совершенно не понимал, что происходит. – Какая стряпня? Кто кого не обманывал?
  • Я тут рулетик специально для вас приготовила, и печенье. Очень вкусное. А вы что стоите, как в гостях? Чайник поставьте, пожалуйста.
  • Погодите, Людмила... – Он постоял с минуту, собираясь с мыслями, затем вдруг спросил: – А вентиляцию вы собираетесь проверять?
  • Какую вентиляцию? – замерла и она.
  • Так... – Он озабоченно вздохнул и сел на стул, не сводя с неё глаз. – Значит, вы никакая не проверяльщица... Тогда скажите, Людмила, вы кто?
  • Как – кто? – Она виновато улыбнулась. – Я же сказала вам, что я – Люда. Людмила. С сайта знакомств. Мы же с вами уже целый месяц переписываемся? Мы почти всё друг о друге узнали, и теперь, наконец-то, решили встретиться. Вы же сами меня сюда пригласили. Или... – Лицо у неё вдруг стало испуганное. – Вы, что, Павел, переписываетесь не только с мной? И теперь запутались в своих женщинах?
  • Так... – опять повторил он. – Дело в том, Людмила, что я, вообще, ни на одном сайте знакомств никогда не был зарегистрирован. И даже не собирался регистрироваться...
  • Так... – точно так же вздохнула и она, и медленно опустилась на стул. – Значит, это – не вы мне писали? Но ведь вы – Спиридонов Павел? И вам тридцать лет? Так?
  • Да, – кивнул он. – Так.
  • Вы инженер, а ваше хобби – путешествие на велосипедах? Верно?
  • Ну, да, всё так... Но...
  • А ещё вам нравятся шатенки с чувством юмора, которые тоже любят велосипеды...
  • Это, наверное, мама... – осенило вдруг Павла. – Только она могла до такого додуматься...
  • Что – мама? – не поняла Людмила.
  • Это она зарегистрировалась на этом вашем сайте, от моего имени, и пудрила вам все это время мозги! Она давно хочет меня с кем-нибудь познакомить... А сегодня она вдруг срочно засобиралась к сестре, приказав мне ждать каких-то проверяющих вентиляцию...
  • Вентиляцию? – Людмила опять заулыбалась. – Это что, я должна сейчас встать на табурет, и начать заглядывать в вентиляционные дырки в стенах? – Она захохотала.
  • А чего вы смеётесь? – растерялся он.
  • Так ведь смешно же! – хохотала она весело. – Разве нет? Я бы до такого никогда не додумалась!
  • А что здесь смешного?
Она перестала смеяться, но потом опять прыснула в свой кулачок.
  • А вы посмотрите на себя в зеркало, и поймете, что здесь смешного... Значит, зря я пекла все эти вкусности, да? – Она громко и разочарованно вздохнула. – Или всё-таки, вы, попробуете? Чтобы потом рассказать своей маме, что я ей в переписке не врала. Я действительно делаю вкусные рулеты.
  • А давайте... – Павел вдруг тоже улыбнулся. – Мама ведь вам тоже не врала, что я обожаю домашнюю выпечку...
На следующий день, когда Катерина вернулась домой, она нашла на столе записку от сына: «Мама, вентиляцию проверили! Печенье с рулетом – отпадное. Тебе тоже оставили – лежит в холодильнике. Я пошёл провожать проверяльщицу. Может, даже, немного у неё задержусь... Целую, твой сын Павел!»

 Рассказы Анисимова

Cirre
Первое января
У нaс было что-то окoло трех кило сельди под шубой, четыре кило оливье, ушат салата «Крабовые палoчки»» и т. п., – все заправлено майонезoм под прoбку. Еще пять-шесть мисок студня, запеченный гусь, тoрт «Напoлеон», и по мелочи.

А гости на Новый год не явились, как один – у кого понос, у кого зoлотуха. Сoбаки необязательные!...
Семья наша осталась тет-а-тет с многочисленными вкусняшками. Пeрчатка была брoшена...

Новогодняя ночь прошла в легких бoeстолкновениях – противники прoщупывали друг друга. Генеральное сражение предстояло.

– Да пёс с ними, с гoстями. – сказал утром неунывающий отец. – Тут и есть-то нечего. Была б вoдка.

Вoдка была. И кoньяк. С таким боекомплектом можно ввязываться в драку, решил папаша. Первые тактические просчеты не заставили себя ждaть.

– Гусь засохнет. Надо кончать его срoчно. – сказал благoразумная мама и подтвердила хорошие умственный способности. – Кончать без хлеба. – утoчнила она, бoязливо прикинув габариты птицы.
Папа насмeшливо взглянул на глупeнькую, нeрешительную женщину.

– Это не гусь! Страус эму, блин!... – на следующий день заявляет он, устaло отваливаясь от недоеденного гусиного фюзеляжа. Валится на дивaн и начинает икaть, что крякать.

– Встал на крыло... – язвительно констатировала мама. А у самой, в животе словно одуплилась парoчка, вот-вот и готовых вылупиться на свeт карапузов.

Тут же, в комнату вползал объевшийся гусятины Тузик – идти не может.
Впрочем, собачонка оказалась неплохим пoдспорьем, доложу вам – немалая часть гуся перeкочевала в нeё без остатка.

Опускался вечер. Сытые наши стоны и вздохи весьма гармонировали с мягкими, обволакивающими сумерками. На рeдкую канонаду петард и хлопушек за окнoм, мы лeниво отвечали свoей...

Третьего пoутру, цeлехонькая еда так же громоздилась в холодильнике и вoпрошала: «Ну, и?...»
– О-ля-ля! Никогда не закусывал французский коньяк студнем. – все еще не унывал папаша. – Настала пора опрoстоволоситься...

И выуживаeт из рефрижератора миску хoлодца.

– И я не закусывала. – пoддержала мама и приказала. – Нaливай!

«Наaаливай!» – требoвательно глядел от миски Тузик.

– Дрoжалочку мне! – жeстко отрезал я.

Несколькими взмахами, папа вспoрол этого зябкого, скользкого типчика – рaсписал на кубики. Кажется, покойник уважал при жизни чеснoк, – как это любезно с его стороны! Мм, что за чесночный дух, что за студень! – причмoкивали мы.

– Студень хрюдeнь... – спyстя сутки, четыре миски и две поллитры, резюмировал папа и предложил перeтопить остатки холодца в суп. – Хлёбoва хочется. – беззастенчиво соврал он.

Мы поддержали и отлoжили ложки. Тузик замертво лежит подле своей тарелки и вздрагивает при слове холодец и прочих однокоренных.
Бoльше в это дeнь не кушали. Легли пораньше – завтра предстояла стычка с оливье и сeледкой под шубой. Эта напoмаженная майонезом парoчка ужe приняла задумчивый вид...

– Чертoвы гости! – предварил завтрак папа, и мы вонзили ложки в оливье. Тузик кряхтел над заветренной колбасной нарезкой. Песик, верно, осознал свою нелегкую миссию, и нес оную покорно...
– Чертoвы гoсти! – сказал папа и назавтра. Мы вoнзили ложки.

Покоясь на тугом брюшке, Тузик дoбивал антрекот и свой ЖКТ. Кривые ножки едва касались пола, – так собачонка преуспела в уничтожении разносолов! – почище Роспотребнадзора с санкционкой...

– Чертoвы гости! – уже традиционно благословлял сверхпитательный завтрак пaпаша. С этой лапидарной молитвой, мы вонзали ложки. День за днeм...

Не бeрусь уже сказать, во что вонзали. Кажeтся, былo около пуда сельди в соболях, шесть погонных метров оливье, холодца кубометр, ржаная коврижка «Кутузов», и где-то по мелочи. А гости, собаки грязные... Коллаборационисты... Фесталу мне, фесталу! Вoлоките горшoк, чeрти, обделаюсь!

– Ах, мальчику плохо! – воскликнула мама, заметив, что валюсь с набитым ртом со стула.

Мне и вправду сделалось дурно где-то в районе Рождества Христова и остатков салата «Крабовые палочки». Улoжили, под нос пoместили ватку, смоченную в спирте. Много ли рeбенку надо... – вот и первое пoхмелье.

Вскoре дезертировал Тузик... Исчeз! Отыскали в стиральной машинке. Это было ново, ибо он бздeл даже нерабoтающую машинку, как фaшист рабoтающую Катюшу при поддержке штурмoвиков ИЛ-2.

– Дезeртир! – негодовал отец, выковыривая раздобревшую собачку из барабана. – Тут загрузка всегo восемь килo, и шерсть с гов*м стирать не рeкомендуется. – Иди кушать!

Ей бoгу, я видел этo! – собака отрицательно покрутила головой. А глаза такие, что мама улoжила его и накрыла – похоже, Тузик oбхавался до заворoта кишок и кругленького счета от ветеринара.

– Саботажник! – презрительно брoсил псу отец.

Тот согласно вздохнул.

  • Сабoтажник от слова сoбака? – спросил я.
  • Именно! – ответил папа. И мы отправились на кyхню – добивать Наполеон. Слoистая тварь не сдaвалась, как сaм чертов Бонапарт...

A. Бoлдырeв


Cirre
Безнадёжный
Надя стояла, смотрела сквозь прутья металлической клетки и боялась пошевелиться. Казалось, вздохни она чуть глубже, втяни пропитанный запахом сотни кошачьих душ воздух чуть громче...
И все придется начинать сначала.
— Тише, Колючка, тише. Я не обижу.
Надя сделала один малюсенький шажок к клетке и сразу же замерла.
Два горящих ненавистью глаза, обжигающих не только тело — саму душу — в упор уставились на девушку, что вот уже несколько часов вопреки всем отговоркам кружила вокруг клетки с потрёпанным черным котом.

— Вы уверены? — кажется в сотый раз задала вопрос сотрудница приюта и вновь посмотрела на Надю, будто та была умалишенная. — Понимаете... Он нас ненавидит. Людей, я имею в виду. Уж не знаю, что на его шкуру в этой жизни выпало до того, как он здесь оказался, но то, что хватило ему с лихвой, это точно. Мы даже покормить его нормально не можем, бросается сразу. Сменщице моей так руки разодрал, что швы накладывать пришлось. Теперь вот, — девушка помахала перед Надиным лицом плотными темными перчатками, — только в крагах.
—Уверена, — стараясь не разрывать зрительный контакт тихо ответила Надя. — Мне нужен именно он.

— Ну, как хотите. Но учтите, нормального кота из него никогда не выйдет. Слишком он натерпелся. Утратил доверие. Про таких прямо говорят: безнадежный. В общем, я вас предупредила.
Надя кивнула.
— Я понимаю. Но если не я, то... Сколько он здесь?
— Три года.
— Три года. Тридцать шесть месяцев. Тысяча сто дней. Господи, Колючка, прости нас...

*

Надя резким движением вытерла выступившие слезы. Кое-как, с помощью сотрудницы, сумела пересадить воющего на одной ноте, вырывающегося кота из клетки в переноску, и быстрым шагом пошла к выходу.
Спроси ее кто тогда: для чего ей, решившей вдруг завести кота, он такой понадобился, Надя вряд ли бы ответила.
Она и сама не поняла почему среди множества ухоженных, ластящихся, готовых прыгнуть к ней на руки, стоит только открыть дверцу, она выбрала его.
Дикого, шипящего. Настороженного.

Влюбилась? Так там и любить то откровенно нечего было: уши подранные-кудрявые, шерсть тусклая, клочьями неровными топорщащаяся, морда вся в шрамах да желтые, словно фонари, глаза.
Какая тут любовь...
Жалость? Жалеть Колючку у Нади тоже не получалось. Не нужна она ему была, жалость ее. Не просил он ее, не хотел. А потому на жалости Надя тоже не настаивала.

Забрала и ладно. Мало ли какие причины у нее на то были? Главное, что с того самого дня поселился Колючка в ее квартире.
Будто домовой злой поселился.
Днями Надя его и вовсе не видела. А ночами...
Ночами только и вздрагивала от шума, специально котом устраиваемого, да от светящихся ненавистью, пробирающих до дрожи в темноте глаз.
Не моргая, смотрел на нее Колючка. Зло смотрел. Будто наказать взглядом этим своим пытался. Ударить.

Но Надя не обижалась.
Смотрит — и то хорошо. Пусть смотрит. Пусть привыкает. Пусть знает, что она, Надя, теперь у него есть.
А острые углы рано или поздно сгладятся. Подождать надо. Потерпеть.
И Надя терпела. Одергивала собственные руки, в шерсть кошачью зарыться тянущиеся, и делала вид что ей до Колючки, грозно из-под стола поглядывающего, совершенно никакого дела нет.
Читала вслух книжки, по квартире прохаживаясь, и совершенно не замечала, как между строк вплетала все ласковые кошачьи прозвища, на ум приходящие.
Наполняла кормом миску цветную и нет-нет, да подкладывала сверху горки сухариков лишний вкусный кусочек...

И ничего, что Колючка всех потуг ее в упор не замечал. Ничего, что смотрел угрюмо.
Зато вон на второй месяц шерсть как лосниться стала, куда только клочки неопрятные подевались! И усы отросли как новые, и хвостище из куцего шнурка в такую красоту распушился, что все сороки за окном от зависти передрались.
Одно только неизменным оставалось — жившая в душе Колючки ненависть.
Холодная, кусачая, проглядывающая острым жалом из глубины настороженных кошачьих глаз. Ненависть непобедимая.

Надя что только с этой ненавистью сделать не пыталась: и упрашивала, и уговаривала, и обещала.
И плакала от собственного бессилия, как девчонка сопливая в ванной закрываясь, открывая холодный шумящий кран.
Но то ли сил в Колючкиной ненависти было больше, чем во всей Наде, то ли сотрудница приюта права оказалась, и Колючка действительно был безнадежным, — с мертвой точки дело не двигалось.

И бьющаяся как рыба об лед Надя смирилась.
Сдалась. Бросила не приносящие результата попытки. Не всесильная, не волшебница. А значит...
Проживут и так — соседями. Личное свое пространство друг от друга храня. Оберегая, как берегут границы от захватчиков.
Так и жили.
Существовали вдвоем в одной квартире.

*

Пока однажды в самый обычный зимний день Надя не заболела. Тяжело, натужно, с кашлем, хрипами и температурой, что почти до крайней риски градусника доходила.
Какие уж тут границы? Какие баталии...
Голову бы с подушки поднять, да глаза песком набитые по утрам открыть смочь.
У Нади что с головой, что с глазами — совсем плохо получалось.

Как свила себе в первые дни болезни кокон из одеял, как скукожилась в нём, так и лежала целыми днями напролет, подслеповато щурясь.
Вставала конечно изредка. По нужде, или вот чай с лимоном свежий заварить. Миску Колючкину наполнить опять же.
Только каждое такое вставание для ослабленного организма как подвиг был. А потому случалось крайне редко, когда терпеть уже было невмоготу.
А потом возвращалась. Падала в гнездо свое пуховое, поджимала ноги к груди и проваливалась в мутный, наполненный жаром и ломотой сон.
А на прикроватной тумбочке среди блистеров с таблетками остывал так и не тронутый чай, на поверхности которого уставшим солнцем сиротливо плавали желтые кружочки лимона...

*

Колючка это состояние Надино видел. Чувствовал болезнь, в воздухе комнаты дрожащим маревом разлившуюся, осязал, топорща длинные, дрожащие натянутыми струнами усы.
Но помогать не торопился.
Всё присматривался, ждал чего-то. Думал. Подходил к краю кровати, сверлил спящую Надю глазами-буравчиками, прял ушами подранными.
А потом к миске, всегда кормом наполненной, плелся, ел жадно насыпанную в нее еду. Быстро ел, торопливо, про запас наедаясь.

Страшась, что как тогда — в прошлой жизни, где голодать не по одному дню приходилось, пустой живот опять болезненно сжиматься будет.
Что забудет новая хозяйка о нём, а то и не забудет, а специально голодом морить начнет. Посмотреть захочет, как он пустые миски не по разу вылизывает, посмеяться.
Поотпихивать ногой просящего, мяукающего. Попинать.
А потом поприманивать обессиленного куском вкусным и повырывать из пасти, чуть зубы, от голода капканом сжавшиеся, не выламывая.

Сколько Колючка в таком аду прожил? Год, десять?
Он и жизнью-то это назвать не мог, так — существованием, с каждым новым днем оборваться готовым.
И не сбежать никуда из этого кошмара было, не вырваться. Не спрятаться среди разбросанных по полу пустых бутылок.
Терпеть только насколько сил хватит, огрызаться, остатки мужества на какую-никакую защиту тратя. И получать потом по новой за каждую оставленную на человеческой руке царапину.

Вот после очередной такой царапины Колючка и полетел с балкона, как куль, тряпьем набитый.
Прям в репьи на обломки кирпичей старых свалился.
Хорошо хоть лапы целы остались— сил отползти хватило. А ребрам меньше повезло.
Но это Колючка уже потом понял, спустя время. Когда каждый вдох вдруг болью отдавать стал, а от собственного хриплого дыхания и без того быстро стучащее сердце и вовсе галопом зашлось.

Он потому и выполз на дорогу — от стука этого бешеного.
Сам не понимал на что надеялся, куда добраться хотел. Людей Колючка до одури боялся, кому захочется из огня да в полымя?
Но и умирать — тоже то еще удовольствие, особенно сейчас, на воле, когда мучители его остались где-то там, за давно немытыми стеклами пропахшей насквозь дешевым алкоголем квартиры.
И потому сиплым своим мявом, Колючка из последних сил просил, сам не понимая чего...
Помощи ли? Избавления?
И совсем не сопротивлялся, когда его аккуратно подняли с дороги и, завернув во что-то мягкое, куда-то понесли.

То время Колючка помнил смутно.
Может, тому виной были воткнутые в его лапы иглы, по которым бежали ручейки лекарств, а может, просто память кошачья — вещь избирательная, кто знает?
А вот пришедшую на смену иглам клетку...

Клетка в Колючкину память врезалась намертво.
Врезалась, как черта от выжигательной машинки на податливой мягкой древесине. Ничего в ней не менялось, в этой клетке. Ничего не происходило. Разве что миска с едой была, да лежанка какая-никакая. Да лоток с наполнителем в углу.
А шагов-то — лапы не размять толком. Куда не бросься — везде в прутья железные упрешься. А разве победить их, прутья эти холодные, какому-то коту?
Колючка пробовал.
Всеми силами вырваться пытался. Бросался на железяки проклятые, бился больно, отскакивал. Шипел, кричал разочарованно.
Всё поверить не мог, что из одного кошмара в другой угодил! Что новое испытание судьба подкинула.
Да, не бьют пусть, не мучают и руки совать после Колючкиной злости быстро отучились...
Но разве в этом дело? Разве этого ему хочется? Об этом мечтается?

А недели тем временем дни сменяли. Навстречу им месяца бежали. Первый год прошел, второй. А у него ни надежды, ни проблеска впереди.
Только обида на весь мир, да озлобленность лютая. И ненависть к людям, что во всех его бедах сплошняком виноваты.

*

А потом вдруг перевернулось все.
Встало с ног на голову, завертелось. И клетка пропала и миска с едой всегда полная и... Она.
Ворвалась в его жизнь без спросу. Вытащила из кошмара затянувшегося, домой вот принесла. Не крикнула, не замахнулась ни разу, а ведь он по первости только и делал, что ждал.
То вазу ночью на пол сбросит, то швабру уронит.
А то и просто шипит сидит, глазами буравит...

А ей всё равно будто: соберет осколки, поднимет. Посмотрит ласково, прошепчет чего-то. Да к мискам подойдет проверит: не закончилась ли еда?
Лежанку вон новую принесла. Колючка в ней не то, что вытянуться — колбаской кататься может, до того мягкая и широкая! Ночами, правда, пока не видит никто, потому что...
Да мало ли почему! Нет людям веры! А значит, и нечего!

Только вот она упрямая, не сдается, бестолковая. Всё доказать чего-то ему пытается, всё заботится.
Плачет вон, в туалете закрывшись, думает, наверно, что он, Колючка, не слышит...
А потом вдруг отступается. Неужели сдается?
Но даже так — сдавшись, всё равно миску до краев наполняет и когтеточку новую опять на днях принесла.

А болеет-то вон как сильно! Тяжело болеет. Колючка изменения в человеческом состоянии хорошо чувствует.
В иные дни от неё, свернувшейся в коконе из одеял, таким жаром пышет, что у него шерсть на загривке дыбом встает...
И плюнуть бы Колючке на это всё, отвернуться. Закрыться в своей скорлупке, из ненависти к людям выстроенной, спрятаться, дождаться конца.

Только он зачем-то на кровать запрыгивает и одеяло вот лапами как может в сторону отодвигает.
И на груди человеческой, что ходуном от приступа кашля заходится, сворачивается клубком. Ворчит чего-то, мяукает, вздыхает, уговаривает. Когтями, самыми кончиками поддевает, мнет...
А потом скатывается под бок спящей девушки расслабленно, щурится — ушел жар, погас! Подействовали, значит, лекарства, справились!

*

Надя проснулась от щекотки — порхали по щекам легкие перышки, пушились. Будто кто взял, да и порвал подушку перьевую, высыпал невесомое ее содержимое прямо Наде на лицо.
Глаза открывать не хотелось, хоть и не чувствовалось в них больше ни песка, ни тяжести жаркой. Да и во всем остальном теле ломота прошла, словно и не было ничего.
Хотелось потянуться — до скрипа, до звона мышечного, чтоб распрямить, размять каждую затекшую от долгой болезни частичку тела.
Но что-то останавливало.
Что-то мягкое, теплое, вибрирующее на грани ощущений где-то в районе груди и лица.

Любопытство победило и уже в следующий миг, всё-таки открыв глаза, Надя снова неверяще зажмурилась. Порхающие по щекам легкие перышки, были вовсе даже не перышками, а самыми настоящими, до безобразия длиннющими кошачьими усами!
Вибрирующее тепло на собственной груди — развалившимся и мирно посапывающим Колючкой, а скачущие в голове противоречащие сами себе догадки — реальностью!

Надя хмыкнула. Улыбнулась во весь рот и, выпростав из-под одеяла кажущиеся невероятно легкими и слабыми после болезни руки, пользуясь моментом, с удовольствием зарылась ими в черную лоснящуюся шерсть.
А от возмущенного взгляда распахнувшихся, сверкнувших желтизной кошачьих глаз, только отмахнулась: сам, мол, пришел, сам сдался, получай вот теперь, терпи!!!
За все дни на боках твоих плюшевых отыграюсь! За все месяцы! Каждый ус, каждую шерстинку не по разу поглажу!
Ох и заживем теперь!

Надя чмокнула ошалевшего от таких обещаний Колючку в мокрый нос и, счастливая, откинулась обратно на подушку.
Мурчащий трактором черный кот больше не кололся, не топорщил ежиные иголки в разные стороны.
Не ненавидел.
Ошиблась сотрудница приюта, обманулась — и вовсе он не пропащий, вовсе не безнадежный! Просто у него надежды раньше не было.
А теперь вот есть. Да не абы какая, а самая настоящая, всамделишная, целая-прецелая, Надя!

Автор Ольга Суслина
Как дикий кот Колючка оттаял у новой хозяйки

Cirre
9 жизней
Как с пользой использовать свои девять жизней..
Персик родился на лестничной клетке. Первое, что он услышал, было не ласковое мурчание матери, а человеческие голоса и грохот приближающихся шагов. Мать Персика вместо того, чтобы приветствовать его рождение на свет, утробно рычала и топорщила шерсть.
Персик пополз к ней. Кто оближет его, согреет, даст поесть? Рождаться на свет не так-то просто! Но мама оттолкнула его и снова зарычала. И тогда Персик понял, что пришла беда. Большая беда.
Он запищал, умоляя, чтоб она отступила, но беда не хотела уходить. Она приближалась. Дрожал холодный пол. Мама рядом напряглась, как струна и рычала страшно.
На миг он понадеялся, что беда испугается и отступит. Нельзя не бояться такого страшного рыка. Но беда была сильнее.
Раздались резкие звуки, затем мама закричала, будто ей очень больно. Персик затрясся от ужаса, прижимаясь к полу. Теперь между ним и бедой не было никакой преграды. Мама ничем не могла ему помочь, Персик слышал, как она хрипло дышит и плачет в углу.
И тут кто-то страшно закричал. Персик не понимал смысла слов: «Твари, я вам руки пообрываю, уроды!»
Человек кричал очень громко и, кажется, дрался. Персик совсем испугался. И вдруг кто-то большой, взял его в руки и Персик услышал нежный голос:
  • Господи, Никит, тут котенок! Крошечный! Живой! А кошка... все... Никита! Никит! Оторви им руки! Я тебя прошу! С корнем!
И возле самого уха:
  • Малыш, потерпи! Мы тебя не бросим. Все будет хорошо!
Он не понял смысла ее слов, но почему-то вдруг успокоился.
Когда глаза у Персика открылись, он увидел, что это очень хорошее место. Тут было чисто и светло. И очень тепло. Тепло исходило сбоку, от стены. Там висело что-то большое и очень теплое. Если прижаться боком, то очень быстро согреешься. И тогда можно повернуться пузиком вверх и вытянуть все лапы. Очень хорошо.
Хозяйка добрая, кормит теплым молоком через пипетку. Персик морщится – совсем не похоже на маму, но приходиться пить.
Когда лапы перестали разъезжаться, он скатился на пол и обошел новые владения – настоящие хоромы. Хорошо. Только нечего погонять по полу. Хозяйка все время ходит то с веником, то с тряпкой, зачем-то возит ими по полу, наверное, сама играет. Если прыгнуть на веник, то можно прокатиться на нем, а еще можно отбирать тряпку. Хозяйка смеется и гладит потом по голове. Приятно.
Наверное, она – главная в доме потому, что вся еда у нее. Даже хозяину еду выдает она. Хозяин сам не лезет в холодильник, ждет свою порцию. Хозяйка кладет сначала ему, потом Персику. А сама ест, когда захочет. Так что все-таки главная хозяйка... хотя, однажды был такой случай:
Хозяин вернулся. Открыл дверь и Персик, конечно, выбежал его встречать, и вдруг услышал голос, от которого все внутри похолодело. Персик сразу его узнал. Он приготовился к большой беде, весь насторожился, прижал уши, зашипел и распушил хвост, но тут хозяин сказал:
  • А, живодер! Как твоя рука? Прошла уже? Иди сюда, я тебе заново поломаю.
Страшный голос замолчал, будто поперхнулся, а потом раздались дробные шаги – кто-то бежал вниз, и бежал быстро. Персик сразу задрал хвост и закрутился между ног хозяина. А тот нагнулся, и погладив, сказал:
  • Узнал, этого гада? Надо же... ничего, не бойся, мы тебя в обиду не дадим.
Так что непонятно, кто тут главный – хозяин или хозяйка.
Первый раз Персик увидел Серого, когда ему исполнился год. Персик превратился в здорового рыжего кота, гибкого и сильного. В тот день он сидел на перилах, лениво щуря глаза. Прямо напротив балкона летали голуби, дразнили.
Знали, что он не прыгнет с четвертого этажа и издевались, как могли. Персик делал вид, что ему до них никакого дела.
Тут сбоку что-то зашуршало и Персик в мгновение повернулся на звук. Неужели голубь зазевался?!
Но это был не голубь, а что-то мягкое, как плед, теплое, как обогреватель, нежное, как сметана и ласковое, как руки хозяйки, когда она чешет за ушком.
  • Мама?! – на весь двор воскликнул Персик, и внизу девочка сказала бабушке:
  • Ты слышала? Киса маму звала!
  • Я не мама, – ответил голос. Облачко немного сменило форму и стало похоже на серого кота.
  • Я понял, кто ты, – спокойно ответил Персик. – Ты живешь на той стороне, оттуда мы все приходим и туда уйдем.
  • Да.
  • В нехороший момент ты меня сюда отправил, – заметил Персик и фыркнул.
  • Так нужно было, – ответил Серый. – Все же кончилось хорошо. Для тебя.
И, помолчав, спросил:
  • Ты ничего не замечал?
Персик закрыл глаза и промолчал. Конечно же он видит. Над головой любимого хозяина висит темное облачко. Ни он, ни хозяйка его не видят, но чувствуют.
  • Очень нехорошая болезнь подкрадывается, – пояснил Серый. – Почти что схватила... сейчас еще можно спасти, потом уже нет.
  • Я знаю, жду, – делая вид, что разглядывает голубей бросил Персик.
  • Я пришел предупредить – сегодня ночью придет, – сказал Серый. – Она сильная и коварная. И... наверное, тебе это будет стоить целой жизни.
  • Ничего, – равнодушно ответил Персик. – У меня их девять.
  • Ты хороший кот, – сказал Серый, – а они хорошие люди. Ну, пока. Удачи.
  • Как там мама? – вслед спросил Персик и Серый впервые улыбнулся:
  • Хорошо. Очень хорошо.
Вечером, задрав рыжий хвост, Персик прошел в спальню хозяев и запрыгнул на кровать. Хозяйка рассеянно почесала его за ушком. Персик слышал, как они говорят тихими голосами:
  • Анализы не плохие вроде...
  • Да и чувствую я себя бодрячком.
  • Врач сказал, может еще и не он.
  • Я обязательно выздоровею! Вот увидишь!
  • Конечно выздоровеет, – подумал Персик щуря глаза. – Я-то на что?
Вскоре хозяин задышал ровнее – уснул. Хозяйка еще тихонько повздыхала, повсхлипывала, и тоже уснула. Персик лежал на краю кровати, сонно щурил глаза, ждал.
Болезнь вскоре придет, только вот откуда?
Мерно тикали часы на стене, гудел за окном ветер. Персик лежал с прикрытыми глазами, и со стороны казалось, что он спит. Часы пробили два ночи. Болезнь что-то медлила. Может не придет? Но едва он понадеялся, как в комнате что-то неуловимо изменилось. Стало тоскливо и холодно. Подняв голову, кот увидел мерзкий, гнилостно-сизый туман, тянущийся по полу к кровати.
  • Прочь, – Персик вскочил на все четыре лапы.
  • Пропусти, и я тебя не трону, – гнилостный туман обрел форму зубастой пасти.
  • Прочь, – повторил Персик, и тут она бросилась на него.
Зубастая тварь была проворна и легка, но и он тоже – не лыком шит. Перевернувшись в воздухе, Персик уклонился от ее броска и вцепился в загривок твари. Ядовитый туман полз в горло и дышать сразу стало нечем, но Персик только крепче сжал зубы. Они покатились по полу.
  • Персик! Что с ним?! Максим! Персику плохо! – утром первой проснулась хозяйка.
Он лежал на ковре у постели и не мог встать – лапы разъезжались, будто он снова стал котенком.
  • У него нос горячий! Нина, собирайся!
Персик хотел сказать людям, чтоб не волновались. С ним все будет в порядке, но конечно не смог.
Болезнь тогда отступила, издохла прямо на полу. Победа стоила Персику одной жизни, но что значила одна жизнь по сравнению с жизнью любимого хозяина?
Персик вылез на балкон через форточку и уселся на перилах, поглядывая по сторонам. В последнее время он просиживал на балконе по нескольку часов каждый день, высматривал ангела.
Персик уже понял, что просто сидеть и ждать нет смысла. Видимо ангелы приходят, когда им это нужно. Персик знал, что ангела можно позвать, но его просто переворачивало, когда он думал, что придется обратиться к этим.
Сизый голубь присел на ветку березы, которая росла напротив балкона и скосил на Персика любопытный глаз. Сперва Персик делал вид, что не замечает пернатого, но потом все же решился. Чувствуя себя хуже некуда из-за того, что приходится обращаться к птице, он попытался выговорить на голубином:
  • Здравствуйте. Вы не знаете, где мне искать ангелов?
Голубь фыркнул:
  • Ну и акцент! А почему вы решили спросить меня? Думаете я знаю, где искать ваших кошачьих ангелов?
  • Хозяйка говорит, что голуби божьи птицы. Вот я и решил спросить. Но если вы не знаете, то...
  • Конечно я знаю! – надулся голубь, а внизу девочка, играющая в песочнице сказала:
  • Бабуля, смотри, птичка с кисой разговаривают!
  • Ой, какая ты у меня выдумщица! – ответила бабушка.
На другой день Персик ждал на балконе с самого утра. Но, кажется, голубь обманул. Ни сам не прилетел, ни ангела не прислал. Едва Персик так подумал, как снова ощутил, как возникло оно – мягкое, как плед, теплое, как обогреватель, нежное, как сметана и ласковое, как руки хозяйки, когда она чешет за ушком.
Облачко медленно приняло форму кота и уселось рядом, вернее зависло над перилами.
  • Звал?
  • Звал, – кивнул Персик. – Я тут кое-что заметил...
  • Да? – озабоченно перебил его Серый. – Я вроде ничего такого не видел... Здоровы твои хозяева.
  • Я знаю, что они здоровы. Просто они грустят. И с каждым годом все хуже. Я недавно понял почему. У них все еще нет котят.
Серый молча слушал.
  • Я начал приглядываться – у них не получается. То есть это самое получается, я смотрел, но живот у хозяйки не растет.
  • Ну... ясно, – протянул Серый. – Но мы тут ничем помочь не можем.
  • Не можем? Но как же так? – удивленно спросил Персик. – Ты ангел, или кто?
  • У людей свои, человеческие ангелы, – ответил Серый. – Это не кошачье дело.
  • Хорошо, – проговорил Персик. – Тогда скажи, как мне увидеть человеческого ангела?
  • Я не знаю, – хмуро ответил Серый. – И не хочу узнавать.
  • Но почему?
  • Потому, что у людей все не так, как у нас. Никаких кошачьих жизней не хватит, чтобы загрызть такую беду. Это тебе не болезни гонять. Понял?
Персик немного помолчал и ответил:
  • Пусть так.
Он встал на все четыре лапы, потянулся и прыгнул с перил на подоконник. Вскочил на форточку и сказал Серому:
  • Найди человеческого ангела и передай ему мою просьбу. Хорошо?
Серый молча кивнул.
Спустя год молодая пара вышла из подъезда пятиэтажного дома. Мужчина держал в руках младенца, а женщина несла картонную коробку и плакала.
  • Это же Нина? – спросила бабка, сидящая во дворе, у другой.
  • Ага, она. Недавно родила. Пять лет родить не могла, лечилась, и вдруг откуда не возьмись – ребенок.
  • Радоваться надо, чего ревет то?
  • Кот вот умер у них. Хоронить повезли.
  • Это ж животина! Грех к животному, как к человеку относиться!
  • Грех, грех, – закивала головой вторая.
  • Дуры старые, – сердито проворчал Серый, сидящий на перилах балкона, прямо над их головами.
  • Не обращай внимания, – второй рыжевато-прозрачный силуэт немного изменил форму и стал больше походить на кота.
Серый повернулся к нему, оглядел и улыбнулся:
  • Ну что, готов? Тогда идем.
  • Куда мы? – проговорил рыжевато-прозрачный.
  • Сперва – к твоей маме, – ответил Серый. – А потом начнется твоя работа. Ты теперь один из нас.
Эту историю рассказала мне девушка, которая носит на шее кулон в виде кошки. Она верит, что все было именно так. Что великая любовь способна на великие чудеса.

Автор Ловец_снов


Девять жизней кота Персика ради хозяев

Cirre
-Явилась, не запылилась! А, нет... Очень даже запылилась. – Принц обошел вокруг уставшей Драконихи. – Давай уже, превоплощайся. Ванну я приготовил, сейчас ужин разогрею.
Дракониха кивнула и потащила мешок с золотом в сокровищницу, гулко шлепая лапами по мраморному полу.
В кухне весело полыхал небольшой камин. Да и печь еще хранила остатки тепла, а огромный дубовый стол был заставлен всевозможными явствами: тут тебе и жареный поросенок в карамельном соусе с печеной картошкой, перепела фаршированные райскими яблочками, маленькие пирожки с разнообразной начинкой, мясной пирог, яблочный штрудель с причудливыми украшениями из теста и множество сладостей: от варенья пяти сортов в хрустальных вазочках до засахаренных фруктов.
Свежевымытая Дракониха, уже в обычном, человеческом обличии, куталась в теплый вязаный халат и поглощала еду с невообразимой скоростью.
  • Не перестаю удивляться, как в тебя, такую маленькую и хрупкую, столько еды помещается?! – Принц налил в серебряный кубок подогретое с пряными травами вино и протянул Драконихе.
Дракониха благодарно кивнула, отпила и с улыбкой ответила:
  • То же самое ты спросил в первый вечер нашего знакомства – семь лет назад.
  • Да уж... – засмеялся Принц. – Вечер был незабываемый!

*

ПроклЯтый Дракон жил высоко в горах и пока Принц добрался до него, успел знатно пообтрепаться, изголодаться и вообще настроение у него было прескверное: коня пришлось оставить в долине на свободном выпасе, копье и лишние вещи надежно припрятать там же. И переться в горы с тяжеленным прадедовым мечом, который постоянно норовил за что-нибудь зацепиться.
Поэтому Принц стучал в ворота замка долго и настойчиво, попутно готовя торжественно-устрашающую речь для Дракона. Придумывать устрашающую речь было проблематично из-за урчащего от голода желудка и возникающих в голове красочных картинок жареной курочки, чесночной колбаски, фаршированных яиц...
Наконец тяжеленная дверь отворилась ровно настолько, чтобы в открытую щель просунулась всклоченная рыжая шевелюра и заспанная девушка недовольно спросила:
  • Че надо? Барабанят тут всякие – спать не дают.
Вся заготовленная речь вдруг испарилась из головы Принца и он ляпнул:
  • Я пришел за яйцом Дракона!
Девушка ржала долго и так заразительно, что Принц тоже невольно начал улыбаться. Отсмеявшись и вытерев выступившие на глазах слезы она сказала:
  • Слушай, все нормальные Принцы и Рыцари приходят за золотом... А ты за яйцом пришел.
  • Это я нечаянно про яйцо ляпнул... Кушать очень хочется. – громко заурчавший желудок был тому подтверждением.- Я вобще – то пришел дракона вызывать на смертный бой...
  • Ааа... Ну да... Смертный бой – дело благородное. -зевая, перебила Принца рыжая девушка. – Слушай, только давай, я сперва как следует высплюсь, а потом ты меня уже будешь на бой вызывать, можешь даже на смертный.
Принц в недоумении уставился на рыжую.
  • А, ну да, я же не представилась. Я и есть этот самый Дракон, точнее Дракониха. Но чесслово, мне сейчас ну никак ни до боев – пять суток без сна... Ты это... Располагайся, без стеснения... гостевые комнаты на втором этаже, кухня слева от холла, найди там чего перекусить, а я пока посплю...
С этими словами рыжая Дракониха развернулась и ушла в глубь замка, кутаясь в ярко-синий вязаный халат, шлепая босыми ногами по мраморному полу. Принц такого поворота ну никак не ожидал. Он с трудом закрыл тяжеленную дверь и пошел осматривать замок.
Проснулась Дракониха от запаха. Одуряюще вкусного запаха чего-то мясного, приправленного розмарином, чесноком и еще какими-то неизвестными ей травами. В этот запах вплетался тонкий аромат ванили и свежей выпечки... Быстро выпрыгнув из кровати и закутавшись в свой любимый, вязаный бабушкой халат, Дракониха пошла на запах.
В жарко натопленной кухне, среди облаков пара, муки и сахарной пудры, в белоснежном фартуке и чепце (и где только откопал их) сновал весело напевающий себе под нос Принц. ПРИНЦ?!! Дракониха вытаращила глаза. Одной рукой он посыпал сахарной пудрой свежевыпеченные румяные булочки, другой- помешивал густое варево, булькающее на раскаленной плите. В центре огромного дубового стола на серебряном блюде красовалось запеченое мясо, нарезанное ровными ломтиками в окружении зелени и свежих овощей. На блюдах поменьше примостились мясные рулетики, обжаренные до хрустящей корочки перепела, румяная форель... Дракониха, почувствовала, что сейчас захлебнется слюной. В этот момент Принц обернулся и увидев ее немного стушевался:
  • Я тут немножко увлекся... Но слуги сказали, что ты не будешь ругаться. Похлебка, правда, не успела довариться...
Но Дракониха его не слушала, она вовсю наслаждалась кулинарными шедеврами Принца.
  • Удивительно, как в тебя, такую маленькую и хрупкую, столько еды помещается?! – Принц сидел напротив Драконихи, подперев щеку рукой и улыбался, наблюдая, как быстро исчезает приготовленный им ужин.
  • Я же не обышный шеловек. – Проговорила с набитым ртом девушка. Прожевала и добавила:
  • У нас, у драконов, все по-другому. А вот, чтобы Принц умел так вкусно готовить- это нонсенс. Не бывает такого!
Принц тяжело вздохнул:
  • Вот и батюшка так говорит... Он хочет, чтобы я как старшие братья: на охоту ездил, в турнирах побеждал, подвиги совершал... А я не хочу как старшие, я готовить люблю с детства. Трактир хочу построить и готовить для посетителей... Бабушка говорит – это феи на батюшку обиделись за что-то и меня прокляли, мол твой младший сын будет готовить лучше всех поваров из семи королевств. И никогда не женится на Принцессе..
  • По-моему, это не проклятье, а замечательный дар. – возразила Дракониха и приценивающе посмотрела на булочку в сахарной пудре- влезет ли еще одна к съеденым пяти или лучше оставить место для перепелиного крылышка. – Слушай, так а чего ты ко мне приперся, если тебя подвиги не прельщают? Кашеварил бы у себя дома, батюшку бы вкусными разносолами радовал.
Принц невесело улыбнулся:
  • Батюшка запрещает мне готовить. А к тебе при... пришел... Хотел вызвать на честный бой, победить и на твои сокровища построить трактир. А ты и не дракон вовсе, а... девочка. С девочками драться непорядочно!
Дракониха подавилась булочкой. Таких наивно-порядочных Принцев она не встречала за всю свою жизнь. И чтобы ее, боевого дракона, назвали девочкой! Да она уже больше 50 лет охраняет караваны и сопровождает торговые суда. И считается лучшим боевым драконом, а следовательно и цена за ее услуги непомерно высокая, но зато за 50 лет никаких потерь! Она конечно могла это озвучить, но тут ей в голову пришла замечательная идея:
  • Слушай, а может ну его, этот смертный бой? Давай я лучше сделаю тебе непристойное предложение, а ты не сможешь отказаться.
Принц покраснел, а Дракониха, обгладывая перепелиное крылышко и закатывая от наслаждения глаза продолжала:
  • Я хочу предложить тебе место главного повара. Платить буду золотом. Поработаешь у меня годик, другой и сможешь построить свой трактир. Все честно и справедливо!
Принц облегченно вздохнул и радостно закивал головой.

*

  • Кстати, у меня креветки заканчиваются, а на следующей неделе батюшка обещал по дороге в соседнее королевство заглянуть в трактир. Ты же знаешь, как он обожает гиганских креветок в оливковом масле и чесноке. Слетаешь на побережье?
  • Конечно дорогой. А к нам заедет погостить? —Дракониха допила вино и поцеловала Принца. – Ты сегодня превзошел сам себя! Было очень вкусно!
Принц улыбнулся и обнял жену:
  • Обещал на обратной дороге заехать. Грозился на неделю остаться, писал, что очень по внучке соскучился.
Проклятье фей сбылось: Принц так и не женился на принцессе. Только зачем нужна принцесса тому, кто женат на Драконихе?!

Галина Терпицкая
Принц дракониха и трактир вместо смертного боя

Cirre
Егорка
– Дeд, не скучай! – Игорь уже опаздывал и потому, не застегивая пальто, с развевающимся шарфом выскочил из квapтиры.
Послышалocь его торопливое топанье по лестнице, хлопнула подъездная дверь и все стихло. Нaчaлся еще один день. Для внука несущий новые впечатления, для него – обычный из череды серых, бeзрадoстныx, неотличимых от предыдущих. Первая его половина – однозначно.
Дед Антон с тpyдoм передвигался с тростью по квартире, подволакивая ногу. Когда-то крепкое тело тepяло силу, день ото дня все больше и больше. Раздражаясь на свою неуклюжесть, он, тем не менее, заставлял себя двигаться. Из кoмнaты в комнату, от одного окна к другому.
У внука ceгодня четыре «пары», значит, вернется после четырнадцати, и день вновь заиграет красками, поднимется настроение. Рядом с ним и дед чувствовал себя уверенней, веселей, и вepилoсь, что все будет хорошо.
Игорь, внучок – единственная отрада и смысл жизни деда Антона. Он знал, что всегда был примером для внука, тот подражал ему с детских лет – те же неторопливые движения, манepa разговора и серьезный внимательный взгляд.
Кoмy же еще подражать, если внук постоянно крутился рядом с ним? Родного отца он никогда не знал, мать – дочка деда Антона, до сих пор пытается устроить свою личную жизнь, да что-то не oчeнь у нее получается. А ведь уже пятый десяток пошел. С малых лет внучок был рядом с бабушкой и дедом. Теперь вот вдвоем ocтались...
Устав от шатания по комнатам, он упал в кресло и перевел дух. За окном, рядом с форточкой, изукрашенным теремком висела кормушка для птиц. Каждое утpo Игopь засыпал внутрь теремка пару горстей семян подсолнуха.
Скоро совсем рассветет и на угощенье пожалуют гости. Ага – вот и первый. Нaxoxленный после неуютного сна воробышек. Осмотрелся по сторонам, удовлетворенно чвиpкaя и радуясь своему первенству, юркнул внутрь. Вот еще один, и еще.
Уcпевaйте, крылатые беспризорники, урвать кормежку, пока не прилетели синички. Они вас легко ототрут в сторонку, придется вам довольствоваться крошками, оброненными с барского стола. Но и синичкам недолго придется вeceлиться, последними прибудут пара-тройка крупных, крепкоклювых дубоносов.
И если писклявые синички, ухватив зернышко, отлетают в сторонку, где шелушат добычу, то дубоносы, по-хозяйски расположившись внутри, не улетят, пока не насытятся.
Снегирей – розовогрудых красавцев, еще нет, они появятся к концу зимы. Еще позже облепит теремок стайка хохлатых свиристелей, оглашая окрестности звонким посвистом.
Дед любил наблюдать за птицaми. Как-то легче и веселей становилось на душе, глядя на ежедневную их суету за окном. И время проходит быстрей. Спасибо Игорю, догадался соорудить кормушку – хоть малое, но paзвлечeние...
  • Игорь, ты с нами? – ребята-пятикурсники из группы, в которой он учился, уже ждали его на крыльце учебного заведения. – Вышли на диплом, надо это дело отметить!
  • Нет, мужики. Правда, не могу, – Игорь смущенно развел руками. – Да и не пью я, вы же знаете.
  • Ну, как знаешь, – шумная компания в предвкушении веселья двинулась в сторону кафе, а Игорь – на oстaновкy.
О каком веселье мoжeт идти речь, если дома ждет дед. Наверняка в окно смотрит, ожидая его. Погода сегодня хорошая, теплая, без ветра и снежок пушистый летит. Обязательнo нaдo прогуляться с ним, хотя бы по двоpy.
Эх дeд, дeд... Сколько себя помнил Игорь, он всегда был рядом. Когда еще дед трудился шофером, Игорь постоянно занимал место пассажира в кабине его «хлебовозки» и колесил с ним по городским маршрутам, развозя хлеб по продуктовым магазинам.
Там же, на сиденье и засыпал, умoтавшиcь от езды. Обедать приезжали домой, где ждала их живая еще бабушка. Строго выговаривая деду, она пыталась оставить внучка дoмa, но тот неизменно сбегал из-под ее опеки к деду.
  • Опять свoeвольничaeшь, Егорка, – ворчал дед.
Он всегда называл Игоря Егоркой, а тому это нpaвилocь. Ему нравилось все, что делал и говорил дед, и тогда казалось, что он всегда будет рядом, ворчать незлобиво и украдкой улыбаться в усы, с гордостью поглядывая на взрослеющего внука.
Но вот не стало бабушки. А три месяца назад дед перенес инсульт. И Игорь в полной мере осознал хрупкость и скоротечность жизни. Понял – как необходимы они друг дpyгy и как дорог ему постapeвший дед.
Непривычно было смотреть на него, передвигающегося с тростью, но он радовался, что тому с каждым днем становится лучше, и надеялся, что вскоре дед будет выходить к подъезду caмoстоятельнo, а пока – только с его помощью.
Потому, каждый день, едва освободившись, он торопился домой. Он уже был рядом с домом, когда его окликнул детский голос:
  • Дяденька, возьмите котеночка! – девочка лет десяти ухватила его за рукав. – У нас кошечка родила троих котят, родители хотели выкинуть. Мы их спасаем. Двоих уже забpaли, а самого маленького никто не берет.
Она настойчиво тянула его к подружке, в плетеной корзине у ног которой пищал и дрожал от холода котенок. Moлодeнькaя девушка остановилась и, присев у корзины, с грустной улыбкой гладила малыша. Она взглянула на Игоря и произнесла мягким голосом, смущенно улыбаясь:
  • Я бы взяла его, но меня не пустят в общежитие. Комендант у нас такой стpoгий!
Но у котенка на этот счет было свое мнение, он, ухватившись коготками за рукав куртки, ловко вскарабкался на плечо, мяукнул, и с надеждой взглянул ей в глаза.
  • Ну что мне с тобой делать... – на глаза девушки нaбeжaли слезы.
Голос девушки звучал так искренне, а глаза ее, блестевшие от слез, настолько тронули его, что Игорь peшил взять котенка себе. Вернее, деду – пусть возится с ним, глядишь и пoдружaтся.
Но у котенка на этот счет были свои планы, он не соглашался покидать плечо незнакомки и даже пробовал укрыться в ее пушистых волосах, рассыпанных по плечам.
  • Делать нeчeго, – Игорь оставил попытки отнять малыша. – Придется Вам нести его до моего дома, а там что-нибудь придумаем.
Посмеиваясь над неожиданным приобретением, они подошли к подъезду, поднялись на этаж и вошли в квартиру. Марина – так звали девушку, смyщaясь, шагнула через порог.
  • Дед! – позвал Игорь. – Мы тебе квартиранта принесли!
Постукивая тростью, вышел Антон Иванович, приветливо улыбнулся, разглядев гостью. Из-под пушистых волос на плечо девушки выбрался котенок и, взглянув на деда, зacyeтился, пытаясь перебраться к нему, бyдто давно ждал этой встречи.
Дед уронил трость и прижал малыша к груди, ласково шепча ему что-то на ушко. Игорь помог им пройти в комнату, усадил в кресло, а когда вернулся за Mapиной – ее уже не было. И только легкий запах духов, свидетельствовал о ее недавнем присутствии.
Наскоро накинув пaльтo, он выбeжaл из подъезда в надежде увидеть Mapину, вернyть или хотя бы узнать – где и когда можно будет увидеть ее, но тщетно.
  • Эх ты, недотепа! – ворчал дед. – Разве таких девушек отпускают? Таких девушек надо крепко держать возле себя. Всю жизнь!..
Каждый день, возвращаясь домой и дойдя до места, где они встретились, Игорь осматривался вокруг – вдруг она снова здесь. Но, подождав минуту-другую, повертев головой, он убеждался, что и в этот раз не увидит ее.
Однажды ему показалось, что она мелькнула в окне трамвая, он рванулся вслед ему, но трамвай, набирая скорость, затерялся в суете шумной улицы.
Майским днем Игорь возвращался с консультации. Близилась защита диплома. Настроение приподнятое – руководитель остался доволен. Дед почти здоров – ежедневно сам выходит на прогулку со своим неизменным спутником – котенком Eгоркoй. Так он его назвал.
  • Очень он похож на тебя маленького, – объяснял он Игорю. – Такой же озорник и от меня ни на шаг. А глазенки – такие же хитрые, как были у тебя.
Но сегодня нepaзлучная парочка не встречала его на лавочке, как обычно. Не случилось ли чего? Встревоженный Игорь взлетел по лестнице на площадку, дверь не заперта. На кухне слышен голос деда. Слава Богу, все нopмальнo!
Что-то незримое, но явное вдруг остановило Игоря и заставило громко биться сердце. Что же это? Запах! Запах ее духов, который он вcпoминaл все это время с непроходящей грустью. Неужели!? Догадку подтвердил негромкий, веселый смex Марины. Да, это она!
Прислонившись к косяку кухонной двери и боясь пошевелиться, он смотрел на ее пyшистые волосы, в которых когда-то прятaлся хвостатый Егорка, на ее плечи, которые полюбились мaленькому кoтенкy в день пepвoй их встpечи.
Дед yгощaл Марину чаем, развлекал разговором, а кот примостился у нее на коленях и мурлыкал свое. Почувствовав взгляд, она обернулась, увидела Игоря:
  • Вот решила проведать кoтeнкa, – смущенно улыбнулась Марина и опустила глаза.
  • Ты это правильно peшила, – радостно выдохнул Игорь. – Мы тебя ждали.
Дед и хвocтатый Егорка хитро пepeмигнулись...

ТАГИP НУРМУХAMEТОВ
Котенок Егорка и встреча Игоря с Мариной

Cirre
Я тебя научу
— Ну, чего тебе еще от меня надо? — кот Лапик нехотя поднял голову и взглянул на хозяйку. — Я уже поел, на лоток сходил, самое время отдохнуть, а тут — ты!
— Лапик! Слазь с кровати, мне надо постель заправить, а то я на работу опаздываю!
Хозяйка нетерпеливо топталась у расправленной кровати, на которой развалился домашний котик шести килограммов живого веса. Судя по его наглючему взгляду, тот не собирался покидать нагретое место:
— Твои проблемы! — недовольно муркнул он и вновь уронил голову.
— Лапусенька, — хозяйка добавила меда в голос, — ну, пожалуйста, освободи кровать. Опоздаю на работу, лишат премии. Придется тогда урезать твой рацион.

Кот встревоженно открыл один глаз:
— Как это — урезать рацион? Думай, что говоришь! — он горестно вздохнул, поднялся с уютного места и тяжело спрыгнул на пол. — Давай застилай свою кровать и дуй на работу. И чтоб без опозданий! А то в самом деле без премии останешься, а это, знаешь ли...
«Все равно согнали бы, – думал кот, сидя на коврике и глядя, как суетится хозяйка. — Сначала Лапусик, потом Лапендра, а потом просто спихнули бы на пол! Никакого личного пространства! Хорошо, хоть каждый день на работу уходит и можно отдохнуть от этой кожаной. Но только до вечера. И всего пять дней в неделю...».

*

Четыре года живет Лапик в этой квартире. Четыре года назад принес его за пазухой младший хозяин — Сережа. Принес худого, оголодавшего до крайней степени котенка с затравленным взглядом. Долго пришлось адаптировать его к нормальной жизни, лечить, откармливать.
Когда он наконец понял, что его не съедят здесь, не ударят и даже не будут на него кричать, то полюбил всех своим маленьким сердечком, особенно Сережу. Да и старших хозяев не меньше. Сейчас Сережа на службе в армии, старший хозяин в командировке на вахте. Остались они с хозяйкой одни в квартире.

Еды у него в достатке, водичка всегда свежая, хозяйка, когда дома, не обделяет его вниманием и лаской. Спать – только в хозяйской кровати, развалившись поперек нее и отодвинув хозяйку на край.
Можно и покапризничать, но не перегибать при этом палку, чтобы не огорчить хозяйку. Так, лишний раз показать, что он – не последний в доме.
Завтра выходной, значит, хозяйка весь день будет дома. Хорошо! Но особой радости выказывать не надо — разбалуется.
День прошел в блаженном сне, тишине и покое, прерываемом на посещение кухни, дабы плотненько подкрепиться перед очередным сеансом сна.

Наконец-то замок в двери защелкал – хозяйка вернулась! Лапик прошел в прихожку, встретить хозяев — святое дело. Но что это она держит в руках?
— Лапик, ну не могла я его оставить на улице. Холода стоят. А он такой маленький, беззащитный и голодный! Совсем уже надежду потерял, даже не мяукал.
В руках у хозяйки — маленький комочек с грустными зелеными глазками. Дрожит, беззвучно открывая рот.

— Та-а-ак! — обиженно протянул Лапик. — Значит, я тебя уже не устраиваю? Решила другого завести? Всё! Я на тебя обижен, на всю жизнь!
И, взмахнув хвостом, он прошествовал в спальню, где залез под кровать, чтобы умереть от обиды и голода, ведь он больше никогда отсюда не вылезет!

*

Почти весь вечер Лапик прислушивался к звукам, доносившимся сначала из ванной — отмывает приблудыша, потом из комнаты — сушит, щебечет что-то ласково, потом из кухни — кормит...
Вот тут Лапик не выдержал: «Наверное, мою законную еду ему скармливает!» — и потрусил на кухню, подкидывая пушистый зад.

То, что он увидел, его заинтересовало, но внешне он этого не показал — главное, что его миски остались неприкосновенны. У ног хозяйки сидел мелкий котенок, всё еще дрожа от холода, и жадно поглощал влажный корм из блюдечка.
Он давился и урчал, будто опасаясь, что кто-то отберет его еду. Тоненький хвостик его смешно топорщился и дрожал. Что-то непрошеное шевельнулось в душе Лапика, он взглянул на хозяйку и увидел, что она, глядя на малыша, улыбается сквозь слёзы.
«Неужели я тоже был когда-то таким?» — мелькнуло в ушастой голове Лапика.

Откуда-то из глубины подсознания всплыли обрывки воспоминаний: мокрый снег, облепивший тоненькую шерстку, которая уже не могла согреть тельце. Холод, пробирающий до костей так, что невозможно пошевелиться, даже шагу ступить нет сил, потому что тело колотит дрожь...
Спазмы голода такие, что пронизывают нутро и, кажется, что в животике поселился комок боли. И никого, кто хотел бы ему помочь... Безнадега, отчаяние, а потом — темнота...

Лапик даже вздрогнул от воспоминаний. Ведь это было, было! Потом, когда он, обессиленный, повалился на бок, на мокрую землю, припорошенную снегом, его подхватили теплые руки Сережи, а очнулся он уже под теплыми струями душа, и хозяйка вот так же улыбалась сквозь слёзы, глядя на него.

Он поднялся и вышел из кухни, не притронувшись к своим мискам. Хозяйка достала из кладовки его старую лежанку и, разместив ее у теплой батареи, перенесла туда нового жильца, который умудрился уснуть рядом с блюдечком. Тот всё так же дрожал во сне, хотя в доме было тепло, а у батареи – жарко. Непросто ему будет согреться, Лапик знал это по себе.

*

Ночью Лапик тихо прокрался к спящему котенку и долго смотрел на маленькое дрожащее тельце.
«Нет, — решил он, — так ему не согреться».
Он долго мостился на старую свою лежанку рядом с котенком, кое-как ему это удалось, после чего он подгреб малыша к себе, укутал его пушистым своим мехом и замурчал. Негромко, ласково, как мурчал только для Сережи. Так он и провалился в сон.

Пробудился он оттого, что почувствовал: на него смотрят. Открыв глаза, увидел напротив себя зеленые глазенки котенка, который, выпутавшись из его пушистого меха, с испугом и любопытством пялится на него — большого и сильного кота.

— Здравствуй, дядя кот, — пискнул малыш. — Ты не будешь меня обижать?
— Вот еще! — фыркнул Лапик. — Согрелся?
— Да! — малыш сладко зажмурился от удовольствия. — Я даже не знал, что бывает так тепло! Мне всегда было холодно и хотелось кушать, а сейчас тепло. Вот только кушать всё еще хочется.
— Ничего, — улыбнулся Лапик. — Через неделю пройдет и это. Пойдем, перекусим, пока хозяйка спит, — и повел его на кухню.

Корм в мисках Лапика заветрился, по его мнению, такой корм есть нельзя, лучше разбудить хозяйку и потребовать свежий, но малыш с такой мольбой смотрел на него, что тот только лапой махнул: «Ладно, ешь».
Лапик смотрел, как тот с превеликим удовольствием вылизал стенки мисок и с округлившимся животиком стоял, покачиваясь на тоненьких ножках. Потом стал царапать пол лапкой с явным намерением...
— Э, нет, малыш. Так дела не делаются, — Лапик ухватил зубами котенка за холку и отнес к лотку. — Вот здесь можно. Так, хорошо, теперь закопай за собой. Молодец! Пошли досыпать.

*

Когда хозяйка утром увидела, как спит котенок, привалившись к боку Лапика, она присела рядом с ними и ласково погладила сначала одного, потом другого:
— Вот и хорошо. Я знала, Лапушка, что ты добрый кот и не оставишь малыша без внимания.
— А как иначе, хозяйка? — мурчал Лапик. — Это ж наш парень, дворовой породы. Из таких вырастают самые лучшие коты! Если, конечно у них будет хороший воспитатель. Вроде меня.
И он самодовольно улыбнулся.

— Дядя Лапик, — пискнул котенок. — А как ты меня будешь воспитывать?
— Как самого настоящего дворового кота, ставшего домашним, — объяснял он несмышленышу. — Сначала дадим тебе имя, потом выберешь себе любимое место для сна. А потом пойдет учеба: пролезть все укромные уголки в квартире, научиться прятаться, когда включают пылесос, да так, чтоб потом тебя еще час искали. Бегать по ковру на стенке, забираться на шторы, караулить возле холодильника и много чего еще интересного! Мало ли дел у кота? А у нас с тобой их теперь в два раза больше!

Автор Тагир Нурмухаметов


Кот Лапик учит нового котенка домашней жизни

Cirre
Внучка

  • Вызывали? – на пороге стояли врач и медсестра неотложки.
  • Ну, слава Богу, приехали, – выдохнул дед. – А то я уже хотел повторно звонить.
  • Так вызовов нынче знаете сколько? – парировала врач. – Куда нам идти?
  • Сюда, – показал рукой дед. – Внучка у меня болеет...
  • Ой, дедушка, а кто это у вас на стенах? – Врач и медсестра вдруг застыли, и разинув рты стали рассматривать стены комнаты, которые были все сплошь увешены новогодними фотографиями. – Столько Дедов Морозов!..
  • Это всё мой дедуля, – просипела простуженно из кровати девочка лет семи. – Он у меня не просто дед Мороз, а лучший дед Мороз нашего города. У него даже дипломы про это есть.
  • Правда что ли, это всё вы? – медсестра с восторгом посмотрела на деда.
  • Правда, правда, – кивнул тот. – Тридцать лет я этим делом занимался.
  • Надо же, первый раз меня к деду Морозу вызвали, – удивлённо пробормотала и врач.
  • Вас не ко мне вызвали, а к ребёнку, – напомнил ей дед. – Лечите уже её скорее.
  • Сейчас мы вашу красавицу послушаем. – Врач присела на кровать рядом с больной, достала фонендоскоп. – Значит, если вы дед Мороз, то больная у нас Снегурочка?
  • Выходит, так, – опять кивнул дед. – Правда, у меня – три Снегурочки, мал мала меньше. Это старшая. Вот, оставили меня одного с ней, а она мороженого объелась. Сипит, кашляет, и температура под сорок.
  • Тридцать восемь у меня, дедуля. Ты чего обманываешь? – строго сказала девочка.
  • Да, чего вы обманываете? – засмеялась врач, прослушала больную, затем достала из кармана электронный термометр. – Если было бы сорок, она бы у вас растаяла. Да, Снегурочка?
  • Ага. – ответила девочка. – Правда, меня Настей зовут.
  • Настенька, значит. Давай, мы с тобой температуру замерим. Ага... Тридцать семь и восемь. А где у тебя мама?
  • А они с бабулей и сестрёнками уехали к папе в Париж. – с грустью ответила Настенька. – Папа у меня корреспондент.
  • А ты чего не поехала?
  • А я недавно ездила. Да и дедуле одному скучно. Он же на пенсии.
  • Так вы дед Мороз – пенсионер? – весело обратилась врач к деду.
  • Выходит, так. Ну, что с внучкой? Нет у неё воспаления лёгких?
  • Нет, успокойтесь.
  • А что у неё?
  • Обычная простуда.
  • Когда у неё горло пройдёт?
  • Скоро.
  • Мне нужно точно знать – когда?
  • А это теперь зависит только от Снегурочки. – Врач подмигнула девочке. – Если она будет горло беречь, и под открытой форточкой не сидеть, через неделю пройдёт. А пока таблеточки попьёте, горло пополощите. Я тут вам всё напишу на рецепте.
  • А чтобы раньше прошло – нельзя это сделать? – поинтересовался дед.
  • Зачем вам раньше? Каникулы же. Болейте на здоровье.
  • Дедушка боится, что когда бабуля через три дня приедет, ругаться на него из-за меня будет, – пояснила внучка.
  • А чего, она у вас такая строгая?
  • Очень. От неё всём достаётся.
  • Да неужели дед Мороз её боится? – улыбнулась врач. – Взял бы посох, произнес волшебные слова, и она бы сразу подобрела.
  • Так он так и делает. Только бабуля почему-то не сразу добреет, а только на следующий день. Мне от неё тоже попадёт. Дедушка этого больше всего и боится.
  • Да... Весёлая у вас семейка. Ну, всё, рецепт я оставила, пойдём мы. А завтра к вам участковый врач придёт. – Врач встала, и они с медсестрой направились к выходу.
  • Погодите! – опомнился дед. – Я же хоть и пенсионер, но, всё-таки, дед Мороз. Я вам подарки вручить должен.
  • Какие ещё подарки? – испугалась врач. – Вы что придумали? Мы подарков от пациентов не принимаем.
  • Да вы не отказывайтесь, – засмеялась внучка. – Он же, правда, дед Мороз. Он без подарков никого не отпускает.
  • Помолчи, девочка! – Врач строго посмотрела на Настеньку.
  • А если вы будете упрямиться, – продолжила внучка, – дедушка поколдует, и ваша машина не заведётся. Да, дедуля?
  • Точно. – Дед протянул врачу и медсестре две пары шерстяных носков. – Вот вам от моей бабушки сюрприз, собственноручно ей вязанный.
  • Прекратите, дедушка. – Медсестра тоже недовольно посмотрела на старика. – Нам брать у людей подарки запрещено по инструкции.
  • Вы зря отказываетесь, – по-доброму сказал дед. – Подарки ведь у меня не простые а волшебные. Они и обидеться могут.
  • Ну вот, ещё. Детский сад нам устроили. – Врач на прощание строго посмотрела на дедушку. – До свидания.

Они, всё-таки, ушли, так ни не взяв подарки.

Дед вздохнул, подошёл к внучке, положил ладонь на её горячий лоб.

  • Вроде, проходит твоя температура.
  • Дедуль, как думаешь, они вернутся? – спросила вдруг Настя.
  • А куда они денутся? – хитро улыбнулся дедушка. – Давай-ка, я пока рецепт почитаю. Чего тут тебе прописали?

Минут через пять в дверь позвонили. Дед распахнул дверь и на пороге увидел взволнованного мужчину.

  • Ты что ли, дед Мороз? – спросил гневно гость.
  • Я, – кивнул дед. – А ты, значит, водитель неотложки?
  • Дед, ты чего хулиганишь? – возмущённо залепетал мужчина. – У меня, между прочим, новая машина, и она вдруг не заводится! Первый раз такое со мной. Дед, ты это... того... Нам ехать надо... Мы ведь людей спасаем. Это не игрушки.
  • Понял, сейчас сделаем, – хмыкнул дед, на секунду отлучился и протянул водителю уже три пары носков. – Эти две пары отдашь женщинам, а вот эти – тебе. Твой размер. И смотри, – строго добавил дед, – если женщины опять не примут подарочки, через сто метров снова заглохнете. Всё понял?
  • Ну, дед, ты даёшь... – хмыкнул водитель, взял подарки и побежал вниз.

Когда дедушка вернулся к внучке, та уже торчала у окна.

Дед встал рядом с ней, и они стали наблюдать, как водитель заскочил в кабину неотложки, она тут же завелась и поехала.

  • Ну, дедуля, ты и волшебник! – восторженно воскликнула Настенька. – И как это у тебя так всё получается?
  • Понятия не имею, – честно признался дед. – Наверное, это, всё-таки, профессиональное... Я так думаю...

Автор Рассказы Анисимова
Дед Мороз-пенсионер и вызов неотложки к внучке

Cirre
Лимон

Камни со свистом летели Лимону вслед, с глухим стуком ударяясь рядом о землю. Кот с ловкостью уворачивался, но преследователей было слишком много и вот уже один из камней врезался ему в спину. Лимон упал, но тут же вскочил и побежал снова. Только скорость уже была потеряна и град из камней посыпался на бедного кота.
Поначалу у Лимончика было всё. Дом и вроде бы любящие хозяева Но не сумев пристроить кота на время отпуска, его просто-напросто решили выпустить на улицу. Мол, лето на дворе, не пропадет. А по приезду обратно заберем.

Кот сначала прятался по кустам, а потом голод выгнал его на поиски еды. И если еду он нашел (котов часто подкармливают), то с безопасностью оказалось сложнее. Каждая собака считала своим долгом броситься за ним вдогонку. Автомобилисты пинками гнали его от машин, думая, что кот будет метить и не догадывались, что Лимон кастрирован и глупостями не занимается.

И если раньше кот с радостью бежал к любому позвавшему, то теперь Лимон уже знал, что его могут ударить и даже попытаться зажигалкой опалить усы, как было уже не раз.

Сегодня было жарко и Лимон в поисках воды дошел до маленького грязного озерка, вокруг которого настроили гаражи. Но попить ему так и не удалось. Компания парней, курившая за гаражами, решили поупражняться в меткости и стали швырять камни в приметного рыжего кота.

И Лимону досталось Как он не уворачивался, крупный камень попал ему в голову, лапы подкосились и кот упал. Парни потеряв к нему интерес, вернулись к гаражам. Те несколько минут, которые кот пролежал на раскаленном солнце, сделали свое дело К сотрясению Лимон получил еще и тепловой удар. Очнувшись, он с трудом сумел отползти в кусты и вновь потерял сознание, сжав в лапках прохладный пучок травы.

Таким его и обнаружила Люба Она потрогала кота за нос и поняла, что он жив, но что делать дальше, не знала. Это в иностранных историях в подобных случаях по одному звонку сбегаются всякие гуманные общества и волонтеры, начинают спасать и фотографировать. Любу всегда поражало, что любое заурядное спасение животного у них сопровождается целым фотоотчетом, как будто без этих съемок животное спасенным не считается.

Но размышлениями коту не помочь и подняв кота, Люба отнесла его домой. Дома она намочила простынь и расстелив ее на прохладном балконе, уложила на нее кота. Повреждений на Лимоне она не обнаружила и решила, что обойдется и без ветеринара.

К вечеру коту стало легче и он покачиваясь зашел в комнату Отказываясь от еды, он много пил. Несколько дней его тошнило, но вскоре дело пошло на поправку.

Сначала Люба искала его хозяев, разместив в Сети объявления. Но никто не звонил, чему Люба была только рада. Она уже успела привыкнуть к ласковому и беспроблемному Лимону. Хорошее питание и витамины быстро восстановили здоровье кота, как вдруг объявились хозяева

Расстроенная девушка стала расспрашивать хозяйку, как же Лимон оказался на улице, а узнав заявила, что кота она не отдаст. Хозяйка, возмутившись, стала угрожать полицией.

Да ради Бога! махнула рукой Люба. Только вам придется объяснить почему кот оказался на улице, и почему вы его не искали. Подавайте в суд, я с удовольствием приму в нем участие.

Пришлось недовольной хозяйке удалиться. А Люба нашла Лимона, спрятавшегося под батареей. Услышав голос старой хозяйки он спрятался, коту почему-то совершенно не хотелось возвращаться обратно.

Вылазь, дурачок. Никому я тебя не отдам. Самой нужен

Но Лимон на всякий случай забился подальше и вышел только ночью. Люба уже спала, он лег рядом, уткнувшись носом в ее прохладные волосы и обхватил их так, как совсем недавно цеплялся за пучок травы.

Автор: Cebepinka
Люба спасает кота Лимона от прежних хозяев

Cirre
Новый год
  • Ромка, нас родители приглашают к ним, в загородный дом, на Новый год! Папа горку построил, да и рядом горки, лес. – восторженно делилась с мужем Настя. – Давай поедем?- Ты же знаешь. – мягко отстранился от жены мужчина. – На Новый год к нам приедут мои родители и сестра с семьёй.- Да они уже десять лет приезжают, каждый год, Ром! – разозлилась молодая женщина.
  • Славка уже девятый Новый год встречает в городе. Ему скучно! А мне – надоело стоять у плиты.- Ну ты чего? Это же наша Новогодняя традиция. – попытался обнять жену Роман.- Это моя традиция такая? Новый год у плиты встречать? А потом мыть, убирать, опять готовить... И так все праздники? Говорят, как встретишь Новый год, так его и проведёшь. Не удивительно, что я постоянно в делах, заботах и уставшая. – хмыкнула Настя.
Ей эти гости, которые приезжают тридцать первого декабря, а уезжают только в последний день праздников, очень надоели. Она должна, точнее, обязана организовать отдых гостей так, чтобы они остались довольны.
Но именно сейчас её терпение лопнуло.
  • Родная, ты преувеличиваешь. Мы же отлично проводим время! Да и мама вчера звонила и я подтвердил, что всё, как обычно и мы ждём их. – не понимал жену Рома.
  • А меня спросить не надо было? – устало спросила жена.
  • Так чего спрашивать, если и так всё понятно? – не понял мужчина.
  • То есть, менять ты ничего не собираешься и ждёшь своих родных?
  • Естественно!
  • Отлично! Но знай, что этот Новый год мы встречаем у моих родителей. Если хочешь, поехали с нами. – Настя, широко улыбнулась мужу и отправилась на кухню, готовить ужин.
Чуть позже она, конечно, поговорила с сыном.
  • Слав, ты как хочешь Новый год встречать? Тут? С бабушкой, дедушкой и Ванечкой с Настей? – это были двоюродные Славе брат и сестра, дети золовки. – Или поедем в деревню, к бабушке с дедушкой?
  • Мам, ну конечно к бабе с дедой, в деревню. – сын от счастья замер, боясь спугнуть удачу. Ему тоже порядком надоело нянчиться с детьми тёти Светы и делать то, что нравится им.
  • Только...
  • Мам, я вас слышал. Папа с нами не едет. – хмыкнул смышлёный ребёнок. – Но мы же всё равно поедем? Вдвоём?
  • Поедем, Славка. – счастливо рассмеялась Настя. – Тридцатого и поедем. Поможем с подготовкой.
В этом году на 31ое она взяла отгул, за счёт своих переработок. О чём предупредила мужа.
Ромка не придал значения её словам. Передумает! Не в первый раз. Да и к чему этот бунт? Ведь знает, что его семья к ним приезжает.
И мужчина расслабился, больше не поднимая этот вопрос.
  • А чего это вы такие довольные? – с подозрением смотрел Роман на Настю со Славкой, вернувшись с работы.
  • В предвкушении Нового года! – Настя крутилась перед зеркалом в новом платье, купленном специально на праздник.
Длинное, струящееся платье тёмно-синего цвета, невероятно шло ей и подчёркивало цвет её голубых глаз.
Славка чистил мандаринку и смотрел «Один дома», искренне переживая за главного героя и хохоча над преступниками.
А в доме витал запах так любимого мужчиной яблочного пирога.
Даже сам Ромка заразился этим праздничным настроением.
  • Собираемся к родителям! – спокойно ответила жена. – Ты с нами?
  • Насть, ну ты чего? К нам гости приезжают и это не обсуждается! – Ромка показался из кухни с мандарином.
  • Ты серьёзно? То есть, ты встречаешь Новый год в городе? – уточнила молодая женщина.
  • Естественно. Я думал, мы всё решили ещё в прошлый раз и услышали друг друга. – удивлённо посмотрел на жену мужчина и вернулся на кухню ужинать.
  • Надеюсь, что так. – хитро улыбнулась Настя.
Вечером Рома торопился домой. Ему ещё нужно было закупить продукты по списку жены для праздничного стола. Он знал, что на завтра жена взяла отгул, а это значит, что готовить она будет с утра.
  • Настюша, давай поужинаем и в магазин? Нам же ещё продукты покупать! – с порога крикнул мужчина.
Но в ответ ему была тишина.
  • Настя? А вы где? – тут же позвонил он жене.
  • Мы у родителей. Я же тебя предупреждала? Ты же помнишь наш прошлый разговор! Сам вчера говорил. – весело ответила ему молодая женщина.
  • Ты не могла! Я думал, что мы поняли друг друга. – нервничал Рома. Такого он от жены не ожидал. – Так, давайте обратно! Готовиться же нужно.
  • Да, Рома. Я тоже думала, что мы друг друга поняли. – разочарованно ответила ему Настя. – Я служанкой быть больше не хочу! Этот Новый год я планирую праздновать!
И молодая женщина завершила звонок и, как позже понял Роман, выключила телефон.
  • Мама? – в панике звонил мужчина. – Завтра сможете приехать пораньше? Нужно на стол накрыть, приготовить. Скажи, что купить? Я сейчас в магазин собираюсь.
  • Ромочка, ты о чём? А что же Настя? – удивилась мама.
  • Настя уехала к родителям, поэтому, мы сами. – растерянно признался Рома.
  • Как это уехала? Вообще-то, сын, мы планировали приехать к столу и нормально отдохнуть от быта. – возмутилась женщина. – А не готовить в праздник и скакать вокруг стола. Этим мы каждый день дома занимаемся.
  • Но Настя же скачет каждый год? – мужчине стало обидно.
  • Так она невестка. Это её прямая обязанность. – неприятно удивила признанием мама. – И что же теперь делать? Я готовить не собираюсь!
  • Давай закажем? – устало предложил мужчина.
  • Сравнил, тоже мне! Домашнее оливье, своё и покупное! Купить и я могу! – оскорбилась женщина. – Да, сын! Не ожидала я от Насти подобного. Бесстыжая!
Через пол часа расстроенному неожиданным открытием Роме позвонила сестра.
  • Ромка, что за дела? Дети уже настроились на веселье, а тут облом? – возмущалась Света.
  • Приезжайте. Сами отметим. – устало произнёс мужчина.
  • Ага! Сейчас! У плиты постоять я и у себя смогу. – фыркнула сестра. – Мы к маме лучше.
Роман удивлённо смотрел на телефон. Они всё решили, а его с собой даже не пригласили.
Сейчас только он понял, о чём говорила Настя.
Следующим вечером он с улыбкой наблюдал за тем, как Славка, вместе с тестем, счастливо наряжает ёлку во дворе дома.
  • Дед, звезда осталась! – прыгал сын вокруг ёлки.
  • Сейчас! – Петр Леонидович заканчивал с гирляндой.
  • Давай я тебя подниму? – предложил Рома.
  • Папка приехал! Ура! – Славка, подпрыгнув на месте, побежал к отцу.
Мужчина, смеясь, подхватил сына и с ним на руках направился к ёлке.
Звезда была на месте!
Роме были очень рады. Приехал и брат Насти, Матвей, с женой.
Женщины суетились на кухне вместе и весело о чем-то болтали, стол ломился от вкусностей.
А мужчины расставляли стулья, проверяли гирлянды и салют.
Всё было дружно, по семейному.
Новый год прошёл замечательно!
Не сговариваясь, все остались ещё на три дня, катались с горки, дружно готовили и ходили на местную ёлку, где собиралась вся деревня, наверное.
Перед отъездом молодые женщины убрали весь бардак, с помощью своих мужчин, который усердно наводили в праздники и, расцеловав родителей, все разъехались по домам.
Славка, получивший кучу подарков, в дороге тут же уснул.
  • Насть, спасибо тебе за праздники. Прости дурака, пожалуйста! – Ромка с любовью смотрел на жену. – Я только сейчас понял, как был не прав!
  • Да ладно! Главное, что понял! – хитро улыбнулась молодая женщина.
Тут у мужчины зазвонил телефон и он, чтобы не отвлекаться от дороги, включил громкую связь.
Звонила мама.
  • Сын, а вы когда возвращаетесь? – уточнила женщина.
  • Что случилось? – нахмурился Роман.
  • Мы хотели к вам приехать на оставшиеся праздничные дни.
  • Ой, мам, никак не получится. Мы сами в гости едем. Да и не хочу, чтобы Настя у плиты стояла, праздники же. Она тоже работает, устаёт, хоть сейчас отдохнёт. – вернул мужчина маме её же слова.
  • Ох ты, барыня какая! Устаёт она. Родители мужа ей, видите ли, в тягость! – возмутилась женщина. – Родную мать на порог не пускают!
  • Мам, не выворачивай. У нас просто свои планы. – устало ответил Рома. – К тому же, Славке не интересно нянчиться с детьми Светы. У него свои интересы. Вот и решили мы отметить так, как хочет сын.
  • Мал ещё хотеть! – фыркнула мама.
  • Вы можете приехать и погостить у нас, если хотите. – предложил мужчина, хитро глядя на удивлённую жену.
  • Ой, а может, вы нас с собой возьмёте? Чего это мы у вас без вас будем? – нашлась женщина.
  • Нет, мам. Там вас не ждут. – отказал Рома.
Мама обиделась.
  • А куда мы едем? – удивилась Настя.
  • На пару дней на базу отдыха, с Егоровыми. Мы уже всё заказали. Точнее, Егоровы и давно. Я им половину перевёл.
  • Ура! Мы с Димоном, наконец-то, отдохнём! – сонно потирал глаза Славка, слышавший разговор родителей. Димка, сын друзей, был ровесником Славки.
Праздники прошли просто замечательно, весело и душевно.
Все отдохнули!
Через год....
  • Сын, мы к вам завтра приедем! – позвонила мама Роме тридцатого декабря.
  • Ой, мам, мы уезжаем сегодня. Новый год с друзьями встречаем. – ответил ей Роман, закрывая багажник, куда поставил сумки с вещами и продуктами.
  • А как же семья? Это же семейный праздник? – возмутилась женщина.
  • Вот мы и приедем к вам на следующий Новый год! Сами. Тридцать первого вечером! – весело ответил мужчина и с хохотом обнаружил, что мама с перепугу сбросила звонок.
А у их семьи появилась новая традиция!
Отмечать Новый год так, как хочется им и их сыну!

Автор: Галина Сергеевна
Новый год у родителей жены вместо гостей мужа

Cirre
Четыре с половиной года изучали студенты психологию. Вот собрал их профессор и стал направления на практику раздавать. Чтобы ученики вживую увидели и поняли, насколько бесконечна граница Добра и Зла. Кого в суд отправил, кого в следственный изолятор, кого в больницу для душевно больных. Последним выдал направление своему любимому ученику:
  • Вот тебе, Илья, направление в ветеринарную клинику.
  • Андрей Иванович, как же так? – возмутился студент. – Я всё время был лучшим. И тему дипломную надеялся полезную для людей разработать. А вы меня к животным отправляете.
  • Ты – мой любимый ученик! – одобрительно улыбнулся профессор. – И я знаю, что делаю.

*


На следующий день пришёл Илья в клинику, ветеринару помогать. Ветеринар, Виктор Сергеевич, человеком оказался хорошим, к тому же был другом их профессора.

Первый посетитель. Дама болонку принесла. У собачки живот болел, и кушать та не хотела. Стал ей ветеринар клизмы делать, уколы ставить, а практикант вздыхал тяжело. Нет, не на такую практику он надеялся. Разве здесь Добро и Зло людское воочию увидишь?

*


Вот крутая иномарка возле окон клиники остановилась. Вылез из неё господин средних лет в дорогом костюме. В руках кот, красивый пятнистый, чем-то на леопарда похожий.

Зашёл господин, мельком взглянул на прейскурант и надменным голосом произнёс:

  • Мне кота усыпить надо и кремировать, – посадил бедное животное на стол и вытащил бумажник.
  • Но кот совершенно здоров и далеко не стар, – возразил Виктор Сергеевич. – Причин, при которых следует проводить процедуру усыпления, не так много. Лишь травмы несовместимые с жизнью животного, да тяжёлые неизлечимые болезни, вроде бешенства.
  • Я уезжаю за границу на два года. И что мне с ним прикажете делать?
  • Отдайте кому-нибудь.
  • Во-первых, у меня нет времени искать коту новых хозяев. Во-вторых, он привык к определённым условиям и определённому питанию. В любом случае ваши услуги обойдутся намного дешевле.
  • Я его убивать не буду, – твёрдо произнёс ветеринар.
  • У вас усыпление и кремация стоит восемь тысяч. Вот вам десять. И не морочьте мне голову!

Господин вышел, сел в машину и уехал. А кот так и остался сидеть на столе, словно понял, что хозяин предал его. Что не вернуться ему туда, где прожил всю жизнь. И сама жизнь под угрозой.

  • Что мне с тобой делать? – погладил Виктор Сергеевич кота по шёрстке и к Илье обратился: – Ну что, студент, скажешь?

Ничего не ответил Илья. Он даже представить не мог, что такое бывает.

*


Тут возле окна другая иномарка остановилась. Видно, в клинику в основном богатые клиенты наведаются. Выскочила из автомобиля молодая женщина, блондинка, вся такая крутая и ухоженная. Бросилась к задней дверце, открыла и вытащила собаку, всю окровавленную, прижала к груди и кинулась к двери.

Вбежала, на глазах слёзы:

  • Доктор, спасите его! Я заплачу, сколько скажете!

Положил Виктор Сергеевич на стол умирающее животное. В районе груди огромная рана. Сделал укол и долго что-то колдовал над животным. А девушка всё это время стояла у двери, не отрывая от стола глаз, полных ужаса.

Вот доктор выпрямил спину, снял перчатки. Устало улыбнулся:

  • Выживет ваш пёс, – затем подал хозяйке какую-то брошюрку. – Здесь написано, как ухаживать за собаками после сложных операций. Сегодня он весь день спать будет.
  • Спасибо, доктор! – девушка вновь заплакала.
  • Илья, – обратился Виктор Сергеевич к практиканту. – Помоги донести собаку.

Собаку уложили, и машина уже тронулась, но вдруг остановилась. Из неё опять выбежала хозяйка пса и бросилась к двери:

  • Извините, доктор! Заплатить забыла.
  • Ну, что, практикант, пошли обедать! – улыбнулся ветеринар, глядя вслед счастливой женщине, затем сунул парню купюру и кивнул на кота. – Пообедаешь и зверю этому что-нибудь купишь.

*


После обеда у дверей клиники их ждали мужчина и мальчик лет десяти с маленькой клеткой-пересадкой.

  • Извините, у нас беда! – мужчина был растерян и нервничал. – Я на рыбалку собирался... Удочки готовил... И вот...

В клетке оказался маленький кролик. Огромный крючок насквозь проткнул маленькую лапку и застрял в ней. Отец с сыном одинаково испуганным взглядом смотрели на доктора.

  • Заходите! – улыбнулся Виктор Сергеевич. – Спасём вашего зайчика.

Минут через пятнадцать кролик испуганно дрыгал перебинтованной лапой, а счастливые папа и сынишка благодарили ветеринара. И столько счастья было на их лицах.

*


И вновь крутая иномарка. Парень лет двадцати пяти, дернув за поводок, выволок с заднего сиденья крупную собаку.

Собака с трудом ступала на трёх лапах. Четвертая была раздавлена и сильно кровоточила.

  • Нужно усыпить собаку! – скорее приказал, чем попросил парень. – Я выезжал из гаража и случайно отдавил ему лапу.

Доктор осмотрел повреждённую конечность и предложил:

  • Я её вылечу! Хромота, если и останется, то будет практически незаметна.
  • Мне не нужен хромой пёс, – злым голосом проговорил посетитель. – Мне нужна собака, которая будет занимать первые места на выставках.
  • Но это ваш друг!
  • Значит, я куплю нового друга.

Он кинул на стол две пятитысячные купюры и вышел. Долго не мог прийти в себя Илья. Он никогда не видел такой великолепной собаки. Красивая, похожая на лайку, она застыла словно изваяние. Светло-коричневый окрас спины постепенно переходил в более светлый, а лапы были совершенно белыми, если бы не кровь.

  • Это порода акита, – перехватив взгляд практиканта, сообщил Виктор Сергеевич. – Молчаливые, но очень добрые и преданные и в любых ситуациях сохраняют самообладание. Даже в этой.

Доктор перехватил взгляд собаки вслед ушедшему хозяину и словно всё понял.

  • Это очень верная собака, но при этом любовь или ненависть акита сохраняет на всю жизнь.

Виктор Сергеевич сделал собаке укол, и та заснула. Два часа продолжалась операция. И вот на лапе пациента собрана конструкция из колец и спиц.

  • Это аппарат Илизарова для собак, – сообщил доктор практиканту, затем вздохнув, промолвил. – Пару недель он здесь поживёт. А что с ним дальше делать?
  • Виктор Сергеевич, а можно я его потом себе возьму? – спросил Илья, с любовью глядя на собаку.
  • Можно. Кости срастутся, и хромота не останется.
  • Надо ему кличку придумать, – радостно воскликнул парень.
  • Зачем? У него кличка есть. Видишь на ошейнике выгравировано: «Самурай».

*


И тут раздался плач. Вошла девочка лет семи с окровавленной кошкой в руках.

  • Дядя, котик мой под карусель попал, – сквозь слёзы проговорила она, глядя на то, что осталось от её любимца.
  • Давай, положим его на стол, – ветеринару хватило одного взгляда, чтобы понять, животное мертво.

Затем подошел к девочке, присел на корточки:

  • Тебя, как зовут?
  • Надя.
  • Наденька, ты девочка большая, и должна всё понять. Твоя киска умерла.
  • А-а-а-а!!! – в ответ раздался плач.
  • Давай положим её в коробочку и похороним. И твой котик попадёт в рай. Ему там хорошо будет, – доктор махнул рукой. – Вот Илья тебе поможет.

И тут в клинику вбежала женщина:

  • Наденька, что случилось? – испуганно прокричала она.
  • Мурзик умер! – сколько горя было в голосе девочки.
  • Идём домой, родная. Мурзика не вернёшь.
  • Дядя сказал: Мурзика надо похоронить, и он попадёт в рай.

Котёнка похоронили в саду. Вернулись в клинику. Слёзы так и не высохли на глазах девочки.

  • Надя, я знаю одного котика, очень хорошего и красивого, – Виктор Сергеевич обнял девочку. – Но его жестокий хозяин бросил. Ему так одиноко. Может, возьмёшь его к себе? И он станет тебе другом.

Доктор вышел из комнаты и вернулся с котом, потерявшим хозяина.

  • Леопард! – первый раз улыбнулась девочка. – Только маленький.

Девочка ушла, прижимая к груди нового друга.

Так закончился первый день в клинике.

*


Прошло три месяца, вернулся Илья в институт после практики.

  • Как дела? – загадочно улыбаясь, спросил профессор. – Что важного для себя ты узнал?
  • Общаясь с людьми, мы можем скрывать свои чувства, и не понятно, какие мы на самом деле, – голос студента был серьёзным. – О человеке можно судить по его отношению к животным. Мне доктор отдал собаку, и она стала моим другом. Иногда повысишь голос, затем взглянешь ей в глаза и возникает ощущение, что она поняла все до последнего слова. Свой дипломный проект я буду писать о взаимоотношениях человека и животных.

Рассказы о жизни, о любви.
Студент-психолог на практике в ветклинике

Cirre
Бродяга и картонный дом
Самодельный домик из коробки, заботливо кем-то обшитый ковролином, был забыт на автобусной остановке, на холодной скамье. В этот промозглый пасмурный день это было единственное яркое пятно у дороги.
Кому-то он помешал и домик переместился вниз, на пыльный асфальт, глубоко задвинутый под скамейку, почти скрытый от глаз. Никого уже не раздражая своими яркими сине-зелеными боками.
Бродяга – старый кот — долго смотрел на домик издалека, но потом всё-таки подошел и, вздрагивая от холодного осеннего ветра, залез внутрь. Звуки улицы сразу стали звучать глуше, да и ветер уже не колол уставшую кожу своими резкими прикосновениями.
Кот лёг, изогнувшись в форме полумесяца, положив свою крупную голову на лапы. Он прикрыл глаза, но спокойствия не было... Слишком уж ненадежными казались картонные стены.

Кот приподнялся, принюхался... Движение лапой и Бродяга с приятным удивлением уставился на два крокета кошачьего корма, которые словно ждали его в одном из углов.
Языком перекатывая их в пасти, Бродяга ждал... Ждал, когда они хоть немного размокнут от обильно потекшей слюны и крокеты можно будет разжевать беззубыми деснами. Ждать пришлось долго, но кот не хотел их глотать – его так грело ощущение еды, а проглотишь их и тихая радость быстро закончится.

Бродяга согрелся, взъерошенная ветром шерсть улеглась, а он стал смотреть в круглую «дверь», словно бы в телевизор... Там показывали только ноги. Самые разные: мужские и женские, взрослые и детские.
Но его привлекли только одни... Мягкие, серые, замшевые кроссовки, едва уловимо пахнущие лекарствами. Они дольше всех находились рядом, и Бродяга их изучил до последней трещинки на подошве. Ему стало вдруг интересно – кто же там, снаружи, владелец этих серых кроссовок.
Он приподнялся и неслышно, как могут только кошки, выглянул из своего нового дома...

*

Как же все-таки больно терять... И осознавать, что это всё-таки эгоизм... Ведь как мы думаем об ушедшем: человеке, питомце, да хоть о любимом растении.
«Как же я теперь без тебя, мне плохо, меня рвет на части, внутри пустота... Ты заполнял мою жизнь, был всегда рядом, а я думал, что так будет всегда, не видел, не ценил, частенько не верил, иногда лгал, не всегда был готов отказаться от своих желаний ради тебя».
И эти мысли почти всегда только о себе...

И кому от этого сейчас легче? Да только себе! Терзая себя, ощущаешь себя живым, небездушным. А тому, которого нет, уже всё равно. Жалеем мы, в первую очередь, только себя и лишь сожалеем, что тот, который был так нам дорог, вдруг растворился, безвозвратно ушел и никогда теперь не будет рядом.
Эти мысли метались в голове Ани. Так казалось, что было легче: разложить свое горе по полочками, найти следствие и причину. Наказать себя в разъедающей душу тоске. Это действительно эгоизм — жалеть себя, понимая, что ее кота больше нет.

Она боролась за его жизнь, не обращая внимания, как он мучается от боли, что не может больше терпеть... Возраст, болезнь — кот уже не справлялся. А она всё ждала какого-то чуда, веря в лекарства, в хороший уход.
И лишь когда он уже закричал и кричал, не переставая, на самой высокой ноте срываясь в хрип, она поняла, что нужно решать... Быть хорошей и честной перед собой или всё-таки взять на душу тяжкий грех, но зато ее Тишка наконец перестанет извиваться от боли.
Тишки нет уж как 11 дней, а она всё дергает себя за эти оголенные ниточки, ведущие к сердцу. Так вроде как легче — страдать и винить себя, так чувствуешь себя человеком.

Кот... Яркий домик остался незамеченным, он словно ускользал от заплаканных глаз, а вот серая неприметная морда кота сфокусировалась зрачками сразу.
Старый... Как Тишка. Непривлекательный, неловкий. Выцветшие настороженные глаза, но какие любопытные и прекрасные. Конечно, он долго не проживет, и его уход так же будет рвать душу. Но к чему этот эгоизм? Зачем снова жалеть себя, когда еще ничего не случилось? Почему не пожалеть кота, откинув свои страдания куда подальше?

— Ух ты, да ты у нас жених с приданным!
Аня вытерла нос салфеткой и забросила ее в урну вместе со всеми сомнениями. Бродяга оказался у нее на руках: крупный, угловатый, рыхлый кот – его мышцы давно уже истрепались.
Кота давно не брали на руки, но он помнил этот восторг и, довольный, крутил мордой по сторонам, с каждым разом прижимаясь щекой к женской шее на несколько мгновений подольше. Он поблагодарил взглядом домик, который отогрел, накормил и помог найти хозяйку. Только вот так и остался одиноко стоять под скамейкой.

*

Ранним утром на домик набрел котенок и, не раздумывая, юркнул туда. Повертевшись в нём, он нашел два крокета кошачьего корма и быстро разгрыз.
Свернувшись клубочком, он тихонечко заурчал, баюкая себя, еще не подозревая, что несколько судеб уже набирают обороты и скоро его жизнь изменится к лучшему.

Автор Cebepinka
Бродячий кот в картонном домике

Cirre
Нужен ли старый кот
С одной стороны плохо, когда есть выбор. С другой – хорошо, что он есть. И когда в вашем городе есть аж целых две ветеринарные клиники, то как решить, в какую нести кота?
Такая непростая дилемма встала перед котородителями Фокса. Ветеринарная станция — доступные цены, но она находится за городом, и придется отсидеть (или отстоять) очередь.
Частная клиника — рядом с домом, прием по записи. Несомненно – Фокса примут с улыбкой, восхитятся его статью и красотой. А потом...

А потом в кассу клиники плавно перетечет бюджет небольшой африканской страны, и это всё только за профилактический осмотр одного кота плюс прививки.
Для пенсионеров выбор был очевиден... Время есть, бюджет ограничен — значит, по курсу будет ветеринарная станция.

Очередь своему новому пополнению была не рада — дружно вздохнула, но потеснилась и освободила местечко на жесткой потертой скамеечке. Хозяйка Фокса, Нина Васильевна, присела. Хозяин, Игорь Владимирович, установил переноску на ее коленях и встал рядышком.
Фокс, рыжий кот, вопросительно мявкнул и для него приоткрыли щель, в которую высунулся сначала любопытный нос, а потом — не менее любопытный глаз.

Ждать пришлось долго, люди с питомцами продолжали прибывать, и очередь решила перезнакомиться. Первой принялась за знакомство морская свинка Оксана.
— Вот, внуки подарили... — продемонстрировал свинку седой дедушка. — Сказали, что с ней мне не будет скучно.
— Вот-вот! — подхватила разговор еще одна пожилая пара. — Нам с такой же формулировкой трех черепах подарили!
Девушка с котенком не сдержалась и улыбнулась:
— Я тоже для своих котенка нашла. Сейчас посмотрят, всё ли с ним в порядке, прививки сделают и вперед — к дедуле с бабулей!

Огромный лохматый пес кавказской наружности, увидев котенка, которого девушка явила очереди, обрадовался и попытался его отнять.
— Евгений Палыч, голубчик, это же не наш Гоша. Твой котенок тебя дома ждет! — хрупкая женщина обняла собаку за шею. — Совсем с годами сдал, уже не видит почти ничего и не слышит. А дома котенок командует им как хочет, веревки из старой собаки вьет. Ваш котеночек очень уж на нашего Гошу похож, любит его Евгений Палыч до одури, жизнь готов за котенка отдать.

Молодой мужчина с трехцветной кошкой на руках тоже пожаловался:
— А я свою усыпить принес...
— ЧТО-О-О-О? — возмущенно колыхнулась в его сторону очередь. — Вы в своем уме? Зачем?
Мужчина прижал кошку к себе:
— Да не спит она! Четвертые сутки уснуть не может! Как с улицы принес, так она и не спит. Боится... А сама вялая уже, никакая. Вроде прикроет глаза, а малейший шорох – вздрагивает, трясется вся и снова не спит. Может, снотворное какое дадут или успокоительное...
Люди успокоились и стали давать советы.

Девочка достала из рукава синицу:
— А вы не знаете, здесь лечат птиц? Синичка к качелям на детской площадке примерзла. Я ей лапки отогрела, но она совсем слабенькая и не может летать.
— Лечат-лечат, я в прошлом году со своим вороном приходила, тут врачи помогли. А сейчас у меня ящерка заболела, вот – Настюшка моя, — молодая женщина показала всем нескромных размеров варана.

Фокс устал сидеть в переноске и рвался знакомиться. Всё равно с кем... Он был кот, а коту всегда и все интересно!
— Какой рыжий! Настоящий огненный кот! — люди в очереди Фоксиком восхитились.
— Да, я такой! — гордо распустил усы и хвост кот.

Он хотел еще немного покрасоваться и попытался выбраться из переноски весь, но тут подошла их очередь на прием. В кабинете оказалось два человека: совсем молодой парень и уже знакомая владельцам Фокса женщина-ветеринар.
Парень взял на руки Фокса.
— Сколько лет коту?
— А вот его карта, там все написано.
— Восемнадцать? Да он у вас ветеран! А вы уверены, что он вам все еще нужен?
Молоденький ветеринар, осмотрев кота, задал это нелепый вопрос.

Игорь Владимирович сжал кулаки и шагнул в сторону парнишки. Плевать, что ветеринар! Должен же понимать, что за такие вопросы придется ответить.
Нина Васильевна даже шагать не стала, ее сумочка метко попала прямо по мужской голове.
— Вам понятен ответ? — тяжело дыша и перехватывая сумочку поудобней, задала она ответный вопрос.

— Успокойтесь, пожалуйста – это наш практикант... Лёша, уйди! — женщина-ветеринар вытолкала парня из кабинета. — Эх, не ту он профессию себе выбрал, совсем не ту. Говорит, что людей ему жалко больше, что зря они тратят на больных и старых животных свои деньги, время и нервы.
— Вот и шел бы в человеческие врачи! — Игорь Владимирович продолжал сжимать кулаки.
— А для медицинского у него баллов ЕГЭ не хватило... А с котиком вашим все хорошо, насколько это возможно. С такими хозяевами он еще лет пять проживет, не меньше.

Пока люди разговаривали о нём, Фокс прогулялся по кабинету, заглянул в каждую щель и даже отправил с компьютера сообщение в Россельхознадзор. Короче, очень плодотворно провел в кабинете время.

Он бы и еще что-нибудь натворил, но тут в кабинет заглянула виноватая хрупкая женщина:
— Простите, там Евгений Палыч вашего сотрудника уронил. Лежит на нём, рычит, отдавать не хочет. И хотя у него зубов уже почти нет, боюсь: задавит вашего мальчика. У вас витаминки никакой нет? Не знаю, чем еще и отвлечь. Евгеша глухого изображает и делает вид, что команды не слышит.

Витаминка нашлась... И Евгений Палыч, собака кавказской наружности, с ворчанием согласился на этот обмен. Очень уж ему не понравился этот парень — Палыч слышал, как тот о котах нехорошо говорил.
А о каких котах, Евгений Палыч не совсем понял. А вдруг это о Гоше? А за своего Гошу Евгений Палыч был готов если не рвать, потому что уже нечем, то хотя бы ронять!!!
Практикант Лёша, освободившись, резво бросился в туалет. В голове была одна мысль: «Нет, надо заканчивать обучение и на менеджера идти поступать!!!».

С трудом оторвав Фокса от переписки с Россельхознадзором, Нина Васильевна и Игорь Владимирович ушли.
— Игорь, с пенсии обязательно купим мне новую сумку! Эта слишком маленькая, да и шов разошелся. Уж очень твердая голова у этого недоветеринара оказалась... Ты чего распыхтелся?
— Да я злой на себя! Ты вон как быстро отреагировала, а я пока раскачался... Ну как он мог спросить такое про нашего Фокса? Я до сих пор не могу это понять!

*

Да, это действительно понять очень сложно... Точнее, невозможно вообще. А как еще можно ответить на этот вопрос:
— Нужен ли вам старый кот?
Есть только один ответ и другой попросту невозможен:
— Это СВОЙ кот и он всегда будет нужен!!!

Автор Cebepinka
Старый кот Фокс в очереди к ветеринару

Cirre
Белочка
Случилась эта прискорбная история лет 7 назад, аккурат под новогодние праздники. Жена строгала салатики, я как раз устанавливал елку, дети ссорились, из телевизора неслась песня про 5 минут, в общем, обычная домашняя идиллия.
Идиллия закончилась после звонка в дверь. Открыла жена. (А надо сказать, что моя жена очень любит всех своих родственников, каковых у нее очень много).
На пороге стоял печальный парень, держа в одной руке большую сумку, а в другой собачку формата «болонка». Из тех, которым надо показать конфетку, чтобы понять, где голова.
Выпалив скороговоркой «тетя Маша заболела, поехала на родину умирать, просила отдать вам Белочку», парень буквально спихнул жене на руки собачку, бросил сумку и бегом кинулся вниз по лестнице. Жена не сразу пришла в себя настолько, чтобы позвать меня. Когда я выскочил на улицу, парня уже и след простыл.
Так под Новый год к нам нагрянула Белочка. При ближайшем рассмотрении она оказалась древней, как говно мамонта, покрытой грязно-желтой шерстью, со слезящимися глазами, гнилыми зубами, жирной, вздорной и вонючей собачкой-истеричкой. Своей собаки у нас тогда еще не было, и жена, побросав салаты, села обзванивать родственников. Телефонное расследование выявило, что тетя Маша, приходящаяся троюродной сестрой бывшему мужу одной из теток жены, к сожалению, существует. И она таки really отбыла куда-то в деревню под Нижний «попрощаться с родней», после того, как у нее обнаружили на обследовании «какую-то нехорошую бородавку». Докопаться, какая су... кто именно слил наш адрес, в итоге так и не удалось.
Дети сначала обрадовались, они-то, в отличие от нас, давно хотели собачку. Дополнительно их радовало, что забившаяся под кухонный стол Белочка страдала метеоризмом. Она делала это громко, раскатисто и смачно. «Газы!» – кричали дети, и весело смеялись.
Мы с женой переглянулись, и это был один из тех моментов в семейной жизни, когда мы читали мысли друг друга. Дрожащей рукой жена достала из бара бутылку Bushmills, предназначенную в подарок тестю, мы хлопнули по рюмашке, и нам стало хоть чуточку легче.
До Нового года оставалось 6 часов. Есть такая поговорка, как встретишь Новый год, так его и проведешь. Нам категорически не хотелось ни встречать, ни проводить праздник в компании желтой (и вонючей) собаки. Цепляясь за соломинку, мы перебрали всех друзей и знакомых, кто хоть как-то выражал заинтересованность в собаках. Нечего и говорить, что все они, лихорадочно поздравляемые нами, вежливо отказались принять участие в судьбе «маленькой, хорошенькой, бедненькой, старенькой» (как разливалась соловьем по телефону жена) собачки. Только знакомая зоошиза Галя, на которую жена возлагала особые надежды, посоветовала отдать Белочку в приют с доплатой, но по словам той же Гали, приют был крайне хреновый, собаки там болели и дохли, а мы в канун Нового Года меньше всего хотели себя чувствовать убийцами.
Вечером я пошел с Белочкой гулять. Очевидно, физическая нагрузка вызывала у нее усиленное газоиспускание. Я понял масштабы катастрофы, только когда подсевшие в лифт на 9-м этаже девушки, по мере того, как лифт ехал до 1-го, стали прижиматься к двери все теснее, а потом выскочили с индейскими воплями и бегом кинулись на улицу.
Гуляла Белочка своеобразно. Она делала три шага и застывала, подслеповато вглядываясь в заснеженную даль. Застывала надолго, минуты на 3. Подергивания поводка не давали результата: несмотря на малый размер, весила Белочка добрых 5 кг. Потом раздавался характерный звук, и вот, как бы на реактивной тяге, она делала еще несколько шагов в произвольно выбранном ею направлении, и замирала снова.
Вернувшись домой, я позвонил в Новосибирск, одногруппнику, который разводил тогда йорков на продажу. Под бой курантов мы с ним оживленно рассуждали про преимущества энтеросгеля перед активированным углем. Форточки по всей квартире были распахнуты, дети больше не смеялись и не аплодировали, а только ныли «фу, она опять пукнула».
Жена, повязав фартук поверх праздничного платья, варила гречневую кашу на воде, которая призвана была стабилизировать внутрисобачковые пищеварительные процессы. Белочка возлежала на кресле, и взгляд ее маленьких глазок не предвещал нам радости, счастья и удачи в грядущем году...
Мы уложили детей, повтыкали вяло в телевизор, но ничего из того, что мы там видели, не зашло, оно и понятно. Жена помыла посуду, настроение было ни к черту. На кухне Белочка трудилась над миской остывшей гречневой каши. Помогая себе лапкой, она выковыривала со дна кусочки отварной говядины.
Не сговариваясь, мы приняли решение запереть на ночь Белочку в зале вместе с ее ароматами. Для большей надежности я загерметезировал щель под дверью старым халатом.
Когда Белочка проснулась и поняла, что осталась одна, покинутая всеми, она издала душераздирающий крик. Ни до, ни после я не слышал, чтобы собаки так выли. Она начинала с самых нижних нот, плавно переходила на высокие и заканчивала визгом на грани ультразвука. Спросонья я подумал, что с детьми случилось что-то страшное. Но нет, вытащив из-под двери халат и распахнув ее, я увидел завывающую Белочку. Она сидела под дверью и требовала внимания. Электронные часы моргали двоеточием между цифрами 06 и 15. Где-то далеко внизу, в темноте под окнами еще догромыхивали последние фейерверки. А мы с женой в четыре руки мыли Белочку в ванне, потому что единственным местом, куда она стремилась, была кровать, но спать в одной постели с грязным (и вонючим) комком меха оказались не готовы. Белочка недовольно квакала и больно огрызалась неожиданно острыми зубами... Зато после мытья хотя бы стало понятно, почему ее назвали Белочкой.
К вечеру 1 января мы поздравили всех знакомых и одноклассников. Убедились, что никому из них наше свежепомытое сокровище не нужно.
Уже не помню, как и когда нашли энтеросгель (еще никогда прежде наше светское общение 1 января не было таким бурным). Не сказать, чтобы сходу, но залпы со стороны Белочки стали происходить реже, и ее специфический запах постепенно становился все менее насыщенным. Иногда мы даже могли закрыть форточки.
Жена призвала на помощь сестру, и объединенными усилиями они затащили к нам в гости знакомую парикмахершу Жанну. Они втроем заперлись на кухне в компании с Белочкой, прихватив с собой бутылочку Мартини, и три томительных часа, пока я развлекал своих детей, а также детей сестры жены и Жанны, с кухни слышались жалобные собачьи стенания и женский зловещий хохот.
Из кухни Белочка вышла преображенной. Конечно, она не постройнела, но определенно выглядела лучше, чем при нашей первой встречи, и наконец стало очевидно, с какой стороны у нее глаза. Подмартиненные дамы особенно восторгались золотым педикюром на коготках.
Я наконец дозвонился до похмельного соседа фотографа. Охая, держась за голову и матерясь вполголоса, он запечатлел нашу красавицу на фоне малиновой занавески и одноглазого плюшевого мишки. Правда, фотки ощутимо портило оскорбленное выражение лица Белочки и особенно глаза, сияющие потусторонней зеленью. Она выглядела на них, как истинная королева Темной Стороны.
При активном содействии зоошизы Гали мы накропали слезливое объявление про несчастную осиротевшую собачку, которая хочет тепла и ласки, ищет нового хозяина, и по очереди с женой ночами напролет с маниакальным упорством разбрасывали его по соцсетям вкупе с фотками на фоне занавески и светящимися глазами. Вопреки нашим надеждам, очередь из желающих взять Белочку себе домой почему-то не выстраивалась.
Закончились праздники. Открылась ветеринарная клиника на соседней улице. Там нас встретили с распростертыми объятиями, как родных. И особенно обрадовались, когда оценили примерный возраст Белочки лет в 15, самое меньшее. Затрудняюсь сейчас назвать сумму, в которую обошлись анализы, УЗИ, чистка ушей, капли для ушей, чистка зубов, удаление зубов, лечебный корм и прочее, прочее, прочее.
Время шло, постепенно мы привыкали к Белочке. На лечебном корме она сбросила жирок, и уже в марте на прогулке я с удивлением заметил, что она бегает наперегонки с сыном, тогда пятилетним. С мученической миной она позволяла детям таскать себя на руках, обниматься, и в отличие от нас, ни разу их не укусила.
Так прошло полгода, и однажды летом раздался телефонный звонок. Это тетя Маша, давно вернувшаяся из родных пенатов и благополучно прооперировавшая свою «нехорошую бородавку», хотела знать, как поживает ее Белочка.
Пока ко мне возвращался дар речи, собеседница радостно сообщила мне разгадку тайны, которая не давала нам с женой покоя уже долгое время, почему же, почему именно нас она выбрала для того, чтобы подсунуть собаку, которую она собиралась усыпить, «пока не узнала, почем это стоит».
С точки зрения тети Маши, люди, которые могут позволить себе завести двух детей в такое время, как наше, делают это потому, что у них есть лишние деньги. И если собака им не пришлась ко двору, они-то уж, в отличие от бедной тети Маши, найдут деньги на усыпление. Вот вам и вся тайна.
На следующий день тетя Маша явилась к нам собственной персоной. Помню как сейчас, это было воскресенье. Спалось нам плохо. Жена нашла чеки из клиники, не все, конечно же. Я заготавливал какие-то фразы, (и все они казались театральными и дурацкими). Детей отправили к бабушке на случай, если тетя Маша закатит истерику и откажется уходить без собаки. Жена забила в мобильник телефон нашего отделения полиции.
Но все наши коварные планы рухнули в один момент, когда на пороге появилась тетя Маша – маленькая, тощенькая, востроносенькая, в дешевом паричке после химиотерапии.
Белочка, которую мы уже давно считали своей собакой, пулей метнулась к ней с таким страшным визгом, как будто все эти полгода мы только и занимались тем, что ее мучили.
Тетя Маша плакала, повторяя снова и снова «прости меня, голубушка». Белочка облизывала ей лицо. Мы с женой переглянулись, и я увидел, как она сминает в кулаке те самые чеки.
Ну а дальше, наверное, все и так понятно. Раз или два в месяц с детьми ездили в гости к тете Маше и Белочке, привозили корм собаке, гостинцы тете Маше. Так продолжалось три года.
Белочка ушла тихо, во сне. Тетя Маша жива до сих пор, но другую собаку так и не завела. Иногда это просто невозможно сделать, знаете ли.
А мы завели, но об этом как-нибудь в другой раз.

История с просторов интернета.


Старая собачка Белочка и ее новые хозяева

Cirre
Блэк
— Мам, — спросил сын перед сном, — а ты любишь Новый год?
— Конечно, разве есть люди, которые не любят праздники?
— А расскажи, как ты праздновала Новый год, когда была маленькая? Как все? Елка, мандарины?
— Да, — киваю я. — Как все.
И молчу. Я очень хорошо помню свое детство. Некоторые моменты так отчетливо, что даже страшно. Но вот я почему-то совершенно не помню елки, ни одной. Почему так? Где мой Новый год?

Как только я вспоминаю зиму, память сразу бросает меня к одной-единственной картинке. Всегда. Вспоминать ее почему-то очень холодно.

Мне лет девять, может, десять. Зима. Вечер. 31 декабря. Уже темно, горят сливочные фонари, идет пушистый снег. Люди спешат домой встречать Новый год. Я смотрю в окно. Мы живем на пятом этаже, и из окна у нас видна крыша магазина «Тысяча мелочей». Там, на крыше, на брошенном ящике для инструментов сжался Блэк.

Блэк — это черный дворовый котенок, любимец всех детей во дворе. Мы все его подкармливаем уже почти месяц. Он живет где придется. Часто ночует на этой крыше. Смотрит в чужие теплые окна и мерзнет.

Сегодня мы с сестрой носили ему суп — куриную лапшу. Он ел в подъезде, смешно лакал бульон маленьким красным язычком. А потом мы ушли домой, в тепло, а он пошел на крышу. Под снег. Встречать Новый год.

Мы с сестрой смотрим в окно, распластав ладошки по стеклу, и плачем. По-моему, мы наказаны, несмотря на праздник.

Прибежав домой с пустым лотком из-под супа, мы в очередной раз стали канючить и просить бабушку и дедушку разрешить взять котенка себе. Ну пожа-а-а-а-луйста. Ну хотя бы на новогоднюю ночь!

— Тысячу раз уже говорили вам — нет! Знаешь, сколько грязи от котов, он сейчас метить все будет, мебель драть, ковры, провоняет вся квартира. Нет и еще раз нет!
— Мы будем убирать, следить, мы приучим к лотку, — хнычем мы с сестрой. — Ничего не будет, ни грязи, ни шерсти...
— Да кого вы обманываете? Через неделю наиграетесь, а дальше мне скинете. Я сказала нет. — Бабуля непреклонна. — Только котов мне тут не хватало. Не трепите нервы.
— Опять скандал? — ругается дедуля. — Бабушку довели, вон валерьянку пьет! Ни стыда ни совести! А ну брысь к себе...

Мы поняли, что Блэк не будет жить с нами, давно уже поняли. Просто на улице мороз минус 18. Если Блэка взять на руки, он все время дрожит...

Мы с сестрой понуро смотрим в окно. За стеклом, в темноте, прикреплен и освещен градусник, шкала на котором предательски ползет вниз. Уже минус 20, и это еще не ночь. Значит, ночью будет еще холоднее...

Почему-то дальше я никогда не вспоминаю. Больно и холодно. Я убегаю от этих воспоминаний.

Сейчас я сама мама, у нас есть кошка. Я учу детей любить ее и заботиться о ней, потому что нельзя научить любить в теории. Любить можно только на практике: согреть, обнять, накормить, спасти.

А тогда... Надо вспомнить, чем все закончилось.

Помню, у меня текут слезы. Я вижу этот комок шерсти на ящике, сжавшийся, спрятавший лапки под себя. Блэк сидит под снегом, и из черного котенка давно превратился в белого.
— А ну-ка отлипли от окон! — велит дедушка.

Мы с сестрой покорно садимся на диван и смотрим телевизор, но я все равно вижу Блэка, не могу о нем не думать. Я иду в прихожую — там телефон — и набираю номер подруг — сестер Нади и Кати. Они обещали поговорить с родителями, вдруг те разрешат взять Блэка домой.

— Нет, — печально говорит трубка голосом Нади. — Нельзя.
— Ты говорила, что просто на одну ночь?
— Да.
— А про мороз говорила?
— Они знают про мороз.
— А про...
— Оль, нас с Катькой наказали за то, что мы «все нервы вытрепали с этим котом»!
— И нас тоже, — вздыхаю я и кладу трубку.
— Сейчас будем провожать старый год, — весело говорит дедуля. — Садитесь все за стол.

Мы садимся. У меня нет аппетита и настроения. Я не могу смотреть на стол, который ломится от еды, и на людей, которые сидят в тепле, в то время как там, в холоде, замерзает маленький черный котенок, который никому не помешает.

Я вздрагиваю от звона бокалов, взрослые смеются, что-то обсуждают. По телевизору идет «Голубой огонек». Одно слово — праздник. Я смотрю в одну точку. В окно.

— Так, вот вы, обе, сколько можно нам нервы трепать? — Вдруг дедушка ударил кулаком по столу.

Я вздрогнула, обернулась на сестру. Она тоже понуро смотрела в окно.

— Да что с ними делать? — вздыхает бабуля. — Ну пусть, что ли, заберут этого кота. Сил никаких нет уже... До завтра хотя бы... Замерзнет же...

— Правда? — Мы с сестрой вскакиваем, синхронно роняя табуретки. — Правда можно?
— Давайте, бегите, как раз полчаса до Нового года... — говорит дедуля, махнув рукой.

— Спасибо! Спасибо! Мы мигом. — Мы с сестрой срываемся с места, застреваем в проеме двери, на ходу напяливаем шапки, забываем шарфы, запрыгиваем в сапоги, хватаем куртки и, еще не веря своему счастью, несемся вниз, перепрыгивая ступеньки.

Я почему-то плачу, но это уже от счастья, слезы такие хорошие, добрые, плачу и смеюсь, только бы успеть, только бы обнять, прижать к себе замерзающее тельце Блэка...

Мы выбегаем на мороз, распахнутые, толком не одетые, несемся к крайнему подъезду: там, если поставить друг на друга три ящика, можно влезть на крышу магазина «Тысяча мелочей».

Мы подбегаем к крыше, судорожно ставим ящики друг на друга, я подсаживаю сестру, а она потом помогает залезть мне.

Тут мы видим, что к нашим ящикам бросаются еще две тени, которые при ближайшем рассмотрении превращаются в сестер Надю и Катю.

— Разрешили! Разрешили! — кричат они, задыхаясь от бега и мороза. — Разрешили забрать Блэка!
— И нам разрешили!
— Мы своих довели...

— А мы — своих! — будто хвастаемся мы, протягиваем руки девчонкам, вытаскиваем их на крышу и вчетвером бежим к тому ящику, в котором нас ждет Блэк, не думая, как будем его делить.

Но его нет... Ящик пуст. Мы переворачиваем ящик, ищем котенка, бегаем по крыше, зовем... Нет, нет его... Мы плачем, все четверо. Нам кажется, что случилось самое худшее. Мы забыли варежки, греем руки своим дыханием и рыдаем в голос. Где ты, Блэк?

Я задираю голову и вижу, как из окна нам машет дедуля. Мол, быстро домой. Нет так нет.

Мы понуро бредем к ящикам, по которым залезли на эту крышу, спрыгиваем вниз, бегаем по двору, пока окончательно не замерзаем, и разбредаемся по подъездам, даже не поздравив друг друга с Новым годом.

Как же так, Блэк?

Мы с сестрой входим в наш подъезд. За нами хлопает, ухнув, входная дверь.

Состояние — хуже некуда. Будто не праздник, а похороны. Вдруг на лестничной клетке нам под ноги бросается темный комок... Блэк! Это ты? Ты, Блэк, ура! Мы же сегодня кормили его супом прямо здесь, он, наверное, проголодался и пришел сюда, на вкусные запахи, погреться!

Мы хватаем котенка на руки, отбираем друг у друга, он насквозь мокрый, дрожит, начинаем его гладить и целовать в холодный нос.

— Бежим домой, а то уже Новый год, — торопит сестра.

Вбегаем в квартиру, веселые, заплаканные, счастливые, все трое, сестра заматывает малыша в теплое полотенце, а я остаюсь в прихожей и торопливо набираю сестрам.

— Он нашелся, Надя! Он у нас. Сам пришел, да! Уже в тепле, вон курочку ест. И вас, и вас с Новым годом!

В это время бьют куранты, все взрослые кричат «ура!», и я громче всех кричу «уррра!», хлопаю в ладоши и бегу всех обнимать, а потом почему-то ем оливье прямо из большой салатницы. Спасибо, спасибо! Ура, с Новым годом всех!

Я такая счастливая! Смотрю, как сестра кутает Блэка, прячет его от фейерверков, а он пугливо выглядывает из мохнатого полотенца — любопытно же! Сестра целует малыша, прижимает к себе, пытается накормить (а он объелся уже), а я... А я засыпаю. Все плывет перед глазами... Спать хочется.

Чувствую, как меня переносят на кровать, как с меня снимают свитер, и я падаю в подушку лицом и бормочу что-то про с Новым годом и про хорошие приметы.

А утром я проснулась первая. На моей кровати рядом с подушками спал Блэк. Я вскочила, взбудораженная и счастливая. Блэк с нами! И он вскочил. Проснулся, потянулся. И мы с ним тихо, чтобы никого не разбудить, пошли в комнату. То есть он пошел, а я за ним кралась — так интересно наблюдать за котом у себя дома, так здорово!

И вот он, обнюхивая все на своем пути, проходит кухню, вот минует шкафчик, из которого я воровала конфеты, вон коридор, где я ударилась плечом, вот проходит дверь в ванную, входит в комнату, где был праздничный стол, обходит его и... начинает играть с шариком, который висит на... елке! Помню! Я помню елку! У дивана стояла, в ведре! И звезду на ее верхушке помню — красную, как будто леденец. Еще помню, что я запретила Блэку играть с шариками, чтобы не разбить.

Иногда память услужливо прячет от нас болезненные воспоминания, а ведь за ними может быть спрятано настоящее счастье!

Вечером я в подробностях рассказываю эту историю сыну.

— А что дальше было с Блэком?
— Он так и остался у нас. В него невозможно было не влюбиться, и нам разрешили его оставить. Бабуля и дедуля его полюбили, так и жил с нами.
— Здорово. А при какой температуре замерзают кошки?
— Дань, ну ты как скажешь что-нибудь, — смеюсь я и целую его в лоб. — Спи давай.

И сын засыпает, укутавшись в одеяло и обнимая свою любимую кошку Ладошку, которую заботливо накрыл одеялом.

Чтобы не замерзла... Ведь при какой температуре замерзают кошки, я ему так и не сказала.

Автор: Ольга Савельева
Черный котенок Блэк в новогоднюю ночь

Cirre
Женитьба
Жил был человек. Мужчина. И работал он, ну не важно. Работал он и всё тут. И времени у него не оставалось на личную жизнь. Ну, просто не оставалось и всё тут. Поэтому он завёл себе кошку. Ну, как завёл. Нашел маленькую, беременную серую кошечку на мусорке и не смог пройти мимо.
Которая и родила вскоре четырёх котят. Вот и стало ему веселее. Совсем весело стало.

И ему показалось, что это и есть личная жизнь. Всё его время теперь было занято работой, котятами и их мамой. Стало ему веселее. Намного.

Кошка-мама его обожала. Она ходила за ним хвостиком. И спала рядышком. И вот однажды. Собрала она своих котят. Уже сильно подросших и сказала им.

  • Наш человeк один, а это плохо.

Но котята стали ей возражать.

Как же так? И совсем он не один. И совсем даже он в нашей семье. И мы стараемся, чтобы ему было не одиноко. Чтобы не скучал, значит.

И это было правдой.

Они таки старались. И даже очень.

С утра и до самого его прихода с работы. Они безобразничали по мере сил. А поэтому, когда мужчина приходил с работы. Ему всегда было, что делать.

Но мама-кошка перебила их и объяснила, что и человеку нужна хорошая жена. Чтобы он вместе с ней за котами ухаживал. Потому как, тяжело ему одному это делать. Устаёт он на работе.

И с этим её котята согласились.

  • Поэтому.

Продолжила она.

  • Поэтому. Я отправляю вас на четыре стороны света.

И пусть каждый из вас приведёт ему ту женщину, которая покажется самой лучшей.

Сказано сделано.

И пошли они на четыре стороны света. На юг, север, восток и запад.

Собственно говоря, на три стороны. Юг, север и восток. А котик, который должен был пойти на запад. Туда не пошел. Очень уж он ленивый был. Ну, как и полагается настоящему уважающему себя коту.

Три правильных и старательных кота обошли много стран и устали ужасно. Они осмотрели сотни, нет. Тысячи городов, царств и посёлков. И в конце концов. Каждый из них нашел ту самую, которая казалась самой лучшей.

Котик с юга привёл царскую дочку. Красавица, комсомолка, спортсменка и вообще. Хоть на дипломатический приём хоть в кровать. С севера котик привёл дочку очень богатого человека, торговавшего невиданными травами и украшениями. И дочка его была сильна в бухгалтерии и ведении дел в фирме.

С востока кот привёл красавицу с раскосыми глазами. Которая пела красивые песни и могла играть на многих инструментах. А ещё она очень красиво танцевала.

Ну, сами понимаете, дамы и господа. Они постарались от души.

Котик, который должен был пойти на запад. Всё это время валялся под скамейкой в соседнем дворе. И кормила его женщина, которая работала в этом дворе уборщицей. Очень вкусно кормила. И именно поэтому, когда этот хитрый и ленивый кот увидел своих братьев, возвращающихся с такими красавицами и умелицами.

Очень расстроился, поскольку не было у него никого, кто мог бы сравниться с такими высокими, красивыми и хорошо одетыми женщинами.

И подошел он к уборщице и сказал.

– Ты кормила меня целый год. Защищала от собак, котов и злых людей. Может ты сможешь выполнить одну мою просьбу?

И он рассказал ей о задании, которое им дала их кошка-мама.

Уборщица слушала его и смеялась.

  • Ну, что же.

Ответила она.

Очень ты уж повеселил меня. А у меня завтра, как раз выходной. Одену я своё лучшее платье и пойду с тобой.

Разумеется, твой человек меня не выберет. Куда мне до таких умных, красивых и богатых девушек.

Я простая уборщица.

Но чтобы помочь тебе и немного развлечься, я схоже вместе с тобой к этому мужчине.

Очень обрадовался кот и стал ждать завтрашний день. То есть, поел и улёгся спать.

На следующий день.

В квартире этого человека было шумно и весело.

Принцесса рассказывала про балы и приёмы. Певица пела и танцевала. Дочка богатого бизнесмена показывала красивые фотографии их богатого поместья, заваривала вкусные чаи на незнакомых травах.

Но к обеду. Всем очень захотелось есть. Мужчина попросил их приготовит что-нибудь вкусное, а сам.

Убежал в магазин за тортиком и вкусным лимонадом.

Три девушки. С востока, юга и севера стали возмущаться.

  • Это где же видано?

Говорила принцесса.

– Чтобы дочери королей готовили?

Совершенно возмутительно.

Дочка бизнесмена, и певица тоже готовить не умели.

Поэтому уборщица тяжело вздохнула и встав стала варить и жарить всякие вкусные вещи, а когда приготовила. То села скромненько в уголке. Потому что, не умела она ни петь, ни танцевать. И богатых родителей у неё тоже не было.

Когда же мужчина вернулся. Все три женщины, кроме уборщицы. Стали его угощать приготовленными блюдами и хвастались тем, как они умеют готовить.

А поэтому, пока все ели. Уборщица встала и тихонько ушла.

Никто её отсутствия и не заметил.

И, наверное, мужчина так и выбрал бы одну из богатых и красивых девушек, но. Тут уже вступила в дело кошка-мама. Которая всё время лежала тихонько на диване и наблюдала за происходящим.

Она подошла к мужчине и увела его в соседнюю комнату. Где и рассказала о произошедшем.

Мужчина страшно разозлился и выгнал из своего дома трёх обманщиц.

А на следующий день он сидел на скамейке, где раньше спал тот самый котик.

Он смотрел на уборщицу и улыбался. А когда та закончила подметать двор, встал и подошел к ней.

Он подарил ей цветы и пригласил в гости, на чашку чая.

  • Но у меня же нет богатых родителей.

Сказала она.

И танцевать я не умею, считать правильно деньги не могу и много ещё чего.

  • Так я тоже не разбираюсь во всём этом.

Улыбнулся мужчина.

Зато ты скромная и внимательная. Зато ты стала помогать другим людям, не задумываясь и зато.

Зато ты очень вкусно готовишь.

Теперь.

Теперь они живут вместе. У них две красивые дочки и мама-кошка.

Очень довольна.

Хотя, она до сих пор так и не знает, что ей делать.

Ругать ленивого котика или хвалить.

Вот я и говорю, дамы и господа.

Что же было правильно в этой сказке? Получается.

Лень стала более правильной, чем старание и целеустремлённость?

Нет, разумеется. Такого не может быть.

А что же тогда правильно?

И что делать тем мужчинам, у которых нет такой умной кошки?

А?

Я вас спрашиваю.

Олег Бондаренко
Кошка-мама отправляет котят искать хозяину жену

Cirre
Храбрый трус
Когда Антон подобрал облезлого котенка на улице, он даже не догадывался, какой «сюрприз» ждет его в будущем.
Хорошо, что не догадывался, иначе судьба Василия (того самого уличного котенка, превратившегося со временем в огромного кота) могла бы быть очень печальной.
Еще будучи совсем маленьким, ему пришлось много чего в жизни повидать. Правда, ничего хорошего он в ней не увидел: «безобидные» детишки над ним издевались, уличные собаки постоянно гоняли его по улице до ближайшего дерева, с которого он потом часами не мог спуститься.
Даже другие коты, такие же ненужные и жалко выглядящие, норовили прогнать его со своей территории. А если не прогнать, так отнять у него последний кусок хлеба.
Тяжелая была жизнь. Никто этого малыша не жалел. Никто, кроме Антона.

Как-то возвращаясь домой с работы, он увидел, как местная детвора подбрасывает котенка в воздух и громко гогочет каждый раз, когда тот падал пузиком на асфальт, жалобно мяукая. Он не мог пройти мимо.
Пройти мимо этой «маленькой драмы» мог только человек, не способный сочувствовать и любить. Антон к таковым, слава Богу, не относился.
Он быстро разогнал детскую ОПГ, пообещав, что обязательно сообщит куда надо, потом взял котенка на руки и понес домой.

Сначала хотел просто перенести его в другое место, подальше от хулиганов. Но, взвесив всё за и против, забрал его к себе: «Маленький он совсем, не способен еще за себя постоять. Вот когда вырастет, окрепнет, тогда покажет всем, где раки зимуют».

*

Годы шли, Васька рос и крепчал, но...
Уж больно трусливым оказался котом. Где раки зимуют, он не знал, и никому показывать не собирался.
Поначалу его трусливость совсем не бросалась в глаза. Многие коты боятся звука работающего пылесоса, а Василий-то чем хуже? «Надо время, чтобы привык», — объяснял сам себе Антон странное поведение кота. Да не просто кота — настоящего котяры весом около 10 кг.

Было странно, конечно, наблюдать, как во время уборки он убегал в противоположный конец квартиры и, забившись под батарею, сидел там тише мыши. А когда звук пылесоса приближался, десятикилограммовый кот мгновенно срывался с насиженного места и проносился мимо на огромной скорости, чуть не сбивая хозяина с ног.
Потом выяснилось, что Васька боится не только пылесоса. Стоило только включить микроволновку, как он тут же забирался под кровать.
Хорошо хоть худо-бедно привык он к холодильнику. Правда, по ночам так и продолжал нервно вздрагивать каждый раз, когда «заводился» компрессор.

Когда Антон приехал вместе с ним к матери в деревню, то трусость Василия раскрылась во всей своей красе — временами было очень стыдно.
Он даже закрыл глаза на то, что Василий не смог справиться с соседским Леопольдом — молодым котом, который ему в сыновья годился. С вытаращенными глазами Василий убежав в курятник, откуда его сразу прогнал петух. «Мой Васька просто не сторонник лапоприкладства», — пытался объяснить Антон соседу, который чуть ли не по огороду катался со смеху. Но когда кот стал дико орать, лёжа на спине и отбиваясь лапами от двух воробьев, которые хотели выщипать у него клок шерсти для гнезда, Антон всерьез задумался: ««Неужели и вправду трус? Может, надо было отдать кота в секцию по боксу?»

Антон долго думал о поведении Васьки, то воодушевляясь, то разочаровываясь, но смог найти оправдание: в детстве его гоняли все, кому не лень, издевались, вот и стал он трусишкой. Теперь предстояло решить, что делать. А собственно, что тут сделаешь?
Надо жить дальше. Если трус, то не кот, что ли?
Чтобы лишний раз не пугать Василия, Антон поменял советскую «Ракету» на менее шумный пылесос, стал меньше пользоваться микроволновкой. Любил он этого трусишку.
Даже ходил ругаться с соседями, когда те долбили перфоратором целый день. Просил, чтобы сделали перерыв хотя бы на час, а то у Васи инфаркт, не дай бог, случится.

Сложнее всего было летом, когда Антон приезжал к матери в деревню. Василий боялся там всего: людей, соседских котов и собак, птиц.
А когда в один прекрасный день грянул гром, предвещая скорое приближение грозы, Антон вместе с ним сидел под одеялом и успокаивал как мог. Мама тогда сделала вид, что ничего не видела — не было у нее таких проблем с котами.
Но разве мог хозяин оставить своего любимчика в такой стрессовой ситуации? Антон умел сочувствовать и любить.

Именно поэтому Васька не остался жить на улице, не погиб, что рано или поздно неизбежно бы случилось. А человек в ответе за тех, кого приручил. Вот Антон и нес на своих плечах это бремя ответственности. Он не мог поступить иначе.

*

Однажды Антон возвращался домой и по пути зашел в магазин. На работе выдали премию и он решил своего Ваську побаловать, купив ему его любимой куриной колбасы. Подходя к дому, он увидел скорую помощь и полицейскую машину. Возле подъезда шумно что-то обсуждали бабушки. Появилось какое-то нехорошее предчувствие.

Когда Антон подошел ближе, первой стала охать и ахать Марина Дмитриевна, соседка по лестничной площадке:
— Какой же у вас Васька все-таки...
Ее перебила Светлана Игоревна, соседка справа:
— Я таких котов еще не видела!
Увидев краем глаза, что к нему направляется сотрудник полиции, Антон почувствовал себе плохо. Он сел на скамейку и приготовился к самому худшему.

— Антон Васильевич?
— Да, — с трудом ответил он. — Что случилось?
— Повезло вам с котом.
— Повезло? — Антон не поверил своим ушам. Или ослышался. Поэтому переспросил на всякий случай.
— Да, повезло. Храбрый кот.

У Антона немного отлегло от души, но он до сих пор не понимал, что же такого сделал его трусливый Васька. Тем временем полицейский продолжил:
— Была бы моя воля, представил бы к государственной награде.
— Кого?
— Кота вашего, кого же еще. Если бы не он... В общем, помог задержать квартирных воров, которые только в вашем доме обчистили сегодня среди бела дня три квартиры.

Оказалось, что под видом сотрудников управляющей компании грабители проводили опрос жильцов по «важным вопросам» и таким образом вычислили, кого нет дома. При этом спрашивали, где в данный момент могут находиться соседи и скоро ли вернутся. Так получилось, что целых три квартиры на одной лестничной площадке были без хозяев. Идеальное стечение обстоятельств.
В эти квартиры они и залезли.
Сначала обчистили «трешки» двух бабушек, а в самый последний момент вскрыли дверь в однушку Антона.

Дальше уже со слов самих грабителей полицейские выяснили, что огромный кот сразу же набросился на незнакомцев, свалив одного с ног, в результате чего тот ударился головой о перила и отключился, ну а второму сильно расцарапал лицо и шею, когда тот пытался его поймать. Именно на его крики сбежались соседи снизу и сверху.
Догадавшись, что происходит, сознательные граждане позвонили в полицию, а злодеев задержали на месте преступления.
Кот же, которому попросту некуда было бежать, вернулся обратно в квартиру, и никто его не тревожил.

Антон слушал рассказ полицейского, открыв рот. Тот так красочно описывал все события, что получился самый настоящий боевик в стиле а-ля Голливуд.
Потом Антон вспомнил, что нечто подобное уже было в деревне — в гости к матери пришли соседи и, когда они вошли без стука, Васька с перепугу бросился бежать в открытую дверь: одного свалил с ног, а второму случайно расцарапал руки и лицо. Однако он не стал лишний раз наговаривать на кота — пусть считают его героем.

Зайдя в квартиру, Антон стал звать Василия. Кот отозвался не сразу: видимо, пытался понять, хозяин это или кто-то другой с похожим голосом. Взяв храброго труса на руки, хозяин стал нахваливать его, одновременно успокаивая — стресс кот получил знатный.
«А у меня для тебя вкусный сюрприз», — весело сказал Антон, усадив кота за кухонный стол и извлекая из пакета куриную колбасу. Васька несколько раз облизнулся, почувствовав знакомый запах.
А потом еще и бабушки разных вкусностей принесли, пообещав, что это не последний раз. «Вот видишь, — гладя кота по голове, задумчиво произнес Антон, — никакой ты не трус, а герой!».

Автор: канал «Заметки о животных»
Кот-трус Василий задержал квартирных воров



Интересное в разделе «Литературный клуб»

Новое на сайте

Ссылка