Позитивчик (фото, видео, рассказы для хорошего настроения)

Хорькова Светлана Игоревна стояла на стуле у вентиляционной отдушины на кухне и выстукивала рукояткой ножа сложную комбинацию звуков. Три коротких удара, три длинных, три коротких. Затем она, прислушиваясь, ждала какое-то время, потом снова колотила по вентиляционной решетке.

Так продолжалось минут двадцать.
— Мать, твою! Наполеон, выходи, паразит! А то все дихлофосом залью! – крикнула женщина, не выдержав нервного напряжения.
— Чего орешь? Дети спят!
Из вентиляции, шевеля усами, вылез рыжий таракан.
— Какие дети?
— Женился я.
— На ком?
— На Жозефине.
— На Жозефине?
Светлана Игоревна расхохоталась.
— Чего ржешь? Ничего смешного. Не дает мне покоя их история любви.
— Извини! Давно женился?
— Три недели уже как со свободой распрощался.
Женщина капнула на стол варенья.
— Угощайся! – произнесла она. – Долго ждать заставил.
— Слышал, как зовешь, – произнес Наполеон, чавкая. – Жозефинка не пускала. Ревнивая, жуть! Рассказывай, чего случилось?

Странная дружба женщины и таракана завязалась три месяца назад. От Светланы ушел муж. Она сидела на той же кухне с бутылкой вина и ревела.
— У вас горе? Могу я чем-то помочь? – вдруг услышала она.
Обернувшись на голос, увидела таракана. То ли алкоголя к тому времени было выпито слишком много, то ли чистоплотность Светланы Игоревны взяла вверх, но ее не удивило разговаривающее насекомое. Она схватила тапку и начала гоняться за рыжей тварью. После опустошенной бутылки тело не слушалось, движения были замедленными, и таракану удалось юркнуть в вентиляцию.
— Нехорошо, гражданочка! Я к вам со всем сердцем, а вы с тапкой! – произнес невидимый таракан.
Рассудок попытался пробраться сквозь выпитые промилле.
— Ты кто? – спросила Света.
— Наполеон!
— Кто?
— Наполеон. У нас отчества не приняты. А вас как зовут?
— Светлана Игоревна!
— И чего же ты плачешь, Светлана Игоревна?
— Муж бросил! – вспомнив свое горе, завыла Света.
— Хочешь об этом поговорить?
— Даааа! – плакала женщина.
— Если выйду, не будешь пытаться меня убить?
— Не буду!
Таракан вылез, и они весь вечер разговаривали по душам. Она рассказала ему, каким скотиной оказался ее суженный. А он называл ее Светочкой, говорил комплименты и убеждал, что скоро мужчины будут около нее в штабеля укладываться. Растаявшая от вина и комплиментов Света угостила Наполеона вареньем и предложила поселиться у нее. Он посчитал неприличным жить у незамужней женщины и отказался.
В доверительной беседе выяснилось, что жил таракан не в вентиляционной трубе, а у доктора исторических наук Алексея Викторовича. Наевшись клубничного варенья, Наполеон предложил свести Свету с одиноким ученым.
— Мужчина воспитанный, непрактичный и любит варенье. Идеально тебе подходит! – презентовал таракан хозяина квартиры, где обитал.

Новые знакомые составили план по захвату неженатого Алексея Викторовича и на следующий же день приступили к его реализации.
Таракан бегал между третьим и девятым этажом, выполняя роль свахи. С ученым говорил о чудесной соседке, у которой залежи варенья. А Светлану подбадривал, повышал ее самооценку после неудавшегося брака.

Наполеон оказался гениальным стратегом. Дело шло к свадьбе. Но вернулся муж Светланы, стоял на коленях, умолял простить. Она выставила его за дверь. Но он не ушел, обещал до конца жизни носить на руках и собирать ягоды для варенья. По этому поводу Света и вызвала рыжего друга.
— Что думаешь? – спросила она Наполеона.
— Тебе решать.
— Жалко его, ирода.
— А себя не жалко?
— Девять лет вместе прожили.
— А чего детей нет?
— Бог не дал.
— Лешка кольцо купил вчера. Предложение будет делать.
— Мне?
— Ну не мне же. Я уже женат.
— Как быть-то?
— Кого из них любишь?
— Лешу... и немного Бореньку.
— Тогда давай рассуждать логически.
— Твое варенье готовы ложками есть оба?
— Оба!
— Борис хозяйственный?
— Нет.
— Получается, оба неприспособленные к жизни.
— Да!
— Но Леха тебе не изменял. Что будешь делать, если Боренька снова налево свернет?
Светлана вспомнила, как вернувшись из командировки, застукала мужа с крашенной лахудрой. Ее глаза сузились, кулаки сжались..
— Пусть убирается, откуда пришел! – воскликнула она и не простила бывшего мужа.
Беседу прервала Жозефина. Она устроила сцену ревности. Крыла Светлану и Наполеона матом и за усы уволокла мужа в недра вентиляции.

Через два месяца Светлана и Алексей поженились. После ухода гостей они угощали Наполеона и его семью свадебным тортом. Жозефина благосклонно приняла предложение посетить молодоженов. Больше они со Светой не конкурентки.
— Ты чего грустный? – спросила Светлана Наполеона.
— Уйду я скоро.
— Куда?
— Тараканий век короткий. Пожил уже свое.
— А как же я? – заплакала Света.
— Я за себя сына оставлю. Сообразительный парень! Адольф подойди сюда!
К ним подбежал шустрый тараканчик.
— Знакомься, это Света! Если ей понадобится помощь, она постучит по вентиляционной решетке, бросай все дела и мчись к ней на выручку. Таков мой тебе отцовский наказ!
— Сделаю, отец!
— Ну, беги! Поешь колбаски!
Света попрощалась с лучшим другом. Больше она Наполеона не видела. А через девять месяцев родилась у нее двойня. Мальчик и мальчик.

«Не так важно, кто ты и сколько лет прожил. Важнее, сколько добрых дел успел совершить», — говорила Светлана сыновьям, рассказывая на ночь сказки и укладывая их спать...
Миляуша Калимуллина

КОГДА-ТО Я СМОТРЕЛА НА МАЛЬЧИКА...

«Когда-то я смотрела на мальчика, который бился в истерике в магазине, требуя шоколадку, и думала – фи. Вы просто не умеете их воспитывать. В доме, где на полках стоят книги, а в воздухе звучит классическая музыка, ребенок не бьется в истерике. Он отодвигает от себя томик Шопенгауэра и спрашивает «Мамочка, я могу сьесть шоколадку?». 

Я смотрела на девочку, которая дубасила лопаткой напарницу в песочнице, и думала – фи. Мой ребенок никогда не будет никого бить лопаткой. Никогда и никого. В доме, где на полках музыка, далее по тексту.

А потом я родила двоих детей. Одного за другим, не приходя в сознание.

С тех пор девочка с лопаткой приходит в мои сны. Она дубасит меня по комполу и голосом Шопенгауэра спрашивает: «Ну что? Получила? Получила? Ты просто не умеешь их правильно воспитывать!».

То, что я не умею их правильно воспитывать, было открытием номер раз.

То, что все дети – сюрпрааайз! – разные, стало открытием номер два.

Вот возьмем девочку Санечку.

В комнате бардак. А давай-ка, говорю, прибeремся. Утром уборка, говорю, вечером – мультики.

Девочка Санечка честно убирает комнату и смотрит заслуженные мультики.

А теперь возьмем мальчика Сережу. Сережа сначала интересуется, сколько мультиков он сможет посмотреть, если уберет комнату. О цене договариваются на берегу, справедливо полагает мальчик Сережа. Потом Сережа торгуется. Он со вкусом скандалит на тему того что 2 мультика – это мало, и ему нужно 3. Потому что 3 мультика, мамочка, это лучше, чем 2 мультика, мамочка, ты какая-то глупая мамочка.

После этого Сережа строит замок, рисует динозавра и беседует с игрушечным хомяком. Потом приходит и сообщает что Сейезинька отинь устай, что животик хочет кушать, a глазки хотят мультик, а ручки и ножки совсем, совсем не могут ничего делать.

Я не знаю, как заставить Сережу прибирать комнату. Привет тебе, о девочка с лопаткой.

Или вот возьмем врача и прививку.

Девочка Санечка боится врачей и прививок. Она кричит и вырывается. Она дерется как лев и не идет на уступки. Девочка Санечка – честный боец. В меня – гордо говорит муж.

Я не знаю, как убедить Санечку не бояться прививок.

Да вижу, вижу тебя, девочка с лопаткой, сгинь уже.

Или вот возьмем кактыпровелдень.

Девочка Санечка очень любит рассказывать, как она провела день. Как с утра она пришла в школу. Встретила Нину. Потом они пошли на завтрак. На завтрак была невкусная каша, потом была математика, потом они ходили в буфет, и так коротенько минут на 40.

Мальчик Сережа информацией нас не балует.

Началя папа пьивёй меня в сад, мы кусийи, потом меня побий Максим, потом я побий Максима, потом я спай, потом папа пьисёй. Се!

Девочка Санечка любит заныкать свои конфеты в красивую шкатулку, а потом любоваться и пересчитывать.

Мальчик Сережа любит сожрать свои конфеты, а потом тырить чужие из красивой шкатулки.

Девочка Санечка пошла в школу с 6 лет. Когда мы были на собеседовании, Санечка узрела на столе у секретарши стеклянную фигурку оленя. Стеклянный олень, вашумать! Это ж надо додуматься.

Санечка два часа прорыдала горючими слезами о том, что ей без такого оленя теперь жизнь не мила. Прямо там, в школе, и рыдала. Мимо ходили ученики, строго смотрели на учителя, а под секретаршиным столом злорадно хихикала девочка с лопаткой.

Саня выковыривает из пирога изюм и ест только тесто.

Сережа выковыривает из пирога изюм и ест только изюм.

Сережа спит днем по два часа.

Саня не спит днем с двух лет.

Я не знаю, это про дети-разные, или про девочку с лопаткой, сами придумайте.

Саня никогда не таскала в рот монетки, бусинки и детальки от конструктора. Никогда никогда никогда.

Сережа радует нас до сих пор. Недавно проглотил монетку и начал задыхаться. Если б не моя сестра, которая быстро перевернула его вверх тормашками и вытрясла эту монету, то я даже не хочу думать.

Ни Саня, ни Сережа не умеют ходить в музей. Все, что их интересует в музее – это пожрать. Пожрать в музеях обычно не бывает, поэтому музеи их не интересуют. Хеллоу, книги на полках и журчащая в бачке музыка.

Еще я всегда мечтала печь вместе с детьми. Знаете, вот эта идиллическая картинка, красивая мама в фартуке, а рядом два причесанных ребенка вырезают формочками из теста рождественское печенье.

У меня было три попытки.

В первый раз выяснилось, что у меня опасные формочки. Если надавить ими на тесто не с той стороны, то можно здорово порезаться. В тот раз Саня залила кровью всю кухню, у меня тряслись руки, а формочки я выкинула.

Вторая попытка произошла уже после того как родился и слегка подрос Сережа. С новыми, безопасными пластиковыми формочками. Выяснилось, что Сережа очень любит тесто. Стоило мне отвернуться, как Сережа жрал тесто. Собственно, на печенье теста не хватило.

В третий раз звезды были на нашей стороне. Никто не порезался, и не какал потом сырым тестом два дня подряд.

Я просто полдня отмывала кухню, коридор, себя и детей. А потом решила – ну его в пень, это печенье.

Но вчера я зачем-то снова сделала тесто! Лежит в холодильнике, угрожает. Я тоже немножко боец. Горжусь!

А вот с оленем – проблема.

Вы не знаете, где можно купить маленького стеклянного оленя, вашумать?

Подозреваю, что девочка с лопаткой знает.

Но не говорит!»

Автор: С. Багиян

 

А ещe говорят: приметы не сбываются...

Выхожу утром из подъeзда — чёрная кошка дорогу перебeжала. Решил вeрнуться домой. Подхожу к двeри, а ключи, оказываeтся, в квартирe забыл, а дверь захлопнул. Рeшил от соседа на работу позвонить, предупрeдить. Стучу. Сосед открывает в одних трусах, а за его спиною на вешалкe — шуба моей жeны. Которая вчера в командировку уeхала...

Я сосeду — в морду. Сосед меня — в милицию. Разобрались. Окaзалось, жeна наканунe свою шубу продала сосeдям, чтоб купить мнe кожаный плащ. Выходим из милиции — навстрeчу бабуля с пустыми вёдрaми. Три рaза плюю через левое плечо. Все три разa — в соседа. Он мне — в мoрду. Я егo — в милицию. Выхoдим через пятнадцать сутoк.

Прoпускаю соседа вперёд. Он — ни в какую. Я его — в спину. Он мeня — в мoрду. Я егo — по почкам. Он мeня — по печени...

Выхожу черeз двe недели из больницы. Ступаю на лeстницу с левой ноги. А она у мeня в гипсе. Поскользнулся, упал...

Выхожу черeз месяц из комы. В голове вопрос: какой дурак придумал эти суевeрия? А тут доктор заходит. Говoрит:

— «Завтра oперация.. Вы на всякий случай пальцы крестиком держите, а лучше — дотрoньтесь до трубочиста!» А где в бoльнице трубочист? Дотрoнулся до медсестры. Ктo же знал, что она любoвница главврача...

Когда моя племянница была маленькая, она не выговаривала букву К. Нам это казалось странным. Мы знавали детей, которые не выговаривают букву Р, букву С и прочие Ш, Л и Ж, но буква К, как нам казалось, затруднений вызывать не может в принципе. Мы ошибались. Как ни билась моя сестра над правильностью дочерней речи, племянница упорно произносила вместо буквы К букву Т.

— Что растёт у бабушки в огороде? — пытали мы ребёнка.
— Тартошта, мортовта, тапуста, табачти, тлубнита, — рапортовал ребёнок, и, войдя в раж, продолжал: — бананы...
Бабушка радовалась банановому урожаю на своём огороде и кричала нам:
— Отстаньте от ребёнка, изверги, пусть говорит, как хочет!
А мы горевали, что у нас в семье растёт носитель дефекта фикции, и решили непременно сдать ребёнка логопеду для опытов.
Приходит моя сестра к логопеду, приводит к нему свою дефективную дочь и говорит:
— Вот, доктор, спасайте. Не выговаривает букву К, такая трагедия, такая трагедия, хоть в омут головой.
Ну и слезу материнскую, конечно, по щеке рукавом размазывает.
Доктор на нашу девочку сверху вниз посмотрел и говорит:
— Скажи «каша».
— Таша.
— Скажи «кукла».
— Тутла.
— Скажи «клоун».
— Мне надоело, — сказала наша девочка. — Пойдём лучше у нас на балтоне цветочти поливать. Чур, я поливаю трасные, а ты — белые.
Логопед удивился и говорит:
— А ты уже и цвета знаешь?
Племянница тоже удивилась и отвечает:
— Знаю.
— Это какой цвет?
— Синий.
— А это?
— Жёлтый.
— А это?
— Цвет морстой волны.
— И стихи знаешь?
Далее логопед выслушал пару-тройку стихотворений, песню про Глафиру (мы с бабушкой научили, до сих пор горжусь) и завершился концерт кружением девочки по кабинету, потому что всякое выступление должно заканчиваться танцами.
После всего увиденного логопед повернулся к моей сестре и сказал:
— У меня там в коридоре сидит пятилетний мальчик, словарный запас которого ограничивается словами «мама», «баба» и «дай», а также второклассник, до сих пор говорящий «здлясьте» и «фыфка». А вы приводите ко мне девочку, которая в год и 8 месяцев знает все цвета, включая цвет морской волны, рассказывает стихи, поёт песни, умеет придумать для взрослого человека развлечение в виде поливания цветов на балконе, и переживаете, что она не выговаривает одну единственную букву из всего алфавита. Берите её, мамочка, за руку, ведите домой поливать цветы, и чтоб в ближайшие три года я вас здесь не видел!
А через месяц с небольшим племянница по телефону радостно сообщила мне:
— А я умею говорить букву К! Приезжай и привози мне конфеты!
Я сегодня вспомнила и рассказала эту историю той самой племяннице, которой теперь уже 15 лет, и которая позвонила мне, чтоб поделиться печалью: она пишет книгу и у неё никак, ну никак не получается вводная часть. Дальше всё нормально, а вводная часть не нравится.
Послала её в баню и велела по этому вопросу в ближайшие три года не звонить...
Автор: Виталия Япритопала

— Ты, Петя, больше со мной не дружи и не разговаривай, — говорит, сидя на бортике песочницы, женщина своему мужчине, расположившемуся рядом.
Потом, чуть подумавши, продолжает:
— И ведёрко своё, и совок у меня отбери...

А сама с грустью смотрит на эти сокровища, которые держит в руках и явно не желает с ними расставаться, потому что когда тебе пять, то ценности совсем иные.
Пете — столько же, сколько Веронике, а потому он ещё не научился отслеживать женскую логику. Вот и спрашивает:
— Эт почему ещё?..
Подружка и соседка его сейчас — воплощение всех скорбящих планеты Земля да и всей солнечной системы, а потому вздох её длинен и извилист, как русло Амазонки, про которую она ещё ничего не знает. Но драматические паузы в разговоре с мужчиной развешивать уже научилась:
— Да потому что я предательница позорная! — это она уже почти кричит.
Петя молча ждать продолжения женского признания ещё не научился:
— И чё?.. — задаёт он ёмкий мужской вопрос.
Ещё один скорбный вздох Вероники. И исповедь её потекла, набирая силу чувства:
— Да потому что сегодня за завтраком мама меня спросила, чем я буду заниматься. Я сказала, что пойду во двор с тобой играть. А мама тогда сказала, что ты человек не нашего круга. Вот скоро поедем на дачу, а там у соседей есть Всеволод...
Петя не понимает длинного слова, и Вероника это видит. Потому и объясняет:
— Ну, мальчик такой. Сева его зовут...
Когда убедилась, что Петя осознал угрозу, исходящую от неведомого соперника, то продолжила:
— Вооот, значит, мама и говорит, что там, на даче, я и буду с Всеволодом играть, сколько мне влезет, потому что у них на участке бассейн есть и потому что его дедушка академик.
Петя заинтересованно подхватывает:
— И чё?..
Молчит несколько Вероника, а потом продолжает:
— А внук академика — это гораздо лучше, чем Петька-молдаванин, мама сказала.
Мужчина не сразу даже понял, что «Петька-молдаванин» — это он самый и есть. Потому просто смотрит на Веронику и никак не может понять, из-за чего же она так расстроилась. Приятельница же его и боевая подруга, с которой они вместе в будни «штурмуют» детский сад «Белочка», который за углом, заканчивает:
— Мама так сказала, а я... А я ей ничего не сказала за это. Даже не обидела в ответ. Вот чего!
Петя горячиться не стал, а задумался. И даже ладошечкой своей короткопалой щёку подпёр. Вероника глаз с него не сводила и ждала. Потом не выдержала, сорвалась:
— Ну? Чего ты молчишь-то? Говори чего-нибудь!..
И даже в бок его толкнула, чтобы ускорить процесс рождения решения в нём. Ну, Петя и принял. Решение, то есть. И сказал:
— Маму твою обижать не надо, она же — девочка тоже, как и ты. А я вот поженюсь на тебе, будет тогда твоя мама знать!..
Вероника молчит и на Петю своего смотрит. А он не понимает, что нужно конкретней оформить свою мысль. Тогда Вероника, понабравшаяся плохого от Петьки-молдаванина, спрашивает:
— И чё?..
— А ничё! — теперь уже Петя кричит. — Я ж ей тогда сын буду, и она не станет ругаться на меня!..
Тут наступает черёд задуматься Веронике. Она понимает, что проблему эту так просто не решить. Кроме того, как у любой женщины в таком возрасте, опыт у неё несколько более обширный, чем у Пети. Потому она и отвечает:
— Нет, Петичка, ты сыном маме моей не будешь. Ты будешь ей — зять.
Слово это резкое, односложное Петя слышит впервые, а потому оценить его не может:
— А это, что ли, плохо — «зять»?
Вероника жарко продолжает:
— Конечно, плохо! Это ещё хуже, чем «молдаванин»!.
Чувствует Петя, что шансы его счастливо устроить их совместную с Вероникой судьбу стремятся к нулю. И опять начинает думать. А Вероника — скорбеть, безутешно и горько.
И опять Петя находит выход:
— Ну и пусть плохо! Я же на тебе поженюсь, а не на твоей маме!
Потом понимает, что успех от эффекта, который произвели на Веронику его слова, следует закрепить чем-то. Понимает и чмокает приятельницу в щёку.
Та какое-то время сидит, ошарашенная. Потом строит капризную гримасу, достаёт из кармашка носовой платок и как будто бы брезгливо вытирает щёку:
— Фуууу, чёрт сопливый! Всю измазал!..
В этот раз Петя находится молниеносно:
— Ну, и чё? Сопли же мои? И ты — моя!..
Вероника мгновенно оценивает мужскую железную логику и отвечает:
— Да?.. Ну, тогда измазавай дальше!..
И подставляет щёку...

© Олег Букач

НЕУМЕХА ГЕРЦЕН

Межбижер бегал по комнате и фальшиво, но громко пел блатную песню. Вернее, не всю песню, а кусочек, точнее, две строки из разных концов песни.

• Гоп-стоп, мы подошли из-за угла...

Гоп-стоп, вали ее Семэн...
Больше он не знал, поэтому повторял это много-много раз, что мешало Герцену, жившему за стеной слушать «Голос Америки».

• Межбижер, заткните свой рот лишней портянкой и не делайте мне больную голову! – закричал Герцен с порога, ворвавшись к Межбижеру.
• У меня нет портянка! – пожаловался Межбижер. – И вообще, Герцен, не мешайте. Я думаю об грабеж!
• Межбижер! Вы способны ограбить только дворовой сортир, тайком унеся кусок газеты с речью этого халамидника Хрущева!
• Как же мне быть? Как же мне быть? – запричитал Межбижер.
• Ну? – поторопил его Герцен.
• У Нюси Накойхер будет фаршированный поросенок! А меня не пригласили!
• Не надо было красть у Семы Накойхера из почтового ящика его любимый журнал «Крокодил»!
• С откуда вы знаете?
• Так вы ж, прочтя, продали журнал Семе по спекулятивной цене!
• Шо я двадцать копеек не могу заработать?
• Так надо было хотя бы стереть Семин номер квартиры и фамилию с обложки!
• О, я несчастный! – завыл Межбижер. И с горя вспомнил еще одну строчку из песни. Теперь его соло звучало так:
• Гоп-стоп, мы подошли из-за угла...

Гоп-стоп, ты много на себе взяла...
Гоп-стоп, вали ее Семэн...
Впрочем, впечатление от исполнения это категорически не улучшило.

• Межбижер! Если я сделаю так, что вас пригласят к Нюсе на день рождения, вы заткнетесь?
• Заткнусь, – пообещал Межбижер. – А где гарантии?
• Какие гарантии?
• А вдруг я перестану петь любимую песню, а меня не пригласят?
• Вы что мне не верите?
• Верю, конечно. Как самому себе. Но разве в наше время себе можно верить?
• Короче, – пригрозил Герцен, – я ухожу заткнуть уши ватой!
• Стойте! – испугался Межбижер. – Я совсем согласный!
• Но придется потратиться! – пригрозил Герцен.
• Скольки? – схватился за сердце Межбижер.
• Минимум три рубля!
• А два можно?

Сошлись на двух рублях и восьмидесяти копейках.

• Вы будете готовить фаршированные сининькие! – пригрозил Герцен.
• А такие есть? – удивился Межбижер.
• Есть, есть. Берите бумагу и пишите:

Сини два кило...
Кило фарша говядины.
Кило помидоров.
Полкило лука.
Полкило сыра.
Головку чеснока
Постное масло, соль, перец...

• Немножко экономим! – обрадовался Межбижер. – У меня соль есть!
• Экономим? – не понял Герцен. – Я-то тут при чем?
• Но вы ж мне поможете! – взмолился Межбижер.

Решили, что Герцен организует приглашение и приготовит блюдо, а Межбижер купит все необходимое.
Герцен вышел во двор и стал прохаживаться, с понтом он гуляет. Через какое-то время выскочила тетя Аня, бережно неся какую-то сплетню.

• Аня, вы гуляете у Накойхеров на аманинах? – спросил Герцен.
• Гуляю! – подтвердила тетя Аня. – Шикарные аманины! Там даже фаршированный поросенок будет. Сема обещал!
• Здорово! – обрадовался Герцен. – А фаршированные синенькие будут?
• Нет... – растерялась тетя Аня, ибо она знала меню всего двора всегда и наизусть. – А что...
• Беда! – запричитал Герцен. – Главного блюда не будет! Как можно есть фаршированного поросенка без фаршированных синих? Нет, наверное, я не пойду. Зачем расстраиваться и неправильно кушать?
• Вейз мир! – испугалась тетя Аня. – Что делать? Что делать?

Но Герцен только горестно отмахнулся и ушел. Часть дела была сделана.
А тетя Аня побежала к мадам Берсон.

• Роза! Запричитала теперь она с порога, все пропало, Роза?
• Шо пропало? – схватилась мадам Берсон за карман.
• У Накойхеров к фаршированному поросенку не будет фаршированных синих!
• Ну и шо?
• А то, что Герцен сказал, что без фаршированных синих это не еда, а отрава. И что он не пойдет!

Это меняло дело. Герцен знал, куда ходить и что кушать.
И мадам Берсон потопала к Семе Накойхеру.

• Сема! – сурово сказала она. – Люди говорят, что на столе не будет фаршированных синих!
• Синих... – взвыл хор соседок, которых успела оббежать тетя Аня.
• Не будет! – легко согласился Сема.
• Тогда и нас не будет! – рявкнула мадам.
• Не будет... – подтвердил хор.
• А что делать? – испугался Сема.
• Спроси у Герцена!

И Сема понесся к Герцену. О чем они там говорили, не знаю, но через десять минут Сема уже робко стучался в дверь Межбижера.

• Межбижер забудем все обиды и заляпанный кефиром журнал «Крокодил»! – начал он с порога.
• Допустим! – строго сказал Межбижер и глянул на Сему.
• Межбижер вы будете почетным гостем на Нюсиных аманинах и сядете по левую руку от моей тещи! – провозгласил Сема. – Только, умоляю, приготовьте эти фаршированные сини!
• Затруднительно! – провозгласил Межбижер. Он уже высчитал, что если не покупать фарш, а овощи купить в овощняке на Полицейской, то можно обойтись всего рублем. Даже меньше.
• А в чем дело? – испугался Сема.
• Нужен говяжий фарш, а у меня нет времени его готовить!
• Скольки?
• Полтора кило! – сказал Межбижер, глянув в список. Он решил, что полкило можно дополнительно слупить с Семы на котлетки. Именины нечасто, а кушать то надо всегда...
• Будет! – обрадовался Сема и порысачил домой. Что такое полтора кило фарша для грузчика мясокомбината?

А Межбижер взял авоську и поплелся в овощняк.
Там он начал отовариваться. Завидев Межбижера, продавец Валерик сразу решил – лох! И вел себя соответственно. Глядя на то, что попадает на весы, Межбижер разволновался и от волнения затянул:

• Гоп-стоп, мы подошли из-за угла...

Гоп-стоп, ты много на себе взяла...
Гоп-стоп, вали ее Семэн...

• Пахан! – срочно передумал Валерик, который недавно отволок пятнадцать суток по мелкой хулиганке и считал себя практически блатным. Снабдив Межбижера отборным товаром, он даже обсчитал себя на четырнадцать копеек.
• Пусть идет в наш воровской общак! – решил он.

Оставалось самое легкое. Приготовить блюдо. Чем и занялись. Помыв синенькие, их разрезали пополам, вынули мякоть.

• Как лодочки в луна-парке! – обрадовался Межбижер.
• Вот и промойте опять эти лодочки хорошенько! – буркнул Герцен. – И посолите!

Сам он положил мякоть ненадолго в воду. Потом принялся за лук и чеснок, которые мелко порезал. Потом также мелко порезал мякоть синих.
Межбижер, тем временем, уродовал помидоры на маленькие кубики.
Обжарили лук с чесноком, обжарили фарш, смешали с помидорами и мякотью. Поперчили. Еще посолили. Потушили, слегка обжарив. Заполнили синие окончательным фаршем. Выложили на листе. И в духовку.

• Все? – спросил перетрудившийся Межбижер.
• Нет, – вздохнул Герцен и стал натирать сыр. Потом этим сыром посыпал синие в духовке.

Через пять минут запах фаршированных синих заполнил двор, через десять – люди на Дерибасовской стали неуверенно поводить носами, а через двенадцать бронзовый Пушкин горько пожалел, что он только бюст, следовательно не может ненадолго заскочить на улицу Жуковского.
Во дворе Межбижера, несущего блюдо с фаршированными синими встретили овацией.

• Учитесь, Герцен! – сказала тетя Маруся. – Учитесь у Межбижера. Человек имеет специальность в руках. А вы что?
• Практически ничего! – печально опустил голову Герцен.

А. Бирштейн

Сейчас возвращаюсь домой и понимаю, что надо зайти в «Пятёрочку», чтобы купить хлеб, лимон и сахар. Иду и повторяю: хлеб, лимон, сахар, хлеб, лимон, сахар...

Зашла и вижу: конфеты по акции! Тётка с селёдкой идёт — и мне стало надо. Апельсины? — Давайте два.

Прихожу на кассу. Там мальчик вежливый, как херувим:

— Здравствуйте! Спасибо за покупку! Приходите ещё!

У выхода понимаю, что не купила хлеб, лимон, сахар. Разворачиваюсь. Иду на второй круг.

Притащила это всё на кассу. Там херувим:

— Здравствуйте! Спасибо за покупку! Приходите ещё!

Киваю. К выходу. Звонит Женя:

— У нас закончился йогурт.

Рррразворачаааавываюсь. Иду к молочному отделу с ощущением, будто меня забыли снять с карусели.

А на кассе херувим. Уже с очень удивленными бровями. Но он улыбается и здоровается в третий раз!!!

Я ставлю йогурт на ленту, расплачиваюсь и прошу:

— Пожалуйста! Прекратите говорить мне «приходите ещё»! Я из-за вас не могу домой попасть. Так и буду кружить по магазину, пока у вас смена не закончится.

Устала ужасно, зато первый раз видела, как хохочут херувимы.

Автор: Алёна Кривошеева

Митя вышел из школы и медленно пошел по домой. Горе, постигшее его, не имело границ. В его дневнике появилась четверка по природоведению. Лучше бы у меня выпали зубы, подумал Митя. Митя не знал, что пройдет каких-нибудь пятьдесят лет, и он будет думать ровно наоборот.

За два годы учебы в школе Митя не получал ничего ниже пятерки. Родители были педагогами. Папа преподавал в институте математику. Мама в другой школе – русский язык. Папа говорил, что те, кто скатывается во втором классе до четверок, в одиннадцатом ходят зимой без шапки и носков, с капюшоном на голове. А мама сказала: «Четверка – это позор».

Митя не допускал ошибок. А тут вдруг сказал, что снег получается из дождя. Родителей нужно было подготовить. И он написал тёте Любе: «У меня 4 по природе. Что делать?». Тётя Люба ответила: «Умираааю!». Она хотела отправить ещё сорок смайлов, но батарея сдохла. И тогда она положила телефон на кресло и пошла в магазин за вином и пирожными. Она планировала смотреть вечером фильм про голубую лагуну.

Митя понял: ошибаться в этой жизни вообще нельзя. Раз ртом не то скажешь – и проблемы пойдут одна за другой. Мало того, что опозорен. Мало того, что шапку с носками ему теперь зимой не носить. Так он еще и тётю Любу угробил. В аккурат накануне Пасхи. Ты посмотри, что делается, подумал Митя. Он вздохнул и написал папе вот такое письмо:

«Я получил 4 по природе».

Подумал и послал второе:

«И тётя Люба умерла». Что-то ему подсказывало, что это будет кстати.

Увидев послания, папа выронил мел. Теорема Больцано-Коши зависла на доске в многообещающем состоянии. Последнее, что услышали студенты, было:

• В частности любой многочлен нечётной степени имеет...

И вышел из аудитории без мела. Со стороны выглядело, будто Больцано допил и упал. В совокупности со сказанным, написанное на доске смахивало на страницу из Камасутры, у которой была оторвана та часть, на которой женщина.

Уже в деканате папа позвонил тёте Любе семь раз. Примерно столько же раз она ему не ответила. Потом папа набрал маму. Сказал, чтобы та взяла себя в руки. Если есть поблизости стул или земля, лучше сесть. Чтоб она нашла в себе мужество сдержать удар – сказал. Главное сейчас, сказал папа, держаться вместе. И тогда трагедию пережить будет легче. В общем, сделал все, чтобы мама встретила новость в безмятежном, расслабленном состоянии. Что случилось? – поинтересовалась мама, расслабленная до такой степени, что у неё на шее выступил иней. Её закрашенная у корней седина снова проступила наружу, такой безмятежной она стала. У Мити – четверка по природоведению, сказал папа.

Маму унесли из класса в учительскую и стали лечить. В каждой сумочке нашелся нужный препарат. От высокого давления, от низкого, от токсикоза, от изжоги. В маму сыпалось и лилось всё, что имело форму таблеток или жидкости. Кто-то даже плеснул ей в рот портвейн трудовика. Что-то должно было сработать. Но почему-то ничего не помогало. Мама ела и пила, а ей почему-то становилось всё хуже и хуже. После чего пришла медсестра, поставила маме укол от столбняка, подумала, и – прививку от гриппа, чтобы два раза не бегать.

• Это не всё, – сказала трубка папиным голосом.

Что-то ещё с Митей? – спросила мама. Нет, сказал папа, что-то еще с Любой. Что-то серьезное? – уточнила мама. Всё зависит от категоричности пределов, ответил папа. Иногда и 37,2 – повод для отчаяния. Но у тети Любы температура сейчас, слава богу, значительно ниже, сказал папа. Папа делал всё что мог. «Насколько ниже?», – спросила мама. Корвалола в ней было столько, что в её речи зазвучали развязные нотки. Настолько, сказал папа, что хладнокровие её сестры Любы уже становится причиной для заполнения некоторых документов. «Каких документов?», – спросила мама и фривольно щелкнула языком. Финализирующих, ответил папа. «Ц, ц, ц», – заметила мама.

Идти домой нельзя, решил Митя. Пусть сойдет волна. Пусть сойдет и смоет весь негатив. Завтра он ещё раз почитает про дождь. И попробует исправить. Подумав, он решил зайти к тёте Любе, поскольку это было по пути. Может, она умерла, а потом её кто-нибудь поцеловал, и она ожила. По телевизору такое уже было. Там что-то про красавицу и тридцать три богатыря.

Когда тётя Люба открыла дверь, Митя был рад, что она живая. Они сели пить чай с пирожными. Тётя Люба пообещала, что поговорит с папой и мамой, как только найдёт свой телефон.

Папа и мама приехали к тёте Любе, когда стало ясно: в морге её в розыск ещё не выставили. Мама выглядела как после Нового года. Папа – как во время него.

• Я тут изучил материал, – сказал им Митя. – По существу я абсолютно прав. Если формально, то снег на самом деле получается из дождя.

© Вячеслав Денисов

Не понимаю сегодняшнюю молодежь! У нас хорошая большая зарплата, 60 тысяч! Ну как 60, до вычета налогов 60. Ну как до вычета, на руки даем 30, а остальное баллами магазина на карту, но вам же все равно нужно покупать продукты! Ну да выкуп просрочки обязателен. Ну да директор магазина может в пятницу пробить себе бутылку вискаря и сказать раскидать оплату по смене. Ну да, полная материальная ответственность, все украденное оплачивается из зарплат сотрудников. Ну да, штрафы если сел за 12 часовую смену, если на обед потратил больше 10 минут, если форму за свой счет не постирал. Форму кстати выдаем! Есть 68 размер и 33, если не подходит, придется купить. Нет, штрафы не незакооные, вы же по ГПХ работаете, а не по ТК. Смена 12 часов с 9 до 21, да. Значит приходите в 7, открываете магазин, моете, приезжает грузовик, вам нужно его разгрузить, ну там буквально 8-10 палет, расставить товар, ценники развесить, подготовить к открытию магазин. А потом с 9 до 21 ваша оплачиваемая смена. Потом нужно закрыть магазин, помыть, убрать, расставить товары, ценники поменять и к 23 будете свободны. Конечно, отпуск сколько угодно, хоть 90 дней! Но за свой счет. И телефон не выключаем, может потребоваться выйти в любой день. Больничных нет, вы же молодые, чем вам болеть?

Эй молодежь, куда ты уходишь? Не понимаю!

Не понимаю сегодняшнюю молодежь!

А в чем позитив то? Это не очень то и радужные реалии жизни

Отвлекающий маневр

Расшатался зуб. Понял, что надо идти к стоматологу. Заполнил анкету, забрал меня хирург (миниатюрная блондинка), зашли в кабинет. Меня аж затрясло. Поставила укол. Ну и берет в руки щипцы.
— Если будет больно, поднимите руку вверх.
Лезет мне в рот, я руку вверх сразу.
— Больно?
— Нет, я не специально, инстинктивно.
Опять щипцами в рот. Я опять руку вверх.
— Так у нас дело не пойдет. Если будет больно, хватайте меня за грудь.
Я только начал вникать в ее слова, а она уже выдернула мне зуб.
Сижу с полным ртом тампонов, спрашиваю у нее:
— И часто это срабатывает?
— Всегда.

- Здравствуйте, доктор. Вы лечите домашних любимцев?

• Да, а что случилось?
• Доктор, у меня страшная проблема. У меня дома какой-то странный вирус. Когда я приношу их домой, они начинают страшно хворать и постепенно сдыхают.
• А кого их?
• Денежки. Почему-то совсем не приживаются у меня.
• Что у вас хворает извините?
• Вы компотом ухи моете? Денежки. ДЕ-НЕ-ЖКИ.
• Дело в том, что я ветеринар.
• Я прекрасно понимаю. Деньги мои любимые домашние питомцы, доктор.
• Я лечу котиков, собачек, хомячков. Могу даже понос у рыбки вылечить. У вас есть рыбки?
• Чтобы купить рыбок нужны денежки, а они у меня не приживаются.
• Почему вы мне-то звоните?!
• У денежек тоже есть душа, доктор. Они теплые и живые. Я каждую купюру называю своим именем. Вот вчера в кармане осталась одна Тамара, но и она подохла. Помогите мне, доктор.
• Может вам психиатру позвонить?
• А я звонил. Психиатр велел не класть их в карман, говорит им там воздуха мало, вот они и задыхаются. Вся надежда на вас.
• Ладно, фиг с вами. Опишите симптомы.
• Ну они сначала такие красивые, лежат в кошелечке, ножками шевелят. А ближе к вечеру становятся вяленькие и хиреют, хиреют.
• Похоже на анемию. Попробуйте им витамины давать.
• Я сейчас же кину в кошелек аскорбинку. Доктор, вы гений. Можно я вам все время буду звонить?
• Не надо. Я вам дам одно надежное средство, но оно не для слабаков.
• Говорите мне скорее, я записываю.
• Значит, чтобы денежки хорошо себя чувствовали, надобно вечером завести будильник часов на восемь.
• Помедленнее. Я не успеваю записывать.
• А потом утром встать и начать работать. Работать, работать, потом перерыв на обед, потом еще немножко поработать. И тогда ваши денежки дохнуть перестанут.
• Чушь какую-то щаз говорите, от этого я сама могу сдохнуть! Я с аскорбинки начну, спасибо.

Зоя Арефьева

Однажды ротвейлера по кличке Тайсон сослали на балкон. Чтобы он там в тишине и спокойствии поспал. И чтобы прибывающих в дом гостей не смущал. Вечером его, конечно же, выпустят.
И даже косточку дадут. Но только тогда, когда все гости уйдут.

И вот гости все прибывали и прибывали. Ели, пили, орали песни Анны Асти.
Просто орали тоже. В середине народных гуляний один подвыпивший гость вышел на балкон. Конечно же, он забыл о собаке, что тихо отдыхала в углу балкона. А Тайсон тоже ничего интересного сегодня не ожидал. Его не первый раз закрывают на балконе. У него тут своя зона комфорта: лежаночка, игрушка, миска, из которой он может воды напиться. А тут вдруг возмутительное! Нарушены личные границы.

И вот представьте: На улице темно. Собака сладко спит на своей любимой лежаночке.
А тут открывается дверь балкона... Смеясь, икая и шатаясь, что выглядит и звучит в ночи довольно-таки инфернально, врывается неопознанный субъект. А у бедного Тайсона для защиты ничего с собой нет!

Конечно же, Тайсон начал орать. Ну не кусать же. Он адекватная собака. А пьяный гость тоже начал орать. Надо же было хоть что-то делать. До этого он пришел сюда просто покурить. А тут такое. Минздрав о таком вреде курения мог бы и предупредить.

И вот в этой нервной обстановке, где опрокинута миска с водой, где орет собака, где любой бы растерялся, в какую сторону бежать... И где перед смертью даже покурить никто не дает...
Гость на соседний балкон как сиганет.

А балкон принадлежал бабке. И вот опять представьте. На улице уже темно. Стрекочет цикада. На весь двор орет соседская собака. Пьяный мужик, что долбится в двери соседского балкона, тоже орет. В окно этого балкона огромными глазищами смотрит бабка. Ее звуков не слышно, но по отрытому рту и ужасу в глазах можно предположить, что и она орет. Ну не песни Асти же поет.

Короче, бабка вызвала ментов. Собранной личностью оказалась. Те приехали. Начинающего домушника скрутили. Увезли допрашивать. Там, в приятной атмосфере, он быстро протрезвел и все рассказал. И пить после этого бросил.

КАК ПРАВИЛЬНО ПИТЬ ВОДКУ.

Перво–наперво, в морозилку укладывается несколько перемен рюмок. Ибо, вопреки распространеннейшему заблуждению, замораживать надлежит не водку, а рюмки! Водку следует только лишь охладить, градусов до десяти–пятнадцати. Дверца холодильника вполне подойдёт. И, естественно — водка должна быть хорошей, ибо косорыловка... Ничто ей не поможет.
Далее, ставим варить картошку. Но не абы какую! Картошка, сваренная в чуть подсоленной воде, непременно должна быть рассыпчатой и — душистой! Все остальные варианты мы с презрением отметаем...
Пока картошечка варится, надобно подготовить селёдку. Обязательно — очень жирную, бочкового пряного посола. Аккуратненько чистим, лишаем костей абсолютно, режем на ломтики, и — укладываем на селёдочницу (удлинённо–овальную тарелочку с высотой бортов около 6–9 мм). Разложив её так, чтобы создавалось впечатление практически целой рыбёшки, сверху густо покрываем её тончайшими полуколечками репчатого лука (белого и красного), после чего сбрызгиваем (мало–мало, но так, чтобы на каждый кусочек попало) постным маслом (подсолнечным. И упаси вас Боги взять рафинированное! Только пахучее! Только!). Тем временем картошечка почти поспела, но есть ещё время разложить по мисочкам солёные грибочки (опята, лисички, рыжики), и солёные же огурчики. Предостерегаю – именно бочковые солёные! Не маринованные! Весьма не повредит мелко–мелко порезать укропчику, петрушки, по вкусу – сельдерея или лука–порея, положив нарезанное в отдельную большую мисочку и хорошенько перемешав.
Естественно, что накануне была куплена сметана. На рынке! Густая! То, что называется – "ложка стоит"... Это – основа для получения вкуса водки. Остальные (по желанию) закуски могут подаваться не раньше, как только после третьей рюмки. Закурить (опять же по желанию) – тоже.
Итак... Кладём на тарелочки варёную картошку. Вилкою каждую картофелину чуть надламываем посередине, и кладём поверх сметану. Щедро посыпаем смесью зелени. Достаём ледяные рюмки, водку, и –производим налитие. Провозгласивши что–либо соответствующее, дружно опрокидываем оные рюмки.
А вот тут – самое интересное: порядок закусывания! (ибо от этого многое зависит) Следует поступать так: поставив рюмку, наколоть ломтик–два селёдки (непременно прихватив лучка), отправить в рот, и — начать медленно жевать. В это время отламывается кусочек картофелины (со сметанкою, с зеленью), и – туда же. То бишь – в рот. Далее – кусочек свежайшего, душистого чёрного хлеба. Пожевать, проглотить.
И — вот тут–то и проявится настоящий вкус водки, какой он должен быть! После того уже можно огурчика, грибочка или повторить чего–то предыдущего — это уж куда вилка протянется. Ибо препятствовать мыслью тут — не надо! Организм — он мудр подсознательно, и сам разберётся, куда руку с вилкою направить...
© Никита Вознесенский

(Чрезмерное употребление алкоголя вредит вашему здоровью)

Сижу в аэропорту, жду рейс. Настроение — отличное.
Рядом бегает малой, лет 4, орёт как на пожаре. Мать в телефоне. Иногда лениво бросает:
— Мааакс, прекрати.
Но Максу плевать. Буквально.
Пробегает мимо, останавливается, подходит... и плюёт в меня.
Я аж онемел. Мать видит и выдаёт:
— Мааакс, так нехорошо делать.
Макс соглашается. И плюёт ещё раз.
Я поворачиваюсь... и плюю в ответ. Смачно. В лобешник.
Макс в шоке. В слёзы. К маме:
— Аааа, на меня дядя плюнул!
Подлетает мама:
— Мужчина! Вы что творите?! Он же маленький!
— Ну раз ему не понравилось, значит понимает, что это плохо. А раз понимает, то и получает. Кстати, он два раза, а я только один. Могу повторить — по справедливости.
На этом моменте я включил наушники. Дальше её не слышал.
Макс больше не бегал. Сидел рядом с мамой, тихо как буддийский монах.
Сижу, думаю: зря я в пед не пошёл... Педагогика — моё призвание.

— Тебе какого мужика дать? — спросил Бог женщину.

— Я хочу решительного, как капитан дальнего плавания. Грудь колесом. Борода и трубка в крепких зубах. Такого, на которого можно будет положиться. Он будет стоять на палубе, широко расставив ноги, и подставив загорелое, изъеденное солью лицо навстречу океанским брызгам.

— Хорошо, — сказал Бог.

— Но при этом он должен быть умным и не скучным, и мне должно быть с ним интересно болтать на разные философские темы.

— Женщина, — ответил Бог, — так не бывает. Он либо решительный, что подразумевает скудомыслие и недалекость. Либо умный, что подразумевает мнительность и болезненную рефлексию. Ну, где ты видела решительного мудреца? Решительность и безапелляционность – свойство напыщенных дураков, не сомневающихся в своей исключительности.

— Хорошо, тогда я хочу искусного любовника, который бы выделывал в постели чудеса, любил и обожал бы меня, и целовал мне ножки.

— Записано, — ответил Бог.

— Но при этом я бы не хотела, чтобы он был зациклен на мне, как жалкий Пьеро, чтобы его чувство не тяготило меня.

— Женщина, ну, так не бывает. Либо ему плевать на тебя, и этот мужчина может легко изменять тебе, не ценя тебя и не задумываясь ни капельки, а его проявление чувств – умелая игра, которая свойственна всякому эффектному повесе. Либо он действительно и по уши влюблен, но такая любовь сообщает ему мнительное созерцание, болезненное страдание, беспокойную ревность, и глубокую душевную муку.

— Хм. Тогда не надо. Лучше сделай так, чтобы он был безумно богатым и необыкновенно щедрым. Ведь щедрость – главное, что привлекает в мужчине всякую женщину.

Бог почесал лысину и говорит:

— Послушай, женщина. Ну, что ты говоришь? Ну, как человек может быть одновременно и щедрым и богатым?

Ведь щедрость подразумевает стремление делиться с окружающими своими богатствами.

Щедрый никогда не сможет ничего скопить, а если богатство досталось ему случайно, то он быстро его растеряет.

Желания твои внутренне противоречивы, ты постоянно хочешь того, чего не может быть в природе.

Бог захлопнул Книгу.

Бог уже собирался раствориться в облаке, как женщина вдруг окликнула:

— Подожди! А можно хотя бы чтобы он был высокий?

Бог медленно открыл Книгу обратно:

— Можно.

— И чтобы с чувством юмора.

— Допустим.

— И чтобы любил детей... но не слишком, чтобы не мешал мне высыпаться.

— Угу.

— И чтобы уважал мою независимость, но при этом всегда был рядом.

— Разумеется.

— И чтобы зарабатывал больше меня, но не попрекал этим.

Бог тяжело вздохнул.

— Женщина, скажи честно... тебе муж нужен или расширенная версия себя с функцией банкомата и автопилотом?

— Я просто хочу гармонию! — обиделась она.

— Гармония, — пробормотал Бог, листая каталог, — это когда пианино настроено. А ты хочешь, чтобы оно само себя настраивало, играло Баха, жарило стейк и при этом не отсвечивало.

— Ну так ты же Бог!

— Именно. А не отдел индивидуальной сборки фантазий.

Он снова захлопнул Книгу.

— Ладно, — сказал Бог, — дам тебе обычного.

— Какого это — обычного?

— С обновлениями по мере эксплуатации. Главное — не забывай: прошивка "Идеал 1.0" существует только в твоём воображении. А в реальности всё идёт в комплекте с багами.

Женщина задумалась.

— А возврат предусмотрен?

— Только через саморазвитие, — ответил Бог и окончательно отключил поддержку.

Последний Жених
— Мама, у меня до тебя есть дело!
— Сегодня до твоей мамы у всех есть дело! Фима пришел просить десять рублей, а я дала рубль, Саля пришла за солью, а я перепутала и дала ей сахару. И что ты себе думаешь — они теперь со мной не разговаривают! А еще..

— Мама, я выхожу замуж!
Циля отложила вязальные спицы и внимательно посмотрела на дочь.
— Фирочка, моё ты золотко! А скажи своей старой маме, тебе еще не надоело хоронить своих мужей? Зачем тебе еще один?
— Мама, мне всего 73!
— Ну да, ты совсем еще девочка! А кто он, Фира? Очередной скрипач?
— Да. Из филармонии.
— А сколько ему лет?
— 69.
— О, да он совсем еще дитя! И ты таки думаешь, что он будет именно тем, кто, наконец, похоронит нас с тобой?
— Мама, что Вы мне такое говорите?!
— Тогда я согласная! Твоя больная мама больше не может ходить на кладбище и носить цветы твоим женихам. Я хочу, чтобы и на мою могилу было кому прийти.
— Мама, у него сын а Америке, мы улетим туда. Вместе с тобой!
— Ай-вэй, и что я не видела в той Америке? Лучше я всю жизнь буду сидеть тут на табуретке и так и умру, но в Америку не поеду.
— За Америку мы потом поговорим, мама. Главное – я выхожу замуж. Только не кричите так громко – соседи услышат.
— Не учи свою маму – мама тебя на 17 лет старше! Когда ты меня познакомишь с тем, кто так крепко взял за сердце мою Фирочку?
— Давид сегодня придет к нам в гости.
Когда город полностью отдался во власть июльского вечера и воздух наполнился густым ароматом растений, в арке дома № 5 по улице Мицкевича появилась фигура человека в светлом костюме и с футляром в руке.
— Ой, смотрите, к Фирочке очередной кавалер пожаловал! – заулыбалась во все свои 12 зубов соседка Роза.
— В костюме и шляпе, вы только поглядите! – подхватила с другого балкона баба Софа.
— Закройте рты, старые гарпии! – вылезла в окно Циля, — Что б до вас так кто ходил! Хотите поговорить за это, так я послушаю, но только завтра, а сегодня не тилипайте своими языками не разматывайте мне нервы!
Давид, втянув голову в плечи, медленно поднимался по ступеням. Старик понимал всю комичность ситуации со свадьбой, но Фира ему очень нравилась. Она часто приходила на его концерты в Филармонию на бывшую Рудольфпляц, после чего они медленно прогуливались в сторону Ратуши, а затем шли пить кофе на Кобылянскую. Прохожие часто с умилением поглядывали на эту на парочку, которая всегда ходила под руку – он в неизменной шляпе и с тростью в руке, а она в старинном платье и веером на запястье.
Сын Давида в 86-м уехал в США, где еврейская диаспора нашла ему хорошую работу. Он немного обжился, заработал денег и позвал отца к себе. Но Давид не хотел уезжать один, так как не мог расстаться с Фирой. Ради неё он готов был даже на то, чтобы взять с собой и её мать. Скрипач знал, что старая Циля не захочет никуда уезжать, поэтому на первое знакомство взял с собой оружие, которым он умел убеждать любых женщин – верную скрипку.
Давид нажал кнопку звонка, снял шляпу и зашел в квартиру. Дверь быстро захлопнулась.
Через полчаса Роза, лупившая грязнулю-сына, Софа, развешивающая на веревках белье, Адик, лежащий с ключами под «Запорожцем», Дова и Ефим, играющие в карты, а так же прочие обитатели двора разом побросали свои занятия и уставились на окна Цили. Никогда в жизни они не слышали столь красивой музыки, которая лилась из-за кружевных занавесок на втором этаже. Звуки скрипки пронизывали тяжелый теплый воздух, поднимались куда-то вверх к облакам и с невероятной силой обрушивались вниз. Соседи, затаив дыхание, слушали музыку и боялись шелохнуться, чтобы не нарушить это волшебство.
Внезапно скрипка умолкла, и из окон Цили раздался крик. В ту же секунду на балкон выскочила Фира и закричала:
— Вызовите «скорую»! Я вас умоляю, скорее, маме плохо!
...
Старая Циля умерла на своей любимой табуретке. Дочка совсем скоро ушла вслед за мамой. Давид не уехал к сыну. Он остался и каждый день и в дождь, и в снег приходил на кладбище, чтобы играть на скрипке своей Фире и старой Циле.
Владимир Любаров

Люську, жену моего брата, подруга позвала на дачу. Было это в середине весны, поэтому о полноценном дачном отдыхе речь не шла. Планировалась уборка помещения и подготовка к «открытию сезона». К тому же, девушкам хотелось пообщаться в спокойной обстановке, без мужей, детей и домашних хлопот.
Формально отнесясь к первому пункту программы, тетки быстро перешли ко второму: уселись за стол, открыли бутылку не помню чего, и начали общаться. Когда разговор и спиртное иссякли, подружки отправились спать.

Люське досталась комната Сашки, сына хозяйки.
Утром Люся спустилась на кухню, где уже вовсю хлопотала подруга. На стандартный вопрос: «Как спалось?», Люська ответила в том духе, что спалось как-то не очень, кровать, мол, ужасно неудобная. Хозяйка дачи ехидно завметила:

• Ой-ой-ой, какие мы нежные! Тоже еще, принцесса на горошине выискалась....

Потом задумалась, хихикнула и добавила:
- Хотя, знаешь, я ведь на зиму под матрас Сашкин велосипед спрятала!

ГРЕХИ НАШИ ТЯЖКИЕ.

Ночью не спалось, пошла пить кофе и жрать крекеры с сыром горгонзола. Преступно вкусно!
Решила проверить, насколько преступно – ишь, горгонзолу, да из-под санкций, да в пост! Не уготовано ли мне койко-место в аду? Не покаяться ли?

Гугл – наше все, нашлась страница с рекомендациями для исповеди. Почему-то только для женщин.
Нашла свой грех под номером 𝟙𝟛𝟞.

𝟙𝟛𝟞. Страдала чревоугодием, даже вставала есть и пить ночью.
Заинтересовалась, что еще делаю не так? А вот:
𝟜𝟛𝟞. Праздновала Новый год, одевала маски и непристойную одежду, упивалась, сквернословила, объедалась и грешила.
Было такое дело. Не отрицаю.
𝟙𝟠𝟚. Нежила плоть душем, ванной, баней.
И тут не возразишь. Еще как нежила.
𝟙𝟘𝟙. Увлекалась негою, расслабленностью, беспечностью, примеркой нарядов и драгоценностей.
𝟙𝟚𝟡. С удовольствием пользовалась душистым мылом, кремом, пудрой, красила брови, ногти и ресницы.
Всё красила. Так как:
𝟜𝟘𝟟. Имела страх сатанинский за тело, боялась морщин, седины.

Несмотря на это:
𝟜𝟛. Была в гостях пьяной.
𝟛𝟜. Пила и ела пищу, вредящую здоровью.
𝟛𝟠. Грешила чревоугодием, гортанобесием: любила излишне поесть, посмаковать лакомые кусочки, тешилась пьянством.
𝟠𝟘. Разговаривала во время трапезы.

Буквально все про меня! Можно подумать, за мной подсматривали!
𝟛𝟟𝟚. Отвлекалась от молитвы при укусе комара, мухи и других насекомых.

Ей, Господи! Ты все видишь!
𝟝. Не всегда довольствовалась тем, что есть: хотелось иметь красивую, разнообразную одежду, мебель, вкусную пищу.
𝟞𝟙. Смотрела на танцы, пляски, на различные игры и зрелища.
𝟞𝟛. Проводила праздники в пьянках и земных увеселениях.

А также:
𝟜𝟜. Не посылала подарки обидевшим меня.
𝟜𝟝. Огорчалась при убытке.
𝟚𝟘. Допускала порчу продуктов.

Кроме того, я
𝟜𝟛𝟘. С увлечением читала газеты, книги, мирские журналы.
𝟛𝟡𝟛. Расслаблялась светскими разговорами с молодыми людьми другого пола.
𝟙𝟠𝟙. Смотрела с любопытством, спрашивала о мирском.
𝟙𝟠𝟟. Грешила недушеполезной привязанностью к друзьям.
𝟙𝟙𝟚. Не освободилась от страсти рассказывать или расспрашивать о новостях.

Безобразничала по полной:
𝟙𝟞𝟡. Была гневлива, грозила кулаком, ругалась.
𝟞𝟡. Согрешала непокорностью, самочинством, недружелюбием, ехидством, неповиновением, дерзостью, презрением, неблагодарностью, суровостью, ябедничеством, притеснением.
𝟙𝟛𝟠. Читала атеистические книги, журналы, "трактаты о любви", рассматривала порнографические картины, карты, полуобнажённые изображения.
𝟙𝟚𝟙. Тратила деньги на музыку, кино, цирк, греховные книги и другие забавы, давала в долг на заведомо худое дело.
𝟛𝟜𝟙. Давала взаймы и спрашивала долги обратно.

Некоторые домашние припомнят, что забывала ключи, и тогда
𝟙𝟡𝟙. Бывали случаи, что назойливо звонила, громко стучала, чтобы открыли.

И уж конечно
𝟜𝟞. Засыпала днём без нужды.
𝟛𝟚. Засыпала с греховными мыслями и мечтаниями.

Нужно ли говорить, что я
𝟛𝟞𝟙. Покупала лотерейные билеты с надеждой на обогащение.
𝟛𝟜𝟚. О божественных предметах пыталась узнать более того, чем открыто Богом.
𝟙𝟘. Грешила празднословием, непрямодушием. Вспоминала слова, сказанные другими против меня, пела бесстыдные мирские песни.
𝟜𝟠. Не оберегала себя от простуды, не лечилась у врачей.

Есть, правда, два удивительных греха, в коих я, видит Господь, неповинна.
𝟜𝟜𝟜. Мочилась на людях и даже шутила по этому поводу.
𝟜𝟟𝟘. Согрешала кражами, в детстве воровала яйца, сдавала их в магазин.

Это вот нет. Вместо этого я
𝟛𝟠𝟟. Проводила время в мирских играх и развлечениях: шашки, нарды, лото, карты, шахматы, скалки, рюхи, кубик Рубика и другие. (Тут поправочка, Господи, если не возражаешь! Никаких рюх! Всё больше компьютерные игры!)

Короче, душеполезный сайт описал практически всю мою жизнь и осудил ее.
Всю.

А раз мне ничего нельзя, раз ни охнуть ни вздохнуть, то продолжу-ка я жить как жила, — жрать ночью, спать днем, расспрашивать о новостях, грешить привязанностью к друзьям, красить ногти и допускать порчу продуктов.

Чего и вам всем желаю.

© Татьяна Толстая

shade, Анатолий, у нас даже каждые 40 минут перемены. Иначе в отведённое время не влезает 9 уроков. А перемены сокращать нельзя по закону.

Сегодня случилось страшное: я не смогла влезть в свои горячо любимые джинсы 42-го размера. Собственно, на этом можно было бы и закончить, но не каждый может стоически принять факт превращения в корову. Я-то уж точно.

Итак, роба американских грузчиков намертво застряла на мне где-то в районе огузка. Такое чувство, что штанины договорились между собой оборонять этот последний рубеж до последней нитки. Но я тоже не пальцем деланная – на этот случай знаю парочку чудодейственных заговоров. Их нужно произносить на выдохе, тихо и сквозь зубы. Обычно помогало, но сегодня был явно не мой день. Коварное изобретение Леви Страусса категорически было против того, чтобы сдвинуться с мертвой точки хотя бы на миллиметр. В любом направлении.

Расколдовать джинсы не получилось, зато получилось вызвать кота. Жуть зашел в комнату, нахально уселся посередине и уставился на меня, всем своим видом выражая презрение. «А я ведь просил отдать мне тот кусок котлеты, который ты жрала вчера в час ночи, – красноречиво читалось в его желто-зеленых глазах. – Но кто-то у нас слишком жадный, чтобы поделиться с котиком. Вот и расплата, дорогая. Бумеранг, он такой». Посверлив меня испепеляющим взглядом еще минуту, кот встал, и с чувством выполненного гражданского долга вышел, пошло виляя жирным мохнатым задом. «Хрен тебе теперь, а не четырехразовое питание!» – крикнула я вслед животному, но его уже и след простыл.

Ладно, к воспитанию домашних питомцев вернемся позже. Сейчас же на повестке дня стояла другая проблема, требующая немедленного решения.

Самое время применить магические ритуалы. Вполне допускаю, что многие женщины меня распнут за раскрытие сокровенных женских тайн, но что не сделаешь ради искусства. Итак, для начала я попрыгала зайчиком. Не помогло. Потом попыталась втянуть живот. Бесполезно. Втянуть попу тоже не получилось. Ни вместе, ни отдельными полупопиями. Пришлось вспомнить уроки физкультуры в школе и сделать березку. Затраты титанические, эффект нулевой.

На этом известные мне методы борьбы с вышедшей из-под контроля деталью гардероба были исчерпаны. Я прошла практически все стадии горевания: отрицание, гнев, торг и впала в депрессию. Осталась последняя ступень – собственно принятие, но до него было еще далеко.
Мои стенания услышал муж, так некстати оказавшийся в этот злополучный день дома и ставший свидетелем моего позора.

• Зай! Ты так неприлично стонешь, а меня нет ряд..., – супруг вошел в комнату, увидел меня во всем «блеске» и, не успев договорить, сполз по стенке от смеха.

Как вы считаете, на мужчину, который не понимает самой страшной беды в жизни женщины, можно нагавкать или достаточно обойтись человеческими ругательствами?

• Что смешного? У меня трагедия, я не могу надеть джинсы! – огрызнулась я.
• Так сними их, – в перерыве между приступами хохота выдавил из себя муж.
• Не могу! Они застряли! – мой вопль был похож на крик психически неуравновешенной чайки. Которая, как и глупый пингвин, робко прячет свое тело в утесах.
• «И-и-и-и уносят меня, и уносят меня

В свисающий складками жир
Три вкусных коня, эх, три вредных коня
Пельмени, шашлык и пломбир!» – муж сегодня явно был в ударе.

• Убью! – прорычала я и сделала шаг вперед, чтобы совершить акт домашнего насилия над бездушным чурбаном. Этот нехитрый маневр оказался роковой ошибкой. Запутавшись в штанах, я эпично рухнула на пол и соблазнительно извиваясь, поползла к мужу, полная решимости придушить его прямо здесь и сейчас.
• Это все твои пироженки виноваты! – рыдала я по пути.
• Так ты же и просишь меня их купить! – нелепо пытался оправдаться супруг, благоразумно отступая к выходу от разъяренной гусеницы.
• А зачем ты меня слушаешь? Видишь, как меня разнесло? Как мне жить теперь?
• Где тебя разнесло? Ты просто приятно округлилась в бедрах, – благоверный, как мог, пытался сгладить ситуацию.
• И в животе! И в спине! Еще и грудь висит! – я продолжала истерить. Все равно терять было уже нечего.
• Оставь грудь в покое! Она выкормила двоих детей, так что висит она заслуженно! Считай, что это – медаль «За выслугу лет». Бесполезная вещь, но помацать приятно, – армейский юмор супруга сегодня однозначно взял новую высоту. Контраргументов на такой выпад у меня не нашлось.
• Все, хватит, – сказал муж, внезапно посерьезнев, и одним резким рывком поднял меня на ноги. – Если бы ты не влезла в 62-ой размер, то я бы огорчился. А так... Сейчас поедем в магазин и купим тебе новые джинсы. Раз попа требует!
• Не хочу новые джинсы. Хочу влезть в старые! Хотя нет. Новые тоже хочу. Но сначала нужно снять эти! – растерялась я.
• Без проблем. Ложись на кровать и держись крепче. Буду тянуть, – оптимизма мужу было не занимать.

Я послушно выполнила все указания и операция под кодовым названием «ДЖИНСЫ» («двигай жопой и не сцы») началась.
Экспериментатор мертвой хваткой взялся за штанины, подопытная вцепилась в изголовье кровати. В любой другой ситуации я бы томно постанывала и говорила что-то вроде: «Да-да, сделай это, дорогой! Стяни их с меня быстрее!» Но тут было не до ролевых игр. Сие действо больше походило на спектакль «Репка» в постановке Романа Виктюка: сюжетная линия прописана пунктиром, актеры явно переигрывают, смысл отсутствует.

Муж пыхтел как паровоз братьев Люмьер. Я старалась не оторвать от кровати какую-нибудь важную несущую деталь. Процесс забуксовал. И тут, в самый разгар представления, в спальню снова вошел кот. Ну, правильно, какой же театр без зрителей? Невозмутимо прошествовав в партер (проще говоря, запрыгнув на постель), Жуть, с видом уставшего критика, повидавшего и не такое на своем веку, воззрился на хозяев. «Не верю!» – закричал его внутренний Станиславский. «Пшёл вон, тебя ещё не хватало!» – закричали мы с мужем вслух. Конечно Станиславскому, а не коту.

Жуть фыркнул, задрал лапу и начал демонстративно вылизывать то, что вылизывать на нашей кровати категорически запрещено. От такой наглости муж пришел в ярость, и со всей силы дернул многострадальные брюки. Мы с кроватью и котом отъехали в противоположный угол комнаты и с грохотом врезались в батарею. Муж, обнимая джинсы как родные, отлетел в другую сторону. Апофеоз ярок, кульминация выше всяких похвал. Конец. Зрители аплодируют и рыдают от избытка чувств.

Вечером, уставшие, но счастливые, мы обмывали обновку 44-го размера и в красках вспоминали еще один прожитый день. Он, несомненно, войдет в историю нашей семьи. Ровно как и фраза мужа, которой он резюмировал всю эту трагикомичную ситуацию: «Запомни, дорогая, пока твоя попа помещается в детские качели, надежда еще жива!»
А я, отправляя в рот очередную пироженку, решила, что впредь буду утешать себя тем, что «нет толстых женщин, есть маленькая одежда». Спасибо Вам за эти слова, несравненная Фаина Георгиевна!

Автор: Юлия Чаглуш

На Рутубе не нашла, звиняйте.

thumbnailUrl

Что дочки делают с папами..

Он всегда такой мужественный, большой и сильный, и тут вроде просто худи…Позитивчик (фото, видео, рассказы для хорошего настроения) - 4339529

PT1M

True

2026-04-04T10:12:47+03:00

embedUrl

НЕOЖИДАННЫЕ ФАКТЫ ОТ ПСИХОЛОГОВ

• 66 дней необходимо человеку в среднем, чтобы сформировать привычку.
• С закрытыми глазами мы легче запоминаем информацию.
• Мозг и желудок человека тесно связаны. Поэтому некоторые эмоции очень сильно физически отражаются на желудке. Особенно тревоги.
• Любить образ человека и любить человека таким, какой он есть на самом деле, — совершенно разные вещи.
• Записывая свои мечты, мы формулируем их наиболее чётко.
• Из всех человеческих чувств обоняние теснее всего связано с памятью.
• Умение думать о том, как мы думаем, есть признак высокого интеллекта.
• В каждом человеке три личности: тот, кем, как он думает, он является, тот, кем его считают, и тот, кто он есть на самом деле.
• Мечтатели чаще других видят сны и запоминают их.
• Семья и близкие друзья — самый важный источник счастливого детства.
• Очень легко доминировать над собеседником, если говорить тихим и спокойным голосом. Особенно в споре.
• У людей, которые умеют благодарить, легче всего получается быть счастливыми.
• Если постоянно говорить на двух языках, можно отсрочить появление симптомов болезни Альцгеймера.
• Поведение влюблённого человека схоже с поведением человека с нервным расстройством.
• Самый эффективный способ запоминания информации — 10-минутные перерывы через каждые 30–50 минут занятий.
• У человека возникает тесная эмоциональная связь с тем, с кем он поёт.
• Если перед экзаменом написать на бумаге обо всех своих переживаниях, это может помочь получить высший балл.
• Недосып вызывает раздражительность и повышает риск появления депрессии.
• Пять самых распространённых ночных кошмаров: падение, преследование, парализованность, опоздание и смерть близкого человека.
• Человек быстрее принимает решения, когда хочет в туалет.

Эту историю мне рассказал двоюродный брат.

Есть у него дочка, назовем ее Машенька. Машенька, во всем – совершенно нормальный пятилетний ребенок, единственная у нее беда: она не умеетобращаться с животными. Ну не считает она их живыми существами, все норовит, как игрушке, то лапу оторвать, то голову, то за хвост потаскать.

Есть у них дома кот и здоровенная овчарка, так она их в первую очередь довела. Овчарка – умнейшее и послушнейшее существо, укусить или даже зарычать она не может, воспитание не позволяет. Вот и пришлось ей научиться спать, как кошка, подогнув под себя все лапы и
хвост, иначе точно на что нибудь наступят или открутят. Кот же, вообще, в Машином присутствии обитает исключительно на шкафах, передвигаясь по квартире стремительными бросками, а в туалет ходит только ночью.
Все это была присказка, а теперь, собственно сама история. Этим летом они всей семьей отдыхали в Турции. Решили они, в один прекрасный день, сводить Машеньку в тамошний зоопарк, дескать, может хоть это повлияет нанее в лучшую сторону. А там в зоопарке было специально огороженное место, где стоят несколько животных с сотрудниками, которых можно потрогать, погладить и т. д. Специально для детей. Ну Машенька сразу загорелась и начала между ними бегать: то слоненка погладит, то антилопу какую-то, то куриц погоняет местных, лошадь...
Надо сказать, животные там стоят годами, и они к этим детским играм привычные, не кусаются, не лягаются. Особенно ей верблюд понравился, огромный, важный, спокойный... И вот она вокруг него бегает, смотрит, ноги гладит. Папа тут же рядом рассказывает про корабли пустыни, про то, что они могут неделю ничего не есть и т. д. И в этот момент Машенька подпрыгивает и виснет у верблюда на хвосте.......
Все произошло в считанные секунды: Первым делом верблюд, как любое порядочное животное, обделался. Извиняюсь за подробности, Примерно два ведра зеленоватой жижи оказались... Правильно, прямо на Машеньке. Дальше, верблюд делает скачок метра на два вперед, поворачивает голову и... Что верблюды делают, когда хотят сбить с толку противника? плюют в него. Машеньку его выстрелом просто сбивает с ног. Дальше верблюд убегает огромными скачками, забивается в угол ограждения и дико ревет. А посередине, в окружении собравшейся толпы, не менее дико ревет оплеванная и обосранная Машенька и ее опозоренная мама. Папа же рядом корчится и задыхается, пытаясь сдержать смех. Служитель зоопарка, в ужасе схватившись за голову и бормоча про себя непонятные, но явно нецензурные слова, вертит головой, смотрит то на Машеньку, то на бедного верблюда.

Эпилог.
Машеньку, конечно, отмыли. В зоопарке, естественно, был душ. Одежду постирали и высушили, сохнет при сорока пяти градусах все мгновенно. Даже подарили плюшевого тигренка. Верблюжонка Маша брать наотрез отказывалась. Папа долго извинялся за Машу, присовокупив к этому
50-долларовую купюру, служители еще дольше извинялись за верблюда, отказываясь брать деньги... В общем, кончилось все хорошо.

А главное, Машенька теперь к животным относится с уважением, даже не к таким большим животным, как Верблюд. Теперь даже кота не обижает, если дать ей его в руки. Сам же он, правда, до сих пор ее боится. Мудрый зверь.

Жила была женщина. Обыкновенная такая, среднестатистическая женщина. И жизнь у неё была тоже обыкновенная. Дом-работа-дом. Всё, как у всех, без изысков. Вставала она с петухами, ладно, шучу, по будильнику она вскакивала. И давай по дому метаться: завтрак приготовь, разбуди, накорми, себе лицо нарисуй, а тут ещё эта собака под ногами путается.

И на работе от неё все всё хотели. Стоит ей переступить порог этого заведения, как со всех сторон начинали лететь поручения. Одному принеси, другому отнеси, третьему помоги, а четвертый мерещится. Ух, упашется за день, еле ноги домой волокет. А в общественном транспорте ездят исключительно беременные мужчины. Постоянно норовят обогнать и на сиденье плюхнуться. А она, бедняжка, в чём только душа держится, стоит с авоськами туда-сюда болтается.
Вот в таких, нечеловеческих условиях и жила наша женщина. Пока....
Пришла она однажды домой и поняла, что если она сейчас не сходит к доктору, то мир пострадает хуже, чем от атомной войны.

• Здравствуйте,- говорит женщина, устало опускаясь на стул.
• Здравствуйте,- отвечает ей доктор, приготовившись её внимательно слушать.
• Понимаете, я так больше не могу.
• Так, так, так, а можно поподробнее, как именно Вы не можете?
• Я не могу по всякому. Не могу делать всё сама. Не могу быть всем обязанной и нужной. Не могу молча проглатывать обиды и сносить унижения. Не могу и точка.
• А вы не пробовали расслабиться и на всё забить?
• Пробовала. Но как же тут расслабиться, когда то избы скачут, то кони горят.
• Всё ясно, клинический случай. У вас зажат нерв, который отвечает за пошловсенафиг. Но это дело поправимое. Я выпишу вам Пофигин, который нужно применять в течении месяца, утром натощак.

Пофигин подействовал сразу, чуть ли не на второй день приема. Утром женщина встала, не спеша приняла душ, выпила чашечку кофе, потрепала за ухом собаку, и не спеша ушла на работу, на которой блаженно улыбаясь, посылала всех в бухгалтерию. Потому, что ей теперь на всё было пофиг, и её жизненное кредо резко изменилось. Вместо:" Мама дорогая, как всё успеть, и не сдохнуть к концу дня.» Стало: " Зачем париться и переживать, если можно не париться и не переживать.»

И настала у женщины не жизнь, а просто праздник какой-то. А всё потому, что здоровый пофигизм ещё никому не повредил...

Людмила Весенняя.

Пофигин

И был это скорее всего Магния глицинат, ну или Магния цитрат!
А счастье-то так близко, так возможно...
 

был это скорее всего Магния глицинат, ну или Магния цитрат!

Ты серьёзно? Мне сейчас ооочень нужен Пофигин! Можно в личку подробности.

😀

Вообще, быть домохозяйкой легко. С утра проснулась, всех позавтракала. Завтракать всех не сложно. Каши сейчас быстро варятся, яйца всегда быстро варились, тем более, жарились. Чайник на плиту кинула, он сам закипит. Бутерброд что, хлеб за тебя испекли, масло из отборных коров собрали, колбасу тоже автомат делает. Порезала, стопками сложила, всем по карманам распихала и сиди, ладоши на мандоши.
Посидела, отдохнула. Кота накормила, погладила. Пока гладишь, можно кино посмотреть, телевизор там, книжку интересную в районе обложки. Потом полы помела, с подоконников всякое говно по шкафам разложила, заодно с полок рассыпанные муку, сахар, перец, соль, рис, гречку, пятна жира, пыль, хлебные крошки, налипшие карамельки, а особенно налипшие карамельки грациозно смахнула. Труда немного, а радости вагон. Все трусы, носки, брюки, юбки, рубашки, колготки, блузки, свитера, свитшоты в кучу собрала, по цветам и тканям рассортировала, а потом знай в стиральную машину клади, да кнопку нажимай. Машина она что, она не устаёт. и ты с ней не устаёшь. Пока, так что, силы есть, кровати застелила, обувь в порядке частоты надеваемости расставила, какие и помыла, а то давно не мыты, со вчерашнего дня. Куртки-пальто из угла подняла, в шкафу красиво повесила.
Тут пришло время обед готовить. Обед нынче варится быстро, тем более бульон с утра варится, сама курицу в кастрюлю кинула, сама зубы чистишь, а туда потом горсть бобовых, горсть стручковых, соль-сахар по вкусу и мешать не надо. Вообще процессам мешать никогда не надо. И щи-борщи каждый день наводить не надо. На простом попостятся увидела в холодильнике яблоко тухнет, под настроение пирог испекла. Радуешься: рачительная я, умопомрачительная.
Пока пирог в духовке, с тряпочкой прошлась, ручки дверные протерла. Дети ведь дети, где пластилин, где мёд, где краска, видишь, везде пластилин, мёд и краска, тряпку намочила, на швабру надела, полы прошлась. Сейчас удобно, на коленях ползать не надо и изящество в движениях.
Потом все пришли, носы вытерла, за стол усадила, покормила, посудку помыла. Нет, не свадьба же. Ложек, правда, много. Этой суп помешала, этой налила, этой доча есть не хочет, будет той. Ну, ложки просто мыть, не кастрюли с пригарным покрытием.
Бельё-одежду из стиральной машины достала, тут же повесила. На речку ходить полоскать не надо, плюсы современности. Вот и вечер, всех под душ загнала, ужином накормила из остатков завтрака, обеда и фантазии. Спать всех уложила, посуду помыла.
Села сериал смотреть с чашкой чаю. Ложиться нельзя, а то уснёшь почему-то. А хотела чаю попить. Которые всегда домохозяйки, бывает, жалуются, что так быт заедает, лишний раз бигудю накрутить сил нет, только на люстру выть хочется. Но я чего, мне проще. Меня быт не заедает. Я, слава Богу, еще и работаю...
© Ира Зверева

Мне пoнадобилась спpaвка из психоневpoлогического диспансеpa. А там НАРОДУ!!! Разговорилась со своим братом, пожаловалась... Oн и говорит: «Когда придёшь, спрашивая, кто последний, близко-близко к лицу людей наклоняйся, сядешь, начни раскачиваться и тяни тихoнько звук У-У-У.

Потом начни с хрустом чесаться и неожиданно резко взглядывать на соседей. Поверь, тебя пропустят без очереди!» Конечно, я братцу сказала, что он дурак, пошла в диспансер... но картинка прочно поселилась в моей голове. Уже задавая вопрос, «кто последний» я начала улыбаться во весь рот и, видя настороженность в лицах, икать и хмыкать, сдерживая смех. Села, пoнимаю, что не могу ничего поделать, смеюсь. Закрыла лицо руками, сдерживаемый смех превратился в стон, потом я стала всхлипывать! Рот прикрыла руками, губы намотала на палец, чтобы не разъезжались... Плечи мелко трясутся от внутреннего смеха... Злo берёт, смеюсь и всё. Народ осторожно косится на меня. Думаю, «oсталось только чесаться, остальное у меня уже есть... пойду-ка в туалет, — это надо прекратить».

Кoгда я встала, люди замерли. Собрав своей спиною напряженные взгляды пациентов, отправилась искать место покоя. Закрыв за собой дверь в туалет, поняла, что я серьёзна и собрана. Всё прошло как не было. Возвращаясь на место, решила аккуратно выглянуть из-за угла. Все лица, как по команде повернулись в мою сторону, некоторые спины выпрямились. Я втянула голову назад и засмеялась снова! Сначала тихо, потом всё громче, громче... Хoхочу, слёзы брызжут. Ненавижу себя, братца, этих придурков.. От злoсти решила идти на место резко. Вышагнула из-за угла и рванула обратно, ну не могу идти, ноги заплетаются, я приседаю и уже пoдвываю... Самое страшное – лица этих людей видеть. Пациенты явно меня боялись. Тут ко мне за угол мужчина подошёл, говорит: «Девушка, вам плохо? Идите без очереди». С меня смех, как рукой... но я пошла! Вытирая слёзы и всхлипывая. А в справке написано, что я нормальная! Вот. Жалко, что я справку очереди не показала, уходя.

На заправке чуть зависает касса. Все клиенты становятся зрителями. На сцене двое. Боевая бабушка...нет...язык не поворачивается ее так назвать. Взрослая мэм. Хорошая осанка, поставленный голос, уверенный взгляд.
Судя по ауре – юность была крепкая, еще до 90-х, в которых она просто смеялась в лицо эпохе. С ней внук.
Явно воспитываемый в японских традициях – слова «нет или нельзя» — запрещены. Но баловать – это не синоним «отсутствия требовательности».
Пацан лет 8. Немного смахивает замашками на героя О'Генри «Вождь краснорожих». Касса висит. Все ждут. У бабушки легкий диалог-троллинг с внуком. Чтобы было понятно – ассоциативно:
Бабушка – крепкая блестящая рельса. Внук – гибкий, юркий трос.
— Сходи в туалет.
— Может не надо?
— Может и не надо. Но останавливаться я не буду.
— А я в окно!
— Встречный ветер.
— Я открою окно в багажнике (видимо у бабули джип).
— Хорошо. Намочишь джинсы – сам постираешь и помоешь машину. (пауза)
— Лааадно... (пацан уходит...возвращается)
— Руки помыл?
— Да!
— Зачем врать?
— Как, бабуля?
— Лацканы сухие.
Пацан губами восхищенно пережевывает то ли «твою мать», то ли «бл...ть».... уходит-приходит.
— Может я пойду покормлю голубей?
— Иди. (пацан уходит, возвращается с возмущенным лицом)
— Там у входа два дяди курят.
— Выйди и скажи им, что на заправке курят дебилы отмороженные. Пусть затушат.
Он убегает со счастливым шкодным лицом... возвращается быстро... за ним двое... такие...сильные... уверенные... крепкие... демонстративно держащие сигареты в руках. Я бы при встрече с ними — перешел на другую сторону улицы. Взгляд лениво вопросительный «...и... чо за... на» дальше бывает по сценарию...
Бабушка видит их заход. Публика делится пополам. Одна достает телефоны и поп-корн. Вторая – в поисках аптечки. Охранник что-то сосредоточенно рассматривает за окном.
— Если вы ищите кто послал мальчика – это ко мне. Если начнешь ругаться матом – я тебе свисток сумкой разобью.
— Слышь, мамаша... (его перебивают, как в школе, когда учительница «накладывает» железным интонациями на глупые комментарии ученика-хулигана).
— Ты не охренел, пасынок? Какая я тебе – мамаша, полудурок, ты аморфный. Если ты думаешь, что своим целлюлитом меня прессанешь, то дико облажался. Рот даже больше не открывай. Ты все уже себе наговорил. Не тяни ко дну свою долю, а то проотвечаешься (пацан невозмутимо выбирает колу... бабушка на секунду к нему, не меняя напора:
— Возьми лайт, там сахара меньше (возвращается обратно в монолог). Затушили сигареты оба, и выкинули. Идиоты, прости Господи.
Как у Гоголя – немая сцена... один из парней вдруг хватает телефон, и с деловитым видом выходит.... второй за ним...
— Бабуля, а если я тоже буду курить?
— Если ты будешь подтягиваться 25 раз, и тебе нечем будет заняться, и некуда тратить деньги – обкурись. Только стул вытирай.
— Зачем?
— Никотин из попы будет сочиться.
— Бабуля, а как вы раньше переписывались, айпадов и телефонов не было!!!
— На бересте, (видимо слегка закончилось ее терпение).
Пацан счастливо улыбается. Кассирша: «Касса заработала».

© Александр Уткин

Женщины под полтос. Нас легко узнать, мы называем салоны красоты – парикмахерскими, лайфхаки – полезными советами, а абьюзеров – говнюками.
Нам еще далеко до «вау, ты умеешь отправлять сообщения?!» но уже и «девушка, оставьте телефончик» звучит, как устаревшая фраза. Что-то типа «коромысло».
Мы зависли где-то посередине, между «тусоваться по ночным клубам» и «знать название мази от геморроя».
Джонни Депп для нас – Плакса, а не Джек Воробей.
Джулия Робертс – Красотка, а не Эрин Брокович.
Дастин Хофман – Человек Дождя, а не отец семейства Факеров.
Каблуки нам – в падлу, а макияж – в лом.
В метро нам уже некомфортно, а цену на килограмм огурцов еще выучить не можем.
Нам страшно не от того, что в след больше не оборачиваются мужчины, а от того, что это уже не беспокоит.
Дети выросли настолько, что, наконец, стала понятна фраза «когда пойдет, станет полегче».
(то есть реальное облегчение действительно наступило, когда дети стали ходить. Сами. В ресторан. На свои).
Мы состоялись в профессиях, утвердились в отношениях и выплатили кредиты.
Мы уже не носим мини-юбки, но позволяем себе плевать на всякую общественную мораль.
На все грабли наступлено, все раны зализано.
Больше нет необходимости что-то доказывать. Проехали.
Любопытный возраст – столько возможностей. Упущено.
А мечты еще есть. И они не про внуков
П. С. И да, мы можем позволить себе начать день с шампанского не вылезая из пижамы. Офигенно!
© Анна Гин

Еду я как-то на своем велосипеде, никого не трогаю. Правила соблюдаю, полметра от бордюра не отъезжала.

И тут мужик – на огромном дорогом драндулете зажимает меня в самый бордюр, и еще что-то возмущенно кричит из окна.

• Уважаемый, – говорю ему, – не хочется тебя так называть, но я женщина приличная и тех слов, что ты мне сказал, перевода не знаю. Хотя и догадываюсь. У меня к тебе лишь один вопрос – тебя мама учила в детстве, что женщин обижать нельзя?

По ответу поняла, что не учила. Решила объяснить.

• Любая женщина, которую ты обидел, может оказаться ведьмой. Понятно?

Становится понятно, что ему ничего в жизни не понятно

• Ну, смотри, – вздыхаю я, – ученье, как говорится, свет. А неученье – три дня в обнимку с унитазом.

И уехала красиво в закат.

Через неделю еду опять красиво, никого не трогаю. Вдруг слышу – бежит кто-то. Пыхтит, догоняет. Оборачиваюсь – тот самый мужик.

И морда у него взволнованная и странно-вежливая.

• Уважаемая, – говорит. (Ого и слова такие знает, откуда поднабрался), – простите меня, пожалуйста. Я, давеча, так был непростительно груб с вами, что сейчас искренне сожалею об этом.

Смотрю на него, на его исхудавшее с прозеленью лицо и осторожно спрашиваю:

• Что, так плохо было?

Он судорожно кивает.

• Три дня, – говорит, – из туалета не вылазил. Все осознал!

А ведь я ничегошеньки для этого не делала! Метлой клянусь!

• Ладно, – отвечаю, – прощаю, наверное

И только опять собиралась уехать в закат, как он спрашивает:

• А можно я вам что-то куплю в подарок? Конфет шоколадных?
• Конфеты я люблю, – отвечаю. – Особенно, маслины. Если их хорошим коньяком запивать

Мужик метнулся к ближайшему магазину с прытью влюбленного, которому дама сердца сказала да. Я даже отъехать далеко не успела, как он меня догнал.

• Вот, от чистого сердца! И не таите на меня зла!

И пакет протягивает. А в нем все, что полагается для празднования Хэллоуина – и коньяк, и шоколад, и даже маслины.

• Спасибо, – отвечаю, – полетела я, то есть поехала дальше. А то девочки меня заждались уже. И запомните – никогда не обижайте женщину!

А то, вдруг, за нее вступится вся Лысая Гора!

Ирина Подгурская