Форум Хлебопечка.ру ОБЩЕНИЕ, ДОСУГ и РАЗВЛЕЧЕНИЯ Просто общение Наши дети Тема: Как изучать иностранный язык? (NeaTeam)
 [1]

Как изучать иностранный язык? (NeaTeam)

Избранное
Шеф
08 Окт. 2017, 12:58

Как изучать иностранный язык?

Во-первых, изучение языка (языков) – это процесс вовсе не конечный, как многим поначалу кажется. Изучение иностранного языка продолжается всю жизнь (даже нашему родному русскому).

Во-вторых, как это человеку и свойственно, большой перерыв в изучении языка не идёт на пользу мозгу: многое теряется из уже изученного, поэтому принцип изучения должен быть простой, как веник – надо что-то как-то делать (читать, писать, слушать, говорить) на изучаемом языке ЕЖЕДНЕВНО, хотя бы в течение пяти минут. Особенно помогает лёгкое напряжение мозга при этом, вспоминание уже пройденного, но забываемого с течением времени.

В-третьих, самое важное, любой язык – это прежде всего СТРУКТУРА (определённая), ну или скелет. В этой структуре есть ТОЧКИ напряжения, на которых «висят» все взаимосвязи – изучив/выучив их крепко-накрепко, всё дальнейшее изучение сводится к «мясу», которое всегда и везде одно и то же. «Мясо» можно изучать безконечно, оно в течение даже жизни одного человека меняется. А вот «скелет» или структура языка в течение жизни одного человека НЕ меняется – максимально возможно лишь очень лёгкое изменение, которое ЛЕГКО и ненапряжённо отслеживается.

Если с максимами всё ясно, можно перейти к тому, что есть структура (или «скелет»). Это две штуки: фонетика (произношение) и грамматика (спряжения, падежи, времена и прочее). В свою очередь фонетика делится на две хитро взаимоповязанные друг на друга штуки: умение самому произносить слова иностранного языка примерно так, как это делают сами носители, и умение слышать от носителей языка и при этом понимать смысл (вычленять структурные точки связок). С грамматикой легче, поскольку в большинстве своём это письменная вещь, её можно зазубрить.

Те, кто полагает, что изучение иностранного языка следует начинать с банального перевода с языка на язык простейших конструкций, имхо, неправы. Изучение языка следует начинать со сравнения звукообразования в родном языке и иностранном: вычленения схожестей и акцентирования внимания на отличиях. Разделив звукообразование на две половинки: на схожести и на отличия, их следует выучить, как «Отче наш», ибо это и есть БАЗА (для фонетики). Со схожестями проблем нет, как вы понимаете: если какой-то звук родного языка схож со звуком языка иностранного, то его легче понять. Отличия же надо не только понять, но и попробовать научиться их говорить самостоятельно (принцип здесь простой: раз кто-то может своим ртом их произносить, значит, сможете и вы научиться этому же! Артикуляционные аппараты, рты, у всех людей одинаковы). После того, как вы научитесь произносить звуки иностранного языка ПРАВИЛЬНО, вы научитесь же их правильно СЛЫШАТЬ. Т. е. процесс именно такой: сначала научиться самому их правильно произносить, и лишь затем вы научитесь их и правильно слышать, т. е. СМЫСЛОРАЗЛИЧАТЬ звукоряд.

К сожалению, за всю мою 30-летнюю с гаком практику овладения языками, знакомства с разными языковыми школами, этой проблеме – фонетике – не уделяют должного внимания. Есть исключение: Московский Государственный Институт Иностранных Языков им М. Тореза (ныне Московский Государственный Лингвистический Университет), который я в своё время закончил, обучал студентов первый семестр первого курса ЛИШЬ фонетике (затем фонетика была ещё 1,5 года, до конца второго курса). Такого, насколько мне известно, не делала ранее больше ни одна из школ. Как сейчас обстоят дела – не знаю.

Теперь немного примеров.

Возьмём, допустим, французский. В нём есть звук «н», схожий с нашим, но есть и три носовых «н». Три, Карл, а не один даже! Каждый из трёх носовых несёт в себе СМЫСЛОРАЗЛИЧЕНИЕ в тех словах, в которых эти звуки употребляются. Не зная разницы между ними, не умея их произносить примерно так же, как и носители языка, вы их никогда и не услышите затем. А что это в общем и целом обозначает? Да то, что вы никогда толком на французском ничего и не скажете, да и примерно треть того, что услышите – толком и не поймёте, потому французский нашпигован этими носовыми звуками по самое не хочу.

Или вот тот же международный, английский. В нём есть два звука: глухой и звонкий – th. Произносится он легко: меж зубов просовывается кончик языка и ртом дуется. В русском языке такого звука нет. Поэтому, не зная, как он произносится, вы никогда его в английской речи НЕ услышите: вам будет казаться всегда, что произносится нечто похожее на смягчённое «с», «з», а поскольку этот звук смыслоразличительный, то вы и будете путаться со смыслом тех слов, который, как вам кажется, вы и услышали.

Вывод из всего вышесказанного может быть лишь один: в каком бы объёме вам ни захотелось изучить иностранный язык, для каких бы то ни было целей (ну, если вам хочется лишь читать-писать, то да, фонетика вам не нужна), если вы не ознакомитесь ДЕТАЛЬНО с фонетикой изучаемого языка, то дело ваше рано или поздно будет ШВАХ, вы будете сталкиваться с массой проблем, где анекдоты об учительнице иностранного языка, которая не понимала носителей языка и её никто из носителей не понимал, перестанут быть анекдотами.

С фонетикой есть ещё одна проблема. Дело в том, что по книжке её не изучить. Как бы подробно книжка не давала материал, обязательно нужно так называемое АУДИРОВАНИЕ: т. е. пробование самому произносить то, что изучено, и ПРОВЕРКА этого произносимого учителем или носителем языка на предмет правильности. Не зря, в том же Нью-Йорке, я вот знавал человечка, который помогал некоторым продвинутым иммигрантам (уже как бы знающих английский) приобрести-выработать нью-йоркский акцент в своём произношении и избавиться от своего родного, но иностранного для нью-йоркцев, произношения.

Теперь о второй части структуры языка, о грамматике. В отличие от фонетики, она не так сложна, как кажется. Более того, она в разы ПРОЩЕ, чем фонетика, поскольку отличается логичностью и неизменностью (в фонетике всё же акцентики «плавают» от местности к местности): а их достаточно ВЫЗУБРИТЬ, тем более, что грамматических конструкций в ЛЮБОМ языке не более 200 от силы. В вопросах грамматики есть языки попроще (меньше правил), есть посложнее (больше правил). Но и только-то. Всегда общее их количество для любого языка КОНЕЧНО, и все их можно узнать и запомнить.

Что такое в общем и целом грамматика? А это «конструирование» блоков-слов в предложения-смысловые единицы. И всё? И всё. Больше ничего в грамматике и нет. В каждом языке есть свои, особо предпочтительные способы складывания кубиков-блоков слов в разные конструкции-предложения. Есть в языках и исключения из этих правил, но их мало: менее 5-10% от правил.

Но приступать к изучению грамматики с базы родного языка следует осторожно. Следует снова разделить грамматические конструкции на две части: схожие с своим родным языком и отличные от родного языка (так будет проще ими овладевать). Со схожими, как водится, проблем особых нет, они же схожи. Проблемы возникают с отличными: их прежде всего следует ПОНЯТЬ.

Для этого пригождается следующая методология – каждая грамматическая конструкция (или свод правил по её поводу) должна быть таким образом уложена в мозг студента (на основе как можно близких аналогий по одному или нескольким примерам), чтобы он извлекал её из памяти, когда видны особые МАРКЕРЫ, указывающие на предпочтительность этой конструкции. Т. е. любое правило имеет некий маркер или маркеры, увидев который, вы с 95%-ой уверенностью употребите это правило затем ВЕРНО. Поскольку самих правил-конструкций в языках, как я уже указал, примерно 200 (или гораздо меньше), то маркеров примерно в два-три раза больше (по нескольку маркеров на каждое незыблемое правило). Но это – максимум.

Опять же, пример. Вот во французском языке есть слово dont, которое в самом приблизительном переводе есть «который, которая, которое». Проблема лишь в том, чтобы увидеть маркер, который однозначно указывает на вероятность-возможность употребления этого слова. Такой маркер есть – это стилистическая избыточность тех слов, которые следуют (должны следовать) за этим словом. Глаз спотыкается, другими словами, а мозг немного бастует (ему бы чего попроще). Проще всего запомнить это слово, как один из многих примеров «выпендрёжностей» французского. Сами обороты с dont (после проникновения в их суть) очень изящны и велеречиво-небрежны.

Или вот в английском, эти пресловутые времена (их избыточное количество для русского человека). Они все великолепно укладываются в правила, которые имеют маркеры. Некоторым из них, как самым простым, учат в любой языковой школе, на любых языковых курсах: если употреблено already (уже) или just (только что), то вероятнее всего следует употреблять время Present Perfect.

Поэтому-то изучение грамматики – это изучение и запоминание особенностей возведения конструкций-предложений из слов-блоков, которые, в свою очередь, распадаются на две неравновеликие части: схожести с родным языком и отличия.

Следует заметить, что изучение как фонетики, так и грамматики (не беря во внимание просто заучивание иностранных слов) – процесс такой же безконечный, как и изучение языка в целом. Некоторые грамматические конструкции (как и фонетические) являются более употребимыми, некоторые – менее, некоторые вообще редки. Так вот ГРАНЬ изучения языка состоит лишь в том, какую именно часть грамматики и фонетики вы ВЫУЧИТЕ НАИЗУСТЬ. Больше выучите, больше будете знать. Меньше выучите, меньше будет знать. Следует сказать, что некоторым людям «знание» иностранного языка на уровне «моя твоя понимай» вполне хватает, и их не колышет, что их трудно понимать и с ними трудно общаться.

Теперь о, собственно, словах иностранного языка. Многие знают, что есть целая когорта слов, которые схожи друг с другом (один корень) как по написанию, так и по произношению. Ну это латинизмы, грецизмы и прочие –измы для европейских языков, типа «революции» (в восточных языках такая же ситуация, только там вместо латинизмов имеют хождение санскритизмы, китаизмы и прочее). Их даже учить не надо. А вот на что надо обратить ПРИСТАЛЬНОЕ внимание, так это на КОРНЕВУЮ структуру самых употребительных слов, из которых вырастают целые леса смыслов. Как и в русском языке, так и в иностранных для нас, существует пласты КОРНЕЙ, из которых разветвляются множество слов. Для немецкого (который ОЧЕНЬ схож в этом плане с русским) это слова типа ziehen (тянуть), legen (класть), nehmen (брать) и т. д., с помощью которых (плюс приставки) можно образовать великое множество смыслов. Есть такие и во французском mettre (брать), tenir (тянуть), venir (приходить), rendre (отдавать) и т. д. Есть и в английском: get (получить), stand (стоять), go (идти) и т. д. В русском же это корни «-мер-», «-меш/с», «-лаг/ж», «двиг/ж» и т. д. (измерение, мерять, мешать, помешивать, разлагать, продвижение, задвинуть и т. д.). Понятно, да?

Именно эти слова и корни должны представлять собой особый интерес для изучающего иностранный язык. Поняв ЛОГИКУ выстраивания взаимосвязей этих корней с «отростками»-словами, имеющими эти корни, вы овладеете иностранным языком на уровне глубинного его понимания. Не говоря уж о том, что сможете смоделировать с их помощью ЛЮБУЮ ситуацию. Всё остальное богатство любого языка составляют СИНОНИМЫ и АНТОНИМЫ к этим базовым корням, т. е. стилистическое разнообразие, которое можно неспешно изучать и ПОТОМ. Ну это как в русском языке: зная слово «учиться», не обязательно сразу знакомиться с синонимами этого понятия, обозначающие различные стилистические оттенки (типа «зубрить», «постигать», «врубаться», «въезжать», «узнавать» и т. д.).

Подытоживая, в виде советов. Если вы решили изучить иностранный язык (а то и два, или три сразу, ничего сложного в «сразу» нет, кстати, выясните лишь больше похожестей), то начинайте с тщательного овладения фонетикой, где базовыми «кусками» знаний должны служить: механика артикуляции (произношения) звуков, фонетические обозначения этих звуков на письме – это вам в дальнейшем пригодится, заглядывая в словари, вы точно будете знать, как неизвестные вам слова произносятся, тренировка УХА, на предмет слышания этих самых звуков. Саму фонетику, во всей её «сложности», можно освоить за 2-3 занятия по часу и тренировкам по 5-10 минут в день в течение месяца-двух.

Лишь после этого можно переходить к собственно грамматике. Которую следует начать изучать так: вызубривание базы (это простейшие и ежедневные слова, порядка 500-1000, типа «я», «он», «хлеб», «вода», «идти», «стоять», «брать», «отдавать» и т. д.) с ОДНОВРЕМЕННЫМ вызубриванием грамматических конструкций, которые в свою очередь должны распадаться на три части: умение строить повествование/утверждение (типа «Я иду по улице»), умение ставить вопрос (типа «Куда ты идёшь?»), здесь при следует вызубрить ВСЕ вопросительные слова (типа «как», «почему» и т. д.), умение отрицать (типа «Я не хочу это») с отработкой отрицательных конструкций данного языка.

Процесс изучения-вызубривания этих самых 500-1000 самых важных слов должен происходит В ПРОЦЕССЕ изучения грамматики. Т. е. ОДНОВРЕМЕННО. Во-первых, по-другому и нельзя (ибо, как учиться строить грамматически верные предложения, не зная хотя бы минимума слов-понятий), а во-вторых, знание слов без знания грамматики не даёт понимания. Процесс этот должен касаться лишь азов грамматики, допустим, трёх времён, самых простых: будущее, настоящее, прошедшее в их трёх вариантах употребления – утверждение, вопрос, отрицание, трёх форм прилагательных, правила для артиклей.

На всё про всё в этом плане требуется несколько месяцев ежедневных занятий (по часу-два), с обязательным повторением в течение дня хотя бы чего-то из пройденного.

После этого грамматику следует усложнять другими конструкциями: давать другие времена, изучать всё остальное, в общем. С разной скоростью и как угодно, кстати.

Всё дальнейшее изучение будет постепенно сводиться к тому, что вы просто будете узнавать больше «мяса» на уже изученном и вызубренном «скелете».

Есть очень талантливый человек, многие его знают, фамилия Петров, в сети есть масса 16-уроковых видео по разным языкам. Он великолепно даёт методику овладения разными языками с ТОЧКИ ЗРЕНИЯ ГРАММАТИКИ. Пропуская при этом важную, имхо, часть – а именно фонетику. Тех людей, которые хотят изучать языки по его методу (видеоурокам) я бы хотел предупредить: если вы перед уроками не изучите ФОНЕТИКУ языка, то ваши усилия на 99% пойдут прахом в самом ближайшем будущем после начала изучения.

В сети можно найти и массу видеоуроков по чисто фонетике. Хочу также предупредить, что БЕЗ ПРОВЕРКИ носителем языка или преподавателем, знакомым с методологией обучения фонетики – эти уроки тоже будут не очень полезны. Дело в том, что в процессе обучения, как правило, у студентов возникает масса вопросов по тому или иному поводу, а видеоуроки – это лишь односторонняя связь, поэтому отсутствие ОТВЕТА на вопрос вовремя даёт неблагополучную картину в будущем.

Поэтому-то мой совет решившим начать изучать какой-нибудь язык такой: без преподавателя-учителя на первые несколько месяцев у вас займёт массу времени ознакомление даже с основами. Но и с преподавателем-учителем, если не выдержать чёткую последовательность: сначала фонетика, затем базовая грамматика, и лишь затем всё остальное – у вас тоже ничего не выйдет. Вернее, выйдет, конечно, при старании, просто потратите в разы больше времени и усилий.

К сожалению, трепачи от языков (бизнесмены со своими бизнесятами) понавыпускали кучу материалов, в которых утверждается относительная лёгкость изучения языков «в два притопа, три прихлопа» – это всё мусор, к сожалению, большинство языковых курсов НЕ имеет чёткой методологии (по типу указанной мной выше: фонетика, база грамматики, и лишь затем ВСЁ ОСТАЛЬНОЕ), а то, что имеется, основано на в высшей степени идиотской системе так называемых «градаций»: предварительный уровень, уровень новичка, средний уровень, уровень выше среднего, продвинутый уровень и т. д. (это практикуют по-английски в виде сдачи экзаменов по TOEFL, к примеру). И к очень большому сожалению, в мире очень МАЛО специалистов, практикующих в особенности, именно фонетику. И именно как НАЧАЛО изучения иностранного языка.

Автор NeaTeam
Шеф
09 Окт. 2017, 11:20

Зубрёжка: способы помочь своей долговременной памяти в изучении иностранного языка

При изучении иностранного языка большую проблему представляет собой зубрёжка нового, неизвестного, да ещё и другими звуками, буквами выражаемого. Однако все изучавшие когда-либо иностранные языки очень хорошо понимают при этом, что другие звуки и другие буквы (иероглифы даже) – есть лишь то, с какой скоростью к ним ПРИВЫКАЕШЬ.

Поэтому первое, что следует делать при начале так называемой «зубрёжки» (или процесса насильственного запоминания), выявить для себя свои «предпочтения», а также свою «скорость».

Что такое предпочтения технически? А это ваша склонность скорее «слышать» ухом, нежели «видеть» глазом, либо наоборот. Выявить это несложно: уже на самом первом этапе выясняется, что вам лично запоминается скорее и ненапряжнее, а что – требует бОльших усилий. Если вам удобнее запоминать на слух – сделайте для себя вывод, что ваше комфортное поле АУДИО (далее они могут разлагаться на стихи, песни, фильмы, сказки, художественное чтение и т. д.). Если вам удобнее запоминать на взгляд – то вы немного «книжный червь», вам комфортнее тексты (далее они могут разлагаться на тексты с переводом, тексты без перевода, тексты с дополнительным звукорядом и т. д.).

Что такое скорость привыкания? А это примерно ощущаемый вами предел узнавания нового, личный. Один человек может «поглотить» за короткое время много, но и в «отходы» спустя какое-то время пойдёт много же. Другой более постепенен, никуда не торопится, а «прожёвывает» всё тщательно. Скорости разные, в общем. Свою скорость следует скорректировать так, чтобы уровень комфортности по предпочтению довлел над всеми остальными аспектами. Другими словами, «если не идёт», то лучше понять, почему так, и сделать так, чтобы «входило» как можно комфортнее (а не больше!!!).

Если скорость привыкания комфортна для человека, то, выявив её, следует её лишь продолжать. Главное – не снижать темпа. Но и не увеличивать его. Сохранять свой личный баланс. К сожалению, многие преподаватели не анализируют свойства учеников воспринимать новое с разной скоростью, а может у них просто нет на это времени или неохота тратить усилия. Тогда вам лучше всего делать это самостоятельно.

Первым симптомом некомфортности при изучении иностранного языка служит головная боль, такая противная. Первым симптомом комфортности же – удовлетворение таким аккуратным и настойчивым собой. Иногда головная боль тоже есть результат удовлетворения такого ацки целеустремлённого себя, но она очень лёгкая, в какой-то мере даже приятная.

Теперь, после предисловия, о технике «зубрёжки» новых слов (нового).

Первое, на что надо обратить внимание, что некоторые слова или словечки запоминаются с ходу, что говорится, а вот другие, сволочи, не лезут в голову и в память ни в какую. Вот такие слова, «трудные», следует… БРОСАТЬ! Вы не ослышались. Именно бросать и больше не обращать на них внимания. Здесь может возникнуть лёгкий диссонанс, типа, а как же его бросишь, если оно в некоторых случаях нужно? Да вот так, КОГДА ОНО БУДЕТ ОСТРО НУЖНО, вот тогда оно и вспомнится сразу. Ну или не сразу, а после того, как вы обратитесь к словарю. Моя практика и практика других людей, изучавших иностранные языки, показывает с неумолимой безпощадностью, что наш мозг (без нашего на то осознания) зачастую гораздо лучше нас самих знает, на что ему обращать внимание, на что, пардон, тратить свои ресурсы и тут же, а на что ему даже пока не стоит обращать внимания.

К сожалению, сей момент упускается в языковых школах, где часто на уроках дают так называемый «вокабуляр», т. е. список новых слов, которые требуется вызубрить к следующему уроку. Студенты мучаются, ибо некоторые слова НЕ запоминаются. Я уже давно отошёл от такой практики, и не озабочиваюсь этим, ибо точно знаю, когда нужно, это слово САМО СОБОЙ запомнится – будет схема, будет случай, мозг всколыхнётся и запомнит, проблем нет. Главное снабдить его информацией в тот момент, когда запоминание остро требуется.

Второе, что следует делать, это научиться создавать СЕТИ ПОНЯТИЙ. Сеть понятий, это в кратком виде одно БАЗОВОЕ слово, из которого, или вокруг которого создаётся сеть, помогающая этому слову-понятия «существовать» в информационном пространстве. Допустим, если взять тело человека, то это обозначения головы, глаз, рук, ног и т. д., а также базовые действия, производимые этими штуками, плюс характеристики этих штук. Головой/ртом ем, говорю, ей кручу-верчу, на ней есть волосы, она красивая, квадратная, узкая, широкая. Сеть следует создавать постепенно, комфортно для себя. Торопиться не следует, а добавлять для себя новое понятие-слово в эту сеть лишь тогда, когда возникает в этом необходимость. Когда сетей станет более, чем десяток, обнаружится их переплетение меж собой. Будет уже проще. Когда же вы забудете о сетях вообще, это будет означать, что вы подошли к освоению синонимов и антонимов всего БАЗОВОГО того, что вы уже сильно хорошо знаете и никогда не забудете.

Третье, что полезно в зубрёжке, это СИТУАТИВНОСТЬ и выражение эмоций в этой ситуативности на новом для вас, неизвестном пока в деталях иностранном языке. К примеру, что скажет вероятнее всего англикос, выражая удивление? Да, Oh my God! Oh boy! Oh fuck! и ещё несколько разновидностей. Возьмите один вариант, который вам нравится – мгновенно запоминается (но благозвучен, ибо выучить ВЕСЬ мат того же английского можно за секунду, там всего три слова нехороших fuck, cunt да shit), и дело в шляпе. Другие варианты того же самого (стилистические отличия придут к вам попозже, не волнуйтесь) вам пока не нужны.

Четвёртое, что полезно – культурные отличия. Их надо просто знать: француз с удовольствием будет поддерживать разговор о пище, кулинарии, ресторанах, винах, англичанин – о погоде, американец – о бизнесе и о бабках, немец – о войне, где мы им задницу надрали (немцы в целом до сих пор удивляются, как это так случилось), и т. д. Эти культурные отличия нас от них вам с удовольствием поведают преподаватели, обучающие книжки – обратите на это внимание, даже если вас эти темы не очень привлекают и кажутся скучными. Без них никак, увы. Для этого создайте, пожалуйста, свою сеть хотя бы с десятью понятиями и парой предложений, как шаблонов. Как вам комфортнее, опять же.

Когда моя жена первый раз поехала в Лондон (без меня), не зная ещё толком английского, я заставил её вызубрить фразу: Could you tell me where is the nearest metro station please? Когда она приехала обратно, она подозрительно спросила меня, а откуда ты знал, что эта фраза будет той единственной, которая мне страшно помогла? Я лишь профессионально ухмыльнулся, блин.

В создание сетей понятий следует идти не от того, что вам говорят, а от того, что вам комфортнее самому. К примеру, если вы курите, то «курить», «сигарета», «пепельница», «а можно здесь курить?» – должны войти в ваш лексикон легко и ненапряжно, ибо потребуется, к бабке не ходи. Если вы – веган, психолог, военный, любитель острых ощущений, собак, кошек, радиолюбитель, рыболов и т. д. – вероятнее всего вас и будут интересовать слова и понятия ваших же предпочтений. Indulge yourself – отдайтесь этому предпочтению, узнайте, как ваши предпочтения звучат, написаны на иностранщине. Они легче запомнятся. Ибо они вам РОДНЕЕ.

Меломанам я рекомендую со словариком переводить тексты любимых песен, фильмоманам делать то же самое с любимыми фильмами, тем, кто любит стихи, понятно, наслаждайтесь выражением чувств и эмоций так, как это делают они, пусть поначалу это и будет диковато для вас (в английском языке хреновато с ритмикой).

Учить просто слова, допустим, по словарю (через это проходит примерно половина студентов, изучающих иностранные языки) – идиотизм высшей пробы. Не делайте этого никогда, ничего хорошего не выйдет.

Подытоживая, элемент «зубрения» неизвестного в известных пределах необходим, конечно, в изучении иностранных языков. Но его следует умягчать собственными склонностями и предпочтениями (любителю спорта вряд ли понравится запоминать женский трёп о похудении, диете и о парикмахерской, детях и т. д.): НЕ делать, даже не пробовать то, к чему не лежит душа. Оно придёт тогда, когда будет надо, необходимо, не ранее. В ином случае это будут безполезно потраченные ресурсы мозга и время.

А вот обращать более пристальное внимание на то, что вам реально интересно, и узнавать из этого громадья то, как отлично от русского то же самое выражается на языке иностранном – вот самое оно! Обращайте, не жалейте себя именно в этом.

Помните, что словарь Эллочки-людоедки составлял 300 слов. В реальной жизни мы употребляем ежедневно от 500 до 1000 слов (на своём родном языке): для употребления других слов и понятий у нас реально нет СИТУАЦИЙ, они РЕДКИ. Так же и в изучении иностранного языка – те же 500-1000 слов + фонетика и грамматика (структуры) составят необходимую базу для вас. Да, профессионально мы отличаемся друг от друга, поэтому в нашу базу входят и некоторые другие, профессионально окрашенные понятия – ну так нет проблем, если оно вам нужно: пробуйте и их.

Кстати говоря, 500-1000 слов – это именно тот минимум, который ПОКРЫВАЕТ собой всю фонетику и базовую грамматику. В этих словах встречаются ВСЕ фонетические правила, в манипулировании этими словами встречаются все базовые грамматические конструкции. К примеру, в речи мы вообще-то не говорим деепричастными оборотами в сложноподчинённых предложениях величиной с ветку Москва-Петушки, мы говорим ПРОЩЕ. Так же и с неизвестными нам пока иностранными языками, они ТОЖЕ так не делают в большинстве своём. Так зачем эту сложность изучать обязательно? Она придёт, когда придёт, лишь когда возникнет острая в том нужда. Не ранее.

Рекомендуемые мной СЕТИ: тело человека, обстановка дома, квартиры; пища (базовые ингредиенты и способы приготовления); техника (автомашины, инструменты); способы видеть, слышать, ощущать, двигаться, мыслить; базовые состояния погоды; базовые состояния экономики/политики (деньги, взять деньги со счёта, положить их туда, кредит, политическая партия, голосования); домашние животные + самые распространённые животные и некоторые звуки им издаваемые; дорога-путь в самых разных ситуациях (ехать, останавливаться, продолжать), отдых; семья (муж, зять, тёща и т. д.); школа/обучение в целом + ваша профессия.

Далее для мужиков и женщин отдельно: курить, выпить, охота-рыбалка, снять бабёнку; диета, фитнес, похудение, курсы, макияж, дети-внуки, снять мужчинку. Обоим полам подходит классика жанра: to have fun with somebody about something (в самом широком спектре понятий: от рыбалки-выпивки до девишника).

Лично мне для составления сетей помогают схемки: где есть некий центр и расходящиеся от него лучи. В конце лучей дополнительные понятия. В эти понятия НЕ следует вводить то, что вы ощущаете, как хрен это, сцуко, запомнишь, а также пустые лично для вас, но рекомендуемые кем бы то ни было слова-понятия-фразы-выражения-описания. Когда всё на схемке уложено в мозг (запомнено), я эти схемки просто выбрасываю.

Ощущение, что вам следует создать новую СЕТЬ – очень важное. Прислушивайтесь к себе и немедленно приступайте к строительству ея. Мозг, ну или наше безсознательное, посылает сигнал лишь один раз, в нужный ему и вам момент. Другой такой же момент может наступить в неопределённом будущем, а цикл изучения иностранного языка вами УЖЕ начат.

Обратите также внимание на то, какие пословицы, поговорки, слова-паразиты вы чаще всего употребляете сами. Попробуйте изыскать эквиваленты им в иностранном языке (если они подходят по ситуации, ведь иногда возможны некоторые расхождения), они вам легче запомнятся, почти мгновенно. В качестве примера: "Русские не сдаются!" – Russians never surrender!

В любом случае, изучение иностранного языка (да и чего бы то ни было, по большому счёту) это БАЛАНС ваших предпочтений с волей к приучению себя к дисциплине ЕЖЕДНЕВНОГО обращения себя же к изучению на комфортное вам лично время.

И тогда зубрёжка станет не то чтобы вынужденной необходимостью, не всегда понятной логически даже, а просто одним из СПОСОБОВ узнавания нового. Да, немного более трудным, чем остальные, но и всего-то.

Ну и последнее. Если вы ценитель чего бы то ни было (а все мы ценители чего-то), то попробуйте искренне заценить другой язык, как РАВНЫЙ нашему родному русскому и по силе, и по богатству, и по способам выражения различных ситуаций/эмоций/описаний. Тогда вы это самое и обнаружите спустя какое-то время. Если же вы будете думать о чужом пока для вас языке, как о бедном, поганом, странном, диковатом, безплодном и прочая, прочая – то вас ждёт фиаско. В голову мало что полезет.

Автор NeaTeam
June
09 Окт. 2017, 13:52

Огромное преогромное спасибо за эти статьи NeaTeam! Я преподаватель английского. Мне очень обидно и непонятно, как и почему так сейчас преподают английский язык в большинстве школ. Понятие ФОНЕТИКА полностью отсутствует (грамматика в плане отработки тоже - все отрывочно-обравочно, не системно). Ладно... Проблем много...
С нетерпением жду продолжения...
Hope you have quite a lot in store...
Шеф
09 Окт. 2017, 14:53

О некоторых особенностях изучения английского языка японцами в Таиланде

Если бы мне кто сказал году эдак в 1987-м, что спустя 30 лет я стану преподавать английский японцам в Таиланде, я бы долго ржал. Ну, молодой был, глупый. Это сейчас я понимаю, что жизнь наша вельми разнообразная может быть…

Но вот случилось: подал онлайн как-то со скуки резюме в несколько паттайских языковых школ (их тут очень много), мол, могу преподавать четыре языка в разные стороны – в смысле английский, немецкий, французский, русский (т. е. русский – англоговорящим, немецкоговорящим, французскоговорящим, английский – русскоговорящим, немецкоговорящим, французскоговорящим, ну вы поняли, да?), и пришёл ответ с одной, мол, да, готовы принять вас на работу.

Ну я приехал туда, поговорили с ответственной за школу тайкой, она всё сразу поняла после нескольких слов (говорили по-английски) про мой уровень, говорит, всё, хорошо, только вот студентов для вас пока нет. Школы-то все платные. Я говорю, да, без проблем, как кто появится, звоните, пишите, я готов.

Прошло примерно полгода: ни писем, ни звонков. Я уж было позабыл про это, но тут раздаётся звонок из школы, так, мол, и так, приезжайте, есть ученики. Я спрашиваю, а кто именно. Девочка из школы говорит – а японцы. Я говорю, я дико извиняюсь, но я не владею японским. Девочка – да ничего страшного. Я говорю, ну а как у них с русским, немецким или французским, я ведь не смогу передавать им знания на том языке, которого они не знают. Девочке трудно было мне отвечать, поскольку у неё с английским трудновато, она продолжала настаивать, мол, приезжай и всё тут. Ну ладно, думаю, сгоняю, чего ж делать, раз груздём уже назвался.

Приезжаю. Ситуация такая: какая-то японская корпорация (а может и несколько сразу) решила, поскольку у них как-то так получилось, что дохренища японцев в Таиланде трудятся, заодно подготовить своих сотрудников международному языку общения. Сказано – сделано! В «мою» школу пришёл целый выводок-десяток (подозреваю, что и в другие паттайские школы тоже японский десант высадился), по всем индивидам оплатили аж 30 уроков вперёд, надо начинать. Ну мне достались три японца: все среднего возраста от 35 до 45, все мужики, семейные такие, основательные.

Выяснилось также, что у них у всех есть зачаточный уровень знаний английского, поскольку все пооканчивали в своё время университеты и прочие технические высшие школы в своей Японии, где английский преподавали им по разу в неделю в течение трёх лет. Ну, копия как у нас, кстати. Т. е. японцы (я проверил) нехило так, и достаточно бегло, читали и вроде как понимали технические тексты по своей профессии (химики они у меня), но с остальным, конечно, швах: то, что они пытались говорить, я вообще не врубался. От слова «канари».

Дело тут в том, что про японский язык я знал очень мало, ну, то что у них «р» и «л» типа один звук, поэтому они его и путают постоянно. Ну и что иероглифическая письменность у них.

В общем, уроки начались. Первый японец оказался с ленцой (или шибко занят по работе), декларировал, что будет приходить на занятия один раз в неделю, а вышло, что приходит лишь один раз в 2-3 недели (аккуратно сообщает за день до планируемых занятий, что на этот раз не может – в местных школах это допускается, ибо клиент платит, поэтому может и «заказывать» время «музыки»). Поэтому все уроки с ним напоминают повторение одного и того же, за три недели можно запросто забыть всё, что проходили ранее. Не делал он и домашние задания, по-японски вежливо скалясь. В общем, я, спустя какое-то время, откровенно плюнул, да и стал с ним тупо повторять одно и то же, может это войдёт в него через год.

Второй японец оказался очень трудолюбивым и несказанно точным. Сказал раз в неделю, всё, ходит как часы, старательно делает все домашние задания, заметен и рост у него в плане языка, весомый.

Третий японец оказался нечто средним между первыми двумя: иногда выполняет домашние задания, иногда – нет, но есть у него одна чисто русская черта: очень, сцуко, въедлив в то, что с первого раза не схватывает. Учитывая то, что объяснить сложности английского языка я ему могу лишь на английском же (и на пальцах, когда ситуация позволяет), некоторые уроки превращаются в откровенную пытку мозга. Но чисто учительское удовлетворение после таких пыток я всё же получаю: когда японец мой, наконец, врубается в очередную сложность или тонкость и чётко воспроизводит её на других примерах, я таю от восторга, как институтка. Ну, или балдею, если совсем уж просто.

Нюансы же обучения английскому языку японцев таковы: проблему «р» и «л» я услышал своими ушами – хоть тресни, не могли они ни чётко сказать эти звуки (в их английском исполнении, там есть отличия от русского произношения), ни в каждом втором случае поставить их правильно. В общем, выходило у них, что звуки «р» и «л» они все произносят как нечто среднее между этими двумя звуками и так по всем позициям, где эти звуки встречаются. Слушать это на якобы английском, на котором они говорили – мука неизбывная.

Тогда я пошёл нетрадиционным путём (а может это мне только так кажется, и этот путь уже освоен другими преподами): рассказал японцам о дивной стране Шотландии, где звук «р» произносится так же, как у них и у нас, русских – р-р-раскатисто. Японцы обрадовались и перешли на него. Но звук «л» не получается до сих пор. Эта проблема ещё не решена.

Второе что удивило: они не могут произносить «в» и «ф», хотя вот «в» в японском есть и произносится достаточно чётко. Но как только они переходят на английский, всё теряется. Мучаюсь с этим жутко.

Третье: грамматические правила, особенно по куче английских времён, они знают лучше и увереннее, чем что бы то ни было другое. Я у них спрашивал, а как так получилось, ну и один кое-как объяснил мне, что у них в универе с этим было строго, выполняли кучи письменных упражнений на эту тему.

Сам про себя я их стал называть «лентяй», «средний» и «молоток», потому что их японские фамилии (или имена), блин, сам не могу запомнить, путаюсь.

«Молоток» оказался тем типом ученика, который легко и ненапряжно может нести всякую околограмматическую, неправильную фонетически белиберду, в приличном темпе, из которого я понимаю примерно половину. У него же есть, как и у всяких «верхоглядов», схватывающих суть мгновенно, несколько пробелов по грамматической точности: видимо, в своё время, когда он изучал английский, то пробежался основательно по верхам, упустив корешки. Исправлять это трудно, потому что он всегда скатывается назад, забывая нюансы. Но он и трудится, как волк, всё внимательно слушает и записывает.

После нескольких недель я понял, что, не научив их правильной фонетике, я рискую навечно оставить их в когорте англоговорящих японцев, которых никто никогда не понимает.

Сказано – сделано! Я приготовил для каждого отдельные фонетические упражнения, рекомендовал купить маленькое зеркальце с ручкой или подставкой, чтобы глядеть себе в рот, проверяя правильное положение языка, зубов и губ, а также дыхания, научил их технике произношения. Когда звук глубокий из нутра, когда – из середины рта, когда – с губ, где и как ставится язык на нёбо (вернее, на альвеолу), какова средняя щель между зубами при произнесении пресловутых th, почему верхней губой шевелить в большинстве случаев нельзя в речи, как правильно «падать» нижней челюстью вниз при произнесении одного английского звука, нарисовал по каждому звуку картинку рта (разрез в профиль), показал пути дыхания, его силу и величину на графиках и диаграммах, показал, когда нужна аспирация, а когда она – теряется (аспирация – это придыхание после глухих согласных, для тех, кто не знает). В общем, сделал им, инженерам-химикам, максимально наглядно, технически.

Японцы слегка прифигели, признавшись, что ТАКОГО им никогда не давали. Ну я приволок ноут, скачал-включил какую-то говорящую голову в новостях, и НАГЛЯДНО показал им, как ГОВОРЯТ (двигают ртом, зубами и губами) сами носители, попросил убедиться в замедленном режиме, что техника артикуляции именно такова, как я объяснил. Японцы прифигели ещё раз. Я же достигал в сии моменты именно того, что некоторые называют «преподавательским оргазмом».

Сейчас мои японцы, кроме «лентяя», медленно, но верно приближаются к тому моменту, когда правильное произношение (чиста-а-а по-английски, по-американски, по-австралийски там и с прочими нюансами) вызывают у них самих дикий восторг. Ну особенно этот квакающий звук, как в слове mad или can, или точное завершение, без глотания, длинного слова, с тщательным произношением всех звуков. Я им сказал, мужики, вы почувствуйте себя клоунами на арене, двигайте своими ртами так, как будто вы кривляетесь немного, потом привыкнете и ваш анлийский set (комплекс) произношения звуков в отличие от вашего японского set’а, потихоньку утвердится, застынет, примет правильную форму. Но у японцев строго с клоунадой, они, как и другие восточные люди, не склонны терять лицо, в том числе и с точки зрения искажения физиономии и рта… Но, вроде как поняли суть.

Особую боль доставляют многочисленные грамматические правила английского языка, которые они вроде знают, но при проверке, как оказалось, не очень-то. В результате многих попыток объяснить то, что я и на русском-то с трудом могу сделать (слишком уж отлична база английского от русского, подозреваю, что и от японского), мне пришлось упрощать некоторые моменты до предела. В частности, я разделил времена английского на четыре части. Если кому интересно и в теме, то вот градация:

1. Indefinite (Simple) Tenses – general description.

2. Continuous Tenses – description of what’s going on.

3. Perfect Tenses – actions that end up.

4. Perfect Continuous Tenses – very long actions.

Теперь, при выяснении того, когда какое время поставить, у японцев проблем нет: лепят по этим правилам, и в 90% случаев не ошибаются (англикосы, разумеется, имеют и свои исключения из этих правил, но это уже мастерство нюансов).

Проблему с if/when (если/когда) я тоже свёл к трём простым типам: реальная ситуация, нереальная ситуация, абсолютно невозможная ситуация. Теперь японцы и их лепят с лёгкостью необычайной (да ещё и в разных вариациях, и, когда надо по смыслу и без if/when). Для тех, кто в теме, примеры:

1. I shall come if you do.

2. If I were you I would submit.

3. If I had been there, I would have spoken up.

Любопытно, что проблем с артиклями у японцев нет вообще никаких, видимо, в японском они тоже присутствуют, поэтому понятны без объяснений.

Т. е., с точки зрения грамматики, японцам больше ничего и учить не надо, надо лишь осваивать встречающиеся нюансы, расхождения – а это достигается лишь практикой говорения-слушания-понимания, чтения-письма-понимания: телевизор, радио, книги, интернет.

Не знаю, что ещё мне удастся им дать, привить, чему научить, но я стараюсь, как могу. Для себя я определил, что, когда при заходе в класс мы проболтаем о том, о сём с моими японцами пару минут, и у них это не вызовет напряга в плане вспоминания слов, ломания рта и прочих неудобностей для обучающегося, я свою задачу выполню. Пока же этого, увы, нет.

Вот так убивают время некоторые переводчики в Таиланде, попутно зарабатывая себе на пивко.

С преогромным удовольствием учил бы иностранцев и русскому языку (и немецкому, и французскому), но пока желающих нет. Но на всякий случай я уже законспектировал для обучения русскому с десяток предварительных лекций на всех трёх иностранных языках, кои я вроде как знаю, придумал лихие примерчики, записал песни, стихи, фильмы и прочая, прочая, что поможет в работе. Аж голова вспухла. Нда-а-а…

Автор NeaTeam
dopleta
10 Окт. 2017, 06:01

Прочитала с огромным интересом, спасибо! К автору отношусь с превеликим уважением, чувствуется, что человек знает своё дело и увлечён им беспредельно ! И я бы никогда не позволила себе, учитывая установленные у нас правила, встревать с критикой . Но, во-первых, тема языковедческая; во-вторых, NeaTeam не является нашим форумчанином и вряд ли на меня обидится; и в-третьих, я почему-то уверена, что он как человек, ратующий за грамотность, был бы не против указания ему на ошибки (только грубые!), тем более, что он претендует на преподавание русского языка .

Цитата: Шеф-повар от 08 Окт. 2017, 12:58
процесс такой же безконечный, как

Цитата: Шеф-повар от 09 Окт. 2017, 11:20
Моя практика и практика других людей, изучавших иностранные языки, показывает с неумолимой безпощадностью, что

Цитата: Шеф-повар от 09 Окт. 2017, 11:20
В ином случае это будут безполезно потраченные ресурсы мозга и время.
Цитата: Шеф-повар от 09 Окт. 2017, 11:20
Мозг, ну или наше безсознательное, посылает сигнал лишь один раз,



Шеф
10 Окт. 2017, 10:12

Цитата: dopleta от 10 Окт. 2017, 06:01
ошибки (только грубые!)
Лариса, это он специально. Есть принципиальный подход некоторых групп населения к написанию этой приставки
Но религиозные споры здесь вести не будем
Как изучать иностранный язык? (NeaTeam)
NeaTeam на том ресурсе отдельными статьями объясняет своё правописание, это не интересно, останавливаться на этом не стану
Шеф
10 Окт. 2017, 10:34

Звукообразование в английском языке

Данная статья написана как учебное пособие по звукообразованию в английском языке.

Итак. Первым, что следует делать, приступая к английскому языку через фонетику – начать ИЗУЧАТЬ, а изучая, запоминать – фонетическое обозначение звуков английского языка. Значки для звуков приводятся в начале практически всех словарей, как англо-русских, так и англо-английских толковых (вторые предпочтительнее). К сожалению, разные словари дают иногда немного разные значки; но они схожи.

Одна из систем обозначения звуков:
Как изучать иностранный язык? (NeaTeam)
Как изучать иностранный язык? (NeaTeam)

В дальнейшем, когда эти значки вам станут привычными, и вы будете с ходу представлять особенности произношения по каждому звуку, любое неизвестное затем вам слово вы будете свободно, и главное – правильно, в правильном произношении, «читать» по словарю. Ну как музыканты «читают» ноты.

Сначала немного теории.

Гласные звуки

Они делятся на так называемые «короткие» и так называемые «долгие». Иногда их называют по-другому: напряжённые и ненапряжённые, что методологически неправильно, потому что ВСЕ гласные звуки английского языка НАПРЯЖЁННЫЕ.

Слово «напряжённость» обозначает, что при их первом воспроизведении ваши рот, губы, язык, нёбо, дыхательные пути должны испытывать лёгкую БОЛЬ и дискомфорт от того, что вы их произносите с СИЛОЙ (сильнее выдыхая в том числе), несвойственной русскому звукообразованию. Лёгкая боль или напряжение должны возникать в лицевых мускулах и в горле. Если некомфортной поначалу боли нет, то это означает, что вы НЕПРАВИЛЬНО произносите английские звуки!

Лучше всего представлять эти гласные звуки следующим образом: «короткие» – это ХЛОПОК, резкий и отрывистый, а «долгие» – это напряжённые голосом УДВОЕНИЯ или даже утроения гласных (типа аа ааа, оо ооо, уу ууу и т. д.), когда произносится будто бы два/три идущих подряд одинаковых гласных. Методология различения между «короткими» и «долгими» именно такова: хлопок или напряжённое удвоение/утроение.

На письме, в фонетической транскрипции, четыре «долгих» гласных звука обозначаются с двоеточием, следующим за значком звука (это a:  u:  i:  ε:). «Долгий» ОО обозначается как ɔ: .

Для «короткого» А – принят значок ʌ, а для «короткого» О – принят значок ɒ, для «короткого» i – принят значок ι, поэтому есть лишь один «короткий» звук обозначение которого сходно с его же «долгим» вариантом, но без двоеточия, это u.

Есть четыре гласных звука, два из которых существует лишь в «коротком» варианте, это звук e (схож с нашим Э), и безударный звук ə (он безударен, поэтому может быть похож на любой другой гласный звук); а два – лишь в «долгом», это звук æ (нечто среднее между Э и А в русском языке, он звучит так, как изображают часто дети, широко открывая рот и издавая звук отвращения), и звук ε: (его невозможно описать словами для русского человека, его можно лишь услышать и попробовать изобразить, схоже с Ё, но очень далеко от полной схожести) – они всегда ТОЛЬКО «долгие».

Рекомендую сделать табличку этих знаков. В ней можно обозначить значки «долгих» и «коротких» гласных, а также те гласные, которые существуют лишь в «долгом» варианте, либо – лишь в варианте «коротком». Типа такой:

ЗвукиКороткийДолгийТолько короткийТолько долгий
А ААʌa:
О ООɒɔ:
И ИИιi:
У УУuu:
Эe
безударныйə
Отвращениеæ
Схоже с ЁЁЁε:
 

«Долгие» a: и ɔ: произносятся идентично русскому А и О, но с напряжением и удвоением. Утробненько так. Звук при этом должен вибрировать где-то в районе горла, быть низким. С напряжением и удвоением. Губы немного овальчиком, а при ɔ: ещё и чуть вытянуты вперёд.

«Долгое» u: произносится мощно и ровно, но напряжённо. Не из глубины горла, как предыдущие, а идентично русскому У. Губы овальчиком, вытянуты вперёд, как и в случае с ɔ: .

«Долгий» i: произносится «на нижних зубах», что говорится, а языком надо при этом упереться в нижние зубы, рот едва открыт, губы не напряжены. Утробности быть не должно, и никаких овальчиков губами. Зубы открыты для обозрения.

«Долгий» æ произносится так: нижняя челюсть свободно бросается вниз, рот открывается неприлично широко, и произносится «детский звук отвращения», опять же, с напряжением и удвоением. Нечто среднее между Э и А.

«Долгий» ε: может быть воспроизведён лишь со слуха, его крайне трудно описать для русского человека. Если, допустим, произнести БЁ (будто передразнивая), то вот Ё будет приблизительно схоже.

«Короткие» ʌ  ɒ  ι  u  e идентичны русским А О И У Э, но как хлопки: резкие, отрывистые.

Отдельной статьёй идут так называемые дифтонги (два гласных подряд) и трифтонги (три гласных подряд). В них правило хлопка («короткий» гласный звук) или напряжённости/удвоения («долгий» гласный звук) работают своеобразно, через ещё два дополнительных правила.

Первое: в дифтонге – первый гласный звук звучит по длительности 70% времени, а второй гласный звук звучит – 30%. К примеру, дифтонг (ААИ или ААЙ) или дифтонг ɔι (ООИ или ООЙ). Первый звук – «долгий», второй – «короткий».

Второе: в трифтонге – все звуки звучат по длительности 33% времени. К примеру, aιə (АИЭ или АИЙ). Все звуки – «короткие».

Дифтонгов и трифтонгов – множество, это всевозможные сочетания предыдущих гласных звуков. За исключением æ. Этот звук ни в дифтонгах, ни в трифтонгах НЕ встречается никогда. Звук ə и в дифтонгах, и в трифтонгах всегда стоит лишь на конце, последним. Ну, безударный, чего с него взять-то?

Ударение в дифтонгах и трифтонгах всегда на первый гласный звук.

С ходу вышеперечисленное вряд ли запомнишь, тем более, что у нас, русских нет никаких «коротких» и «долгих» гласных, но постепенно, при воспроизведении некоторых фонетических упражнений (они будут даны далее по ссылке), всё и запомнится.

 

Согласные звуки

Здесь следует упомянуть два момента.

Во-первых, фонетическое изображение большинства согласных звуков совпадает с буквами их обозначающими, это может иногда путать (не путайте, пожалуйста, ЗВУКИ и БУКВЫ), а во-вторых, звук j (по-нашему Й, «и» краткое) до сих пор не определён, кто он есть: гласный или согласный. Я вот определяю его, как согласный, но вы можете встретить его и виде гласного. Но он прост, поскольку полностью совпадает с нашим Й.

Многие согласные звуки английского языка произносятся очень схоже с произношением их же на русском. Полная идентичность есть лишь у русских звуков М, П, Б, Ф, В, К, Г, Ш (в английском звукоряде знаки: m, p, b, f, v, k, g, ʃ). Сделайте зарубку себе на память именно в этом моменте. Все остальные согласные звуки произносятся технически СЛЕГКА по-другому.

Теперь немного теории.

Во-первых, все английские согласные произносятся более чётко и более напряжённо, чем это делаем с согласными звуками мы, русские. Правило возникновения лёгкой «боли» в губах, зубах, на языке и на нёбе, как и в случае с гласными звуками, работает точно так же. Это относится также и к тем звукам, которые технически произносятся идентично русским звукам (М, П, Б, Ф, В, К, Г, Ш – m, p, b, f, v, k, g, ʃ), ну и к остальным тоже.

Попробуйте произнести русский звук Ф более напряжённо, чтобы аж слюнкой брызнуть. Ощутите при этом напряжение мускулов рта, боль в нижней губе, куда должны упереться верхние резцы (зубы). Увеличьте выдох вдвое-втрое сильнее, чем это делаем мы, говоря по-русски, сделайте его напряжённым внутри, начиная от горла.

Вот так ВСЕГДА надо произносить ВСЕ согласные звуки. И никак иначе. Если вы будете произносить их так, как указано, то, если за ними будут следовать гласные звуки, неважно при этом «короткие» они, или «долгие» – они будут удачнее получаться: либо как хлопок, либо как напряжённое удвоение/утроение.

Во-вторых, английские СОГЛАСНЫЕ звуки по протяжённости звучания ВДВОЕ больше, чем это делаем мы, русские, с любым согласным звуком. Именно так. По сути это означает, что смыслоразличение в английском языке по бОльшей части опирается на слышание СОГЛАСНЫХ звуков и между ними либо КОРОТКИХ, либо ДОЛГИХ гласных звуков. Все они важны для смыслоразличения. Для лицевых и ротовых мускулов это обозначает увеличение нагрузки: вдвое, а то и втрое.

В-третьих, чтобы выявить вышесказанное аки чистую правду, любому человеку можно провести эксперимент: записав речь англоязычного носителя, попробовать прогнать аудио в замедленном темпе – вы немедленно обнаружите ДОЛГОТУ произношения СОГЛАСНЫХ. Что будет довольно странновато, но так оно и есть. Если в этом эксперименте сделать то же самое с русской речью, а затем сравнить долготу произношения согласных, то вы увидите, что у англоязычных она примерно ВДВОЕ больше.

Теперь о технике произношения согласных звуков.

Звуки s, z, t, d, n, L (с, з, т, д, н, л) произносятся на альвеолах. Альвеолы – это бугорок на нёбе, позади переднего ряда верхних зубов. Проведите языком (языком, который во рту) от переднего ряда верхних зубов вверх и назад, прижимая язык к зубам и нёбу, вы его почувствуете. Язык при произношении s, z, t, d, n, L (с, з, т, д, н, л) ставится остро, своим кончиком, прямо на альвеолы, на бугорок, далее, в случае s и z, язык немного выгибается на середине, края его при этом смыкаются с альвеолами, резкий выдох и получается слегка шипящие звуки, в остальных случаях – простая смычка кончика языка и альвеол.

Сравните, пожалуйста, произношение этих звуков со схожими русскими: с, з, т, д, н, л – они произносятся по-другому: язык для выработки этих звуков ставится в русском языке очень близко к задней части переднего ряда верхних зубов. Либо ставится на нижнюю часть альвеол. Вроде как маленькая разница, но она есть. И именно она ответственна за возникновение АКЦЕНТА (для уха англоговорящего), ну и ещё напряжённость, конечно.

Звуки g, k, f, v, p, b, m, ʃ (г, к, ф, в, п, б, м, ш), как уже было указано, идентичны схожим русским звукам, но звучать (произносится) должны более напряжённо (чтоб слюна брызгала, а губы, язык побаливали). Для звуков v и f следует чуть больше выпячивать нижнюю губу вперёд, чуть сильнее прижимать их к верхним зубам.

Теперь о согласных звуках, которых в русском языке нет.

Это: ʤ, tʃ, Ѳ, ð, ŋ, r, h и w.

Звук ʤ (или dz) произносится как одновременно звук d на альвеоле и русское Ж, т. е. типа ДЖ, но не совсем дж, поскольку на альвеоле. Чистого звука Ж в английском языке нет, это всегда ДЖ.

Звук произносится как одновременно звук t и русское Ч, а не Ш, как может показаться, т. е. ТЧ, где t и ʃ – на альвеолах. Чистого звука Ч в английском языке нет, это всегда ТЧ – .

Звуки Ѳ и ð – это глухой и звонкий варианты звука, произносимого так: кончик языка просовывается меж двумя рядами зубов, рот приоткрыт так, чтобы верхние и нижние резцы были видны стороннему наблюдателю (соответственно, если надо, то верхнюю губу вверх, а нижнюю губу вниз), далее дуется с силой. Поскольку в русском языке такого звука нет, то нам он слышится, как что-то похожее на наши с/з или т/д.

Звук ŋ – это наше носовое Н, с эдаким прононсом (произносится в нос). Крайне важно НЕ произносить Г g в конце. Иначе это будет АКЦЕНТ.

Звук R крайне прост, но несхож с русским. Для воспроизведения английского варианта следует поставить язык внутри рта в вертикальное положение, глубоко назад, кончик языка отклоняется ещё назад к горлу, и порычать львом, но без вибрирования.

Звук h ещё проще, это простое выдыхание воздуха, чуть более напряжённое, чем обычно, чтобы подчеркнуть, что это, мля, аж целый согласный звук.

Звук w схож с нашим русским В или У по звучанию, но технически исполняется по-другому: губы вытягиваются вперёд и произносится что-то среднее между ввв и ууу. Это следует услышать и увидеть, самостоятельно воспроизвести по описанию трудновато.

Ну и уже упомянутый звук j, или наше Й.

Отличие согласных звуков русского языка и английского состоит ещё в слегка иной позиции верхней губы. Она у англоязычных шевелится гораздо меньше, чем у нас при артикуляции (произнесении звуков). Можно даже сказать вообще не шевелится, за исключением согласного звука w, гласных звуков ɒ, ɔ:, u:, u когда надо вытягивать губы в трубочку. Если правильно исполнять технику произношения английских звуков, то губа и сам не будет шевелиться, особенно, если на это обращать внимание. Любое лишнее шевеление означает появление АКЦЕНТА, потому что звук чуть-чуть меняется.

Второе отличие в том, что гласный звук æ требует бросания нижней челюсти вниз в «свободном полёте» на величину, крайне некомфортную поначалу для не привыкшего это делать русского рта. Т. е. рот должен открываться достаточно широко. Из-за этого, кстати, у англоговорящих гораздо раньше, чем у нас, русских, возникают две глубоких морщины от краёв носа, спускающиеся ниже рта по его бокам (вот обратите внимание!).

Третье отличие состоит в отсутствии оглушения звонких звуков где бы то ни было, особенно в конце слов.

Четвёртое отличие состоит в том, что все звуки: в начале слова, в середине, в конце произносятся одинаково чётко и ясно. Никакого «бросания» на вольный ветер ни одного столь важного звука или звучочка.

Явление аспирации или придыхания

Аспирация или придыхание – это добавление щёлкающего звука типа h (парадокс, ибо как h может стать щёлкающим!) после глухих звуков p, t, k, ЕСЛИ далее следует любой гласный звук[/b]. Изобразить, как это происходит описательно, крайне трудно, это надо услышать. Ну что-то вроде лёгкого щелчка после вышеупомянутых глухих согласных.

Аспирация происходит также в случае следования после p, t, k звука R + гласный звук. Получается слитое pr, tr, kr как бы в один звук. Опять же, описать это словами крайне затруднительно, это следует услышать.

Аспирация исчезает, она НЕ происходит, если перед p, t, k стоит звук s. Звукоряды sp, st, sk + гласный звук следуют БЕЗ аспирации.

Явление аспирации или придыхания (вернее отсутствие оной в случаях p, t, k, pr, tr, kr + любой гласный звук, или наличие оной при sp, st, sk + любой гласный звук) – это безошибочный МАРКЕР дикого и корявого акцента для ушей англоязычных. Уж не знаю почему так…

Явление ритмики в словах, имеющих три и более слогов

Ударение в английской фонетической «азбуке» ставится перед слогом, а не над гласной, как у нас. Сами звуки ставятся в квадратные скобки, вот так: [/bi:n].

Если в слове один слог, то, ясен перец, ударение падает на него же. Если два слога, то либо на первый, либо – на второй (в словарях даны ударения, можно посмотреть). А вот если слогов в слове три и более, происходит следующее: если ударение на первом слоге, то в мягкой форме есть ударение и на третьем. Если ударение на втором слоге (в трёхслоговом слове), то оно единственное. Если ударение есть на первом слоге в четырёхслоговом слове, то мягкая форма есть и в третьем слоге, если ударение есть на втором – то «второе» ударение есть на четвёртом слоге. Понятна схема, да? Англоговорящие как бы помогают себе произносить всё чётко и до конца используя «качели»: один слог ударный, затем – безударный, затем – снова ударный и так столько раз, сколько надо.

Сложность в этих «качелях» представляет собой то, что в слогах могут быть разные гласные: то «долгие», то «короткие». Важно их не путать, а произносить как следует. В словарях всё указано.

Фонетический инструментарий

Для правильного научения самого себя новым звукам английской речи, любому студенту требуются три вещи: он сам и его желание, маленькое зеркальце, чтобы при произношении глядеть себе в рот и проверять правильность артикуляции (постановку языка, зубов, губ в правильные позиции), и преподаватель, могущий правильно воспроизвести НЕКОТОРЫЕ звуки сам, а также откорректировать студента. Как уже понятно, сложных звуков английского для нас, русских, всего-ничего, это: ε: æ w, как самые сложные, Ѳ и ð – чуть полегче, ну и h, ŋ и r – как самые лёгкие.

Преподавателя может заменить видео (наглядность присутствует), но видео не сможешь задать вопрос и получить ответ, если что-то не получается. А не получаться будет поначалу многое, если не всё.

Тем не менее вот наглядный видеоурок по английскому произношению
, в нём практически то же самое, что я обсказал выше, с некоторыми расширениями, лёгким косноязычием и иногда неточностью, но всё верно из того, что сказано. Послушав, посмотрев на этого мужичка, вы поймёте, что в некоторых случаях у вас возникнут вопросы. Но задать вам их так и не удастся. Вот как раз для таких случаев и нужен живой толковый преподаватель, прямо перед вами.

Я не разбирал в данной статье интонацию английских предложений, ибо полагаю, что на стадии освоения фонетики, т. е. чистого произношения звуков, она не нужна. Она станет нужна после освоения грамматики (или в процессе скорее), после начала произнесения осмысленных предложений.

А вот и фонетические упражнения:
https://corp.lingualeo.com/ru/2016/10/12/proiznoshenie-angliyskih-zvukov/

Повторюсь, что БЕЗ преподавателя, вживую, могущего поправить, подсказать, вам самостоятельно вряд ли удастся всё правильно воспроизводить. Но попробовать можно, конечно, вдруг получится.

Лишь после того, как крепко-накрепко вызубрены фонетические значки, обозначающие звуки английского языка, можно переходить к алфавиту английского языка, и заучивать уже его.

Зачем? Для того, чтобы в будущем можно было спокойно проводить самому и слышать от других так называемый spelling, т. е. перечисление букв в слове. Не секрет же, что англоговорящие пишут Манчестер, а произносят Ливерпуль. А многие их фамилии, услышав, письменно отобразить и вовсе невозможно.

Но англоговорящим не нужно, как нашим милиционерам, перечислять буквы по словам, с которых они начинаются, типа номера машины: Емеля, Яков, Сергей 3265 Харитон Василий. У них для каждой буквы есть особое произношение, которое означает только эту и никакую другую букву алфавита. Опять же, теперь не путайтесь, речь идёт уже о БУКВАХ, а не о звуках, звуки и их обозначения мы уже прошли.

Алфавит и его произношение. Поглядите, пожалуйста:

Поскольку я рассказал, как звучат английские звуки, то для вас уже не должно представлять проблем называть буквы правильно.

К примеру, английское Aa, первая буква алфавита, произносится как [eι]. Ба, да это уже знакомый нам дифтонг! Угу, он самый.

Далее идёт Bb[bi:]. Ба, да это ж знакомый уже нам И в его «долгом», а посему напряжённом и удвоенном варианте.

Далее идёт Cc[si:]. Ну и т. д., произношение остальных букв можно посмотреть в интернете во многих местах или в вышеприведённом видео.

Теперь понятно, почему Эй-Би-Си (ABC), а не А-Бэ-Эс, да?

Английский алфавит есть порождение и отображение вездесущей латыни (латинского алфавита), поэтому там много лишних букв, означающих в общем и целом один звук, а для многих звуков применяются две буквы. К примеру, звук k может быть на письме отображён аж тремя буквами: с, k и 3. Звук Ф, как f или ph. Звуки Ѳ и ð всегда на письме одинаковы, выглядят вот так: th, причём БЕЗ указаний на то, глухой он или звонкий (это можно узнать, лишь взглянув на произношение слова в словаре). Для звука принято буквенное обозначение ch. Для звука æ нет отдельной буквы, опять же, определить, когда этот звук следует произносить, можно лишь по словарю, по фонетической «расшифровке» слова. Ну я ж не говорю про указание на то, когда гласный звук «долгий» или «короткий». Это можно узнать лишь по словарю тоже.

В процессе ознакомления с английским выяснится, что всё это не так уж сложно, как кажется поначалу, есть и определённые закономерности: к примеру, двойная буква оо (look, took, book) почти всегда читается как короткий звук u, но к этому «узнаванию» придётся идти долго, не всё даётся сразу.

Подытоживая: данный краткий фонетический курс – вовсе не является панацеей для студентов, по нему невозможно овладеть в достаточной мере искусством произношения английских звуков с минимальным акцентом, ибо это можно сделать лишь с преподавателем, да ещё и не просто, а знакомым с фонетикой очень плотно, лучше всего, конечно, с носителем языка, а не со своим русскоязычным собратом или сестрой.

Но эта статья в качестве краткой фонетической «библии» вполне сгодится.

Теперь, если вы совсем или очень мало знакомы с английским языком, вы понимаете, имхо, как и с чего следует начинать: сначала изучить фонетическую систему, затвердить механику произнесения звуков и выучить правила произношения, запомнить фонетические знаки. Затем выучить алфавит и правильное произношение букв, опираясь уже на полученные знания о фонетике, и только затем переходить к изучению английского чего бы там ни было (обучению новых слов, построению фраз, рассмотрению грамматики и т. д). Фонетика, фонетические значки, алфавит и буквы будут для вас в дальнейшем неоценимым ИНСТРУМЕНТОМ как самостоятельного освоения английского языка, так и с помощью преподавателей.

Автор NeaTeam
shlyk_81
10 Окт. 2017, 12:02

Спасибо за статью! Скорректирую свои занятия с ребенком. Еще бы мотивацию какую придумать для изучения английского. А то каждый урок с истерики начинается.
Шеф
12 Окт. 2017, 11:20

О «ремесленных» навыках переводчика

Вступление

Мы живём в мире, где УЖЕ реализован автоматический перевод с языка на язык (без участия человека). Да автоматические, машинные переводчики зачастую выдают в качестве «результатов» всякую чушь, которую иногда трудно читать, но в общем и целом содержание передают процентов на 70%.

Из нижеследующей статьи, перенасыщенной профессиональными терминами и научной риторикой, вы, если далеки от знания иностранных языков и проблем переводов, всё же сможете получите краткое представление о том, каким образом развивался машинный перевод, на что он опирался, ну и какие проблемы стоят перед разработчиками автоматических этих словарей и переводных агрегатов. Ну хотя бы чтобы в очередной раз не плеваться, получив от машины белиберду, а не связный текст.

Немного поймёте вы и о проблемах переводов, особенно если «странные» переводы вам уже встречались (ведь встречались, бляха-муха?!). В смысле, откуда «растут у них уши».

Поехали

Переводческим искусством, как и любым другим, невозможно овладеть в совершенстве за месяц – и даже за год. Помимо огромного арсенала профессиональных навыков, оно требует от переводчика глубокого знания языка, которое достигается годами учёбы. В чём-то его можно сравнить, ну, скажем, с игрой на рояле. Разве можно за месяц научить человека играть, как Рихтер?

Однако, подойдя к этому вопросу с чисто практической, так сказать, «житейской» точки зрения, мы увидим, что в основе любого виртуозного мастерства лежит некий базовый набор фактурных приёмов, владение которыми и отличает профессионала от любителя.

Опять же, обратимся для сравнения к фортепианной игре. Однажды известный джазовый пианист Даниил Крамер давал по телевидению мини-уроки игры на фортепиано. Из всего многообразия своего виртуозного мастерства он выбрал несколько фактурных рисунков, характерных для джаза, и показал их телезрителям. В результате любой из зрителей, усвоивший эти фактуры, сможет довольно сносно «изображать» джаз. Для друзей и знакомых его игра будет вершиной искусства. И даже более широкая публика одобрительно кивнёт, услышав такую игру.

Конечно, чтобы этому зрителю заиграть, как сам Крамер, ему придётся поступить в консерваторию, отучиться там пять лет и при этом каждый день по восемь часов заниматься. Но ведь весь фокус состоит в том, что зрителю не нужны глубины творчества Крамера. Для его повседневных нужд ему великолепно подойдут те самые несколько фактурных рисунков, которые он выучил.

Нечто подобное справедливо и для переводческого искусства. А также, обратите внимание! – для писательского мастерства. Для художников кистью. В общем, для любой размытой отсутствием сопромата профессии, наверно.

Стало быть, прежде чем бросаться в пучину англоязычья, необходимо понять/усвоить несколько базовых принципов и методов/моделей перевода.

Теории перевода

Учёные давно пытаются описать процесс перевода в виде теорий. На сегодняшний день их существует несколько. У каждой есть свои «слабые звенья», т. е. явления, необъяснимые с точки зрения данной теории.

Однако те же самые явления превосходно описываются другой теорией (у которой, в свою очередь, есть свои «слабые звенья», и т. д.).

Попробуем «вычленить» из основных переводческих теорий «рациональное зерно» и попытаться на его основе построить простой и понятный алгоритм. С научной точки зрения такой подход абсолютно некорректен, и любой теоретик перевода заклеймит его как дилетантский. Но «наукяне» пока ещё не сделали сносный автоматический переводчик, поэтому пущай пока потерпят и мой «дилетантизм».

Действительно, предлагаемый метод не исключает множества огрехов (чего никакая теоретическая модель перевода допустить не может, поскольку там всё должно сходиться «как в аптеке»), но все эти огрехи можно в конечном итоге назвать «делом вкуса» и закрыть на них глаза.

Главное – в переводе не пропадёт смысловая суть. Главное – текст перевода будет легко читаться.

Итак, основные теории перевода:

1)        денотативная;

2)        трансформационная;

3)        семантическая;

4)        уровней эквивалентности.

Теория уровней эквивалентности наиболее полно и системно описывает процесс перевода. Как научная теория она, безусловно, обладает бОльшей ценностью, нежели её предшественницы. Но для практических целей она абсолютно неприменима, поскольку подразумевает сложный системный анализ на пяти уровнях (знаков, высказывания, сообщения, описания ситуации, цели коммуникации). Что-то мне также говорит, что машинный перевод ещё не подобрался к освоению этой теории.

Начнём с краткого изложения первых трёх.

Денотативная теория

Язык описывает явления и свойства объективной реальности. Эти явления и свойства называются денотатами.

Процесс перевода состоит в том, чтобы русский читатель получил точно такое же представление о денотате, какое получил английский читатель, прочитав английский текст.

Этот базовый постулат возьмём за основу: перевод – это описание денотата средствами языка перевода.

Соответственно, перед началом перевода необходимо убедиться, что переводчик однозначно понял и визуально представил себе денотат.

То ли это бытовая ситуация (кто, кому и как насолил, за что Джон взъелся на Мэри, почему тётя Эстер не подписывает завещания), то ли это шутка или острота, то ли название какой-нибудь местной реалии – прежде чем описать всё это по-русски, переводчик должен быть уверен, что свободно владеет ситуацией и может это своё знание донести через её описание до русского читателя.

Если в русском языке отсутствуют знаки для передачи денотата, можно поступить одним из следующих способов:

а) создать новый знак (beatnik – «битник»; striptease – «стриптиз»); этим приёмом увлекаются наши компьютерщики и программисты, банкиры и социологи, в общем, весь этот креативный сброд, наводнившие русский язык новыми знаками (и мы, люди-переводчики, им это ещё припомним, когда они придут к нам за переводами новых английских реалий!);

б) подыскать близкий по значению знак, включающий и значение данного денотата (America-firster – «ура-патриот»; witchhunter – «мракобес»);

в) описать денотат (drive-in – «кинотеатр с просмотром фильмов, не выходя из машины»).

Визуальное представление и чёткое понимание денотата помогает выбрать правильный вариант перевода, когда он зависит от контекста (а контекст – это важная часть описания денотата).

Например:

Salman Rushdie was baited by the Islamic hard-liners.

Tony Blair was baited by the Islamic hard-liners.


Если про Салмана Рушди можно сказать, что он «подвергался травле со стороны исламистов», то Тони Блэр, скорее всего, «подвергался резким нападкам».

Правильное описание денотата на языке перевода делает весь перевод эквивалентным независимо от использованных средств.

Ярким примером этого могут служить устойчивые выражения, пословицы, поговорки. Так, именно общность денотатов делает эквивалентными такие выражения как “Fragile” и «Осторожно, стекло!», “Instant Coffee” и «Растворимый кофе», “Keep off the grass” и «По газонам не ходить».

Теоретики перевода сетуют на то, что денотативная теория не объясняет, как конкретно выбирать средства для описания денотата на языке перевода.

Например, табличку “No smoking!” можно перевести как «Курить запрещено!», «У нас не курят!», «Просьба не курить!», и денотативная теория не даёт указаний на то, какой вариант перевода выбрать.

Для практических целей этот упрёк не имеет смысла. Выбор средств языка перевода должен оставаться за переводчиком. Это как раз и не сложно. Гораздо важнее другое: как помочь переводчику правильно усвоить описание денотата на языке оригинала? Ведь главной ошибкой всех переводов является то, что переводчик не может правильно представить себе денотат, и в результате он предлагает русскому читателю искажённое описание, описание иного денотата, нежели тот, который описывался в английском тексте.

Соответственно, правильное усвоение и визуализация денотата является следующей важнейшей задачей.

Для этого задействовываются две другие переводческие теории.

Трансформационная теория

Всё многообразие языковых форм можно, согласно трансформационной теории, свести к некому набору базовых структур по принципу семантической близости.

Например, отношение «деятель – действие – объект» можно выразить следующими языковыми формами: «Мальчик читает книгу», «Книга читается мальчиком», «Книга, читаемая мальчиком», «Мальчик, читающий книгу», «Чтение мальчиком книги» и т. д. Базовая форма «деятель – действие – объект» будет называться «ядерной структурой», а все способы её выражения – «трансформами».

В трансформационной теории есть два способа описания процесса перевода:

1) Внутриязыковой

Текст оригинала трансформируется в ядерные структуры языка оригинала – ядерные структуры языка оригинала замещаются ядерными структурами языка перевода (поскольку между ядерными структурами двух языков присутствует полная эквивалентность) – ядерные структуры языка перевода развёртываются в конечные структуры языка перевода.

2) Межъязыковой

Структуры текста оригинала по определённым правилам трансформируются сразу в структуры текста языка перевода, минуя уровень ядерной эквивалентности.

Правила такой трансформации выводятся из изучения отношений между формами оригинала и перевода и установлении частотного показателя, когда и в каком случае определённая структура английского текста переводится строго определённой структурой русского текста. Отсюда между конечными структурами двух языков априорно устанавливаются отношения эквивалентности, и переводчику остается только без особых раздумий «подставить» нужную структуру языка перевода под данную ему структуру языка оригинала (как бы ни было это спорно!). Теперь уже немного понятно, на ЧТО именно опираются разработки автоматических переводчиков?

С межъязыковыми трансформациями мы сталкиваемся постоянно. Любые грамматические формы, которые мы переводим на русский язык, являются результатом такой трансформации. Например, структура «винительный падеж с неопределённой формой глагола» (или, по-нижнетагильски, «аккузатив с инфинитивом»): I want you to buy me a car. Мы автоматически переводим его придаточным предложением «Я хочу, чтобы ты купил мне машину», хотя в английском никакого придаточного нет.

Здесь русское придаточное предложение выступает структурным трансформом английского «аккузатива с инфинитивом».

Или, например, такое предложение: While I was reading a book... Мы переведём его как «Читая книгу, я...» Т. е. в данном случае английское придаточное с глаголом в продолженном времени (Continuous) переводится на русский деепричастным оборотом. Деепричастный оборот является структурным трансформом английского придаточного, и между ними существует отношение полной эквивалентности.

Межъязыковые трансформации переводчик-человек делает постоянно, даже не обращая на них внимания. Пытаются это делать и переводчики-машины, но у них пока получается хреновенько.

Есть, однако, структуры, которые не бросаются в глаза, но которые заслуживают внимания: переводчик-человек должен запоминать (или записывать) такие структуры, чтобы иметь их наготове и при случае выдавать готовый русский трансформ. Переводчик-машина (или её разработчики) накапливают в своей деятельности подобные структуры ПОСТОЯННО: чем их больше, тем машина лучше «переводит».

Составление своего личного списка трансформов является постоянным занятием любого толкового переводчика-человека, одним из его профессиональных переводческих алгоритмов. Для переводчика-машины – это вообще БАЗА.

Для примера приведём одну из таких структур: Not for another year could they get the car running. Можно было бы задуматься над смыслом данной фразы, разобрать её на семантические составляющие (чем, собственно, и займёмся при рассмотрении следующей теории), представить себе её значение.

В то время как трансформационная теория позволяет нам сделать простое преобразование: порывшись в нашем составленном заранее переводческом списке трансформов, находим, что английская структура «not for + указание на время + обратный порядок слов в утвердительной форме» при определённых условиях может быть преобразована в русский трансформ «только через + указание на время + утверждение факта». И без дальнейших раздумий выдаём перевод: «Только через год им удалось починить машину».

Что касается внутриязыковых трансформаций, то их практическая польза заключается в возможности помочь переводчику-человеку чётче уяснить и визуально представить себе денотат. А у переводчика-машины с визуализацией пока есть серьёзные проблемы: как-то не «колышет» машины эта самая визуализация…

Соответственно, возвращаясь к предыдущему разделу (о денотативной теории), логичнее всего пользоваться внутриязыковыми трансформациями в том случае, когда невозможно сразу по тексту представить себе денотат. Но это у человека. Машину же переводчика может начать и «колбасить» от таких пертурбаций: ибо она НЕ представляет и НЕ визуализирует.

Итак, трансформационной теорией можно пользоваться для:

a) межъязыковых преобразований (для подстановки априорно эквивалентных форм оригинала и перевода),

б) внутриязыковых преобразований (для визуализации денотата и уяснения его правильного значения).

Но что делать, если ни одну из вышеуказанных теорий нельзя использовать?

Ответить на этот вопрос сможет семантическая теория перевода.

Семантическая теория

Значение любого слова состоит из набора так называемых «элементарных смыслов» или сем, выделяемых путём определения дифференциального признака, по которому данное слово отличается от близкой к нему по значению единицы языка.

Например, слово «студент» будет состоять из следующих сем:

– обучаемый – не преподаватель

– учащийся в ВУЗе – не в школе

– мужской пол – не студентка

– одно лицо – не студенты

и так далее.

Соответственно, наибольшей эквивалентностью будет обладать перевод, имеющий наибольшее количество общих сем с оригиналом.

Семантическая теория представляет собой довольно сложную схему взаимодействия элементарных смыслов и в настоящее время развивается по пути разработки идей так называемой «порождающей семантики» (постулирующей наличие в любом языке одинаковых «глубинных категорий», например «движения», «нахождения в пространстве», «обладания», и рассматривающей процесс перевода как процесс выделения и сопоставления глубинных категорий в языке оригинала и в языке перевода с последующим оформлением их в «поверхностные категории» реального текста языка перевода).

Для наших практических целей возьмём ту часть семантической теории, которая позволит нам находить эквиваленты «трудных слов», а именно, выделение составляющих значение сем.

Для большей наглядности разберём примеры, описывающие жизнь людей:

miserably poor;

gruelling standards.


Перевод слов poor и standards не вызывает затруднений: у них огромное количество общих сем, которые позволяют практически сразу дать нужный эквивалент, это слова из, так сказать, «безпроблемной» категории.

Но обратим внимание на то, что у слова poor, например, существуют семы «плохой по качеству», «небрежный», «неряшливый», которых нет у русского слова «бедный».

Обратимся к переводу слов gruelling и miserably.

Перевод английских атрибутивных прилагательных или наречий (т. е. прилагательных, стоящих непосредственно перед существительным и описывающих его свойства, или наречий, поясняющих свойства прилагательного) представляет из себя одну из самых сложных проблем в переводе.

Дело в том, что атрибутивные прилагательные и наречия очень широко используются в английском, причём, обычно эти прилагательные и наречия экспрессивные, с богатой семантикой, состоящие из огромного количества сем и дающие очень сжатую и полную характеристику денотату.

Проблема состоит в том, что даже если аккуратно подобрать прилагательное с аналогичным количеством сем в русском языке, его в большинстве случаев нельзя употребить в аналогичной конструкции, потому что по законам русского языка такое сочетание невозможно.

Ну, например, мы «не можем» перевести словосочетание gruelling standards как «невыносимые стандарты» (хотя смысл будет понятен). В русском языке такое словосочетание КОРЯВО. А ведь именно у слова «невыносимый» наибольшее количество общих сем со словом gruelling, а у слова «стандарт» со словом standard.

И подобные конструкции встречаются в английском литературном тексте сплошь и рядом!

Выход один: следует проанализировать семы, составляющие значение слова gruelling, и найти возможность передать их другими средствами, «разрешёнными» строем русского языка.

Для того чтобы проанализировать семантическую структуру слова, необходимо воспользоваться толковым англо-английским словарем. О читатель, задайте себе вопрос: а пользуется ли машинный переводчик англо-английскими толковыми словарями (массивами объяснений) для переводов на русский?

Дело в том, что англо-русский словарь, как правило, даёт эквиваленты, имеющие наибольшее количество общих сем с данным английским словом, и игнорирует варианты перевода, имеющие не более одной-двух общих сем (а следом за словарём, шаг в шаг, следует и машинный перевод). И, если данное слово (как видно выше) не подходит, то мы и не сможем по англо-русскому словарю расписать полный набор сем данного слова. Не сможет это сделать и машина-переводчик. И не делает, мля.

А ведь зачастую именно последняя сема в смысловой структуре слова может иметь решающий вес, а англо-русский словарь её не покажет, поскольку частотность её употребления очень мала, и русское слово, в котором она присутствует, не считается по меркам англо-русского словаря (или переводчика-машины с его базой) эквивалентным нужному нам английскому.

Иногда англо-русский словарь, наоборот, игнорирует главные семы и даёт эквиваленты менее частотных, искажая таким образом значение слова (например, словарь Мюллера дает перевод слова gruelling как «ужасный, отвратительный»).

Сема «ужасный» является для этого слова вторичной, а сема «отвратительный» настолько косвенна, что может быть практически исключена как несуществующая.

В любом англо-английском же словаре вся семантическая структура слова предстает как на ладони. Он, конечно, тоже не даёт полного перечня сем (тогда он по своему объёму переплюнул бы три Большие Советские Энциклопедии), но все основные, значимые, важные для перевода семы в нём присутствуют. Они раскрываются в описаниях значений слова и могут быть легко выделены.

Так, словарь Вебстера (Webster's Ninth New Collegiate Dictionary) даёт следующее описание значений слова gruelling:

gruelling – adj. [fr. prp. of obs. gruel (to exhaust)] (1852): trying or taxing to the point of exhaustion: PUNISHING <a ~ race>

Поскольку описание значения слова дано также через синоним PUNISHING, необходимо посмотреть и его значение (в данном случае глагол punish, поскольку punishing – это причастие от него и отдельной статьёй не даётся).

В результате мы можем выделить доминирующую сему для словосочетания gruelling standards – «тяжёлые, невыносимые условия жизни».

В строгом понимании семантической теории такие кульбиты некорректны, такие превращения можно объяснить в рамках теории уровней эквивалентности, но эта теория слишком громоздка для практического использования.

Ещё один пример семантического анализа «трудных выражений». В одной из книг Джейн Остин герой, обращаясь к героине, называет её disgrace to her sex.

Классический пример «трудного». Значит, необходимо воспользоваться семантическим анализом.

Почему подстановка аналогичных знаков русского языка не даёт нам желаемого результата? А потому что буквальный перевод фразы: «позор для своего пола». В данном случае в слове «позор» доминирует ярко эмоциональная сема «общественного презрения», а в слове «пол» – так сказать, «медицинская» сема «принадлежности к определённому биологическому виду», да есть ещё и второй смысл «пола», как то, по чему мы ходим в помещениях.

В английском языке ничего этого нет. Что же там есть?

Просмотрев словарные значения обоих слов, выясняем, что в слове disgrace присутствует сема «остракизма ввиду отличных от других взглядов», а в сочетании her sex отсутствует сема «биологического классификационного отнесения к одному из двух видов», а присутствует сема «обозначения женщины».

В результате сочетание disgrace to her sex можно перевести как «она совсем не похожа на других женщин». Лихо, да? Аллё, машина-переводчик, а ты так можешь?

Метод разложения значений «трудных слов» на семы является единственно возможным способом их правильного перевода. Причём в практической работе он происходит гораздо быстрее, чем описано выше, а со временем доходит до автоматизма. Игнорировать его нельзя, ибо это ведёт к скоплению непонятых описаний денотата и к искажению перевода.

Подводя итог, можно сказать, что в результате разбора трёх переводческих теорий вы понимаете, чем обычно обладает, каков инструментарий переводчика-человека: описанием денотата средствами родного языка с использованием трансформаций эквивалентных конструкций и уяснением значения этого денотата путём трансформационных упрощений и семантического разбора «трудных слов». Я не могу сказать точно про алгоритм работы переводчика-машины, но, судя по результатам машинной обработки текстов, данные теории, комплексно, там и не ночевали.

Прежде чем изложить вышеописанный метод в пошаговой форме, необходимо также осветить ещё два важных аспекта переводческой деятельности: актуальное членение предложения и языковую картину мира. С машинами в этом аспекте есть масса проблем.

Актуальное членение предложения

В любом предложении слушателю (или читателю) сообщается некая информация. Это сообщение нового делается обычно на какую-то известную слушателю тему.

Ну, например, «В 2030 г. экономика России достигнет невиданных высот развития». Речь в данном предложении идёт об экономике России. Цель данного высказывания – сообщить слушателю, что эта самая экономика будет расти, а не падать. Согласно актуальному членению, данное предложение состоит из двух частей: темы («экономика России») и ремы («в 2030 г. достигнет невиданных высот развития»).

Тема – это «данное» в предложении, а рема – это «новое».

При отсутствии темы всё предложение делается безсмысленным (если человек не знает, что такое экономика России, как можно сообщать ему о ней что-то новое? – ему сначала надо объяснить, что такое «экономика России», т. е. «экономика России» будет для него ремой, а темой станет какое-нибудь известное ему понятие). Исключение составляют поэтические или художественные тексты, но, как правило, они по-иному воспринимаются, нежели «обычные», «цивильные» предложения («Ночь. Улица. Фонарь. Аптека». Всё это ремы без тем).

При отсутствии ремы составить предложение невозможно. Предложение не может называть данное, не сообщая о новом. Если мы попытаемся это сделать, мы невольно проведём перечленение предложения и искусственно назначим имеющимся в наличии составным частям роли темы и ремы.

Например: «Ты не сдал экзамен, потому что мало занимался» («Ты не сдал экзамен» – тема, «потому что мало занимался» – рема). «Ты не сдал экзамен» («Ты» – тема, «не сдал экзамен» – рема.)

Для целей перевода актуальное членение предложения имеет очень большое значение. Оно заключается в том, что в русском языке темно-ремные отношения передаются порядком слов (рема всегда стоит на последнем месте, за темой), а в английском языке они передаются разными способами, в основном – артиклями (тема – определённый артикль, рема – неопределённый или нулевой артикль). Знает ли об этом переводчик-машина? Сумлеваюсь.

Да и переводчики-люди очень часто не придают этому значения и следуют за английским порядком слов, в результате рема оказывается в русском тексте на первом месте и воспринимается как тема, что приводит к искажению смысла и делает всю фразу «нерусской».

Перед тем как разобрать один из «живых» примеров, приведу-ка я ставшую хрестоматийной разницу в оформлении темы и ремы в английском и русском языках (артикль против порядка слов):

A boy entered the room – В комнату вошёл мальчик («мальчик» – рема).

The boy entered the room – Мальчик вошёл в комнату («мальчик» – тема, «в комнату» – рема).

Или другой пример, взятый из статьи Перрота Филипса в журнале “Вояджер” компании “Бритиш Мидланд”. Автор описывает случай, когда его коллега, разместившись в нью-йоркской гостинице, обнаружил в своей кровати труп. Далее он пишет: At least there was no body in my bed when I arrived at my hotel in Prague.

В данном случае придётся в переводе поменять всю структуру предложения, поскольку рема “no body in my bed” должна оказаться на последнем месте.

Мне повезло больше: когда я приехал в Прагу, мне достался номер без трупа.

(Кстати, заметьте, что при переводе использовалась денотативная теория, т. е. описание визуально представленного денотата средствами русского языка).

Одним из типичных примеров «темно-ремных ошибок» являются «двойные описания» (чисто для удобства такой термин), т. е. когда описывается содержимое чего-либо и называется новый предмет + даётся его точное местоположение. Так вот, в данном случае предмет является ремой, а его местоположение – темой, поскольку является частью общего, уже введённого как тема содержимого.

Ну и из Дугласа Адамса. Как говорится, self-explanatory:

Two long, crowded tables stretched off into the glimmering darkness.

Вглубь комнаты, в полумрак, протянулись два длинных, заполненных гостями стола.


Попробуйте угадать, кто перевёл эту фразу: человек или машина?

Языковая картина мира

Захватив с собой весь багаж вышеизложенных теорий, вернёмся к описанию денотата.

Каждый язык описывает объективную реальность по-своему, своими средствами.

Так, англикос скажет, что муха «стоит на потолке» (stands on the ceiling), в то время как русский скажет «сидит». Или, например, русский может сказать «лодка плывёт по реке», а англоговорящий обязательно должен уточнить, как она плывёт: если лодка плывёт на вёслах или на парусах, то он скажет, что она sailing down the river, если плывёт по течению без помощи вёсел или ветра, тогда она floating down the river (или drifting down the river), т. е. для английского языка и его носителей принципиально важен способ приведения лодки в движение, тогда как для русского это не играет никакой роли. Как думаете, знает ли о подобных штучках переводчик-машина?

Русское слово «голова» и английское head указывают на абсолютно один предмет, описывают один и тот же денотат. Однако для англоязычного в представлении этого денотата имеется чёткое указание на то, что в голове помещаются зубы, глаза и язык, в то время как в русском слово «голова» не воспринимается как «вместилище» всех этих частей тела. Таким образом в английском языке возможно употребление сочетаний типа «зубы в моей голове», или «язык в твоей голове», что с русской точки зрения совершенно абсурдно. Как пример можно привести строчку из песни “Битлз” “The Fool on the Hill”: “And the eyes in his head see the world spinning round”. При переводе ссылку на «глаза в голове» придется опустить и сказать просто «Его глаза видят, как кружится земля».

Русские и англоязычные по-разному воспринимают и отдельные свойства некоторых денотатов. Например, русское слово «баня» ассоциируется не просто с «помещением для мытья», но и также с «очень жарким местом». А объясняющиеся на «собачьем» никогда не назовут жаркое место «баней». Для них bath – это только место, где моются, и ничего более.

Русские скажут «вырядился как павлин». А для англоговорящих павлин является воплощением мудрости. Они скорее скажут «умный как павлин». И то, что павлин может ассоциироваться с важничанием и чванством, для них непостижимо.

Ну и так далее. Переводчики-машины не могут решить эту проблему НИКАК. Ибо у них нет такого «понятия», как абсурдность!

Всё это красноречиво свидетельствует о том, что разные народы, посредством своих языков, создают разные картины мира, и было бы грубейшей ошибкой переводчика-человека или переводчика-машины пытаться навязать, ну, скажем, русским английскую картину мира.

Как это может получиться? Да очень легко. Вспомните-ка: «Этот шампунь прекрасно ухаживает за моими волосами и заботится об их свежести!» Вот вам яркий пример. В русском языке «заботиться» и «ухаживать» может только одушевленное лицо, только человек. Можно сказать, что «Маша хорошо ухаживает за своими волосами», но нельзя сказать, что «Машин шампунь хорошо ухаживает за её волосами». Не может шампунь ни за кем ухаживать. По-английски – может, там он takes good care of her hair, а по-русски – не может. Такова русская языковая картина мира.

Понятно, ну не хочется переводчикам-людям ломать голову, ведь takes good care относится к разряду «трудных фраз». А машина-переводчик вообще не понимает, а как это: «ломать голову», в смысле ДУМАТЬ!

Для того, чтобы дать правильный перевод во фразе про шампунь, необходимо уяснить себе, какой денотат она описывает, разобрать её на семы и посмотреть, что же она реально означает.

Можно предложить два варианта:

1) Заменить глагол «ухаживать» на существительное «уход». Существительное «уход» тоже подразумевает участие в процессе человека, но оно не выражается так явно, как в глаголе: «Этот шампунь обеспечивает прекрасный уход за моими волосами!» Формально существительным является «шампунь» и «обеспечивает уход» согласуется вроде бы с ним. Но фактически слово «обеспечивает» на коннотационном уровне подключает привычное для русской картины мира значение, что «я его нанесу на свои волосы и они станут здоровыми, таким образом он обеспечит мне уход».

2) «Этот шампунь помогает мне лучше заботиться о своих волосах и бережней ухаживать за ними».

Ну или что-то в этом духе.

Другой пример. Английский язык любит слово enjoy. Англоговорящие всем «наслаждаются»: обедом, коктейлем, уютной атмосферой, сигарами, скидками в супермаркете. И русские переводчики «добросовестно» заставляют нас «наслаждаться» вместе с ними. «Ну как же, – “логично” думают они. – Ведь тут же написано enjoy!» Железная логика. Если не принимать во внимание разницу в языковых картинах мира. Разницу, которая особенно в последнее время приобретает огромное значение, поскольку её игнорирование начинает всё больше и больше искажать русский язык.

А ведь на самом деле привычная нам картина мира другая.

Примерно такая:

The new German Chancellor enjoys the same Brand of expensive Cuban cigars as Fidel Castro – Новый канцлер Германии курит тот же дорогой сорт кубинских сигар, что и Фидель Кастро.

Enjoy a cozy and friendly atmosphere of a small Victorian eating house – Поужинайте в уютной, тёплой атмосфере небольшого викторианского ресторана.

Enjoy huge discounts at our Christmas sale – Вас ждут огромные скидки на нашей рождественской распродаже.

Enjoy your dinner! – Приятного аппетита!

Enjoy the new standards of service at our shop! – Специально для вас в нашем магазине введены новые стандарты обслуживания!

Enjoy Coca-Cola – Пейте Кока-Колу!

Подводя итог, хочется ещё раз подчеркнуть, что нельзя дословно переводить языковой знак (ни машине, ни человеку), если он нарушает сложившуюся в русском языке картину мира. Каким бы «неточным» ни казался перевод, восстанавливающий правильную языковую картину мира в русском языке, он, тем не менее, будет единственно верным и полностью, именно полностью эквивалентным.

Модель процесса перевода

Ну вот мы и дошли до самого главного. Фактически ничего нового сказать не удастся, я лишь просуммирую всё в виде простой, запоминающейся модели. Надеюсь, это поможет вам компактно представить процесс перевода с языка на язык: что человека, что – машины (хе-хе!).

1. Вникнув в отрывок иностранного текста, следует понять его содержание, чётко, визуально, во всех деталях представить себе денотат.

В случае затруднений в образном представлении денотата провести внутриязыковые трансформации и выделить ядерную структуру, подобрать эквивалентную ей ядерную структуру русского языка и наметить план её развертывания в конечный текст.

2. Приготовиться описать денотат средствами русского языка.

Для этого подготовить все межъязыковые трансформации найденных в тексте конструкций, имеющих эквивалентные трансформы в русском языке.

3. В случае наличия «трудных» слов и выражений провести семантический анализ и выделить контекстно значимые семы, которые необходимо передать в описании денотата по-русски.

4. Проверить правильность темо-ремных отношений в проекте переведённого текста (особенно обращая внимание на «двойные описания»).

5. Проверить соблюдение русской языковой картины мира.

6. Описать денотат по-русски с учетом подготовленного в пп. 1-5 проекта перевода.


Ну, вот, пожалуй, и всё. Теперь, надеюсь, понятно, почему профессия переводчика ещё долго не умрёт?

Автор NeaTeam
Шеф
19 Окт. 2017, 10:48

В помощь изучающим иностранные языки

Здесь было упомянуто про полезность создания СЕТЕЙ ПОНЯТИЙ, на первом (после прохождения обучения фонетике) этапе, а также очень кратко описана технология создания таких сетей. Имхо, эту тему можно немного расширить на примерах, чтобы было яснее, а что требуется-то.

Сети понятий нужно составлять как бы двух видов. Первый описан в статье, ссылка на которую выше. Второй вид описан ниже.

Вступительная ремарка

Не секрет, что изучение иностранных языков начинается с моделирования простейших бытовых ситуаций, ознакомления студента с базовыми, САМЫМИ УПОТРЕБИТЕЛЬНЫМИ словами и грамматическими конструкциями. Все они поначалу связаны с… местоимениями, а также глаголами «быть», «иметь», «делать» + некоторое количество дополнительных существительных типа «дом», «школа», «дорога» и т. д. Все подобные примеры даются в утвердительной форме (в повествовательном изложении, а не в вопросительном или отрицательном).

Без местоимений, которые нужны всегда и сразу, к тому же, они, как правило, короткие (легче запомнить), не обойтись уже на первом же занятии. Их и начинают штудировать самыми первыми.

Вышеуказанные глаголы «быть», «иметь», «делать» в английском языке (да и не только в нём, а и в других романо-германских) имеют, помимо их прямого смыслового значения, дополнительные свойства: они служат для формирования времён (прошедших, будущих и настоящих), для формирования вопросов и отрицаний, сослагательного наклонения и массы ещё чего, включая приказы или усиления посыла.

Некоторое количество самых главных существительных (и глаголов действия, чтобы связать употребление существительных в смысл) крайне необходимо для того, чтобы начать говорить, понимать, читать и писать самые первые осмысленные ПРЕДЛОЖЕНИЯ (законченные мысли) на иностранном языке.

Теоретическое отступление

Все слова, как единицы смысла, в русском языке и языке английском (или любом другом), можно представить себе в виде КРУГА. Один круг есть комплекс русских смыслов, другой – английских. Теоретически перевод с одного языка на другой есть наложение двух кругов друг на друга (смысл один и тот же, но выражаемый по-разному: разными звуками, на письме – разными буквами). Но так точно «накладывать» никогда НЕ получается: всё дело в семантике, по-научному, в семах, а по-простому – в «наличии разных смыслов», которые слова содержат. Некоторые семы русского слова не совпадают с семами слова английского (и наоборот). Поэтому-то в некоторых случаях, когда семы двух языков примерно совпадают, то наложение «кругов» возможно, но в очень многих случаях – «круги» разъезжаются в стороны. И возникает… когнитивный диссонанс!

Чтобы было понятно, о чём я веду речь, обращусь снова к слову «студент». В нём есть следующие семы: мужчина (а не женщина, ибо женщина – студентка), изучающий/учащийся (а не отдыхающий, не работающий, не спящий), в высшем учебном заведении или на курсах (а не в средней школе, ибо там ученик) и т. д.

Так вот, семы русского «студента» и английского student не полностью совпадают. В английском языке «студентом» может быть буквально кто угодно и где угодно, чьей характеристикой можно назвать «обучающийся чему-либо». К примеру, запросто можно сказать student of life (студент жизни – блин, бред!).

Если начать располагать семы любого слова по языкам, то выяснится преинтереснейшая картина: любая сема «имеет поддержку» в других семах в своём языке, а вот для другого языка такой поддержки нет, там ВСЁ ПО-ДРУГОМУ вообще.

Ошибка думающих по инерции людей – постоянно автоматически «подставлять» семы родного языка в семы языка другого (а там они ДРУГИЕ). Полностью избежать этой распространённой ошибки, разумеется, не удастся (ибо родной язык довлеет над нами всей своей мощью), а вот понять проблему изнутри и противопоставить ей некоторый «инструментарий» для помощи своему же собственному мозгу – можно.

Таким «инструментом» может послужить как раз создание сетей понятий, где семы английского языка будут окружаться семами этого же языка, а не русского, и где поэтому смысловая взаимосвязь никогда не исказится.

Создание подобных собственных сетей понятий необходимо на самом первом этапе (независимо от того, как, где вы начинаете учить английский: самостоятельно ли, или на курсах, в школе/институте). Поскольку ВСЕ первые слова, которые узнаёт студент на английском, являются КОРНЕВЫМИ для дальнейшего обучения: из этих корней вырастают-выпрастываются смыслы, и именно поэтому их и нужно включать в КОРНИ СЕТЕЙ.

К примеру: «Я иду домой» – I go home. Здесь все три слова являются КОРНЯМИ, из которых в будущем вырастет аж ТРИ СЕТИ.

Важно при этом понимать, что данные сети являются смысловыми, а не грамматическими. В грамматике сетей нет, там есть, скажем так, жёсткие линейные конструкции. Сети же вибрируют, непостоянны, строго индивидуальны (точки-слова-понятия-фразы выбираются-подбираются каждым студентом САМОСТОЯТЕЛЬНО, под себя, под свой вкус и лад). Не доверяйте в этом плане книжкам и преподавателям, они вас «накормят» массой НЕНУЖНОГО лично вам. Это к гадалке не ходи.

Поэтому моя рекомендация по началу строительства сетей такова: первая сеть (второго вида) должна состоять из местоимений. Где каждое местоимение затем сформирует свою малую, ПОДСЕТЬ.

Примерно вот так: помещаем слово «Я» (I [aı]) крупно в центр, а во все стороны, лучами, разместите остальные местоимения (ты, вы, мы, он, она, они, твой, их и т. д. – всю местоименную МАССУ). Рекомендую при этом соблюдать фонетическую дотошность: давать русское местоимение, затем английское, затем его произношение по фонетической «грамоте». Это поможет вам в будущем, если что забудете на предмет правильного произношения. Ведь вы ещё не дока, чтобы с ходу точно знать, как что произносится – вот и помогите себе сами на самом первом этапе. Помогайте себе и в дальнейшем, пригодится же. Подобную сеть, как, впрочем, и другие, следует создавать НЕ СРАЗУ, а постепенно, лишь по мере ознакомления и выявления его пользы здесь и сейчас для вас.

Бумажку любого размера с выписанной вами первой сетью (местоименной, скажем так), можно хранить где-то ровно до тех пор, пока вам лично не станет ясно, что в качестве шпаргалки она вам больше не нужна: вы знаете назубок всё, что там написано. Это в вашу долговременную память ВБИТО калёными гвоздями.

Вторую сеть я рекомендую сделать с глаголом «идти» (go [gou]). Но «танцевать» при этом постарайтесь не от русских сем, окружающих это понятие, а от английских. Т. е. от тех, которые вызовут у вас удивление или даже ОТОРОПЬ: бляха-муха, что же это творится-то, да как они, англоязычные, вот это вот так употребляют-то?

Поясню. Мы все знаем русскую фразу «сойти с ума» («сойти» – это не совсем «идти», но близко), есть и английское выражение: to go mad [tu: gou mæd]. Обратите внимание, никакого предлога нет. Если на этом месте не заострить своё внимание, то, спустя какое-то время, при необходимости вам сказать по-английски «сошёл с ума», вам мозг-разум может начать судорожно искать необходимый предлог «с», коий в английском-то и не нужен. Если же изначально эта штуковина будет отображена в одной из ваших сетей понятий, то вероятность «столкновения» русской и английской логик минимизируется, а затем и вовсе сойдёт на «нет», потому что вы скоро начнёте автоматизировать ваш процесс говорения или писания (понимания) по-английски СЕМАНТИЧЕСКИ вернее на порядок.

Обращу также внимание на то, что вносить в эти сети понятий следует лишь то, что сопровождается лёгким уколом УДИВЛЕНИЯ разных калибров. Вашего личного. Почему так? Да потому что, если логика русского и английского в чём-то совпадает, то оно и так запомнится. И на «автомате» проедет. А вот «несовпадениям», вернее их запоминанию, требуется бОльшее внимание и бОльшее усилие по пониманию (логика другая, английская). Запись в сеть понятий, причём в одном «родном» семантическом «поле», здоровски запоминанию помогает.

Третью сеть я рекомендую сделать с понятием «дом» home [houm]. По тому же алгоритму.

На первоначальном этапе сетей вам придётся создать неадекватно МНОГО. Потому что поначалу вы будете изучать БАЗОВЫЕ, самые распространённые понятия английского языка. Но уже при их создании вы будете скоро чувствовать, что по некоторым встречающимся вам словам, сети создавать вовсе не нужно. Когда это произойдёт первый раз, отметьте это для себя и попробуйте проанализировать, почему так. С вероятностью 100% вы выясните, что вы не «ощущаете» многосемности, многозначности (даже потенциальной) какого-то слова. Доверяйте себе в этом и не делайте лишнюю работу.

Какие же базовые из базовых слов-понятий можно смело записать в самые-самые необходимые?

Да вот эти (и их английские «эквиваленты»).

Глаголы:

быть be [bi:], иметь have [hæv], делать do [du:],

получать get [get], брать take [teık], отдавать give [gıv],

класть put [put], идти go [gou], бежать run [rʌn],

стоять stand [stænd], лежать lie [laı], сидеть sit [sıt],

приходить come [kʌm], сказать say [seı], говорить talk [tɔ:k],

сообщить tell [tel], спрашивать ask [a:sk], отвечать answer [/a:nswə],

слышать hear [hıə], слушать listen [lısn], подниматься rise [raız],

падать fall [fɔ:l], просыпаться wake [weık], бить beat [bi:t],

понимать understand [ʌndə/stænd], думать think [Ѳınk], читать read [ri:d],

писать write [raıt], рисовать draw [drɔ:], носить wear [weə],

ломать break [breık], открывать open [oupn], закрывать close [klouz],

есть (кушать) eat [i:t], пить drink [drınk], надеяться hope [houp],

достигать reach [ri:tʃ], гореть burn [bε:n], петь sing [sıŋ],

танцевать dance [dæns], смеяться laugh [la:f], улыбаться smile [smaıl],

плакать cry [kraı], помнить remember [rı/membə], забывать forget [fə/get],

умирать die [daı], вырастать grow [grou], покупать buy [baı],

продавать sell [sel], показывать show [ʃou], поворачивать turn [tε:n],

резать cut [kʌt], встречать meet [mi:t], приносить bring [brıŋ].

И всё? И всё. Вы не поверите, но их вполне ДОСТАТОЧНО. Ибо все остальные глаголы находятся в СЕМАХ этих глаголов хотя бы частью.

Точно такие же существительные (сделайте фонетическую транскрипцию и перевод на английский существительных и прочее самостоятельно): человек-мужчина-женщина-мальчик-девочка-ребёнок, дом-строение-стол-стул-шкаф-кровать-пол-потолок-кухня-дверь-окно, машина-механизм-инструмент-колесо, плоскость-круг-линия-точка-черта, ручка-бумага-книга-лист, дерево-железо-материал, жизнь-смерть-рост, день-ночь, утро-вечер, огонь-вода-земля-воздух, государство-власть-банк-деньги, кошка-собака-корова-лошадь, хлеб-суп-сыр-блюдо-масло-мясо-рыба-сахар-соль-молоко-пиво-чай-кофе.

Прилагательные: красивый-страшный, плохой-хороший, весёлый-грустный, сильный-слабый, все цвета: чёрный, коричневый, красный, зелёный, голубой, жёлтый, белый.

Наречия: хорошо, плохо, красиво, некрасиво, весело, скучно.

Вопросительные слова: кто, что, когда, как, почему, где. Обратите внимание на то, что русские «с кем/с чем», «о ком/о чём» и т. д. по-английски выражаются в разных ситуациях по-разному. Записывать их следует в вашу сеть лишь так и тогда, когда они вам потребуются: ситуативно!

С помощью вышеперечисленного вокабуляра (количества мощных слов-понятий, чья семантика широка и безбрежна) + умения задавать вопросы и создавать отрицательные предложения, вы сможете спокойно начать говорить. Да, через пень-колоду, но начать. Выражая при этом ЛЮБОЙ самый простейший смысл чего угодно.

Доведение себя при этом до уровня 500-1000 слов придёт с изучением грамматики, которой (манипулированием в которой) требуется гораздо больше слов и их различных форм.

Доведение же себя до уровня ощущения стилистических оттенков (что синонимией, что употреблением конструкций) придёт чуть позже, с практикой, ежедневной, занятий по чтению, понимаю, говорению, слушанию и писанию.

Лично мне, как видеонику (запоминающему скорее образы и формы, нежели звуки), очень помогло ежедневное чтение – сразу нормальной, «необрезанной» английской литературы: началось всё с перевода на русский сначала одного предложения, затем нескольких строчек (без особого даже понимания, о чём речь, ибо каждое слово неизвестно), затем обзацев, затем – страниц и глав. В день.

Чем и как помочь аудионикам – я не знаю. Но знаю другое: если ваше изучение языка «протекает» не в том «поле», к которому вы предрасположены (если вас учат устному, в основном, а вы по склонности видеоник), вам будет в разы труднее, некомфортнее, мозг будет клинить. Поэтому-то следует сначала точнее выяснить, кто вы, как вы предпочитаете работать. 50% «успеха» в деле плавного, сбалансированного и неуклонного изучения языка лежит в том, «правильно» ли вы подобрали под себя методы и методологию обучения.

Ещё совет. Из разряда не совсем «научных». Каждый человек обладает специфическим лексиконом, склонностью к употреблению скорее вот этих фраз и слов, нежели вон тех. Попробуйте составить свой личный «словарик» самого себя: того, что вы чаще употребляете. Знание того же самого (пусть и «неправильно» поначалу, пробуя), но на английском – поможет вам «вжиться» в другой язык с меньшим напрягом. Вы сразу будете представлять, а вот как оно, то самое, на русском, вы можете «сделать» на английском.

Поясню. Был у меня в детстве/юности товарищ, у которого в ходу был с десяток идиотских, но смешных таких присказок, типа: «Раз – и пидорас!». Я уже тогда пробовал их переводить. Выходило коряво, наверно, и не по-английски вообще, но я узнал с помощью этого метода массу новых слов, а затем, по мере ознакомления с языком всё глубже и глубже, стал с ходу видеть методы ОБРАЗОВАНИЯ подобных конструкций, их логику даже.

Узнать, что объявление в нашем метро «Осторожно, двери закрываются!» в лондонском метро звучит как «Пожалуйста, обратите внимание на двери»! (Please mind the doors!) требует, разумеется, прямого ознакомления с этой реалией, но и ваше собственное, поначалу: Attention, the doors are closing! – будет вполне приемлемым и понятным.

Правила проставления определённых и неопределённых артиклей в английском языке достаточны просты и очень логичны. Судите сами: в ед. числе неопределённый артикль a [eı] проставляется, когда речь идёт о РЕМНОМ (рема) существительном (том, что употребляется ПЕРВЫЙ раз или чья точная принадлежность пока не ясна), определённый же артикль the [ðI:] – о ТЕМНОМ (тема) существительном. Где «тема» – это СТАРЫЕ ДАННЫЕ, а «рема» – данные новые. Во множ. числе – неопределённый артикль отсутствует ВООБЩЕ (в случае ремы артикля НЕТ), а определённый ставится снова в «теме». Там есть ещё правила, но пока они вам не важны.

Ну и последнее «упражнение» т. с. Очень помогает, имхо. По мере ознакомления с базовым вокабуляром (количеством слов) пробуйте в своём текущем времяпрепровождении про себя (или вслух) проговаривать то, что вы делаете или о чём думаете. К примеру: вы идёте из комнаты в кухню. Попробуйте сказать: «Я иду из комнаты в кухню» (I go from the room to the kitchen [aı gou frɒm ðI: ru:m tu: ðI: kıtʃən]), фонетически и грамматически правильно. Далее «Я беру нож»: I take the knife [aı teık ðI: naıf], «Я режу капусту» I cut the cabbage [aı kʌt ðI: kæbıʤ]. Ну и т. д. с учётом того, что, если вы не знаете какое-то слово, то посмотрите его в словаре: либо сразу, либо – потом. Не делайте при этом попыток делать сложные предложения, тренируйтесь на простых. Пробуйте также создавать вопросительные конструкции и отрицательные: Иду ли я на кухню? Do I go to the kitchen? Я не иду на кухню. I do not go to the kitchen. Режу ли я капусту? Do I cut the cabbage? Я не режу капусту I do not cut the cabbage (в качестве дополнения) – если вы уже знаете, как это делать. Как уже понятно, слово «капуста», «резать» можно поставить в сеть КУХНЯ (выше я выделил эти слова).

Автор NeaTeam
Шеф
22 Окт. 2017, 10:09


Изучение второго (третьего) иностранного языка

Вступление о личном

Один камрад попросил дать описание проблем и трудностей в освоении немецкого и французского после освоения английского. Я как раз эту самую дорожку прошёл (прохожу ещё даже). Поэтому и могу говорить о практике…

Я понимаю, что тут одному бы иностранному обучиться, куда уж там до второго и прочего… Но всё не так сложно, и не так уж однозначно. Дело в том, что изучение языков – болезни подобно, или тому навыку, прощаться с которым вовсе не хочется. В общем, затягивает, как и любое другое хобби. А иногда и пригождается по жизни.

С немецким у меня порядок, потому что это был второй язык, который я изучал в молодости, ещё в Инязе. Но, честно скажу, изучал его спустя рукава, а затем вообще с ним не сталкивался лет двадцать. Поэтому от моего институтского немецкого к излёту очередного тысячелетия остались рожки да ножки. Что любопытно, если по английской фонетике нас драли, как сидоровых коз, то никакой немецкой фонетики нам не только не давали, о ней даже не упоминали. В студенческие годы это не воспринималось, как недостаток, ибо меньше учить всякой хрени – больше свободного времени иметь (по молодости), зато потом – очень даже вспомнилось. Что совсем уж странно, в тех потоках, у которых немецкий первым был (а английским – вторым) наблюдалась такая же картина. Поэтому я ещё в институте мог безошибочно определить, у кого английский вторым идёт. По акценту – непроработанной фонетике и артикуляции.

С французским же произошла такая история: ещё в институте я мог бы взять его факультативно третьим языком (из моей группы так сделало двое), но мне было лень, честно говоря. Ударом по психике был 2003 год, когда я участвовал на переговорах в Стамбуле среди уймы разношёрстного народа: американцы, турки, французы, голландцы, мы, русские, ещё кто-то, уж не помню. Так вот, среди самых тупых были мы и американцы: никто из этих групп (я-то был в своей переводчиком) не знал ни одного языка, кроме родного, а эти все остальные знали и общались меж собой на ДВУХ или ТРЁХ ЯЗЫКАХ. Особенно потрясли меня турки, которые знали и русский, и английский, и немецкий, и французский (да, не Бог весть как, но общаться могли), французы и голландцы, которые общались меж собой вообще на неведомых мне испанском и итальянском. Потрясла одна голландка, блин, моя ровесница, эта знала ещё и финский, и шведский до кучи. Посмотрел я на это смешение двунадесяти языков и стало мне горько-прегорько: прожил кучу лет, а изучить, помимо английского, даже немецкий не смог. Ну и что что не было нужно? Вот – нужно. А поезд ушёл.

Но я закусил удила. По приезду в Москву, на Родину, побежал в книжный искать самоучитель по французскому. Нашёл, сел, начал работать. Спустя примерно два месяца понял, что у меня возникает столько вопросов по ходу освоения материала, что нужны курсы с преподом. Я пошукал их по интернету, вижу, их преогромное количество, но преобладают курсы, дающие английский. С французским в основном преподы по вызову, учащие тебя, дорогого и единственного, в одиночку, но за другую цену, разумеется. В общем, нашёл одну девчонку, она согласилась приезжать ко мне в офис вечерами, три раза в неделю, ну и пошло-поехало.

За год с ней я худо-бедно освоил французский, с помощью подсказок моей учителки получил ответы на все вопросы, которые возникали. Но в какой-то момент почуял, что её УРОВЕНЬ преподавания достиг потолка компетенции в том, чтобы давать мне материал на развитие. В общем, она дала мне всё, что совершенно точно и толково знала, а то, куда мы далее шли, она сама знала немного туманно. Я попробовал с другим преподом по вызову, но другой мужик оказался ещё хуже.

И мне стало ясно, что искать я теперь могу до морковкиного заговенья, но не факт, что найду, а время идёт. Поэтому я решил остановиться на самостоятельном изучении. Тем более, что опыт с английским языком у меня был.

Начало «освоения»

В силу того, что работа отнимала много времени, мозг набухал, как арбуз, к концу рабочего дня, я принял решение приходить на работу ПОРАНЬШЕ и начинать свой рабочий день с изучения немецкого и французского: по полчаса на каждый.

Но так не всегда получалось, потому что дочь в школу надо было возить. Однако худо-бедно потом я умудрялся вставлять свои «получасы» на язык в рабочем распорядке где-то внутри обычного процесса.

Спустя год или два вся эта конструкция дала сбой по «независящим» от меня причинам – паузы между занятиями стали составлять день-два, затем – недели, я поймал себя на мысли о том, что «филоню». С одной стороны, хочу, с другой – ищу причины, чтобы не заниматься. Ну, обычная история такая. В английском её проходят со смешком, как типичный исход очередного New Year resolution.

Я страшно страдал: никогда не страдаешь так тяжело, как перед самим собой, за невыполняемую самим собой задачу, поставленную самим собой.

Затем случился заказ – перевод на французский язык, который я попробовал сделать самостоятельно, и понял, что не могу дать качество: знаний не хватает. Кирдык подступил всей своей явью: я усердно занимался и изучал, а толку пока НЕ БЫЛО НИКАКОГО. И просвета тоже, потому что все «сливки» из тьюторства я уже извлёк.

В 2012 году я переехал жить в Таиланд. Здесь дохрена свободного времени, дохрена языковых школ, дохрена иностранцев, носителей языков. С того времени языки стало изучать на уровень сподручнее. Вот с тех пор этим-то я и занимаюсь. КАЖДЫЙ день. Как робот. Жена, кстати, тоже. С некоторых пор мы с ней известны в местном междусобойчике, как "эта русская пара, которая знает много языков": явление среди русских ОЧЕНЬ редкое.

Вывод, который я сделал, таков: если в распорядке твоего времени нет его достаточно на неспешное выполнение занятий (много времени занимает работа, семья, вся эта суета с друзьями-товарищами, та же выпивка, к примеру), то изучение языков, в силу настоятельного требования заниматься ими каждый день, может сойти на «нет» очень быстро.

Профессиональные «находки»

Лишь получив достаточно времени на обдумывание, я стал более внимателен к изучаемым языкам, и из них начали всплывать те глубины, которых так не хватало при самостоятельном и начальном изучении.

Во-первых, фонетика. Да, некоторые процедурки с носителями языка гораздо полезнее, чем любые занятия. Дело в том, что если правильно не «спопугайничать», то тебя и не поймут. С немецким я достиг того, что меня принимают за мюнхенца, но лишь на пару минут и хотя бы одной долгой фразы, после которой становится ясно, что чел (я) всё же иностранец, правда, не ясно, какой именно. Когда я сообщаю, что я вообще-то русский, на лицах немецкоговорящих возникает лёгкое недоумение, потому что мой акцент неуловим (так же дело обстоит и с английским, меня принимают то за шведа, то за какого-нибудь исландца, но никогда за русского). Дело тут в том, что сами немцы с лёгкостью выявляют друг друга по географии рождения и проживания через свойственный им акцент. Берлинцев определяют вообще с полуслова, как и других, допустим, гессенцев или баварцев. В общем, у них в этом плане как-то точнее на порядок. На слух всё работает.

С французским же просто бяда: их носовые звуки я до сих пор не научился чётко произносить, поэтому их самих (в быстром темпе говорящих) я не очень хорошо понимаю, да и не различаю на слух канадцев от бельгийцев, французов-метропольцев от швейцарцев. Работаю на этим, как могу, но никто не может дать правильную постановку этих звуков: даже училка-француженка. Её тоже не учили давать фонетику иностранцам, а по роликам интернетовским (их масса) почему-то не получается. Ситуация пока нерешаемая никак и ничем, увы.

По грамматике на уровень проще. Училка-француженка (из Бордо) великолепно знает предмет, потому что 15 лет учила балбесов-школьников у себя на Родине, вдалбливая им в головы основы французского языка (как нам в школе преподают наш родной русский), передала эти знания и мне. Не все, конечно, но базу втюхала крепко-накрепко.

В процессе «втюхивания» я обнаружил (обучение велось на английском), что она сильно плавает в «нюансах»-отличиях столь схожих во многих вещах (процентов на 40%) французского, её родного, и английского: другими словами, мой английский был гораздо глубже её, поэтому многие мои вопросы ставили её в тупик, она так и признавалась, а хрен его знает, только по-французски это звучит вот так, а не эдак, а как это по-английски, я сама не знаю. Когда я это понял, я перестал ходить к ней на занятия, потому что она тоже дала мне всё, что могла дать.

Немецкий в Паттайе где-то преподают, конечно, но везде, куда я обращался, это были учителя тайского происхождения, после общения с ними пары минут, я прощался, потому что я их и сам мог бы подучить. Носителя же не нашёл.

Отличия языков и способы их выделения

По фонетике у меня нынче есть, крепкие такие, три артикуляционных set’а (комплекса): ну, родной русский, английский и немецкий. Это означает, что при переходе на любой язык, мои ротовые органы (язык, губы, зубы, дыхание) легко и непринуждённо начинают "работать" в поле этого языка, не отвлекаясь на акцент русский. При начале говорения/понимания, мой рот, как артикуляционный аппарат, легко переходит на нужное, не путаясь.

С французским так не выходит: во рту постоянно какая-то каша из англо-немецкого + русский. Проблема с носовыми звуками, как уже упомянуто, но из них, как из трубочки, в которую течёт речь-вода, выходит какое-то бурление. Сами французы говорят, да не обращай ты внимания, но я-то знаю, как они вострят уши и слегка хмурятся, когда я им что-то говорю (верный признак дикого акцента, из-за которого они не улавливают смысла моей речи).

При изучении второго или третьего языка, насколько я понял по себе, сравнение идёт не с русским, а с первым иностранным. Что в случае начала изучения немецкого или французского после английского даже предпочтительнее, потому что эти языки гораздо более схожи друг с другом, нежели с русским (хотя вот по немецкому у других людей может быть иное мнение).

Во-первых, их структура времён схожа с английской структурой. Есть некоторые отличия, но они легко и ненапряжно запоминаются. Базовое отличие: там, где англикос употребит перфектное время, там француз или немец скажут время обыкновенное, и наоборот. Это запомнить несложно. С плюсквамперфетом (он же Past Perfect в английском) и подобным во французском проблем вообще нет: одно и то же. Отсутствие в немецком и французском английских «протяжённых» времён вообще не напрягает ни капли, в русском их тоже нет ни хрена, и ничего. Структура сострадательных наклонений более логична в немецком – следует запомнить с пяток форм, да и делов-то, во французском чуть сложнее. Но тоже не особо как-то сложно.

В немецком родов, как и у нас три, во французском два, это есть сложность, но не очень большая. Употребление артиклей: как в английском. Лечится всё той же банальной зубрёжкой.

По лексике. С одной стороны, порядка 40% французских слов полностью совпадают с английскими (иногда даже по написанию), да и смысл недалеко уходит, а с другой – во французском столько нюансов на эти самые слова, что мама не горюй. Т. е., конечно же, приятно увидеть во французском «знакомое» английское слово со знакомым смыслом и схожим написанием, но как только доходит до СЕМНОСТИ (многозначности), тут-то и приходит просто капец какой-то. Роясь в словарях, обнаруживаешь, что семы совершенно другие, с совершенно другой логикой, которую иногда и понять трудно, в общем, работёнка ещё та. Основная проблема с французским после английского такая: все якобы знакомые слова, весь лексикон, якобы почти одинаковый в буковках, отличается процентов на 90% друг от друга, иногда очень и очень далеко. Одно дело, как говорится, когда question (куэсчэн) и question (кэстьон) полностью совпадают в написании, ну произносятся по-разному, по разным правилам, но хотя бы означают одно и то же. И совершенно другое дело, когда, сцуко, видишь на английском фигу, а на французском это уже – какое-нибудь яблоко, а никакая нифига не фига. Ну очень тяжело бывает.

В немецком с этим проще. Там всё другое: отличное и от русского, и от английского. Ну только лишь в модерновых словечках, пришедших из английского в последнее время, и в паре десятков влияний французского и итальянского наблюдается некоторое сходство. Да, приходится учить все базовые словечки, как тотально иностранные. Это трудновато, но с английским было так же.

Правописание французского и немецкого (после английского) потрясает своим сводом правил, логичных и неизменных, которые надо лишь выучить. Никаких находок, всё строго упорядочено. Особенно в немецком, короле логики. Для тех, кто не знает, во французском тоже есть свой свод правил, он неукоснительно соблюдается (ну, за исключением нескольких десятков слов, может). В этом плане, в язык входишь легко и свободно после заучивания этих правил.

Самое сложное же – в языковом «настрое», как я его называю. Определить в двух словах, что это такое, я иногда пробую, но выходит коряво. Попробую ещё раз.

Языковой настрой – это оштампованная веками и веками употребления конструкция языка, которая допускает извлечения смыслов мгновенно и без напряга, потому что – оштампованная. Подобных штампов, сужу по английскому, во французском языке в несколько раз больше, чем в английском (не зря французы бахвалятся своим языком, столь он богат, столь разнообразен, столько в нём нюансов – это так и есть!). Подобных штампов примерно одинаково в английском и немецком.

Если сравнить их с русским, то, боюсь, французский по сложности может выиграть у русского по многим позициям. Очумичка тут следующая: во французском, многие прилагательные (их значения) зависят от того, где они стоят: перед существительным или после него, при том при всём, что правила диктуют простановку прилагательных ПОСЛЕ существительных. Если русский нюансирует напропалую через суффиксы и окончания, то вот французы изобрели свой способ. Весьма и весьма оригинальный, скажу я вам.

Поэтому задача для меня лично пока состоит лишь в том, чтобы узнавать подобные штампы и запоминать их.

Многие штампы сложнее в немецком, нежели во французском из-за того, что их не поймёшь ни с какой стороны: ни с русской, ни с английской, ни с французской. Описать их на русском невозможно. Это немецкая логика, самая логичная из всех логик на свете, вытекающая из, наверно, неведомого мне «порядка». Не знаю.

Вхождение в эти языки, после английского, я бы порекомендовал начать всё же с выработки фонетического комплекса (если нужен живой язык). Если же это не нужно, то вполне достаточно начинать с отработки всё тех же пресловутых 500-1000 самых употребимых слов, со строительством семных (многозначных) сетей, их запоминания + грамматики. С грамматикой, после знания английского, настолько легко, что кажется даже, что её и заучивать даже не надо. Это не так. Заучить нужно ОТЛИЧИЯ от английского. Они просты, но они есть.

Семантическая же структура – одна на все языки, я подозреваю. Это ровно те же слова, что и в английском, данные здесь.

С французским (после английского) придётся больше мучиться, что в плане фонетики, что в плане семантики. Мучиться очень тяжело. Всё схоже, но всё другое. С немецким в этом плане проще. Другого гораздо больше, поэтому некоторые сходства будут лишь ПОМОГАТЬ. Во французском – это же самое помогать НЕ будет. Сходства будут бесить, потому что очень скоро обнаружится, что нет там, блин, никакого сходства, всё совершенно по-другому, поэтому каждое якобы сходство будет банально НАПРЯГАТЬ, потому что уже понимаешь, французы то ли специально, из вредности, то ли ещё как, но ОЧЕНЬ отделяют себя от вышедшего из них 50% английского (именно так).

Ну и последнее: как я уже говорил, я по склонности – видеоник, мне нужны ТЕКСТЫ. Я их люблю смотреть, понимать, анализировать. В тишине. Поэтому я и занимаюсь ими каждый день: читаю книги (по 5-6 страниц жёстко), выписываю фразы, конструкции, семы, новые штампы, анализирую их логику, сравниваю все три языка сразу до кучи: английский, немецкий, французский (особенно люблю повторять про себя пословицы какие-нибудь схожие сразу на трёх языках). Приближая себя постепенно к тому моменту, когда взгляд на латиницу не затуманивается от напряжения (английский уже как родной стал), а воспринимается спокойно. В немецком уже близок к этому, во французском пока ещё не очень.

Автор NeaTeam
Шеф
30 Окт. 2017, 19:00

Английские глаголы, времена и глагольные формы

Сначала немного теории.

Времён в английском больше, чем в русском, ровно в четыре раза. С одной стороны, это выглядит при первом подходе страшненько так. С другой, следует упомянуть, что у нас, в русском, есть совершённые и несовершённые формы (делать/сделать, к примеру), чего в английском нет. Так что это ещё как сказать: где сложнее-то!

Поэтому я попробую «распатронить» все английские времена на составляющие, дам их, так сказать, инженерную конструкцию (не секрет, что на АШ полно ребят технически грамотных – а им нужно разжевать ПРИНЦИПЫ и МЕТОДЫ, остальное они сами спокойно «вставят» куда, что нужно).
 
При анализе их, русских и английских глагольных конструкций, внутренней их схожести/несхожести выясняется следующее: наличествует почти полная идентичность форм русских времён одному из четырёх английских типов. Примерно на 70-80% употребления. Запомним это: больше половины употребления английских форм глаголов практически идентичны нашим русским временам – будущему, настоящему и прошлому (причём в их обоих видах: совершённом и несовершённом). Имхо, после такого вывода для инженера/технаря якобы «сложности» во всей этой поначалу непонятности должно разом поубавиться.

Теперь о самих типах английских времён. Они делятся на четыре группы. В каждой из которых есть будущее, настоящее и прошлое. Итого: 4 Х 3 = 12 времён, каждое из которых оформляется на письме и речи так, чтобы его не перепутать с другими, т. е. по-разному. Запомним цифру – 12 времён. Введём понятие пассивного залога (это когда не подлежащее что-то делает, а с подлежащим что-то делают), у нас получится уже 24 конструкции. Добавим к этому несколько отглагольных форм: причастие настоящего и прошедшего времени (причастия будущего времени в английском нет), так называемого герундия, три формы сослагательных наклонений (это когда употребляется «если», то…).

Итого: 30 форм. Именно столько вам предстоит зазубрить крепко-накрепко. Прикиньте, пожалуйста, сколько всего надо знать по глаголам в русском языке (где «тся-ться» – это ягодки-цветочки), по их спряжению, по их разнице в совершенном и несовершенном видах, по куче исключений! Да вам, как инженеру, разбирающему эту конструкцию, она покажется детским лепетом, свайкой о трёх столбиках (три базовых глагола «помогают» создать все конструкции, это всё те же пресловутые «быть», «иметь», «делать») с парой перекладин посередине.

Итак, английские времена. Четыре группы.

Первая группа: Indefinite (или, как сейчас всё чаще и чаще говорят, Simple). Это самая употребительная группа, именно она соответствует русским временам на 60-70% случаев употребления. Для того, чтобы тебя понял англоговорящий – этих времён ХВАТИТ. «Моя твоя понимать» будет железной, хотя и немного нелепой, смешной.

Но у нас задача стоит всё же немного другая: дать ВСЕ конструкции, чтобы их знать.

Теперь разберём логику английского языка, который (зачем-то для нас) выделяет смысловые и стилистические оттенки по всё тем же базовым направлениям описания ситуаций: когда они в будущем, настоящем и прошлом.

Таких стилистических оттенка ТРИ. Первый из них ПРОЦЕСС, второй – ЗАВЕРШЁННОСТЬ действия, третий – очень долгий процесс.

Теперь запоминаем: для того, чтобы стилистически подчеркнуть то, что находится в процессе делания (будет в процессе в будущем, процесс происходит в настоящем, процесс проходил в прошлом), английский язык имеет группу времён Continuous (продолженное). Употребление этих времён однозначно указывает на ПРОЦЕСС, описываемый глаголом. В общем, если есть процесс или он имеется в виду ситуацией, то можно смело ставить это время (продолженное), и в 95% случаев не ошибёшься. Это и есть вторая группа, в ней, как и положено есть своё будущее, настоящее и прошедшее время.

Третья группа имеет дело с завершённостью процесса. Эта группа называется Perfect (совершенный, но не надо путать с русскими формами совершённости, там есть разница). Употребление этих времён (а их снова три: будущее, настоящее и прошедшее) однозначно показывает на то, что некий процесс ЗАВЕРШЁН (или будет завершён, если речь идёт о будущем). Запомнили?

Четвёртая группа – очень долгий процесс. Это у них называется Perfect Continuous (заметили, что они просто объединили группу два и группу три в названии?). Весь смысл употребления времён данной группы состоит в подчёркивании одного-единственного стилистического оттенка: что некий процесс длится ОЧЕНЬ ДОЛГО. Тут тоже есть три времени: будущее, настоящее и прошедшее.

Подытоживаем.

1. Все ситуации, требующие употребления глаголов, если в них нет процесса, долгого процесса или завершённости процесса – подпадают под группу времён Indefinite/Simple.

2. Все ситуации, описывающие процесс – подпадают под группу времён Continuous.

3. Все ситуации, описывающие завершённость процесса – подпадают под группу времён Perfect.

4. Те редкие ситуации, которые описывают процессы ДОЛГИЕ – подпадают под группу времён Perfect Continuous.

Уже стало проще? Ещё бы. Вся «сложность» английских времён разложена по полочкам: знай себе зри в корень (вычисляй по смыслу или контексту, какая именно ситуация происходит и как – да смело ставь нужное время по приведённому выше алгоритму).

Давайте скукожим всю эту пока невнятицу до ещё более сухого алгоритма: любое действие, выражаемое в английском языке глаголом, должно нести в себе (по грамматической форме глагола) одно из трёх вещей: либо нейтральность, либо подчёркивание процесса, либо – завершённость процесса. Ну есть ещё долгий процесс, но это всё тот же процесс, между нами говоря. Если нет ни процесса, ни завершённости, смело употребляем группу времён Indefinite/Simple. Если же что-то есть: либо процесс, либо завершённость, то употребляем две другие группы времён.

И это всё, что вам нужно теоретически знать о временах английского языка.

Для чего нужно это знать, причём знать обязательно? Для того, чтобы начинать ВИДЕТЬ картину мира другими «глазами», глазами англоговорящего, его логики видения. Сначала это покажется немного маразматичным, ибо нахрена нужно подчёркивать какой-то там процесс, допустим, или какую-то там завершённость (но следует сразу вспомнить про совершённые формы русского языка – а вот зачем!), или какой-то очень долгий процесс? Ну, вот нужно им так. С их точки зрения, это удобно, практично и незамысловато. А изучающим английский язык это надо знать и научиться «воспринимать английскую картину мира» через употребление различных времён.

Любые языковые курсы, учебники и т. д. дадут вам сами грамматические формы употребления, поэтому я не буду их здесь ещё раз приводить.

Перейдём лучше к причастиям. Их в английском языке две группы: настоящего времени и прошедшего. Называется причастие так: Participle, который, соответственно, либо Present Participle, либо Past Participle. С причастиями проблем нет (их понимания), потому что они соответствуют русским причастиям (ну, бегать-бегающий-бегавший, если забыть то, что у нас есть ещё причастия совершённого вида и несовершённого, да ещё и деепричастия, в английском этого нет).

Проблема же в том, что эти причастия употребляются в строении времён. Т. е. не только сами по себе, а ещё и входят в грамматические конструкции вышеперечисленных групп времён. Запоминаем: причастия употребляются не только сами по себе, но и как части конструкций временных грамматических форм.

Рассмотрим причастие настоящего времени (Present Participle), которое образуется приставлением так называемой «инговой формы» (слэнг наших языковых школ) к «телу» глагола: к примеру, глагол to go (идти), к нему прибавляется -ing, получается going (идущий), употребляется во временах группы времён Continuous (в том числе и в Perfect Continuous). Но вот прикиньте, пожалуйста, «идущий» – это ли не явное указание на ПРОЦЕСС даже по-русски? Дык, оно самое, оно самое! Уже легче запомнить, не правда ли?

Рассмотрим теперь причастие прошедшего времени (Past Participle). Оно, как и предыдущее причастие настоящего времени употребляется не только само по себе, но и входит в грамматические конструкции: теперь уж группы времён Perfect. Проделаем тот же опыт с глаголом «идти» – to go. Вольно передаваемое причастие прошедшего времени глагола идти – «шедший». Да, в нём по-русски НЕТ завершённости. Ну что ж, нет, так нет. А вот в английском языке эта завершённость ЕСТЬ. Надо лишь запомнить это. Запоминаем.

С причастием прошедшего времени в английском языке есть ещё одна проблема (зубрить надо): дело в том, что глаголы английские есть так называемые «правильные» (их причастие прошедшего времени образуется приставлением в конце окончания -ed и запомнить это несложно), но есть и куча «неправильных», таблицы этих неправильных глаголов даются в конце каждого словаря (где более полно, где – даётся их сокращённый список; всего таких глаголов порядка 500, но для активного знания языка все они не требуются, требуется порядка 100).

Даются неправильные глаголы следующим образом, запоминайте:

слева даётся инфинитив (или по-научному «неопределённая форма глагола), он же соответствует в большинстве случаев форме Present Indefinite/Simple,

в середине даётся форма неправильных глаголов во времени Past Indefinite/Simple (простое прошедшее),

а справа даётся причастие прошедшего времени (Past Participle), которое требуется для английских времён группы Perfect (по нашей классификации, что дана выше) это – третья группа.

Запомнить надо это и ещё одно: дело в том, что форма правильных глаголов в Past Indefinite/Simple и Past Participle совпадают: обе они просты – берётся «тело» глагола (инфинитив), к нему прибавляется окончание -ed. С какой-то точки зрения это проще для запоминания, с какой-то – это немного напрягает и путает поначалу. Но лишь поначалу, затем быстро привыкаешь.

То, что лучше всего теоретически знать и запомнить, это следующее: причастия английского языка настоящего времени употребляются в грамматических конструкциях группы времён Continuous (и Perfect Continuous), причастия прошедшего времени – для времён группы Perfect. Ну и ещё – не надо путать формы Past Indefinite/Simple и Past Participle, даже если они схожи в правильных глаголах, всё же они употребляются по-разному, в разных конструкциях.

 

Теперь о герундии. Эта отглагольная форма образуется так же, как и конструкция Continuous: берётся «тело» глагола, к нему прибавляется «инговое» окончание, то самое -ing, получается, как мы уже понимаем, причастие настоящего времени. Но не тут-то было, потому что, если эту форму употребить в качестве существительного, то волшебным взмахом руки, эта форма превращается в… герундий (Gerund).

Для чего англоговорящие придумали и используют эту форму? Дело в том, что иногда человек забывает какое-то существительное. Ну, вылетело из головы. К примеру, забыл чел, как по-английски слово «ходьба». Недолго думая, англикос скажет going и употребит это как существительное. Вот и вся недолга, потому что получилась «ходьба». Да, корявенько так, но смысл понятен. Второй случай употребления герундия – стилистический, ну хочется повыёживаться, допустим, употребить не просто существительное какое-нибудь, а вот через одно место. Да нет проблем, выискиваем подходящий глагол, лепим ему на конец «инговое» окончание, и дело в шляпе.

 

Для того, чтобы выражать сослагательное наклонение, которое в русском проще пареной репы, ибо выражается через «если» и «бы», в английском языке есть особые конструкции, чуть схожие с временными конструкциями, но и чуть разные. Эти конструкции чуть-чуть разобраны здесь. Т. е. реальная ситуация, нереальная ситуация, абсолютно невозможная ситуация. Для всех них употребляются разные времена или разные грамматические конструкции, которые следует тупо запомнить. Всем им обязательно учат на языковых курсах, их проходят.

Теоретически же следует знать и понимать следующее: реальная ситуация имеет дело с будущим временем, нереальная и абсолютно невозможные ситуации имеют дело с временем прошедшим. Ситуаций сослагательного наклонения в настоящем времени НЕТ (нет их и в русском языке, потому нельзя сказать: «Если я прихожу, то ты уходишь!» всё равно смысл будет в будущем времени: «Если я приду, то ты уйдёшь!», правильно ведь?).

Что такое «реальная ситуация» сослагательного наклонения? А это то, что может сбыться в будущем. Ключевое слово «может». Запоминаем. В английском языке для выражения этой особенности есть жёсткая грамматическая конструкция, а вот никаких русских эквивалентов «бы» НЕТ. Сложно это? Наверно, да, понять поначалу непросто. Но вот как есть.

Что такое «нереальная ситуация» сослагательного наклонения? А это то, что могло бы запросто произойти в прошлом, но не произошло. Обратите внимание на объяснение и сравните с тем, что будет дано ниже.

А вот что такое «абсолютно невозможная ситуация»? А это то, что и не могло ни при каких обстоятельствах произойти в прошлом. Обратите внимание на «могло бы произойти, да не произошло» и на «ни при каких обстоятельствах не могло произойти».

Если вам ясна теоретическая разница между ситуациями в сослагательном наклонении, то вам теперь предстоит лишь дополнительно выучить грамматические формы, которые однозначно будут трактоваться по первому способу, второму или третьему. Никаких исключений, кроме одного.

Дело в том, что очень распространённая форма английского языка «если бы я был тобой», которая по логике должна относиться к третьему варианту («ни при каких обстоятельствах не могло произойти»), почему-то относится к варианту второму («могло бы произойти, да не произошло»), да ещё и в очень извращённой форме: в первой части ставится глагол «быть» ВСЕГДА во множественном числе. Ну вот такое мелкое, а, если забудешь, то и неприятное, исключение.

Подытожим по сослагательному наклонению: есть три вида ситуаций (для английской логики): реальная ситуация, нереальная ситуация, абсолютно невозможная ситуация. Запомните их, запомните грамматические конструкции, которыми они выражаются, и всё.

Завершая о временах английского языка и отглагольных формах… Многие знатоки заметят, что я ничего не сказал о так называемых «модальных» глаголах. Ну все эти «мочь», «должен», «следует»… несть им числа. С моей точки зрения, в них ничего сложного нет, чтобы на них специально останавливать своё внимание. Логика их употребления практически ПОЛНОСТЬЮ совпадает с логикой употребления на русском (с очень незначительной разницей, которую можно смело относить к несущественному), единственное, что английский язык разделяет «мочь», как физическую возможность, и «мочь», как возможность вообще по жизни, на два разных слова. Но это всё. Их надо просто запомнить. Первое may/might, второе can/could. Или наоборот. Не смейтесь, пожалуйста, дело в том, что англикосы сами зачастую путают, где что им сказать. И особо не заморачиваются этим. Есть две стандартные фразы с may: «Можно войти?», да «Чем я могу вам помочь?» (последняя – это стандартная фраза продавца в магазине). А остальное приходится на can.

Разумеется, если возникает желание по-серьёзному разобраться со всей этой «модальщиной», то можно выкатить «тяжёлую артиллерию», рассказать ещё и о shall/should, will/would, to have to, to be to, to be able to, to dare to, to ought to и т. д., и т. п. Но это всё приходит ПОТОМ, когда владение языком (внутренне на порядок понятнее) обогащается знанием бОльшего количества лексики, бОльшего понимания смыслов, оттенков и намёков. Это уже совершенно другая история, потому что цельный смысл этой статьи показать, что следует знать об английских глаголах, отглагольных формах и об английских временах с точки зрения их спокойного понимания и определения.

Автор NeaTeam
 [1]
Powered by SMF | SMF © 2006-2009, Simple Machines
© 2007-2017 ХЛЕБОПЕЧКА.РУ. Полная или частичная перепечатка материалов возможна только с разрешения администрации. Контакты и карта сайта

РЕЦЕПТЫ

Новые рецепты

Новое на сайте

Новые сообщения

14:20

14:19

14:18

14:12

14:11

14:10

14:07

14:06

14:02

13:57

13:53

13:45

13:44

13:43

13:43

13:38

13:32

13:31

13:28

13:28

13:27

13:24

13:19

13:19

13:14

13:10

13:09

13:09

13:08

13:04

13:01

12:45

12:44

12:35

12:32

12:19

12:17

12:08

12:04

11:56

11:47

11:45

11:45

11:40

11:30

11:24

11:23

11:22

11:21

11:13